Блюз серых лисиц
- -
- 100%
- +
«Нужно выждать момент, улизнуть и дать деру до ближайшей тропы», – решил я. Вступать в схватку сразу с тремя парнями нечего было и думать.
Отличный план, кто бы спорил, но вот над воплощением его стоило поразмыслить, а времени осталось в обрез.
Арсенал моих колдовских трюков к этому моменту был до обидного мал – отвод глаз да умение взаимодействовать с ближними предметами. Но последнее скорее напоминало дешевые фокусы, чем что-то полезное: притянуть стоящий рядом стакан или смести движением пальцев лист бумаги со стола я еще мог, а что-то большее – извините.
Первым делом я вообразил себя внутри воздушного шара. Отвод глаз не поможет исчезнуть, если за тобой пристально наблюдают, но дает неплохие шансы ускользнуть в суматохе. А именно ее я и планировал устроить.
Дождавшись, когда мои сопровождающие вступят на проезжую часть (и будут вынуждены частично отвлечься, чтобы смотреть по сторонам), я собрался, изо всех сил представил, как движением снизу вверх луплю моих сопровождающих по козырькам, так чтобы кепи слетели назад и заставили запрокинуть головы, и тут же, не ожидая результатов, резко ушел вниз и метнулся в сторону, едва не под колеса проезжающего авто.
Маневр мой, можно сказать, увенчался успехом. По крайней мере меня не скрутили сразу, не сбили с ног, но парень справа оказался слишком уж расторопен. За мной он бросился тут же, без промедления. Его рука хватанула воздух над моим плечом, так близко, что пальцы скользнули по ткани пиджака. Двое оставшихся замешкались, да и под колеса машин кидаться не захотели, и в результате заметно поотстали. Мы же неслись друг за другом.
Я бежал так, что ног под собой не чуял, и все же никак не мог оторваться от своего преследователя. Убегать, мне, конечно, и раньше приходилось. Но вот так, когда тебе в буквальном смысле наступают на пятки, – это ни с чем не сравнимый опыт. Которого я предпочел бы не иметь вовсе.
Я слышал только свист в ушах и громкий топот, сердце так и норовило выскочить из груди. Ни дать ни взять заец, рядом с которым клацает зубами злобный волк.
Маршрут я прикинул заранее: через пару улиц отсюда на карте был отмечен еще один тайный путь, проложенный, кажется, Дэрианом. Вот туда-то я и несся как угорелый, стараясь заходить на повороты так, чтобы не дать возможности преследователю хоть на дюйм уменьшить расстояние между нами. Он, надо сказать, тоже не плошал и не отставал ни на шаг.
На последнем повороте я дал маху: немного вильнул в сторону, чтобы не вляпаться в подозрительно блестящую лужу, запнулся о неровность и едва не клюнул носом. Но парень за мной, ухватил меня за шиворот, протащил за собой шаг-другой и с размаху прижал к стене.
Я извернулся и лягнул его, попав в голень.
– Пас-скуда, – хватка его чуть ослабла, но обрадоваться порадоваться этому я не успел: этот гад зарядил мне в челюсть. Я успел немного отклониться, но приложил он меня прилично: голова мотнулась в сторону, в щеку дернуло болью, рот наполнился кровью.
Боль неожиданно придала сил. Я дернулся, вывинтился у него из рук и сумел проскочить у этого амбала под мышкой, замечая одновременно две вещи: начало тайной тропы – до нее оставалось всего-то шагов пятнадцать – и то, что пока мы тут мило беседовали, отставшие было парни успели нас догнать.
Положение мое было незавидным – двое людей О'Кифф вот-вот настигнут меня сзади, один – злой, как ирландец, лишенный выпивки, – впереди. Сейчас он наставит на меня пушку – и конец..
Почти одновременно мы выхватили он – пистолет, я – свирель. Я успел на долю мгновения раньше. Успел – и бросил ее парню О'кифф в руки, в надежде на то, что она заинтересует ирландцев куда больше меня самого.
В целом, я угадал: амбал машинально схватил инструмент и замешкался на долю момента. Это дало мне небольшую фору: я пулей пронесся мимо него и почти не снижая скорости, с ходу, влетел на скрытую тропу.
И только тогда позволил себе остановиться и перевести дух.
Теперь я точно знал: эту тропу открыл мистер Ди. Только его дорогам был присущ голубовато-сизый туман, стелящийся здесь по земле, легкий пронизывающий ветерок, свежий до холодного, тонко пахнущий зеленой травой и вереском.
