Запретный контракт

Глава 7 Ариадна

После того,как я вышла из переговорной,меня всё ещё трясло.

Я шла по коридору, а внутри всё дрожало так, будто я пробежала десять километров без остановки. Ноги были ватными, в висках стучало, и каждый шаг давался с усилием, словно пол под ногами стал вязким, как болото. В голове крутилась одна и та же фраза, повторяясь, как заезженная пластинка:

«Зачем ты опять начала что-то доказывать? И кому, самому генеральному?»

Я ведь знала, что в «ДемСтрое» не любят тех, кто спорит с Савельевым. Но когда я увидела этот контракт, когда поняла, что он собирается подписать бомбу, которая разнесёт репутацию компании в клочья, язык будто сам вырвал эти слова:

«Это противоречит статье 782 ГК РФ».

И теперь эта фраза звенела в ушах, как приговор.

«Ну всё, он меня точно уволит!» — думала я, и от этой мысли становилось одновременно горько и спокойно.

Горько, потому что эта компания,был мой шанс стать профессионалом своего дела. Спокойно, потому что, если меня уволят за то, что я не промолчала, когда должна была сказать правду, значит, я хотя бы осталась собой.

— Ариадна, бегом к генеральному, у него есть к тебе пара вопросов! — голос заместителя Спицина, ворвался в мой водоворот мыслей, как холодный душ.

Я вздрогнула, будто меня ударили. Повернулась, увидела его озабоченное лицо, и внутри всё сжалось в тугой узел.

«Ну всё,что и требовалось доказать,точно уволит!» — подумала я.

Но я не могла позволить себе рассыпаться прямо здесь, в кабинете, под взглядами коллег, которые и так уже шептались за спиной:

«Эта Петрова опять что-то там вякнула на совещании… Ну всё, недолго ей осталось».

Я расправила плечи, поправила очки и ответила:

— Иду.

Путь до кабинета генерального казался бесконечным. Каждый метр был как испытание. Я вспоминала, как когда-то в школе доказывала, что «это не по правилам», как сидела над учебниками до рассвета, как экономила на обедах, чтобы выжить в вузе. Всё это вело меня в такой вот сверкающий, холодный, чужой небоскрёб, где я наконец-то получила место, которое заслужила.

И вот теперь, возможно, всё рушилось из-за одного единственного моего слова.

Когда я вошла, он стоял у окна, высокий,статный, будто высеченный из камня. Не предложил сесть. Не улыбнулся. Просто смотрел на меня так, что хотелось провалиться сквозь землю. Но я не опустила глаз. Я научилась не опускать их, даже когда страшно до дрожи.

А потом он заговорил про китайцев, про контракт, про дурацкое условие,про невесту… и моё сердце, которое и так билось где-то в горле, вдруг замерло.

«Притворяться невестой?» — эта мысль казалась настолько абсурдной, что на секунду даже страх отступил, вытесненный чистым, почти детским недоумением. Как будто кто-то предложил мне надеть карнавальный костюм и выйти на сцену перед залом, полным строгих судей.

Но чем дольше он говорил, тем яснее становилось, это не шутка. Не проверка. Это его последняя надежда удержать сделку, которая может стоить компании миллиардов. И в его словах, в этой жёсткой, деловой интонации, вдруг проскользнуло что-то другое, не приказ, не давление, а просьба. И это поразило меня сильнее всего.

Демьян Савельев, человек, который, казалось, не нуждается ни в ком, вдруг просил помощи. У меня. У простой девчонки, которую ещё недавно он мог просто вычеркнуть из списка сотрудников одним словом.

Я хотела сказать нет. Хотела гордо выпрямиться и ответить:

«Я юрист, а не актриса».

Но слова застряли в горле.И я согласилась.Почему я не знала.Наверно потому,что хотела ему доказать,что не боюсь его,а может быть потому, что что-то было в этом мужчине,что заставило меня согласиться на его нелепый контракт.

