История Беларуси в контексте европейской цивилизации

2.3.1. Основные концепции формирования белорусского этноса

Под термином «белорусские земли» понимается совокупность первоначально слабо связанных между собой территориальных единиц, в границах которых формировался и развивался белорусский народ. Белорусы как особая этническая общность возникли в результате этногенетических процессов, развивающихся на территории современной Беларуси и смежных с нею земель на протяжении многих столетий. Как и другие общности, этническая общность основана на единстве территории, языка, культуры, особенностях психического склада, характеризуется слабостью хозяйственных связей, наличием неоформленного единого этнического самосознания.

Народность характерна для рабовладельческого и феодального общества. Являясь исторической категорией, народность образуется в результате консолидации племен и складывается, как правило, в условиях государства, предшествует образованию нации.

Каждая из этносоциальных форм является определенной ступенью формирования этноса – устойчивой общности людей, которая складывается на определенной территории и характеризуется единством языка, быта, культуры, черт психики, самосознанием, представлением о единстве происхождения, которое выражается в определенном этнониме (названии).

Процесс формирования белорусского этноса является длительным по времени, сложным и многогранным; он тесно переплетается с процессами формирования русского и украинского этносов. В научной литературе приводятся различные концепции происхождения белорусов; также существует много представлений о времени завершения основных этапов формирования белорусского этноса. Одни исследователи утверждают, что формирование белорусской народности началось в VII–VIII вв. и белорусы как этнос существовали уже в XIII в. (Г. Штыхов, Н. Ермолович, М. Ткачев и др.). В. Седов считает, что оно произошло в XIII–XIV вв., но большинство современных исследователей определяют это время XIII–XVI веками.

Разнообразны и концепции, рассматривающие сам процесс этногенеза белорусов. Некоторые из них имеют явно политическую окраску. Например, в XIX в. для обоснования претензий соседних государств на белорусские земли появились так называемые великопольская и великорусская концепции, которые отрицали существование белорусского этноса. Сторонники польской концепции (Л. Голембовский, А. Рыпинский и др.) считали белорусский язык диалектом польского, а белорусов – частью польской народности. Представители великорусской концепции (А. Соболевский, И. Срезневский и др.) утверждали, что бело русский язык – диалект русского, а белорусы – те же русские.

Также в XIX в. некоторыми российскими учеными (Н. Костомаров, М. Погодин и др.) было высказано мнение о том, что белорусы как этнос сложились на основе кривичей – их прямых и единственных предков. Данную кривичскую теорию активно отстаивал В. Ластовский и его сторонники, предлагавшие даже называть Беларусь Кривией, а белорусов – кривичами. Но кривичи занимали только северную и центральную Беларусь, и получается, что южнобелорусское население выпадает из этногенеза белорусов. К тому же этноним «кривичи» фактически не распространялся со второй половины XII в., а белорусский этнос к этому времени еще не сформировался.

Е. Карский, В. Пичета, М. Довнар-Запольский предложили кривичско-радимичско-дреговичскую концепцию, согласно которой белорусы формируются на основе объединения племен дреговичей, радимичей и кривичей. Основной недостаток их теории (как и кривичской) остается тем же – этнонимы «дреговичи», «радимичи» исчезли к середине XII в. Эти племена сформировались в результате славяно-балтского синтеза в VIII–X вв. В культуре и языке кривичей-полочан, дреговичей, радимичей перемешались славянские и балтские элементы. Некоторые историки (Г. Штыхов) рассматривают их как протобелорус ские образования. Вобрав в свою культуру ряд балтских э лементов, они отличались специфическими чертами славянской культуры. Кривичи-полочане, дреговичи, радимичи постепенно втягивались в формирование белорусской народности.