Я отдышался, ощупал лицо – губа разбита в хлам, хорошо хоть зубы на месте, – сплюнул кровь, и, не торопясь, пошел дальше, тщетно пытаясь вспомнить, куда же ведет этот путь. И через некоторое время замер, не веря своим ушам: отчетливые звуки шагов и голоса послышались сзади. Кто-то шел за мной по тропе. Расстояние на дорогах фейри – очень непостоянная величина, но голоса я узнал – та самая троица. И мгновением позже хлопнул себя по лбу: значит, мне не показалось, что лицо одного из парней мне знакомо. Я даже имя его вспомнил – Гэри. Он пару раз заходил в «Нору».
Выходит, он умеет видеть тайные тропы и работает на ирландцев. Паршиво.
Я прибавил шаг, выскочил на улицу в забытом богом переулке, свернул наугад направо и через некоторое время убедился, что дорога привела меня в абсолютно глухой Т-образный тупик.
Что за невезение!
Это место напоминало каменный колодец – ни лестниц, ни карнизов, даже окна заложены – с небольшими лазейками внизу, но через те если только кошка пролезет.
Я прижался к стене, прислушиваясь и пытаясь понять, что делать дальше: ждать здесь или идти обратно?
– Гре-ейстон?
Я не сразу понял, откуда доносится этот голос и поначалу счел его порождением собственного воображения, потом опустил взгляд и целую секунду пялился на знакомого, кремового цвета, котяру с холодными голубыми глазами.
– Фух, Дэриан, – наконец выдохнул я с облегчением, – вы очень вовремя.
– Разве? – Выражение кошачьей морды стало на редкость скептическим.
Я шепотом, очень быстро – в нескольких предложениях – объяснил ситуацию.
– Ты прав, я вовремя, – согласился он, неторопливо прошествовал мимо меня, абсолютно беззвучно запрыгнул на стоящие у стены деревянные ящики и царственно сел, обвив лапы роскошным хвостом.
В этот момент я так и видел мистера Ди невозмутимо сидящим за столом в кабинете: сплетенные пальцы с острыми ногтями и выжидательный взгляд. Последний, впрочем, и в животном обличии у него превосходно получался.
Дэриан, похоже, и не думал трогаться с места, а между тем парни О'Кифф уже сошли с тропы. Их шаги гулко разносились по переулку. Как и обещания найти «паршивого щенка» и кое-куда засунуть ему его «свистелку». Это несколько нервировало.
– Вы собираетесь что-нибудь делать? – беззвучно, одними губами прошептал я.
Чертов фейри и когтем не шевельнул, зато улыбнулся так тонко и издевательски, что посрамил бы и Чеширского кота.
Видишь ли, Грейстон, – котья морда сохраняла неподвижность, но его холодный бархатистый голос отчетливо звучал в голове, – ты очень нам все осложняешь.
– Вам? – тут же переспросил я.
Голубые глаза неотрывно буравили меня неуютным взглядом.
– И мне, – подтвердил Дэриан. – Но, в основном, Донни. Я давно бы с радостью от тебя избавился, но дал слово не причинять тебе вреда, – тут кот досадливо фыркнул. – Что не помешает мне смотреть, как это будут делать другие, раз представилась такая возможность.
Я конечно, и до этого знал, что мистер Ди не питает ко мне теплых чувств, но такого не ожидал. Впрочем, хлопать глазами и восклицать: «Да за что же!» времени не было: голоса преследователей звучали уже совсем близко, а рассчитывать, как только что выяснилось, я мог только на себя.
«К черту Дэриана», – решил я.
Я еще плотнее вжался в стену рядом с ящиками, в надежде прошмыгнуть по ней к выходу, медленно достал из кобуры пистолет и осторожно взвел курок.
Нервы мои были напряжены до предела, дыхание казалось оглушительным.
«Я должен отсюда выбраться, должен, должен, должен…»
Звук тихих, подкрадывающихся шагов раздался рядом, – и время снова растянулось изнутри, вмещая в каждую секунду множество событий.
В тот момент, когда вооруженные преследователи вошли в «колодец», кот издал ехидный смешок. Слышный только мне – это я понял уже потом . Тогда же меня будто по оголенным нервам полоснули.