Выйдя из кабинета, я чувствовала себя человеком, который только что взял на себя огромную ответственность. Две недели. Роль. Игра. Но в этой игре нельзя было позволить себе ни одной ошибки.

Я знала, что впереди мне придётся балансировать между правдой и ложью, между профессионализмом и игрой.

Но с одной стороны, не пожалею ли я о том,что согласилась на эту безумную сделку?А с другой,две недели,не месяц и не год.И ради того,чтобы остаться работать в этой компании,я переживу как- нибудь общество всемогущего Демьяна.Но что это мне будет стоить?

Остаток рабочего дня прошёл спокойней,чем начало.Вечером,когда я уже была в своей съёмной квартире,позвонила мама.Мы с ней поговорили о разном и я пообещала приехать на выходные к ним с отцом,помочь с работой в саду.

Глава 8 Ариадна

Я сжала пальцы в кулаки под столом, чтобы он не видел, как они дрожат. В голове крутилась паническая мысль:

" Я не умею играть любовь. Я умею искать дыры в контрактах,договорах, а не придумывать историю первой встречи».

— Вы хотите, чтобы я… придумала историю? — спросила я, стараясь, чтобы голос не сорвался.

— Чтобы выдумала, как мы влюбились друг в друга?

Он помолчал, будто сам чувствовал всю нелепость ситуации, но не мог позволить себе даже тени улыбки.

— Нет. — наконец сказал он.

— Я хочу, чтобы мы показали то, что нужно. Правду, но не всю. Оставим только то, что не помешает сделке. Например, мы познакомились здесь в компании. Ты пришла на собеседование, а я…я заметил тебя…

Я невольно вспомнила тот день, как дрожали колени, как я заставляла себя держать спину прямо, как не отводила взгляд.

— И что дальше? — спросила я, чувствуя, как во рту становится сухо.

— Я вам понравилась? И мы просто… начали встречаться?

Он едва заметно усмехнулся,так, что уголок губ дрогнул и тут же замер.

— Да!Странная причина, согласен. Но настоящая. — он чуть подался вперёд, и в его глазах мелькнуло что-то, чего я раньше не видела.

Я смотрела на него, не в силах пошевелиться. Эти слова звучали почти как комплимент, но в них не было ни капли флирта, только признание, сухое и жёсткое, как договор.

Я на секунду закрыла глаза, чтобы собрать мысли. И вдруг поняла, если мы будем строить эту ложь на правде, она станет крепче. Не потому что она правдива, а потому что в ней будет зерно того, что уже между нами есть, это противостояние, эта искра, которая вспыхивала каждый раз, когда мы оказывались в одном месте.

— Хорошо. — сказала я, выпрямляясь.

— Тогда добавим ещё одну деталь. Я не сразу согласилась с вами встречаться.

Демьян чуть приподнял бровь, будто оценил мою прямоту.

— Точно в вашем стиле! — проговорил он.

— И что я ответил?

— Вы за мной долго ухаживали, что совсем не в вашем стиле! — выпалила я, глядя ему прямо в глаза, и сама поразилась, с какой дерзкой уверенностью прозвучали эти слова.

Будто не я только что дрожала от одной мысли о завтрашней встрече, а какая-то другая Ариадна, смелая, упрямая, та самая девчонка, что в школе раскладывала аргументы по полочкам и не позволяла никому отменять решения без доказательств.

Демьян замер на долю секунды, так, будто мои слова ударили туда, где пряталась его стальная броня.

— Да! — тихо, почти шёпотом произнёс он.

— Это правда. Я не ухаживаю. Я отдаю приказы. Двигаю проекты. А за женщинами… не ухаживаю.

Он встал и медленно обойдя стол, подошёл ко мне,отчего я тоже поднялась, будто сама земля под ногами требовала держать спину прямо.

— Но с тобой всё пошло не по плану! — продолжил он и голос его был с хрипотцой, от чего по моему телу прошла опять эта дрожь, но она была не от испуга. Она была как ток, как искра, которая вспыхивает там, где сталкиваются две противоположности.