В середине XX в. появилась древнерусская концепция возникновения белорусов (М. Артамонов, М. Тихомиров, В. Мавродин, С. Токарев). Ее сторонники считают, что дреговичи, радимичи, кривичи, как и другие первоначальные восточнославянские этнические общности, послужили основой для формирования древнерусской народности. Древнерусская народность сформировалась за время существования Киевской Руси (IX – середина XII в.). В результате распада Киевской Руси и монгольского нашествия разъединилась и древнерусская народность, что привело к возникновению трех восточнославянских народов: русских, украинцев, белорусов. Данная концепция в 1950–1970 гг. стала основной в учебной и научной литературе, но в 1980–1990 гг. у нее появилось множество оппонентов (Г. Штыхов, М. Ермолович, М. Ткачев и др.). Они считали, что связи между отдельными землями Киевской Руси были не столь значительны, а время существования не столь длительно, чтобы древнерусская народность успела оформиться. Если древнерусская народность не существовала, то формирование белорусского, русского и украинского этносов, а затем и соответствующих народностей зависело от того, какой этнос (субстрат) жил на территории, занятой пришлыми славянами. Так, русский этнос формировался на основе финно-угорского субстрата, украинский – на основе тюркского, белорусский – на основе балтского.

В последнее время получила распространение теория балтского субстрата, сторонники которой преувеличивают влияние балтов на этногенез белорусов. Они считают, что именно под воздействием балтов сложились этнокультурные особенности, характерные для белорусской народности. Доказательством служит то, что якобы многие элементы белорусской культуры (поклонение ужам и камням, твердый звук «р», смягченный «д», «аканье», женский головной убор «намитка», очень широкий пласт балтских гидронимов и гео графических названий и т. д.) имеют балтское происхождение. Критики балтской концепции подчеркивают, что многие культурные явления являются как балтскими, так и славянскими – они индоевропейского происхождения. Таким образом, балты являются субстратом не непосредственно белорусов, а образовавшихся восточнославянских общностей – дреговичей, радимичей, кривичей. В XI–XII вв. на территории Беларуси остались только отдельные ареалы балтского проживания, ассимиляция которых не выражала основное направление этнических процессов, так как к этому времени его определяло восточнославянское население. Кроме того, самоназвания «кривичи», «радимичи», «дреговичи» вытеснили балтские названия.

В начале 90-х гг. XX в. белорусским этнографом и историком М. Пилипенко была разработана новая концепция происхождения белорусов. В соответствии с ней в IX–X вв. в результате расселения славян и смешения их с днепровскими балтами образовались не белорусы, а первоначальные этнические общности кривичей, дреговичей и радимичей. Затем в конце X – начале XI в. вместе с другими восточнославянскими общностями кривичи, радимичи, дреговичи консолидировались в древнерусскую народность с общими языком, материальной и духовной культурой этнической территорией, называемой «Русь». Это название употреблялось и на территории Беларуси, а ее население стало называться русами, русинами, русичами, русскими. Этническая территория «Русь» была неоднородной. В ее составе по этническим признакам выделяются отдельные регионы, которые уже не совпадали с этническими территориями первоначальных общностей дреговичей, радимичей, кривичей. На территории современной Беларуси образовались две диалектно-этнографические зоны – полесская и подвино-поднепровская. Кроме общего названия «Русь», за южной Беларусью закрепилось название «Полесье», за центральной и северной – «Белая Русь». В Полесье на основании трансформации дреговичей, древлян и южной части радимичей шел процесс формирования новой этнической общности – полешуков. В подвино-поднепровском регионе в результате трансформации кривичей, вятичей и северных радимичей формировались древние белорусцы. Именно полешуки и древние белорусцы станут той основой, которая, взаимодействуя с отдельными группами западнославянского, балтского и тюркского (татарского) населения, приведет к формированию белорусского этноса. Белорусская народность, ее язык и культура сформируются к середине XVI в.

Происхождение названия «Белая Русь» также объясняется по-разному. Его связывали с красотой земли (Макарий, XVI в.), обилием снега (З. фон Герберштейн, XVI в.), вольностью (В. Татищев, XVIII в.), независимостью от монголов (М. Любавский, XIX в.), со светлопигментированным и светлоглазым антропологическим типом жителей (М. Янчук, начало ХХ в.). Позднее название «Белая Русь» стало связываться с более ранним принятием христианства по сравнению с «Черной Русью» (И. Юхо), с широким распространением в топонимике названий со словом «белая».

