Oldman from the Haselhope-city

Нилл сел на скамью. Через пять минут подошел и сел рядом мистер Бад Доа.

– Доброе утро, -сказал Доа, – весьма хорошая погодка, ты не скажешь?

– Доброе утро, мистер Доа. Да утро выдалось на славу, но только чуть печалит та ноаость, что это может быть последнее мое утро.

– Почему-то на твоем лице я не вижу, ни тревоги, ни страха, Нилл. – сказал и достал из внутреннего кармана две папки. – Вот, держи это мои с твоим отцом и дедом письма. Первое- желтое это 1800 года с твоим дедом Галлиоллом. Второе- серое, 1807 года с твоим отцом- Фроном. И оба они Аль-Кираны. – Доа протянул папки Ниллу. Он взял их и открыл. Писем в этих папках было штук восемь в каждой папке. Эти письма подкрепили доверие Нилла к этому мистеру Доа.

– А, письмо, что вы меня нашли вы отправили моему отцу? – спросил Нилл вернув папки с письмами.

– Конечно, я сейчас иду в почту, после того как спрошу, ты хочешь избежать смертного приговора?

– Конечно хочу.

– Тогда я расскажу подробности плана, согласен?

– Я весь во внимании.

– Итак, ты сдаёшься Г. Д. Х. Сначала они тебя посадят в тюремную камеру на пред последнем этаже. Просидишь до утра. Никто время на суды и на разбирательства тратить не будет и за ночь подготовят виселицу на площади Красных душ, -«Вот почему по ней никто не ходил и близко даже не проходят, -подумал Нилл. " – соберется толпа. И по их плану тебя повесят.

Как только тебя выведут на площадь подъеду я сл своими друзьями на черных «Агиро Зиро"* (*Агиро- производитель машин. Основана в Трихариании Ридоо Гидру в 1809 году. С тех пор она одна из самых дорогих машин.) (*Модель Зиро была выпущена в 1825 году и сразу стала самой быстро продаваемой до Зиро-Эниос, то есть до 1850-гг.) и устроим небольшое представление и в конце планируем убить мэра Хасельхопа, который будет там. На его место станет более влиятельный человек. Он сделает Хасельхоп- городом для жизни.

Доа закончил. Нилл взглянул на небоскреб который тонул в облаках и солнечном свете.

– Хорошо. Все-равно не кому здесь доверять.

***

15 мая настало быстро в тюремной камере здания Г. Д. Х. Железные стены вокруг словно давили на сознание Нилла и ему казалось, что если он проведет здесь еще один день, то точно сойдет с ума. Каждое слово отдавалось огромным эхом. Каждый шаг и эхо, которое въезжало в уши и оставалась там. Не приятно, да.

И вот камеру начали отворять. Нилла вывели на первый этаж и посадили в машину. Фирмы Нилл не узнал. Они поехали. На площади Красных душ уже стояла виселица и куча народа пришли посмотреть на смерть только что прибывшего в этот город иноземца. Мэр говорил какую-то речь. Но его слова заглушали вопли толпы, когда Нилла вытащили из машины и повели к виселице.

– Добрый день, человек который чуть не спас самый опасный район в нашем великом городе! – прокричал мэр. – А, постой-ка я знаю твоего отца! Ты Ниллсон, верно? Даа! Я помню когда я зашел к вам в дом и твой отец возвращал мне долги в целых 6. 000. 000 юо. И ты малой там бегал. И знаешь, даже не сжалюсь и не спрошу, что ты тут делаешь. Если даже твой отец здесь. Он ничего не сделает.