- -
- 100%
- +
Добро пожаловать
В полуденный час в зоне прилёта аэропорта Куаланаму, расположенного на севере Суматры, было многолюдно. Толпы туристов с рюкзаками и чемоданами сновали туда-сюда, а их голоса на разных языках мира сливались в сплошной неразборчивый гул. В центре этого броуновского движения застыла девушка, внимательно разглядывая табло с прибывшими рейсами. Стройная брюнетка лет тридцати, привлекательной внешности и задумчивым взглядом темно-карих глаз. Одетая в широкие льняные штаны и такую же рубаху, накинутую на лимонного цвета майку, она время от времени бесцельно бродила по залу, ожидая подругу и её мужа, размышляя о том, как лучше вести себя при их встрече.
Самолёт приземлился полчаса назад, оставались считанные минуты. Яна, покусывая нижнюю губу, запихала вспотевшие ладони в карманы брюк и медленно отошла от табло, направляясь к толпе встречающих. Казалось бы, всё просто: встреча с друзьями с которыми было решено провести вместе отпуск, не должна так озадачивать, но здесь все было иначе. Настроение и их отношения с подругой Алёной менялось от встречи к встрече как цвет у хамелеона – в зависимости от обстановки. С ней наедине – Алёна была одним человеком, в компании с другими подругами была более отстраненная, а в присутствии своего мужа вообще любила делать вид, что они с Яной едва знакомы. Угадать, какой сегодня будет настроение у Алёны, было невыполнимой задачей, оставалось только ждать.
С мужем Алёны, Александром, ситуация была еще более непонятная. С момента их знакомства так же прошло уже несколько лет, а они все еще не перешагнули грань официального общения, неизменно обращаясь друг к другу на «вы». Яна до сих пор не могла понять, зачем Алёне понадобилось приезжать в отпуск с ним, ведь их внутрисемейные отношения были не самые тёплые.
– Яна! – внезапно позади неё прозвенел знакомый голос, выдёргивая её из размышлений.
Резко обернувшись, девушка увидела подругу, которая уже раскинула руки для объятий. А чуть поодаль, с широкой, но несколько официальной улыбкой, вышагивал её муж, держа в обеих руках по небольшому чемодану.
«Ну вот, – моментально сообразила Яна, – Значит, сегодня я снова для неё «лучшая подружка». Что ж, принято!». Улыбнувшись, она двинулась им навстречу.
– Привет, дорогая!
– Привет! – ответила Яна, обняв подругу, а затем перевела взгляд на её мужа. Они молча, сдержанно кивнули друг другу.
Несмотря на долгие и утомительные перелеты с пересадками, Алёна в свои тридцать семь выглядела свежо и элегантно. Она неизменно производила впечатление собранной и энергичной женщины, чей образ тщательно продуман. Вот и сейчас, одетая в безукоризненно белые брюки и футболку-поло, она выделялась на фоне других туристов с их огромными походными рюкзаками. Яркая блондинка со стрижкой каре, казалась гостьей из другого, более утонченного мира, которая очутилась здесь по ошибке. Мягкие округлые черты лица, огромные синие глаза и неизменная улыбка всегда притягивали внимание окружающих.
– Как вы? Как добрались?
– Гораздо лучше, чем я ожидала! Но голова просто раскалывается после душного самолёта. – Алёна тут же подхватила Яну под руку, стараясь идти с ней в ногу. – Так хочется принять душ, выпить бокал вина, расслабиться… Подремать в самолёте почти не удалось: сосед кашлял без остановки, это был ужас! Да ещё ребёнок через два ряда орал практически весь полёт! Ой, а я еще хочу на массаж сходить! Побывать в Азии и не сходить на массаж – большая ошибка. Ты уже ходила? Нашла хорошее место?
Не давая Яне вставить и слова, Алёна без умолку щебетала, пока они пробивались через зал прилёта к стоянке такси. Ловко лавируя между пассажирами, они вскоре оказались на улице. И тут же их окутал влажный, густой, почти липкий воздух, напоминающий сауну.
Буквально через несколько минут они уже сидели в машине, где кондиционер работал на полную мощность, а салон был пропитан стойким запахом ментола и табака. Александр устроился на переднем сиденье рядом с водителем, а девушки – сзади. Яна специально села прямо за спиной мужа подруги, чтобы иметь возможность наблюдать за обоими друзьями, но не встречаясь с ним глазами. Она расслаблено откинулась на спинку сиденья и не могла сдержать улыбки: Яна прекрасно понимала, какой неизгладимый эффект сейчас произведут на подругу шумные, узкие, забитые людьми улочки Медана.
