- -
- 100%
- +
Внезапно она подняла на него глаза полные страданий.
– Ты… я люблю тебя Дани, но сейчас мне кажется, что уже не так сильно. Потому, что ты убиваешь во мне всю радость. Все желание быть счастливой. Тебе не нравится, как я пою, как я разговариваю с тобой, как я одеваюсь, ты даже не учишь меня ничему новому. Ты бросаешь меня. Если не можешь найти во мне хоть что–то… любимое… я буду жить одна со своим ребенком! Я уйду! И ты меня уже не вернешь. Прости, но у тебя было много шансов стать моим настоящим мужем. А сейчас уходи, ведь у тебя дела. У тебя… есть другие дела!
Даниэлю ужасно хотелось успокоить ее, но он не стал этого делать. Весь на взводе он повернулся и пошел к выходу. Сказал вслед, как обычно:
– Делай что хочешь, мне все равно!
И закрыл за собой дверь.
Ксения заплакала так горько, как будто это был последний день в их совместной жизни. Все еще плача она начала стирать косметику и пошла умываться ледяной водой. Из зеркала на нее смотрела несчастное лицо подростка после жестокой вечеринки. Она взяла свою ароматную пенку и намылила глаза. Слезы жгли еще сильнее, она плакала и просила: «Вернись, только вернись… я буду твоей женой, тебе не все равно!»
…В дверь позвонили.
– Даниэль!!! – Ксюша закричала и побежала к двери.
– Простите, скажите, если я не вовремя, я тут же уйду!
Александр стоял за дверью. На полу были инструменты, и банка с краской.
Ксюша отошла от него, упала на колени и завыла в голос. Мужчина сразу подошел, присел и обнял девушку. Он поднял ее с колен и обнял еще крепче, прижал к себе.
– Дорогая, не надо плакать, давай мне сюда твою боль, я забираю боль, забираю слезы, всё, они у меня, все хорошо, все у вас хорошо! Я все забрал себе, вот уже положил в специальную коробку с инструментами, пусть будут там, а когда я открою – выпущу их в окно. И всё уйдет! … Ну вот и всё, успокоились, Вы можете говорить?
– Не могу… Я думала мой муж… вернулся.
– А куда он ушел, Ваш муж?
– На работу! – Ксюша разочарованно всхлипывала.
– Он же не умер? Никто же не умер?
– Нет…
– У вас что-нибудь болит, вы заболели?
– Нет, я … я здорова.
– Ну вот, значит нет причин плакать. Муж ушел на работу, вы не больны, все живы, правда?
– Он не хочет ребенка, понимаете? Он жестокий!
– Это ужасно. У него уже есть дети? – Он все еще держал Ксюшу в объятиях.
– Нет…
– Он просто не знает, что такое ребенок, поэтому не хочет. А вот я знаю, и могу вам рассказать, что значит ребёнок для мужчины. А вы – ему… Попробуйте. И он захочет, я уверен.
Успокаивающий голос подействовал. Неожиданно для себя, Ксения прямо спросила:
– Вы можете сделать мне ребенка? Можете? Я вам… заплачу.
– Я уже стар для того, чтобы дарить такой молодой и хорошенькой женщине детей! – Он искренне рассмеялся. – Но совершенно точно у вас еще есть много времени.
– Вы совсем не старый. А от него я уже ничего не добьюсь.
– Я не могу, дорогая. Придется поискать кого-то получше, я точно знаю, что не могу, увы. Расскажите мне свою историю, почему он не хочет, почему такое горе?
– Он не верит в меня. Он не верит, что я буду хорошей матерью.
– А какая, ты думаешь, должна быть хорошая мать? – тихо произнёс Александр.
Он сел на диван и посадил Ксюшу на свои крепкие колени. Девушка чувствовала восхитительное спокойствие, которого у нее давно уже в жизни не было. Ласковые мужские руки обнимали ее, голова лежала на его широкой груди, от которой не пахло этим удушающим парфюмом… только легким стиральным порошком… свежим бельем. И – мужчиной.
