Не жизнь, а сказка
- -
- 100%
- +
© Е. А. Соглаева, текст, 2026
© Издательство «Четыре», 2026
Единицы сил…
Свой род и предков надо узнавать.История – таинственная дама.Она вуаль не станет поднимать,Пока ты к ней не обратишься прямо.«Открой мне тайны предков, хоть вблизи.Немного хоть утешь мои страданья…Я кто? Откуда я? С какой земли?От крови чьей? И от чьего сознанья?»И, раскрывая ветхие листы…И летописи между строк читая,Их скорби сердца, боль души пойми,На жизнь через Христа взирая.О смыслах и о промахах родниУзнай и восприми как данность.Они уже прожили свои дни,А наши дни пока ещё реальность.«Свой род и предков – единицы сил!..»
Свой род и предков – единицы сил!Прими в свой батальон, бригаду!Из их ошибок тактику поймиИ, как стратег, устрой сраженье гаду!И взгляды с фотографий старых в жизньВдруг обретут для сердца драгоценность.Их теплотой молитвы обними,Нас связывает во Вселенной верность.Спасенья путь по любящим сердцамПроходит сквозь века и души.Сраженье с безразличьем до конца!А нераденье наши судьбы рушит…Не жизнь, а сказка
Поэма
Глава 1
Дореволюционная
Есть на свете Уральские горы,А на них вековые леса.И в Петровы далёкие годыКладовых их открылась краса.Горняки, что руду добывают,Поселились на этих местах.Железняк[1], сидерит[2] вынимаютИз забоев на сильных плечах.Сказочные Уральские горы,Расселились на них казакиВокруг Яик-реки да на взгорьях,При границе служили они.Царской грамотой первый Романов,Избранный государь Михаил,От Илека все земли до устьяИ притоки казакам дарил[3].В необъятных лесах на УралеТихой жизнь староверов[4] была.На демидовских[5] горных заводахИх руда от гонений спасла.Мои предки всю жизнь совершалиТруд тяжёлый на пользу страны.Добывали сырьё, обжигали.Лето, осень – до снежной поры.А зимой, как скрепляют морозыЛёд, в лубочных[6] пожевнях[7]-саняхНа заводы тянули обозы,Груз руды, на впряжённых конях.Ну, раз надо того государству,И повинность на выкорм коней,И чтоб к зимней поре на доставкуБыла упряжь для дела прочней.Сани крепки для долгой дороги,Чай[8] не сено возить – железняк.И самим быть здоровым от роду,Чтобы в зиму в дороге не чах.Перевозка руды – труд не лёгкий.Сотню вёрст, взад-вперёд, на сто дней.По заносам, метелям, морозам.Круглосуточно. Ночь шли и день.А обоз если малый, то двадцать.А бывает, сверх сотни идут!Один возчик ведёт три подводы[9],Ну… иль две, да и то – тяжкий труд.Первым ставят коня, что покрепче,Чтоб в снегу колею пробивал.И второй чтобы сильный за первымКолею для других попримял.Вот поэтому лето им выпасТабуном по полянам лесным.Да на сочной траве чтоб окреплиИ к зиме набрались полных сил.Но бывает сезон с непогодой.Тех коней круглый год прокорми!..Ну а если они заболеют?‥Всех лечи… Или новых купи!Горняки, как свозили в заводыЧто добыли из рудной горы,Получали оплату деньгами,Для семьи закупиться могли.Выезжали на ярмарки в веси[10],Где хлебами богата земля.Закупали муку, крупы, обувь,Ткань, одёжу и упряжь коня.В селе Рудничном весело жили.Все хозяйство вели для себя.На вечёрках[11] приданое шили,Вышивали и пряли любя.С разных мест да от разных заводовЖили рядом, но говор разнит.Муж, бывает, всё акает больше,А жена всё на О говорит.Те, что А, – это Симские, значит.Их «кАрова» дала «мАлАка».Юрюзаньские скажут как пишут,«МОлОко» им «кОрОва» дала.А заводчик построил всем школу,Чтобы грамоте деток учить.В горном деле без этого, честно,Можно много людей загубить.Но не все в те года понимали,Что другие грядут времена.От ученья детей ограждали –Рой забот, на что школа нужна?А Филиппа Данилыча детиВсе учились, как время пришло.