В приливе праведного гнева я схватил мохнатого поганца за шкирку и безо всякого почтения швырнул брыкающегося кота в лицо ближайшего из парней. Откуда только силы взялись: кошачье обличье мистера Ди весило не меньше двадцати фунтов.
Фейри взбесился, полосуя воздух и все, что под лапы попадет, острыми когтями. Амбал заорал дурниной, его приятель, колдун Гэри, таращился на этот бардак с выпученными глазами, и я смог проскочить у него под носом. И только тогда понял, что просчитался: третьего с ними не было . Он обследовал другую часть проулка, но, услышав шум, поспешил мне навстречу со стволом наперевес.
Сзади послышались окрики «Стой!» и выстрелы.
Я несся вперед, почти равнодушно уже смотря на направленное на меня дуло.
– Стоять, щенок!
«Да пропади вы все пропадом!», – думал я. Или не думал? Мне просто отчаянно хотелось в этот миг оказаться подальше отсюда.
Я очень четко слышал звук выстрела, когда стоящий впереди головорез нажал спусковой крючок.
Бах!
Потом что-то сверкнуло перед глазами – и проулок взял и исчез, будто сменился кадр кинофильма. Я оказался в узком тоннеле, напоминающем тайную тропу в миниатюре. По инерции я пронесся по нему, а потом неведомый монтажер снова вырезал кусок пленки и приклеил дальше тот, где я со всей дури влетаю кому-то в спину.
Ударом из легких вышибло воздух. Перед глазами мелькнула черная ткань костюма, оказавшаяся вдруг у самого носа. Слух уловил уже становящийся привычным грохот перестрелки. Под этот вот аккомпанемент я повалился вперед вместе с жертвой моего внезапного наскока и инстинктивно зажмурился.
Дивный вечер
День не задался с самого начала.
Я открыл глаза и долго лежал, пялясь в потолок «прозекторской», восстанавливая дыхание и дрожа всем телом.
«Бред, все это не более чем очередной бред», – успокаивал я себя, пытаясь натянуть повыше откинутое ночью одеяло. А потом обнаружил, что завалился спать одетый – в брюках, рубашке и жилете. Хорошо хоть туфли снял.
Вчерашний день кусками всплывал в памяти, со стороны похожий на жутковатое приключенческое кино. Финал же его и вовсе заставил схватиться за голову.
Я воровато осмотрелся, приметил висящий на спинке стула пиджак и аккуратно – словно в витрине магазина – расставленные на полу туфли. Потом перевел взгляд на второй серебристый браслет, охватывающий мое запястье чуть ниже первого – и со стоном повалился на кровать.
«Позорище… И ладно б еще я был пьян, а то ведь просто заснул, как мальчишка».
Я заставил себя думать о чем-то другом, благо тем для раздумий хватало.
Можете смеяться, но свой бредовый сон я в конце концов объяснил себе бурной фантазией и угрызениями совести из-за того, что застрелил вчера того парня. Прекрасное обоснование, вполне похожее на правду.
Закрывая за собой дверь, я был спокоен и даже испытывал осторожную надежду на то, что день окажется неплохим.
Но оказалось, я рано расслабился.
Еще дойти до лестницы не успел, как получил тому явное подтверждение: навстречу шел Дэриан, а злобно зыркающий на тебя фейри – не то зрелище, которое хочется видеть перед собой с утра пораньше. Миг-другой я даже всерьез раздумывал, не перенестись ли отсюда куда подальше, но это выглядело бы настоящим бегством. А доставлять ему такое удовольствие совсем не хотелось,
– Грейстон… – Это прозвучало скорее как «попался, придурок».
– Мистер Ди, – отозвался я, нацепив вежливую улыбку. – Как вы себя чувствуете?
Да-да, я в курсе, что задать этот вопрос – самый легкий способ вежливо взбесить того, кто и так еле сдерживается. Но я тоже был на него зол. Не повторяйте такого с фейри, предварительно не убедившись, что он не способен причинить вам вреда.
– А ты как думаешь? – Глаза его неприятно сузились, а взгляд ввинтился в черепушку ледяным колким вихрем, даже лоб слегка заломило.
– В подвешенном состоянии? – предположил я. – Брошенным, возможно?
Холеное лицо Дэриана перекосило. Не знаю, чем бы в итоге все это для меня закончилось, если бы не со стуком распахнувшаяся дверь.
– Что тут происходит? – спросил Донни, привалившись плечом к косяку и смотря попеременно то на меня, то на брата. – Ссоритесь за право первым предстать пред мои ясны очи? Продолжайте, пожалуйста, не стесняйтесь.