– Я думаю, хорошая мать не бросает своих детей.
Ксюша опять заплакала.
– А еще? Какая она должна быть еще?
– Ласковая и вкусно готовить. Играть… в детские игры. А я не могу. Даниэль один раз привел ребенка… Вы не поверите, я совершенно не знала как с ней разговаривать.
– Она уже разговаривала?
– Да, ей три года, и она болтала без умолку. А я почти ничего не понимала. Я не умею играть с детьми.
– Они очень шумные, правда?
– Очень, и берут все подряд в руки, а потом… роняют.
– Да, ты тоже так делала, когда была маленькой. Все так делали. Дети так учатся… им интересно, когда что-то падает, и брать все, рассматривать.
– Что мне делать?
– Учиться нужно всему. Думаешь, я сразу научился делать ремонт, менять проводку, ломать стены…? Я раньше гвозди сам не забивал. А потом, когда появилась нужда – я всему научился. И ты научишься. Надо быть спокойнее. Всё тогда получится.
– Он говорит, что я буду кричать на ребенка.
– Все, абсолютно все родители могут закричать на ребенка, но от этого они не перестают его любить. Ты кричала на мужа когда-нибудь?
– Я … – Ксения внезапно представила, как она это делает – Да, я очень часто…
– Ну вот поэтому он и боится. А он часто срывается на крик, обижает тебя?
– Нет, вот он никогда не кричит, но это еще хуже! – Она сделала круглые обиженные глаза – Вы знаете как это ужасно, когда он молчит???
– Ужасно, это, когда бьет. Или орет так, что ты боишься пикнуть. А когда он молчит, значит сдерживается, бережет тебя.
– Бережет??? То есть он меня так… защищает? – с этой стороны равнодушие мужа Ксения никогда не рассматривала. Она привыкла высказывать свои чувства.
– А ты как думаешь? Кричать это очень легко. Сдержать обидные слова или удары, довольно сложно бывает для мужчины, … если его рассердить.
– Поцелуйте меня… пожалуйста…
Он поцеловал ее в лобик.
– Нет, по-настоящему. Я хочу… почувствовать. Я думала о вас весь вечер. Я хочу, чтобы вы меня поцеловали… Вы же это делаете… Я заплачУ!!!
– Не надо этого, деточка. Вот муж придет, его и поцелуешь.
– Я не хочу его видеть. Мне здесь плохо. Давайте уйдем куда-нибудь… где не будет этих серых стен. Где будет весело, в кафе, в ресторан… куда нибудь…
– Хорошо, погулять я могу. И даже в ресторан сводить. Но целовать замужнюю даму – я обещал себе, что не буду разрушать чужое счастье.
– У меня нет никакого счастья, просто никакого! Я очень несчастна.
Александр с наслаждением слушал ее. Разве он не о том же думает? Он одинок, его жена не дает ему ни тепла, ни ласки, разрешает ему встречаться с другими женщинами и иногда… очень редко приходит в его комнату, как лунатик, у которого есть физиологическая потребность или инстинкт. У него было много женщин, но ни одна из них не была настолько мила, чтобы хотелось бы развестись с Кристиной. Но эта женщина молода, и вряд ли их брак длился больше двадцати лет… поэтому он сказал ей о расставании.
– Милая девочка, если нет счастья – разводись и найди себе нового мужа.
– Но я его люблю! Он… красивый.
– Значит, есть у тебя какое-то свое счастье. Любить не каждому дано в этой жизни.
– А вы свою жену любите?
– Настолько сильно, что хочу прожить с ней до своих последних дней, и недостаточно сильно, что могу спокойно проводить свое время с другими одинокими леди.
– И вас… не мучает совесть? Ей же, наверное, очень больно?