Машина медленно тронулась, а Алёна всё так же без умолку болтала, пребывая в слегка наигранном настроении. Яна молча слушала.
Они протискивались по шумным улицам, где царил хаос: мопеды и скутеры шныряли во всех направлениях, оглушая рёвом двигателей и сигналами; торговцы резкими голосами зазывали покупателей, которые толпились прямо на проезжей части из-за отсутствия тротуаров. Дополняли пейзаж унылые серые дома в два-три этажа с решётками на окнах, опутанные чёрной паутиной проводов. Повсюду виднелся мусор… Картина, прямо скажем, не для изнеженных принцесс, коей Яна считала свою подругу.
Постепенно Алёна смолкла и полностью погрузилась в наблюдение за миром за окном. Недавний ливень сделал всё вокруг ещё более унылым и неприветливым.
С лёгкой ироничной улыбкой Яна наблюдала за её реакцией. Алёна, впервые оказавшись в Азии, сразу окунулась в реальную обстановку – без прикрас. Она слегка подалась вперёд, внимательно вглядываясь в бурлящую уличную жизнь. Напряжённая поза и сцепленные в замок пальцы красноречиво говорили о стрессе, но сочувствие в подруге это не пробуждало. Яна совсем не торопилась утешить или ободрить подругу. И нет, её не терзали угрызения совести. В конце концов, она приложила все усилия, чтобы отговорить Алёну от этой поездки.
Блондинка резко обернулась и уставилась на подругу с ошеломлённым, немым вопросом в глазах.
– Я тебя предупреждала! – беззвучно, одними губами, произнесла Яна. Её явно забавляла эта ситуация.
– Это какой-то кошмар, – простонала Алёна, вжимаясь в спинку сиденья. – Я думала, мы сразу попадём в рай… с пальмами и коктейлями. А это… трущобы какие-то! – она брезгливо морщилась, глядя на гору мусора, которую они проехали.
– Добро пожаловать в Азию. – с напускным спокойствием ответила Яна.
– Я представляла всё несколько иначе… Ждала других первых ощущений, – голос Алёны стал ещё тише.
– Так каких же? – с лёгкой иронией спросила Яна.
– Ну не знаю, – Алёна снова повернулась к окну. – Просто нормальных. Мечтала о тропическом острове, релаксе и всё такое… – продолжила она, не отрывая взгляда от улицы.
– Ну, знаешь, ожидания… С ними часто так происходит. Чем ярче нарисуешь, тем больнее разочаровываться.
Алёна больше ничего не ответила и Яна слегка дернула плечом и продолжала смотреть на неё слегка равнодушно и отстраненно.
Вскоре машина свернула с шумной дороги и начала спускаться с холма, петляя по узкой дорожке, оставляя весь хаос позади. По обеим сторонам тянулись пышные тёмно-зелёные кусты, усыпанные яркими цветами. Через несколько минут водитель сбавил скорость и остановился у шлагбаума, по обе стороны которого стояли высокие белые стены, практически полностью укрытые трехметровыми побегами молодого бамбука.
– Приехали! – едва сдерживая улыбку, произнесла Яна.
Алёна какое-то время сидела без движения, не решаясь выйти. Наконец, взяв себя в руки, она открыла дверь – и первое, что услышала, было безмятежное пение незнакомых птиц и тишина.
Забрав чемоданы, они прошли на территорию комплекса, в котором им предстояло провести несколько дней.
Яна шла на пару шагов впереди, пребывая в лёгкой задумчивости. Она поймала себя на мысли, что всё ещё злится. «Стоп, – одёрнула она себя. – Уже поздно сожалеть, мы уже все здесь. Хватит. Надо хотя бы попытаться». Настроение её изменилось, и прежнее желание дразнить и злорадствовать над Алёной немного угасло, сменившись искренними, пусть и не сильными, угрызениями совести. Она решила: она постарается отпустить прошлые обиды и принять подругу такой, какая она есть. Хотя бы на время отпуска. Раз уж судьба свела их здесь, это будет самым правильным решением, не стоит плыть против течения, усложняя и так непростые отношения. Да, им потребуется время привыкнуть друг к другу, настроиться на одну волну, но это ей под силу. Возможно, даже с Александром у неё наконец-то получится подружиться, и неловкость в их общении исчезнет.