И в училище артиллерийскомИзучали войны ремесло.Сам в отставке, военный бывалый,Для женитьбы уж время прошло,Но вдову он сосватал, Наталью,Народил сыновей на село.Ловкая и проворная баба,Та Наталья не робкой была.Перетягивала всех на скалке[12]!Вес ей – восемь пудов, но мила.Коль[13] почует в чём несправедливость,Скажет прямо, не будет юлить.– Вот бесшлейная[14]! Тьфу, что за баба! –Ей Филипп каждый раз говорит.Он её четверых ребятишекОдевал, обучал, воспитал.И совместно рождённых мальчишек –Равно всех он любил, наставлял.Замуж выдал трёх старших девчонок.Им нашёл что в приданое дать.И мальчишки уже подрастали,В них отцовская виделась стать.Он примером своим научал ихВ жизни силу свою испытать,Смело пробовать, не унывая,Всё, что к пользе ты можешь познать.Облегчая горняцкое дело,У заводчиков денег просил.От «Успенки» дорогу в «Тяжёлый»[15]Предложил по расчётам своим.
Семья Филиппа Даниловича Узюмова
Нижний ряд: Сергей Филиппович Узюмов (3),
Владимир Филиппович Узюмов (4),
(третий, возможно, ребёнок Александры)
Второй ряд: В центре Филипп Данилович Узюмов
и его жена Наталья Григорьевна, рядом с ними сидят
уже сами замужние дочери (от первого брака с Махетовым),
первая в ряду Анна, следующие после родительницы
Александра и Прасковья.
В верхнем ряду: Узюмов Семён Филиппович (1),
Махетов Иван (от первого брака с Махетовым),
Первухин Александр Тихонович (муж одной из дочерей)
и Узюмов Иван Филиппович (дядя слепой)
Сын Семён для нужд местной общиныСпроектировал доменну печь,Чтоб по всем мелочам могли самиИз руды железяк всем нажечь.Сын Иван в рудниках не сберёгся,Повредило от взрыва глаза,Оторвало два пальца на правой,Хорошо, что осталась рука.Все трудились на общую пользу,Знали каждый своё ремесло.Но бывало, конечно, и злое,Коль без меры пьют горько вино.По-христиански о судьбах жалея,Мой прапрадед девчушку спасал.Сироту, чей отец с горя спился,Бесприданницей замуж забрал.Рассуждение было такое:То, что бедная, – это пустяк.Главное – не лентяйка. ЛюбовьюИ трудом дом созиждут и брак.Сарафан свёкры ей подарили,Полушалок цветной расписной.Девку словно княжну нарядили!Доброй, доченька, будь ты женой.В церкви Дмитриевской обвенчались,Павел к дому Ирину ведёт.Девки свадебны песни запели,У ворот их встречает народ.Павел Фирсович сильный, высокий,Перевозчиком в зиму ходил.Летом с шахты от рудных забоевНа конях он породу возил.Для семьи и любимой старался.Дочки три и сынков пять росло,Если кто из детей провинился,Не кричал и не бил никого.Наклонится, в глазёнки заглянет,Чтобы стыд сразу насквозь пронзил,И детишки росли в послушании.Все смирялись, лишь пальцем грозил.В помощь дома Ирине – дочь Маша:«Школа, улица – что баловать?Пой, пряди, вяжи и качай люльку,Да пелёнки… Семья! Как гулять?!»В помощь тяте[16] – Семён, самый старший.На ребят взгляд Ирины другой:«Вырастут, пойдут в армию, жалко…Тяжало им, вернутся ль оттоль[17]?»А в училище артиллерийскомВыпускной, уж наполнился зал.Сын Филиппа Данилыча младшийХорошо все экзамены сдал.Чертежи по устройству орудий,Яды в газах и порохов смесь,Карты, тактику и маскировку,Не пятная отцовскую честь.И зачислен Владимир ФилиппычВ полк… о чём документов уж нет,Только карточка, фото: он с другом,В форме с шашкой и краткий привет:«Жив, здоров, Вам того же желаю.Извините, прижмурился глаз.Двадцать третьего в чине повысят,Тогда сфоткаюсь я ещё раз».Как то фото вообще сохранилось?Словно в прежнее время проход.Стоит дата: десятое мая,Век двадцатый, семнадцатый год.Вот две разных семьи моих предковУдалось вкратце мне описать.Все трудами и любящим сердцемЖили так, чтоб ответ Богу дать.