– Твой бармен слишком много о себе возомнил, – холодно ответил мистер Ди, подчеркнуто меня игнорируя.
– Вы предвзято ко мне относитесь, – я с притворным смирением опустил глаза, чтобы не выказать некоторое злорадство. – И вообще-то я шел вниз.
– Тогда принеси-ка нам чего-нибудь освежающего из погреба, – распорядился патрон перед тем, как закрыть дверь.
Иначе говоря, это означало: «Дай нам обсудить кое-что без тебя минут десять-пятнадцать, а потом, будь добр, явись обратно».
Я вздохнул, спустился в зал и застал там девичник: Бри, Берди и Мейси сидели за столиком, о чем-то оживленно совещались и выглядели именно так, как выглядят женщины, обсуждающие мужчин.
Увидев меня, они замахали руками, захихикали, будто их застукали с поличным. Стоило пройти мимо и повернуться к ним спиной, как смешки и шушаканье тут же усилились – не надо быть великим прорицателем, чтобы понять, кто стал новым объектом их разговора.
Так что я даже порадовался, что несколько занят – общество двух непредсказуемых фейри, один из которых желает мне смерти, показалось вдруг меньшим злом.
– … мой долг – сообщить о происходящем Охотнику, нравится тебе это или нет, – донесся из кабинета голос Дэриана, когда я подошел к двери с подносом в руках. – Близится его время.
Я остановился и позволил себе послушать еще немного.
– Последний, кто мне тут нужен, – это Орри со своими гончими, – ответил Донни, – и ты прекрасно это знаешь.
Мурашки пробежали у меня по спине: впервые за все время, что я знал босса, мне послышался в его голосе тщательно скрываемый страх.
Я постучался в дверь и, не дожидаясь разрешения, открыл ее.
– Разумеется, как и о причине этого, – пока я шел к столу, мистер Ди сверлил меня тяжелым взглядом. – Но не считаю ее существенной.
– Мы справимся с этим и сами, – склонившись к сидящему в кресле Дэриану говорил патрон, и, черт возьми, это звучало почти заискивающе.
Мне представлялось, что мистер Ди должен торжествовать в этот момент, но, выяснилось, что я плохо его знаю.
– Я ограничен в своих действиях, – спокойно произнес он. – ЕеВеличество может призвать меня ко двору в любую минуту, а ей не отказывают, как ты понимаешь. Мой совет: отошли куда-нибудь....
– Не выйдет, Дэрри, – быстро прервал его босс, косясь в мою сторону, – не выйдет.
С минуту, не меньше, фейри смотрели друг на друга.
– Пока время терпит, – наконец произнес Дэриан. – Но если откроются дополнительные обстоятельства… – он покачал головой и умолк.
Патрон поджал губы.
– Ладно, – продолжил он недовольно. – С приемом все в силе?
Вместо ответа мистер Ди достал из кармана огненно-рыжий кленовый лист, сделал почти неуловимое движение ладонью – и тот, подхваченный откуда-то взявшимся сквозняком, по красивой дуге опустились в подставленную руку босса.
– Полагаю, просить тебя о благоразумии – что воздух впустую сотрясать, – произнес Дэриан наставительно. – Попытайся хотя бы не усугубить проблему.
– Как пожелает Господин Северного Ветра, – босс отвесил ему церемонный поклон. И если бы не наглая ухмылка, его можно было бы назвать глубоко уважительным.
Глава агентства поморщился, я же смотрел на него во все глаза, пытаясь сопоставить сидящего передо мной высокомерного красавца с героем услышанных в детстве историй.
Господин Северного Ветра знает толк в битвах. Он ценит порядок, дисциплину и впереди всего ставит долг. В нем не найдешь тепла – сердце его закалено сражениями, глаза холодны, как морские брызги, а взгляд – пронзителен, будто дыхание студеного ветра. Один из верных стражей Зеленого Двора, он умеет устанавливать границы, толковать знаки Видящей и не боится скверных новостей.
Его другие имена – Господин Грядущих Битв, Повелитель Холодных Пределов, Владыка Справедливых Решений.
Цвета его – синий и цвет слоновой кости.
Пока я таращился на Мистера Ди братец его переключил внимание на меня.
– Золотце, Дэрри любезно приглашает нас на вечеринку. Передай Берди, чтобы подобрала вам с ней что-нибудь подходящее, нужно же соответствовать столь высокому обществу.