Царящее вокруг спокойствие и умиротворение ярко контрастировали с внутренним состоянием Алёны: ей казалось, они проехали сквозь ад и теперь попали в райский сад. Слева от неё искрился небольшой бассейн с чистейшей водой, по периметру которого росли пальмы и стояли современные шезлонги. Их апартаменты располагались в комплексе, состоявшем из двух белоснежных пятиэтажных домов с уютными террасами на крышах.
– Надеюсь, вам тут понравится, – сказала Яна, как только они вошли на территорию. – Я живу на пятом этаже, а ваша квартира на третьем. Думаю, собираться будем у меня, наверху, на террасе.
– Вся терраса твоя? – они замерли посреди небольшой площадки, запрокинув головы и разглядывая дом.
– Конечно же нет, – усмехнулась девушка. – Это бонус для всех верхних квартир. Если не ошибаюсь, выход туда есть из четырёх апартаментов. С одними соседями я уже познакомилась – очень классные ребята, живут тут уже год.
Алёна расслабленно выдохнула и закрыла глаза, прислушиваясь к новым звукам вокруг, затем искоса взглянула на подругу и, украдкой улыбаясь, закусила губу, предвкушая новые знакомства.
Они поднялись на третий этаж и вошли в светлую просторную квартиру, ключи от которой Яна заранее забрала у хозяйки. Прямо у входа, справа, располагалась небольшая кухня, которую от основной части комнаты отделял массивный белый стол с каменной столешницей. Пространство за ним было чётко разделено на две зоны: сразу за кухней – спальная, а дальше у окна – гостиная. Вся квартира была залита полуденным солнечным светом.
– А тут мило! – с восторгом осмотрелась Алёна.
– Ну, располагайтесь, отдыхайте. Я вам купила классных японских кексов, пачку чая и ещё кое-что по мелочи. Неплохое кафе есть справа от главного входа, за поворотом. Так… что ещё? – Яна задумчиво огляделась.
– А ты разве с нами не останешься?
– Не сейчас, я как раз с соседскими ребятами планировала съездить в местный торговый центр.
– Так, может, и мы с вами? – не унималась Алёна.
– Мы на байках поедем, их всего два и все не уместимся, – она мягко улыбнулась и перевела взгляд на Александра, который за все это время практически не проронил ни слова.
Алёна недовольно цокнула языком и бросила на мужа взгляд, полный раздражения, будто мысленно прошипела ему: «Ты здесь лишний!»
– Ничего страшного, спасибо за беспокойство, – ответил Александр. Как всегда, он был учтив, спокоен и сдержан.
– Жду вас вечером у себя, обсудим наши планы, расскажу, что я уже успела забронировать для нас! Приходите после восьми, дверь будет открыта, поднимайтесь сразу на крышу, – девушка отправила в их сторону воздушный поцелуй и ловко выскользнула из квартиры.
Едва дверь за Яной закрылась, в квартире повисла неловкая тишина. Слышно было только, как за окном шумят цикады.
Александр прошёл к окну, даже не взглянув на жену, которая бесцельно ходила по комнатке, заглядывая в шкафы.
– Чай будешь? – спросил он всё так же не глядя на нее.
– А чем тут ещё заниматься? – огрызнулась Алёна, устраиваясь на диване и начиная листать ленту в телефоне. – Чай, четыре стены с кондиционером, душная компания… Романтика!
– Можешь не сидеть здесь. Сходи к бассейну, например. Ну или напросись с Яной.
– Предлагаешь мне уехать с ней и оставить тебя тут одного? Чтобы ты мне это потом припоминал? – она даже не подняла глаз от телефона.
Яна же, напротив, испытала необъяснимое облегчение, сбежав от них. Она чувствовала, что, несмотря на все её усилия, между ними сохранялось напряжение и неловкость, которые со временем не проходили. Дома, заранее, они ничего толком не обсудили, вполне сознательно откладывая и избегая эту тему. Возможно, обе просто надеялись, что всё как-то сложится само собой. И вот теперь она задумалась, стоит ли им проводить каждую минуту вместе или только время от времени собираться по вечерам и обсуждать события и впечатления прошедшего дня. В итоге пришла к выводу, что не готова быть им нянькой, и не собирается брать на себя ответственность за их развлечения каждый день. Да, они съездят вместе на пару экскурсий вместе, а дальше каждый сам по себе. Это избавит всех троих от вынужденных притворств, им не придётся натягивать на себя «счастливые улыбки».