Термин «Белая Русь» в течение XII–XV вв. использовался применительно к разным восточнославянским землям. Впервые термин «Белая Русь» (как писал русский историк В. Татищев) упоминается в летописях под 1135 г. и относится к Владимиро-Суздальскому княжеству. В XV в. термин «Белая Русь» употреблялся для обозначения Московской или Великой Руси и никак не был связан с современной Беларусью. При великом князе Иване III термин «Белая Русь» был внесен в титул великого князя московского. В большинстве письменных источников XIV–XVI вв. отражены представления о «Белой Руси» как о территории, которая охватывает все или часть русских земель (Северо-Восточную Русь, Новгород-Псковские земли и др.). С середины XVI в. в источниках все более четко прослеживаются представления о «Белой Руси» как об отдельной белорусской или белорусско-украинской и частично русской территории. Секретарь польской королевской канцелярии Мартин Кромер в своем историческом труде (около 1558) не только отмечает, что Белая Русь граничит с Московским государством, но и проводит ее северную границу. «На север от Белой Руси, – пишет Кромер, – находится Ливония; на юге она граничит с Волынью и Красной Русью» (земли, которые в то время относили к Киевщине). Матей Стрыйковский в «Хронике» описывает Белую Русь в границах Великого княжества Литовского как часть Белой Руси, в древности охватывающей все восточнославянские земли.

Первое употребление названия «Белая Русь» самими белорусами по отношению к своей этнической территории документально зафиксировано в 1592 г. На аудиенции с королем Жигимонтом писарь великокняжеской канцелярии Ярош Волович, выступая против кандидатуры нового виленского епископа из поляков, ссылался на тот факт, что издревле это место занимал шляхтич из Белой Руси. В официальных документах Варшавского сейма (1623), в правовых актах короля Яна Собесского (1675) появились уже такие понятия, как «белорусская православная епархия», «белорусский епископ».

2.3.2. Экономические и политические факторы формирования белорусского этноса в XIV–XVIII вв.

Этническая территория белорусов, формировавшаяся в XIV–XV вв., имела в качестве своей предосновы этническую границу между этнографической Литвой (племена жемойтов, дайнова, аукштайтов) и Беларусью. Она установилась еще до XIII в., шла примерно по линии Меречь – Трабы (на юг от Ошмян) – озеро Свирь (возле Браслава) и в последующие три столетия почти не изменилась. Вдоль этой линии отмечалась достаточно широкая полоса смешанного населения; небольшие районы с белорусским населением имелись на территории Аукштайтии. Северная граница этнической территории белорусов – на север от Браславля, Озерища, Нещярды – почти полностью совпадала с государственной границей ВКЛ с Ливонским орденом, псковскими и новгородскими землями. Западная граница Беларуси с Польшей в основном определилась после 1385 г. Более точное разграничение в западном Подляшье (специфический регион, примыкающий к Гродненской и Брестской землям, в котором проживали белорусы, поляки, литовцы, украинцы, ятвяги) установилось между землями Короны и ВКЛ по Люблинской унии 1569 г. Южный регион Беларуси – Полесье географически разграничен с Украиной по бассейну Припяти и ее южным притокам. Наиболее переменчивыми в XIV–XVI вв. были восточные границы ВКЛ. В период максимального увеличения территории ВКЛ в него входили брянские, смоленские и некоторые другие земли вплоть до верховьев Оки, поэтому население этих земель также было втянуто в этнические процессы, происходящие на белорусских землях.