«Ты собираешься притащить на прием этих!?» – «Коти-ик, не будь букой…» – «Меч и Корона! С кем я разговариваю…»
Я оставил братьев разбираться между собой и тихонечко выскользнул за дверь.
Вот так и вышло, что я на целый день попал в цепкие руки нашей рыжеволосой искусительницы. Уже через час курьеры доставили в «Нору» целый ворох платьев, смокингов и всего к ним прилагающегося, кабинеты для совещаний временно превратились в примерочные, а зал – в филиал дома мод.
Разумеется, Мейси с Бри тоже не могли пропустить такое развлечение и вместо одного придирчивого консультанта я обзавелся целыми тремя. В результате нас с Берди можно было хоть сейчас отправлять на прием к английской королеве.
– Понимаешь, птенчик, Дэриан здесь – самая большая шишка среди фейри, – наставляла меня Берди, когда мы уже при полном параде сидели за столиком в ожидании дальнейших указаний. – Хотя кое-кто, конечно, так не считает. – Тут я вспомнил, что не далее, как вчера таскал эту «шишку» за шкирку и снова испытал некоторую неловкость… – Так вот, иногда он устраивает вечера для своих. Донни не слишком их жалует, разве что в ночь зимнего солнцестояния, да и сопровождающие ему никогда не требовались, – тут Берди призадумалась было, но тут же решительно тряхнула рыжими локонами, – Главное, Арчи, что нужно понимать: там будут фейри. И не все из них милашки. Поэтому проверка защиты лишней не будет.
С этими словами она проворно уселась ко мне на колени и обвила руками шею. Изумрудные глаза ее оказались прямо напротив моих. Я, конечно, немного привык уже к штучками нашей лианнан, но предпочитал смотреть на них исключительно со стороны, тем более что свидетельницей этой сцены была и Мейси. Не удивительно, что я слегка стушевался и старался вовсе не шевелиться.
– Начинай, – кивнул я я спустя пару секунд, переведя дух и готовясь противодействовать сладкой волне очарования.
Берди рассмеялась:
– Начинай? Птенчик, да я шпарю так, что уже сама себя хочу, – и ласково потрепала меня по щеке: – Ты стал намного сильнее.
– Развлекаетесь, ребятки? – одобрительно мурлыкнул Донни, спускаясь по лестнице. В таком вот расфранченном виде к королеве его вряд ли бы пустили, зато эстетствующие декаденты конца прошлого века, полагаю, красиво умерли бы от завести, осознав, что подобного совершенства им не достичь. – Жаль только меня не подождали, я не прочь к вам присоединиться.
С этими словами он приземлился рядом с нами, многозначительно улыбнулся Берди, и та понятливо пересела на соседний стул.
И начался странный экзамен, в котором каверзные вопросы о том, как вести себя в обществе фейри перемежались кусочками лекций. Минут через пятнадцать, будто вышесказанного было мало, патрон достал колоду карт. Теперь приходилось одновременно и отвечать, и следить за игрой. Не скажу, что это давалось легко.
– Сойдет, – наконец заявил экзаменатор, когда я потерял счет времени. – Везде следуйте за мной, когда я вас отошлю, старайтесь держаться друг друга. Будьте предельно внимательны и держите ушки на макушке.
В чем-чем, а в этом я за прошедшие месяцы поднаторел.
Когда пришло время отправляться на прием, мы прошествовали в кабинет патрона.
Кленовый лист, врученный мистером Ди, оказался одновременно и приглашением, и картой, точнее той самой нитью, связывающей точку открытого перехода и конечный его пункт. Донни открыл тропу – и уже через пять минут мы оказались за городом, на крыльце небольшого особняка, стоящего у самого леса. Теплый золотистый свет лился из окон, слышался смех и легкая музыка, сам особняк и ведущая к нему дорожка была украшена старомодными свечными фонариками и гирляндами их осенних листьев и ягод. Красиво, но, в целом, ничего необычного.
Стоило патрону протянуть руку к серебряному дверному молоточку и постучать три раза – звон вышел негромкий и удивительно мелодичный, – дверь тут же открылась.
– Дивного вечера, – совсем юный на вид парнишка в темно-синей визитке удивленно вскинул брови, будто увидел заявившегося не в свой срок Санта-Клауса, потом посмотрел на меня, на Берди и нахмурился.