Спустя пару часов чемоданы так и лежали посреди комнаты разобранные наполовину. Александр, стоя у окна с чашкой остывшего чая, молча наблюдал за парковкой. В этот момент к нему подошла Алёна. Они оба увидели, как Яна, весёлая и улыбающаяся, ловко садится на байк позади крепкого светловолосого парня. Рядом с ними был ещё один такой же загорелый молодой человек. Вся компания искрилась энергией, смеялась и болтала, и через мгновение они, весело сигналя, умчались прочь.
Из окна апартаментов, наполненных в эту минуту атмосферой утомительного ожидания, эта троица внизу выглядела бесконечно свободной и счастливой, будто дышала полной грудью, ощущая дух приключений и вкус жизни. Алёне отчаянно хотелось быть с ними. Привыкшая быть везде и всегда в центре внимания, она теперь чувствовала себя на обочине самого интересного. И ей это очень не нравилось.
– Вообще-то, она из приличия могла бы сейчас остаться с нами или предложить поехать всем вместе на такси, а не с этими… на байках, – процедила Алёна, всё еще разглядывая пустую дорогу, не в силах сдержать раздражение.
– А мне кажется, – Александр, наконец, сделал глоток чая и, так же не отводя взгляда от окна, продолжил, – что тебе просто очень хочется оказаться там, – он кивнул головой в сторону окна, – на её месте. Но моё присутствие тебе явно мешает это сделать.
Алёна фыркнула и, переняв его язвительный тон, ответила:
– Несомненно, моё присутствие тебе тоже мешает! Ты предпочёл бы приехать без меня, не так ли? Я прекрасно вижу, как ты на неё пялишься! Как только она появляется, ты превращаешься в истукана и глаз с неё не сводишь. Знаю, о чём ты думаешь! – её слова прозвучали тихо, но злобно.
Александр лишь безразлично пожал плечами и поставил пустую чашку на подоконник. Он даже не обернулся, давая понять, что не намерен продолжать эту перепалку. В комнате вновь повисла тишина. До вечера оставалось еще несколько часов, которые им обоим казались бесконечностью.
Первое сентября
Судьба свела Яну и Алёну несколько лет назад, когда Яна, стремясь к спокойствию для себя и дочери, которой только исполнилось шесть лет, перебралась в тихий пригород большого города.
С самого детства Яна была тихой, книжной девочкой. Родители настояли, чтобы после школы она училась в родном городе, – никаких общежитий, никакой «свободной студенческой жизни, нагуляться ещё успеешь». Они без конца твердили, что их долг – «вырастить толкового человека».
Последние четыре года она прожила в родительском доме, вынужденная вернуться в него после неудачных отношений. Но, несмотря на чувство благодарности и признательности к родителям, при первой же возможности она без раздумий покинула его. По её мнению, которое, как правило, расходилось с мнением отца и матери, те проявляли слишком много опеки и контроля. Ошибки в личной жизни лишь усугубляли ситуацию. Стоило Яне попытаться отстоять свою точку зрения, как они, руководствуясь благими намерениями, тут же напоминали ей обо всех прошлых промахах. Конечно, не в упрёк – как не уставал объяснять отец строгим голосом, важно поправляя очки в тонкой оправе, – а лишь с целью «одуматься и послушать стариков, уж у них-то жизненного опыта побольше будет!»
Яна боролась с желаниями быть хорошей послушной дочерью и одновременно вновь вырваться на свободу. Стены родного дома, пропитанные благополучием и безусловной любовью, с годами стали напоминать тесную клетку.
У Яны была мечта – свой дом. Пространство, где она сможет дышать и работать свободно, установив свои правила. Она всегда представляла себе не шум автодорог за окном, а шелест деревьев и пение птиц по утрам, не свет от рекламных вывесок, а закатное солнце в кронах деревьев.
Мечта переехать из большого города в более спокойное место осуществилась, хотя и не совсем так, как она представляла изначально. Заработанных денег не хватило бы даже на первый взнос за дом её мечты, но их вполне хватило на небольшую, но светлую квартиру в новостройке в небольшом и тихом пригороде.