– Ее боль совсем не в этом. У нас, кажется, погибла дочь.
– Какой ужас!… Кажется?
– Мы точно не знаем, тела ее не нашли. Но прошло уже почти шесть лет, как она пропала без вести.
– Как жаль… как мне жаль. – Ксюша заплакала и погладила его по голове. – Бедный, бедный… вы страдаете. Ваша бедная маленькая девочка.
– Моей дочери было бы сейчас двадцать три.
– Это девушка? Ее могли… Ой, простите меня, я просто столько случаев знаю. Очень нехороших.
– Да. Это не то, о чем бы я хотел поговорить.
– Пойдемте скорей. Нам обоим нужен свежий воздух!
Ксюша накинула светлый пиджачок, надела бежевые кеды, поправила волосы и решительно вышла за дверь.
Там остались инструменты и банка с краской. Она даже попыталась поднять их, но Александр решительно перехватил ее руки и сам поставил в коридоре свои вещи. Они закрыли дверь, спустились по лестнице и вышли на улицу.
***
Ей нравилось идти с таким мужчиной под руку. Очень нравилось, как будто она гордилась тем, что с ней такой живой и симпатичный человек. Ну и пусть он старый, зато такой обаятельный.
Александр повел ее мимо кафе и ресторана, мимо отеля и бара в сторону парка и сказал:
– Я работаю в этом районе, потому, что надеюсь, моя дочка придет сюда. Когда она была маленькой, мы… приезжали вот в этот район, и гуляли… мы гуляли и смеялись. Нам было очень хорошо. Она бы вспомнила это место. В общем, беру заказы, чтобы можно было быстро приехать сюда, и стараюсь каждый день ждать ее на нашей скамейке или возле воды, где мы кормили уток. Здесь были раньше утки.
– Я не знала…
– Посмотри, как хорошо. Когда у тебя будет ребенок, ты будешь с ним гулять, рассказывать ему истории, птичек кормить.
– Я не такая, как все. Я думаю, что у ребенка должен быть отец, но сейчас я хочу воспитывать его одна. Если Даниэль не согласится, я буду искать… или пойду на ЭКО. Я с детства мечтала о братике, сестре, о ребёнке. У многих подруг и друзей были, а у меня – нет. И моя лучшая подруга уже беременна,.. тоже.
– Это вариант. – он засмеялся. – Так можно родить кого угодно. Увидеть какое-то новое лицо… Только, дорогая, не делай глупостей, такие вещи нельзя делать в тайне от мужа. Береги свою честь и его достоинство. Иначе, можно разрушить жизнь… ребенка, и вообще всё. Ты не хочешь этого, правда?
– Вы правда не хотите меня поцеловать?
– Кто же не хочет… поцеловать такую прекрасную девушку. Если ты не передумаешь, я поцелую тебя. Один раз! Он строго на нее посмотрел. И всё! Но не сегодня!
– Согласна. Давайте просто посидим и… подождем. Не хочу идти домой.
Один психолог был такой умный, что посоветовал ей родить нового ребенка, пока еще не поздно. Глава 5.
Даниэль хотел вернуться, очень хотел. Он даже остановил машину, припарковался на запрещенном месте и сидел, сжав зубы, чтобы не закричать. Но момент, когда он был готов повернуть назад и обнять жену, уже был упущен. Это надо было сделать сразу, там, дома. Успокоить, уговорить … Дать понять, что она ему не безразлична.
Ведь Ксюша начала готовить, встречать его без этих… сцен из мыльной оперы. Из всех вещей, что делала жена, больше всего ему нравилось, как она поет, тихо или громко, с микрофоном, но так радостно, или, иногда, так грустно, чуть не плача…
Он никогда не говорил об этом, потому, что несерьезно, даже смешно – умиляться ее пению. Она же не ждала его одобрения, не спрашивала, нравится ему или нет.