– Рад тебя видеть, Финн, – Донни беззаботно вручил ему приглашение и перчатки. – Объявлять не нужно.
Изнутри дом казался куда больше, чем снаружи. Весь первый этаж представлял собой единый зал, с удобными, похожими на ниши, закутками, мягкими диванами, столиками с фруктами и закусками.
Двери в противоположном конце зала вели на просторную веранду.
Пахло осенним ветром и весенними цветами. Играли скрипки, виолончели, флейты и арфы. По залу сновали хобгоблины во фраках и грациозно постукивали копытцами официантки-глаштиг. Развлекали гостей танцами озерные девы.
– Ясной ночи всем присутствующим! – провозгласил Донни. Голос его вдруг наполнился новыми обертонами, зазвучал и весело, и вкрадчиво, и глухо, и звонко, словно по мраморному полу кто-то рассыпал драгоценные камни.
Мгновение относительной недоуменной тишины сменилось шелестом одежд. Головы всех мужчин и женщин в зале повернулись в нашу сторону, взгляды – удивленные, недоуменные – провожали нас, изучали столь пристально, что кожу покалывало, будто крохотными электрическими искрами.
Фейри.... Несомненно, они были красивы. Все до единого, словно актеры, которых тщательно отобрали из тысяч и тысяч претендентов.
Одежда гостей поражала разнообразием, также навевая мысли о сцене или небольшом маскараде: от современных костюмов и платьев до нарядов столь давних эпох, что они казались вне всяких времен.
Легкое перешептывание – шелест крыльев десятков мотыльков – заполнило пространство зала. В нем слышалось и удивление, и интерес, и осторожное неодобрение. Донни неторопливо шел, приветствуя знакомых – кого улыбкой, кого кивком, кому отвешивая легкий поклон разной степени ироничности. Мы с Берди держались сзади, натянув на лица выражение безукоризненно-равнодушной вежливости.
– Вечер полнится сладкозвучьем! – легкой стрекозой выпорхнула откуда-то девушка в остромодном платье цвета чайной розы. Ее лицо было мне смутно знакомо: кажется, я видел его на экранах кинотеатра. Движения ее были плавны и текучи – и при этом стремительны. Она приобняла Донни за плечи. – Нас ждет что-то интересненькое?
Она впилась взглядом сначала в Берди, а потом и в меня. Так и хотелось отмахнуться от него, словно от назойливой мухи. Удерживало понимание двух истин: во-первых, это было бы оскорбительно, а во-вторых, многие гости, затаив дыхание, следили за происходящим.
– Джо, Джо, – смеясь, ответил патрон, поправляя упавший на ее щеку пепельный локон,– ты все так же любопытна.
– А ты все так же оригинален, – заметила она с некоторым оттенком презрения. Последнее, по большей части, относилось к Берди. – Интересно, что бы сказала Госпожа Долгих Ночей о подобной пф.. свите?
Улыбка Донни мгновенно превратилась в оскал, а пальцы сдавили нежный подбородок Джо.
– Не стоит говорить о ней, милая, это скверная примета, – предупреждающе произнес он, глядя ей в глаза, и та вздрогнула.
– Прости, я не должна была…
– Кто из нас безгрешен, – тут же сменил гнев на милость Донни, приобнял девицу за талию и направился к расположившимся живописным полукругом в одной их ниш гостям, попутно расспрашивая даму о тысяче разных вещах: ее успехах, танцах, знакомых…
Я успел забыть, какая это скучнейшая штука – светская жизнь, а тут снова оказался если не в эпицентре ее, то где-то поблизости.
Спустя некоторое время я сделал некоторое количество выводов.
Фейри, явившиеся на прием в современных нарядах, чаще всего оказывались бродягами, странствующими по человеческому миру. Подобно Донни и Джо они носили привычные уху имена, конечно, выдуманные.
А вот Дэриана, например, очень немногие позволяли себе называть так просто, хотя он и проводил здесь довольно много времени.
Гостей из Холмов, редко заглядывающих в мир людей, величали со всеми титулами и эпитетами без исключений.Иногда слова «господин» и «госпожа» заменялись в речи на одинаковое «сур», звучащее как выдох, – далекое эхо языка Холмов, отдающееся легкими мурашками в затылке.
Еще я насчитал среди гостей как минимум семь человек, в том числе четырех музыкантов. В одном из них я,к удивлению своему, узнал Уэйна. Заметил ли меня он меня, я не знал: он играл и казался полностью поглощен своим делом.