В знойный июльский день она наконец покинула родительский дом, чтобы начать жизнь с чистого листа. Новое место казалось ей идеальным: из окон виднелся огромный парк, в шаговой доступности были все необходимые магазины, а до родителей – всего ничего, не больше часа езды. С самого начала Яна почувствовала невероятную связь с этим уголком и уже не сомневалась: она хочет остаться здесь навсегда.
Первые два месяца пролетели в неспешном разборе коробок и обустройстве. Яна разрешила себе просто жить – без планов, без глобальных целей. Наслаждаться тишиной по утрам, кофе на новой кухне, видом на парк. А потом наступило утро первого сентября, осеннее утро, наполненное шумными голосами, цветами и эмоциями. Один из тех дней, который любой человек воспринимает как начало чего-то нового. И это "новое" у каждого своё.
– Мам, а мне обязательно туда идти? – спросила дочь, слегка надувшись. Она важно вышагивала рядом с мамой в сторону детского сада.
– Не обязательно, но желательно. Тебе не повредит найти новых друзей.
– Тебе тоже! – в том же тоне ответила Маргарита.
Яна замолчала. Это детское замечание задело её. Она была не слишком общительной, даже слегка замкнутой, и не мастером легко заводить новые знакомства. Спустя минуту она ответила тихим голосом:
– Хорошо, я тоже постараюсь.
Всю оставшуюся дорогу до сада они прошли молча. Поднявшись на второй этаж, где располагалась группа, они столкнулись с очень крупной женщиной. Чёрные волосы были туго убраны в пучок, а строгий взгляд и глубокая морщинка между бровей свидетельствовали о крутом нраве воспитательницы.
– Доброе утро! Фамилия?
– Осокина… Маргарита, – выдавила мама.
– Одиннадцатый, – женщина, предварительно сверившись со списком, указала на шкафчик. – Переодевайтесь и постарайтесь в следующий раз не опаздывать.
Она внимательно оглядела девочку и неожиданно подмигнула ей. Под напускной строгостью её глаза светились добротой:
– Давай, Маргаритка, наряжайся и бегом в наш цветник, – сказала она и ушла из раздевалки в группу.
Едва за ней закрылась дверь, как в раздевалку вошли новые опоздавшие. Первым был парнишка, высокий для своего возраста, с букетом миниатюрных подсолнухов подмышкой. Следом за ним, не умолкая, шла его мама, осыпая сына бесконечным потоком наставлений:
– Следи за собой и обязательно позавтракай! И не вздумай драться, держись от Максима подальше! Давай, пошустрее!
Выяснилось, что их шкафчик соседний и во всём просторном помещении раздевалки они оказались вчетвером так близко, что игнорировать друг друга было уже невозможно.
– Доброе утро! Вы новенькие? – первой нарушила тишину мама мальчика.
– Здравствуйте, да, сегодня первый день, – мягко улыбнувшись, ответила Яна.
– Поздравляю! Вам здорово повезло – попали к лучшему воспитателю! Я – Алёна! – представилась она.
– Я Яна, а это Маргарита, – девушка кивнула головой в сторону дочки, поправила выбившийся из хвостика локон, убрав его за ушко, и продолжила крепить к дверце шкафчика органайзер для вещей.
Пока мальчишка в одних шортах разгуливал по скамейке, изображая акробата и с любопытством разглядывая новенькую девочку, мать умело подгоняла его. Она успела проверить список у воспитателя, записала её просьбы в заметки в телефон, распихала вещи по ящику, подмигнула Маргарите – и всё это за две минуты.
Яна украдкой наблюдала за новой знакомой. Она выглядела элегантно и держалась с подчёркнутой уверенностью. Яна невольно бросила взгляд на себя: нежно-голубые джинсы, футболка цвета мяты и белые кеды. Всё просто, практично, удобно. Она всегда восхищалась женщинами, для которых в одежде главными были стиль и женственность, а уж потом – практичность. Сама же она придерживалась противоположного правила: на первом месте для неё стояли комфорт и качество, а вопросы моды и женственности волновали её мало. Она не стремилась привлекать к себе внимание ни с помощью одежды, ни своим поведением.
Мальчик, едва закончив с переодеванием схватил букет и стрелой умчался в группу. А маленькая Маргарита, напротив, с важным видом раскладывала свои вещички с тщательностью юного библиотекаря, словно пытаясь отсрочить неизбежную встречу с новым коллективом и разлукой с мамой. Тогда Яна взяла её за руку, подвела к группе, приоткрыла дверь и присела на корточки.