Узюмов Владимир Филиппович с шашкой, с другом Иваном (10 мая 1917 г.)
Глава 2
Революционная
1917
В феврале под Самарой ВладимирБеспорядки был призван тушить.И с правительственными войскамиБыть в строю, чтоб законность хранить.Вроде хлеба просили, но лозунг…Про царя и груз тяжкий, войны;И в запале неповиновеньяБродят лучшие кадры страны…Революции страшная силаСорвала, закружила в свой вой.Всех!.. Она никого не щадила,Наказала… За мир и покой.Жертвой выбран помазанник Божий[21],В заключенье со всею семьёй!Под лукавые лозунги братстваБрат на брата выходит войной!Октябрём большевистским охваченПетербург с златоглавой Москвой.Двоевластие – то же безвластье.И Владимир отпущен домой.В декабре снегом белым укрытаНа Урале родная земля.В политических кровопролитьяхНе нуждались село и семья…1918
«Реки крови подняв на знамёна…»
Реки крови подняв на знамёна,Заграничной лукавой змеёйВпрыснут яд социальных утопий –«Рай» построить при жизни земной…Бог не нужен им. Властью террора –Счастье, равенство! Общей судьбой!И на Русской земле богомольнойРитуально убит царь с семьёй!Обезглавленным роем народнымЗакипела безумная тьма!Предан всеми «удерживающий»!Отступила с ним «тишина»…Как посмели! И кто же удержитУправленье безумной страной?!И пришли тут холера с испанкой,Голод, тиф повсеместно сыпной.Август был, когда вновь призывали.Армия Колчака собраласьСвергнуть власть большевистских агентов,И гражданская сечь началась…В рядах первой Уральской бригадыПротив красных, в районе Уфы,И Владимир сражался с войскамиЗа порядок казнённой страны.1919
«А „Всему своё время“ – то мудрость…»
А «Всему своё время» – то мудрость.Смерч прошёл. Кто остался живой,Тот меж небом и грешной землёюПродолжает путь жизненный свой.У Марии сынок народился.Александром назвали его.А в стране невзнузданное времяВсё копытами топчет быльё…Вертит, крутит, ломает и рушит.Бунт повсюду, в бессилии нытьё…Продразвёрстка, что ль, голод потушит?!Без копейки, отобрано всё!Жизнь держалась пока прежним ладом.Семьи дружным укладом своимПережить лихолетье пытались,Примеряясь на новый режим.У Филиппа Данилыча в домеВсе четыре семьи сыновей:Пять Семёна, Ивáновых трое,Трое Вовы, четыре – Сергей.Мужики на работе иль службе.На хозяйстве четыре жены:Одна двор чистит, воду привозит,Другой дома заботы даны,Чтоб прибрать, починить всем одежду;Третьей – стряпать на всех и варить,А четвёртой – сарай обиходить,Мыть коров, покормить, подоить.А в субботний день: баня, побелка,Всю посуду начистить; с детьмиВсё бабуля Наталья кружится,Семь внучат – воспитай и уйми!В декабре на побывке ВолодяМесяц дома был – рада семья!Молодая жена, сын полгода,Тятька, мамка… Дух чи́ста белья…1920
После отпуска красноармейцемВ батальоне казацком служил.В Златоустовской воинской частиГорьку весть из села получил.Эпидемии, голод и старость.Помер тятя Филипп в феврале.Попрощаться родня собиралась,Чтоб предать его тело земле.А в апреле – демобилизован,Возвратился Владимир в село.Стал забойщиком в шахте работать,Взрыв пород и разбор – ремесло.Принят в партию, большевиком стал,Теперь взносы ещё заплатиИ собрания, голосованьяОбязательно все посети.В мае избран в ряды исполкома,Переизбран ещё раза три.Время шло, но голодные годыВсё, как прежде, с болезнями шли.1921