А голос был очень приятный, тонкий, девичий и очень чистый. Возможно, Ксюша часто пела дома и в детстве, с няней или… кто там за ней присматривал…
Мужчина уже с первых месяцев знакомства ясно понимал, что разница в их воспитании очень велика. У него большая и дружная семья. Отец с матерью обожали его старших сестер, а «Даничку» обожали все, как единственного мальчика. Мать просто с ума сходила от нежности, сестры всегда его обнимали так часто, и так сильно, что приходилось вырываться. А Ксения… единственная дочь довольно известного в своих кругах человека, крупного, солидного мужчины, который сменил трех официальных жен и еще бог знает сколько любовниц.
Все, что полагалось отцу, он, видимо, выполнял, но этого недостаточно, чтобы девушка знала как жить в семье с детьми, и как с ними обращаться. В Ксюшином доме всегда было много взрослых людей, но, по-моему, совсем не было других детей. Даниэль видел по ее поведению, что, скорее всего, милые капризы удовлетворялись сразу, а требования, только после крика и топанья ногами… она, похоже, прекрасно копирует своего отца. Требует подать срочно, здесь и сейчас.
Неужели жена сделает это, и ребенок будет… не от него?
Она с ума сошла. Пусть только попробует, Даниэль знает точно, что тут же разведется!
Не надо было вчера закрываться от нее. Как он жалел об этом. Утро полностью испорчено, и теперь она там сама решает, пойдет на этот шаг, или нет.
Он резко развернул машину. «Хочу посмотреть на этого типа!!! Я только посмотрю и всё пойму!»
Мужчина возвращался домой. На работу даже не позвонил, после такого стресса, полностью забыл про все дела. Он взбежал по лестнице, стал звонить и стучать в дверь, потом достал ключи и открыл.
Никого не было. У двери чужие вещи, лежала рабочая одежда, какой-то красно-серый большой кейс.
Он поднялся в спальню… Слава богу, никого. Постель нетронута.
Даниэль был стратег, всегда очень тщательно просчитывал свои ходы.
Если они ушли вместе, то куда? Могли в отель. Рядом есть приличный отель, куда Ксения могла согласиться и пойти. Там он вчера встретил ту женщину, красивую и очень одинокую женщину. Даниэль сразу понял, что ему надо делать. Он очень быстро пошел туда. Осмотрел бар, потом ресторан – жены там не было. Подошел к стойке администратора.
– Скажите, сегодня было заселение с утра? Молодая женщина, одна или с мужчиной?
– Нет, сегодня пока новых гостей не было, только выбыли… несколько пар. Кого-то ищете?
– Да, ищу свою жену. Я… могу с вами пообщаться наедине?
– Сейчас позову кого-нибудь, подождите в баре, меня на время заменят. Вы хотите какой–то особенный номер, с обслуживанием?
– Да, возможно.
Даниэль постарался включить всё свое обаяние, оплатил, в форме подарка, возможную помощь, пообещал щедро вознаградить и переслал фотографию своей жены. Если она появится здесь, ему обещали сразу же позвонить.
Он решил, что эта мера предосторожности, поможет вовремя остановить ее от совершенно безумного поступка. Или хотя бы убедиться, что она сделала свой окончательный выбор.
Как можно быть такой безответственной. И такой… истеричной. Он сделал следующий ход по своей защите от такой ненормальной жизни, зарегистрировал на себя один люксовый номер. «Вечером не буду возвращаться домой, сразу в отель, в комфорт и тишину, а потом… мы уедем. И если Ксения не опомнится, не попросит вернуться, или из отеля позвонят, не буду больше мучить ни себя, ни ее. Итогом нашей семейной жизни будет развод».
Сердце билось в груди громко и отдавало в горло. Мужчина всё пытался успокоиться и подумать о хорошем. Вспомнил профиль Кристины, когда она еще не повернулась к нему, ее спокойные благородные черты лица, небольшие, но приятные губы, шелковые волосы.