– Солнышко, – ласково взяв дочку за плечи, тихо сказала она, – я немного поработаю и в середине дня сразу за тобой прибегу.
Обняв дочь ещё раз, она развернула её и направила к воспитателю. Яна быстро встала и, резко развернувшись, хотела уже направиться к выходу, но вместо этого с размаху налетела на Алёну. Та всё это время с любопытством наблюдала за сыном в приоткрытую дверь группы, стоя на шаг позади Яны и Маргариты.
– Ой! Прошу прощения, я вас не заметила, – заливаясь румянцем, начала извиняться Яна.
– Какая ты сильная! Чуть с ног не сбила, а по виду не скажешь. Не переживай, всё нормально! – усмехаясь, успокаивала Алёна раскрасневшуюся собеседницу.
Они вместе вышли в коридор и направились к выходу.
– Ты домой сейчас? Или на работу? – вот так запросто перейдя на «ты», продолжила блондинка.
Яна не любила быстро сходиться с людьми. По её натуре, ей требовалось время: подольше продержаться на формальном «вы», потом какое-то время вовсе избегать обращений в разговоре, и лишь освоившись, перейти на заветное «ты».
– Я работаю дома, на удалёнке.
– О, как здорово! Давно здесь живёшь?
– Нет, мы переехали почти два месяца назад, так что мы новенькие не только в саду, но и вообще в этом городке.
– Тогда давай прогуляемся? Покажу тебе всё вокруг, расскажу, что тут да как.
Выйдя за территорию сада, они оказались на аллее, залитой утренним солнцем. Алёна взяла новую знакомую под руку.
– Тебе в какую сторону? Налево или направо?
– Направо, – ответила Яна. Она слегка растерялась, но старалась этого не показывать.
– Вообще отлично! Мне как раз туда же.
Они неспешно направились навстречу потоку людей, спешивших по своим делам. Алёна вводила Яну в курс дела и заодно без лишней скромности расспрашивала обо всех подробностях жизни новеньких.
– Обзавелась уже друзьями?
– Пока особо некогда было, работа занимает много времени… Есть пара знакомых мамочек, в парке гуляли вместе с детьми и всё пока.
– Насовсем к нам?
– Ну… надеюсь, – нехотя ответила Яна, утомлённая расспросами о себе. Но, вспомнив слова дочери, она преодолела скованность и добавила: – Решила, что достаточно сидеть с ребёнком на шее у родителей, хочется какой-то независимости и постоянства.
– Ты что, одна воспитываешь дочь? Муж-то есть?
Яна попыталась улыбнуться, преодолевая внутреннюю скованность и уже сожалея о своей попытке быть раскрепощенной в разговоре. Она не очень любила вспоминать об этом.
– Нет, разъехались несколько лет назад.
– Он бросил тебя с ребёнком? Вот урод.
– Да нет, так даже лучше. Думаю, у нас всё равно бы ничего не вышло. Наши отношения закончились вскоре после рождения дочки, так и не успев перерасти в брак. – Яна надеялась, что этих подробностей хватит, чтоб от неё отстали с расспросами, но она ошиблась.
– Как жаль. А почему, расскажи? – Алёна крепче схватилась за локоть девушки и во все глаза разглядывала её лицо. Они шли, словно две старые подруги, которые не виделись долгое время.
– Нечего особо рассказывать. Меня с детства отец учил принципу: «Да, жёстко, но зато правда». Но как оказалось, он едва ли подходил для ранимой души писателя. – Яна слегка улыбнулась одним уголком губ. – Он болезненно переносил любую критику своих работ, театрально отказывался от советов и рекомендаций, впадал в депрессию, после чего исчезал на несколько дней… в поисках вдохновения.
– Писатель… ничего себе!
– Да, познакомились в издательстве, я работала с его текстами.
– С деньгами-то хоть помогает?
– Сначала помогал, но через пару лет исчез внезапно и навсегда.
Яна вздохнула. Ей не нравилось откровенничать, и она сама удивлялась, как этой Алёне удалось быстро разговорить её. Она выдала ей свои тайны за полчаса, хотя обычно редко кого посвящала в подробности личной жизни, и сама не часто вспоминала свой короткий, но бурный роман и те времена, когда ей казалось, вот началась та самая, самостоятельная жизнь: они жили в маленькой квартире и были счастливы, несмотря на скромный быт. Правда, недолго.