Он остановился в шаге от меня. Не близко, чтобы нарушить границы, но и не так далеко, чтобы можно было притвориться, что между нами только деловые отношения. Я видела, как напряжены его плечи, как в глазах мелькает что-то, чего я раньше не замечала, не властность, не холодный расчёт, а… борьба. Борьба человека, который слишком долго держал всё в себе.

Он взял мою руку в свою ладонь и я дёрнулась, будто от разряда. Не от страха, нет. От того, как внезапно, резко, до самого дна пробила эта простая, почти грубоватая близость. Его ладонь была твёрдой, тёплой, тяжёлой.

И в его взгляде не было злости. Там было что-то, что он так хотел скрыть, беззащитность, которую он прятал за сталью и приказами.

— Да, пожалуй, мы эту версию им и предоставим! — проговорил он, не отпуская моей руки, и голос его звучал жёстко, будто он нарочно делал его таким, чтобы спрятать то, что рвалось наружу.

— Но запомни, девочка, это всего лишь контракт. И не смей в меня влюбляться. Две недели. А потом мы снова, я генеральный, а ты моя подчинённая.

Он произнёс это так, будто говорил это больше себе, чем мне. Будто ему нужно было самому себе напомнить, где граница. Будто если он хоть на секунду позволит себе забыть, что это сделка, всё разрушит.

Я смотрела на него и вдруг поняла, он боится. Не китайцев, не сделки, не провала. Он боится того, как близко мы сейчас стоим друг к другу. Боится, что эта близость окажется настоящей.

— Не обольщайтесь! Я не собираюсь в вас влюбляться Демьян Алексеевич! — ответила я тихо, но твёрдо, и в этих словах не было обиды.

Только честность, такая же неудобная, как его признание.

— И вообще у меня есть парень и я его люблю!

Я выпалила это про парня, про любовь и сама не поняла, откуда взялись эти слова. Они сорвались с языка раньше, чем я успела их обдумать, будто мне вдруг стало жизненно необходимо возвести между нами хоть какую-то стену, чтобы не рухнуть под тяжестью его взгляда.

Демьян замер. Его пальцы на моей руке чуть дрогнули, совсем незаметно, но я почувствовала.

— Парень, значит. — повторил он, и голос его стал ровным, отстранённым, почти деловым.

Я кивнула и высвободила свою руку из его ладони. И отступила на полшага,отчего сразу стало легче дышать. Но в то же время внутри всё сжалось от какой-то странной, колючей пустоты, будто я сама разорвала ту самую искру, которая только-только начала разгораться между нами.

— Да. — проговорила я чуть резче, чем хотела, и тут же мысленно выругала себя за эту резкость.

— Хорошо. — сказал Демьян и в этом слове не было ни облегчения, ни радости, ни даже безразличия.

Там была какая-то странная, упрямая собранность, будто он просто принял ещё одно условие сделки и теперь будет строить стратегию с учётом этого нового фактора.

— Тогда тебе будет проще. Не придётся искать грань между игрой и настоящими чувствами. У тебя уже есть эта грань.

— Проще. — тихо повторила я, почти шёпотом, и сама не поверила в это слово. Он вдруг подался вперёд, упёр локти в стол и посмотрел на меня так, что у меня перехватило дыхание.

— Девочка, послушай меня внимательно. Завтра партнёры будут смотреть не на то, как ты улыбаешься. Они будут смотреть на то, как ты на меня смотришь. На то, как ты реагируешь, когда я к тебе прикасаюсь. И если ты будешь думать о своём парне, если ты мыслями будешь где-то далеко, они всё поймут. И сделка сорвётся.

Его слова ударили точно в самое уязвимое место.Я сжала пальцы в кулаки и заставила себя смотреть ему прямо в глаза.

— Я буду думать только о сделке. О том, что нужно сказать, как посмотреть, как улыбнуться. Я справлюсь. — сказала я твёрдо, хотя сама не знала, смогу ли сдержать это обещание

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.