Он будет разговаривать с этой женщиной, и получать эстетическое удовольствие.
Пока Даниэль ехал в офис он старался думать только лишь о Кристине и предстоящей встрече с ней. Мысли о жене превращали его в такую же «истеричку».
Хорошо, представим, какой у нее муж? Наверное, большой начальник, уверенный в себе.... Такое заведение, где я с ней познакомился, не посещают люди среднего класса. Достаточно дорогой отель, ресторан… А если муж не ценит ее, это будет хорошим мотивом спокойно общаться со мной. Она ищет дочь? Я постараюсь ей помочь и получить благодарность. Хотя бы в форме искреннего поцелуя. Дочь на нее должна быть хоть немного похожа, я ее найду. Лицо Кристины стояло перед глазами, он великолепно ее запомнил.
***
Крис вернулась домой, надела свой простой и теплый халат, достала фотографии маленькой дочери … она все не могла забыть о том молодом мальчике. Он похож на какого-то актера из молодежных сериалов или фильмов. Кристина совершенно не собиралась с ним встречаться, как с мужчиной, не рассматривала как возлюбленного, но, почему-то, очень хотелось с ним по душам поговорить. У него такие понимающие глаза. О чем? О своей жизни, как со случайным попутчиком. «Мы, может быть, встретимся, я попробую ему рассказать то, о чем не могу говорить со своим мужем».
Мысли ее успокаивали, давали надежду. Этот мальчик почему-то давал ей надежду, что все изменится. А любой психолог… тот же попутчик, который имеет право давать советы.
Кристина ненавидела советы. Люди, которые их дают не были в ее шкуре, никогда не чувствовали ее боль, они были чужие, посторонние, для них важны только деньги и опыт. Новый опыт, ее история, и циничные советы, которые усиливают боль. Один психолог был такой умный, что посоветовал ей родить нового ребенка, пока еще не поздно, и назвать созвучным именем. Она посмотрела на него так, как будто хотела испепелить своим взглядом и спросила: «У вас есть дети?» Услышала ответ – «Пока нет, но планирую. Поверьте, это не имеет значения, есть проверенные методики», усмехнулась, заплатила и ушла навсегда.
– Что ж, это может стать моим концом, а может – началом, – задумчиво произнесла вслух Кристина и начала выбирать платье.
Она с мужем уже пережила очень много предательств и из мен, а он не смог простить всего одну. И, конечно же, даже не заметит ее отсутствия, а может быть и обрадуется. Женщина подготовила сообщение и решила отправить его мужу завтра рано утром. Мы уедем вместе, если мальчик не передумает. Я должна узнать, верны ли мои ощущения предстоящего счастья. Вдруг наша встреча – это воля судьбы, тот самый счастливый случай, которого я так долго жду....
В пять вечера Даниэль принял звонок, увидев имя абонента на экране, он вздрогнул.
– Ваша жена у нас, она в баре, я обещала Вам сообщить сразу же.
– Сейчас буду!
Мужчина выбежал из офиса так стремительно, что напугал свою секретаршу. Он вел машину, нервно обгоняя, ругаясь такими словами, которые уже давно не слетали с его языка. Еще несколько минут, и он увидит свою жену с другим мужчиной, возможно у них уже что-то было. Какой ужас. Черт бы побрал эту женщину.
Ужас постепенно сменился раздражением, потом злобой, а затем и тревогой. Вдруг он решил воспользоваться доверчивой расстроенной красавицей, и смог ее соблазнить? Ксюша плохо разбирается в людях, а сегодня она очень уязвима.
Даниэль вошел в отель и кивнул девушке из администрации. Она глазами показала в сторону бара. И только взглянув на жену, мужчина почувствовал мощный удар по самолюбию. Даже если Ксюша обижена на него за недостаточное внимание, это не повод смотреть с таким восхищением на другого мужчину.