Продразвёрстку сменив продналогом,Власть опять хочет взять урожай…Председателем многолавки[24]Стал Владимир – «что хошь продавай».Указанья и постановленья,Что ни день, на село выдают.«Но не солнышко, всех не согреешь»,Председателем быть – тяжкий труд.С церкви колокол снять приказали,Переплавят на нужды страны…– Церковь – Божие место! Разбойник!– На кого же надеешься ты?Угождая властям, люд ты давишь.Так свои ж – всё село, каждый дом!Не давя, ты задачу не справишь,Виноват перед всеми во всём.Урожай отдавать, горько плакать,Зиму всю голодать… Тяжко жить.Когда снег уже таял, с крыш капал,На погост стали многих свозить.Глава 3
Советская
1922
«Вот задачу дают: „Посевную…»
Вот задачу дают: «ПосевнуюВ голодающей веси провесть»,И Владимира уполномочить.В голод чем засевать? А чем есть…Власть теперь не про семьи и сёла,А про сдачу продуктов, зерна.Скупят дёшево – «дойной коровой»Стал народ и родная страна…Для посева в Башкирию ехать,Там и климат теплей, есть поля.Кто поможет, чтоб службу исправить[25]?Братья, кто ещё? В помощь семья!Всё, что было, собрали в дорогу.Там на две семьи дали им дом,Называли тот хутор Свобода.Расселились отдельно потом.Мужья сеяли в поле пшеницу,Рожь, гречиху, горох и овёс,Коноплю. В огороде картошку,Мелочь. Ваня и пчёлок привёз.«В Рудничном в тот год дело случилось…»
В Рудничном в тот год дело случилось,Женщина своровала овцу.Спрятала в подполе под картошкой,Как пришли к ней, метнулась к крыльцу,Мол, корову дою, что вам надо?В подпол слазили, кражу нашлиИ сейчас же её наказали,Как велось тогда: «лучше свои».С давних пор на Урале казакиПроживают и службу несут.У них было в традиции местной,Что властям своих не выдают.Если кто провинился, накажут:Коль своровано – быстро найдут,Что украл, то на шею повесят,Сквозь село на стыденье ведут.Бьют нагайкой[26], все смотрят на вора,Видят, что он украл, на плечах.Больно, трудно идти с ношей в гору,И в глазах нескрываемый страх!Всем наука. А если вор жадныйСворовал что потолще овцу,Долго шёл и под тяжестью падал,Больше порки дадут подлецу.Возмещение взыщут убыткаИ отпустят бока полечить.И обычно один раз хватает,Чтобы как воровать, позабыть.Хорошо, что на месте решают.Бить нагайкой – что тут хорошо?То, что властью своею наказан,Отлежался, и кончилось всё.А иначе – арест, областной суд,Ссылка, каторга. Что там решат?‥Без родителя как же детишки,Старики, если в доме лежат?Кто скотину твою обиходит,Каждый день натаскает воды,Печку русскую в доме протопит?Не спалят дом детишки одни?Если не подоили корову,Заболеет, придётся лечить.Или вовсе подохнет. ХозяйствоБез хозяев не может прожить!1923
На Свободе посев охраняли,На земле труд не легче руды.Если уполномочен – так должен!Коль не сдюжишь – ответственный ты!Всё растили, чтоб сдать продналогиДа село, чем осталось, снабжать.Весной всходы хранить от погодыИ до зрелости оберегать.Всяк хозяйственный умный мужчинаРазмышляет управить дела.Но помочь тем, кому очень плохо,Нужно, чтоб в них надежда была.Вот Владимир сдал норму налога,Что осталось, всем распределил.Да вдове мешок хлеба оставил –Семь детей, муж за белых служил.И тогда… всё иначе сложилось…Ну, раз белым помощник – нам враг.Оппозицию в партии строишь?Механически выбыл! Вот так.1924
Пока жили там, малость отъелись,Вновь Мария была на сносях.Саше пять, во дворе вой метели,Мужа дома нет, где-то в делах.Просит мама сынишку: «Ты сбегайТётю Надю скорей позови!»Он противится: «Мама, там холод,Ветер воет в сенях у двери!»«Схватки начались, надо помочь мне.Дверь толкни – она снег и примнёт».Вновь пошёл и вернулся: «Там дует!И с сугробов снег в глазки метёт!»Так раз пять к ней сынок возвращался:То дорогу забыл, как идти…То почти он до тёти добрался,Но забыл, что сказать, по пути.Всё же вызвал подмогу для мамы,В конце марта, завьюженным днём,Народилась сестрёночка Клава.Стали жить в доме том вчетвером.Хоть чуть-чуть отдохнуть после родов,Но малышка-то грудь не берёт…Что такое?! Что делать?! Есть знахарь!Их Владимир к башкиру везёт.Старичок посмотрел: молодыеВ беспокойстве и плачет дитё…Плёнка под языком, он прирóщен,Надо просто подрезать её.Подточил остро нож, обмотал весь,Только маленький кончик торчит.Показал, чтоб головку держали,Чуть подрезал. «Корми», – говорит.Тут голодная девочка цепкоУхватила грудь – дело пошло!Рады все, мало надо для счастья,Чтобы сытым заснуло дитё.Вот весна… Дело вновь посевное,Третий год без родных, всё одна.По отцу, сёстрам, братьям тоскует,Ночь и день плачет Маша без сна.Но задачу свою выполняя,К концу года ей муж обещалВсё управить. И, дело сдавая,Он жалел, что его оставлял.Продал скот, сдал запас, посевное.Чтоб зимой не захворить детей,Он коня прикупил, стало двое.Гнал, что чуть не загнал тех коней!1925
И вернулись в село, где родные,Дом купили просторный, большой.Там две комнаты, кухня и погреб,У двора был колодец с водой.Вот на улице горной безлюдно,Через два двора дед коня вёл.Открываясь, ворота скрипели,Петли смазать он с банкой пришёл.Саша с другом в то время гулялиИ полезли родник открывать.Стали спорить и прутики взялиИ тянулись, чтоб воду достать.Васька как закричит! Сашки нету!Прибежал сверху дед Авакум:«Руку, руку давай мне!» И держит.За мизинец, спасая, тянул!Он двоих видел, дёргали крышку,А когда крик услышал, смекнул,Что второй, перевесившись лишку,Ненароком в колодец нырнул.Вася долго ревел, указуяНа колодец дрожащей рукой.Нем стоял, пока друга тащилиВ дом, согреть от воды ледяной.1926
Долго здесь не смогли, не прожили.Сердцу что-то тревожно. Потом…Этот продали, меньше купили,На Советской – полдома, не дом.Рыли ямы к столбам под ворота.Клане два с половиной – сама! –Помогала на ручках у тятиЛейкой вычерпать воду со дна.Труд любить с малых лет научали,Наловчиться и делать самой.А в селе власть Советов в печали…Не выходит опять «рай» земной.И кого уж тут сильно волнует,Что земле тут не климат плодить.Власть террора над всеми лютует,Всё отдай! Как детишек растить?!Дело рудное зная, ВладимирПлан добычи забойщиком вёл.Через год как десятник назначен,Чтоб семью прокормить – на всё шёл!В дружных семьях друг другу на помощьКаждый день кто что сможет даёт.Да проведать друг друга с работыКум иль брат каждый вечер зайдёт.Ну а если твой дом по дорогеОт работы у всех на пути,Так известно, что тут все сойдутсяНовостями обмен провести.1927