Он еще больше укрепился в решимости закончить их отношения разводом. Не было сил смотреть, хотелось подойти и ударить его, так сильно, чтобы уничтожить. Что между ними? Разве они скажут правду, если он начнет драку? Нет, надо сдержаться.
Лица мужчины Даниэль не видел, а жена его не заметила, она смотрела только на одного человека, и больше вокруг никого не замечала. Он обошел зал и сел позади Ксении, так близко, как это было возможно.
Мужчина в возрасте его отца. Скорее всего он был в молодости довольно красив, и сейчас сложно было найти недостатки, кроме возраста. Держался очень уверенно, намного увереннее обычного рабочего, который делает у них ремонт и впервые пришел в дорогое заведение. Спокойно что-то объясняет его любимой Ксюше.
Старый болван! Даниэль пытался взять себя в руки, но к нему тут подсела молодая пышногрудая девица, она разговаривала так, что это было похоже на вздохи и стоны, что она говорила, было непонятно, и Даниэль, стиснув зубы, прорычал ей резко «Нет. Я буду здесь один. Отойди от меня».
Что-то в жене неуловимо изменилось. Она в своем простом наряде, в котором он застал ее утром, выглядит намного более интригующей и желанной, чем любая девица с выставленными напоказ прелестями. Это было очень мучительно – наблюдать, как они разговаривают. Он услышал слова Ксении:
– Вы правда считаете, что я не должна говорить ему о своих чувствах каждый день? Да, я извинюсь за крик, обязательно. Сама не понимаю, как это получается, я просто ору, как будто сумасшедшая. … Просто взять его за руку и погладить ее? … А потом, я могу спросить, что ему во мне нравится, да? … Хорошо! Я расскажу ему, как буду учиться.
Мужчина что-то спросил.
– Вы думаете, я должна попросить его об этом? … Нет, мы еще ни разу не были вместе в отпуске. Я уезжаю, обычно, с отцом. А он работает. … Да, теперь я понимаю, как люди устают на работе. Вы правы. Александр! То, что вы сегодня сделали… давайте я сразу оплачу. Вам же так будет удобнее? … Нет? Хорошо, когда комната будет готова, я отдам все сразу. Мне пора… скоро может вернуться Дэни. Я буду самой понимающей женой в мире.
Она обняла его и пошла на выход.
Даниэль понял, что не было ничего. Ксения не сделала ничего, еще не успела, и этот мужчина тоже. Как же красиво она идет, она идет к нам домой, одна.
А мужчина начал кому-то звонить.
– Я жду тебя, как обычно, дорогая моя. Да, жду. Посидим и поедем к тебе, у меня есть пара часов. С удовольствием проведу их с тобой!
Всё понятно, у него есть, кем заняться, помимо моей жены. И здесь он бывает часто. Наверное, богатые женщины дают ему достаточно денег.
Даниэль расплатился, отпил из бокала, поставил его и вышел. По дороге домой он чувствовал вдохновение. Еще не все потеряно.
***
– Даниэль, как ты рано! – от неожиданности Ксюша вздрогнула и сразу почувствовала на себе объятия мужа. Теперь он вел себя, как влюбленный мальчишка, который потерял свое терпение и разум.
Он старался контролировать себя, но это у него не получилось. Его любимая откинула голову, посмотрела ему в глаза, и он не успел отвести своего взгляда, как обычно. Сейчас в ее глазах горело такое искреннее непоказное желание, что от его самоконтроля ни осталось ни следа.
***
– Это было восхитительно, Дэни! Только не говори, что тебе не понравилось, – с восторгом прошептала она. – Я люблю тебя! Ты прекрасный муж!
Даниэль медленно одевался и смотрел на нее с долей страдания в глазах.
– Почему ты так смотришь? Я ничего не сделала…
– Но ты хотела.
– Нет, я просто хотела напугать тебя, чтобы ты понял как это важно.
– Ты встречалась с ним, да? Ксюша скажи мне правду.
– Мы только разговаривали, клянусь! Да я встречалась, но… Ты ревнуешь??? Я думала, в тебе нет ни капли ревности, ты казался чудовищем, которое не способно даже ревновать. О, милый, мне так жаль. Я знаю теперь, как тебе тяжело со мной.
– Ты хотела меня так, потому, что … встречалась с ним?
– Я… да. Ты прав. Он мне понравился. И он умный, гораздо умнее, чем ты, в отношениях с женщинами. С ним так легко… отпустить свои чувства. Не надо играть роль, я просто была собой.
– И он тебе нравится. – мужчина уже всё понял и просто ждал подтверждения.
– Да, нравится, и что? Мне не может никто понравиться? Любимый, все же было так хорошо. Давай… оставим эти разговоры. Я – твоя жена, и совершенно неважно, почему ты стал мне ближе, чем… чем раньше.
Дэниэль не ушел в душ, в кабинет, не вышел из дома, он вернулся, сел на диван рядом с ней и обиженно молчал. Она сразу обняла его и зашептала:
– Чем скорее у нас родится ребенок, тем будет лучше и нам, и ему. Пока я буду беременна, обещаю, я прочитаю все лучшие книги по воспитанию, и мы … заведем собаку. Я покажу тебе, что умею заботиться. Пожалуйста, Дэни.
Ее слова еще больше расстроили его. Они же потеряли голову и ни о чем не думали!
– Я надеюсь, ты не жалеешь? Ты все еще любишь меня? – спросила она его.
– А я надеюсь, ты понимаешь, на что идешь. Если я не единственный, кто может стать отцом,… если я пойму, что ты предала меня, наш прелестный малыш будет жить… в несчастливой семье!
– Но у нас впереди еще много времени, если ты будешь со мной… Ты ведь будешь со мной? Иначе, я снова почувствую себя несчастной.
– Скажи, сегодня, когда ты смотрела на меня, ты… видела его? Представляла его?
– Нет, я просто не притворялась, как обычно. Он объяснил мне, что все эти женские журналы и книжки лгут. Нельзя стать желанной, если притворяться кем-то другим, – пропела она своим ангельским голосом Дэни почти на ухо.
– Вы разговаривали об … этом??? О нас???
– Да, и что такого… он намного больше знает, чем мы с тобой вместе! И я рада, что доверилась!
– Я даже не знаю, как это назвать…
– А я знаю. Это – как раскрыть тайны опытному… инструктору!!!
– Ты сошла с ума.
– Если бы я не встретила его, я бы никогда не поняла, что могу быть с тобой счастливой. – Ксюша быстро его поцеловала, потом еще раз и еще. А теперь нам нужно получше узнать друг друга! Если ты устал… я могла бы налить тебе ванну с пенкой …
– Это ужасная идея.
– Почему?? А я бы хотела, чтобы ты так за мной ухаживал… А что ты хочешь?
Даниэль, хотел сказать, что он тоже хочет себе такого инструктора в женском обличии с опытом и в прекрасной форме! Он должен завтра уехать! Желание узнать больше о Кристине и помочь ей никуда не исчезло, просто немного притупилось. А теперь это был уже, профессиональный интерес и даже какая-то… месть.
– Я уеду завтра на один день точно, возможно на два. Но если ты посмеешь с ним…
– Нет-нет. На выходных он не придет, не волнуйся. Я буду ждать тебя дома. И звонить… Ты будешь рад моему звонку?
– Кажется да. – Он, наконец, улыбнулся.
Начинало садиться солнце. Пока Ксюша плескалась в ванной, Даниэль вышел на балкон и смотрел на свой закат. Сегодня он был оранжевым и похожим на пламя, которое сжигало все мосты… Мысли о ребенке пугали его и одновременно приводили в состояние покоя. Если Ксения не сможет… он будет сам… заботиться и воспитывать… будет любить.