Братья Маши уже повзрослели,Стали возчиками помогать.Конь у каждого, утречком раннимВместе стали на рудник гонять.Тятя с Ваней, Егорка и Пётр,Коля тоже, хотя ученик.Добывают руду и по лету,Помогал всем и быстро привык.Как с работы вернутся, на отдыхРаспрягают уставших коней.Хомуты[27] в дом повесят на шпигри[28] –Вся стена занята от дверей.Отряхнутся от крупного сора.Рукавицы, обмотки[29], носкиПосушить набросают на печку,До рабочего утра, поры.Вечер. Ели, чем были богаты.Спать – полати[30] с печи до стены.Молодые туда залезали,Всем тепло, отдыхай до зари.Утром тятя толкает: «Вставайте.Уж светло». У Арины дела.Уж коровок помыла, сдоила,До ворот к пастуху довела.Маша с Марфой уж выданы замуж.Ей одной: скот, изба, женский труд.Как мы будем без нашей Арины?Скоро сватать, пожалуй, придут.Носки, «варюжки», лапти, обмотки,Тятя с шумом сметает с печиНа пол: «Ну-ка, своё разбирайте».Пыль столбом сквозь косые лучи.Обтряхнули, оделись, попили,Обед взяли, коням хомуты.И пошли запрягать на работу,В рудной пыли натопав следы.Приберёт всё Арина, помоет,Постирает, все дырки зашьёт.Есть в сарае дела, в огороде.Печь натопит, чего-то спечёт.А меж этих дел: тканье, вязанье,Прясть шерсть в нитку – дел круговорот.Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Железняк – горная порода, содержащая железную руду.
2
Сидерит – минерал класса карбонатов, содержащий железную руду.
3
Царская грамота 1615 г. закрепляла за вольными казаками земли, отвоёванные ранее у ногайцев самими яицкими казаками. Казацкие традиции, воспитывающие сплочённую военную силу, стали основой Белого движения в гражданскую войну 1917–1922 гг., и после её окончания те земли были отданы советским правительством Киргизской (Казахской) АССР в составе СССР.
4
Староверы – старообрядцы, противники реформ в целях унификации с греческой православной церковью патриарха Никона 1650 г., те, кто воспринял изменения как «предательство истинной веры предков».
5
Демидовы – владельцы горных заводов, сами были старообрядцами и нанимали более охотно работников из старообрядцев, т. к. те не склонны к пьянству и бесчинствам, трудолюбивы и исполнительны.
6
Луб – внутренний слой коры липы.
7
Пожевня – короб, прикреплённый к саням (для обожжённой породы железной руды), состоящий из основной нижней части и выпуклой крышки, плетённых из луба и соединённых ременными застёжками.
8
Чай – от слова «чаяние» (синонимы: намерение, желание).
9
Подвода – повозка для перевозки грузов.
10
Весь – небольшой населённый пункт, деревня.
11
Вечёрки – собрание молодёжи после трудового дня для общения, развлечения и отдыха, совмещённое с показом, какими видами творческих рукоделий владеют девушки, сопровождалось совместным пением песен парнями и девушками.
12
Перетягивание на скалке (местное выражение) – мужское состязание в силе рук – армрестлинг.
13
Коль (местный говор) – если.
14
Бесшлейная (от слова «шлея») – часть упряжи, чтобы сдерживать коня.
15
«Успенка», «Тяжёлый» – названия рудников, на которых работали жители села.
16
Тятя (тятька) – так в то время на Урале дети называли отца.
17
Оттоль (местный говор) – оттуда.
18
Гнобит – давит, склоняет.
19
Жать – сжимать рукой; как процесс сбора колосьев: одной рукой срезают серпом колосья, а другой рукой захватывают в пучки.
Жито святое – пшеница, хлеб, святой «хлеб жизни» в таинстве православной церкви.