Важнейшим политическим условием формирования белорусского этноса стало включение белорусских земель в состав Великого княжества Литовского. На первых этапах консолидации (XIV–XV вв.) локальная автономия отдельных земель сохранялась. Это очевидно из федеративно-территориального деления ВКЛ. В зависимости от условий включения разных земель в его состав устанавливался и их статус. Определенная самостоятельность (автономия) в рамках ВКЛ Полоцкого, Витебского и других княжеств на востоке Беларуси сыграла роль важного политического фактора в консолидации белорусского этноса. С централизацией власти, усилением политических связей между отдельными частями страны Великое княжество Литовское превратилось в достаточно мощное государство, которое могло обеспечить условия для развития всех входящих в него этносов, в том числе и белорусского. С конца XIV в. началась ликвидация системы местных княжений, создается институт наместничеств, складываются единое государственное управление, единое законодательство ВКЛ. Вместе с тем в некоторых землях в начальный период временами проявлялись сепаратистские тенденции, что было обусловлено интересами местных феодалов, особенно тех, которые были связаны родством с правящей династией. Несмотря на проявления сепаратизма, политические и экономические факторы обусловили единое этнокультурное развитие региона. Об этом свидетельствует появление в XIII–XVI вв. на белорусских землях самостоятельного белорусского языка как разновидности индоевропейской языковой семьи. На нем подписывались договоры Полоцка, Витебска и Смоленска в XIII–XIV вв. Главными фонетическими особенностями белорусского языка стали «дзеканне», «цеканне», «аканне», «яканне», твердое «р», фрикативное «г», а в синтаксе – использование союзов «каб», «калi», частиц «цi» и «чы».

Образованию белорусской народности содействовал и ряд экономических факторов – прежде всего прогресс в сельском хозяйстве и развитие ремесла. Это та экономическая основа, на которой происходит формирование этноса. В XIV–XVI вв. в Великом княжестве происходило постепенное разрушение натурального сельского хозяйства. Оно втягивалось в товарно-денежные отношения, устанавливались все более широкие торговые связи между городом и деревней. Вокруг крупных городов складывались местные рынки. В XIV–XVI вв. возросло значение крупных городов Беларуси как важных центров политических, социально-экономических и культурных связей белорусских земель. Стремительный рост количества местечек в XVI в. был результатом дальнейшего вовлечения новых территорий в товарно-денежные отношения. В XV–XVI вв. значительно расширилась сеть сухопутных дорог.

Одновременно складывалась сословно-классовая структура общества. К середине XVI в. все основные сословия белорусской народности достигли уровня развитого феодального общества. Разные категории светских феодалов консолидировались в шляхетское сословие, права которого были закреплены в статутах Великого княжества, общеземских привилеях, сеймовых постановлениях. Шляхте принадлежала ведущая роль в государственном управлении. Отдельным сословием было духовенство. Формировалось сословие мещан – жителей городов и местечек; права мещан отражались в магдебургских грамотах. Крестьянство в XVI в. окончательно преобразовалось в единое сословие-класс.

Кроме социальных, политических и экономических факторов, этноконсолидирующую функцию имел и конфессиональный фактор. До середины XVI в. большинство населения Беларуси исповедовало православие. Но со времени Кревской унии 1385 г. правящие круги Великого княжества Литовского переориентировались на католичество, усилилась дискриминация православных; все большее количество шляхты переходило в католицизм, что затрудняло выработку ее этнического самосознания.

Совокупность всех этнообразующих факторов содействовала формированию белорусской народности, ее территории, относительной общности языка, своеобразию материальной и духовной культуры, самосознанию и самоназванию. В дальнейшем исторические условия для этногенеза белорусов были сложными и противоречивыми, так как неоднократно менялось территориально-государственное пространство, где происходило формирование белорусского этноса. В то же время генетическая преемственность была сохранена, а этнические изменения носили эволюционный характер.

2.3.3. Восточнославянская этническая основа Великого княжества Литовского

При господстве натурального производства и слабости политического объединения отдельных территорий формирование основных признаков белорусской народности шло длительное время. Особенности белорусского этноса начали ощутимо проявляться в XIV–XV вв., когда земли и население Беларуси вошли в состав Великого княжества Литовского. Постепенно выходят из употребления названия более ранних этнических общностей: кривичей, радимичей, дреговичей. Последнее упоминание названия «дреговичи» датируется 1149 г., «кривичи» (как отдельное этническое сообщество) – 1162 г., «радимичи» – 1169 г. Эти названия заменяются одним общим – русы, русичи, русины. В «Повести временных лет» Полоцк назван русским городом, как и Переяславль, Киев, Чернигов. В скандинавской саге первой половины XIII в. отмечается, что Полоцк находится на Руси, как и Смоленск, Новгород, Киев, а жители Полоцка названы русскими. В договоре Полоцка с Ригой в первой половине XIV в. (1338–1341) Полоцкая земля названа «Русской землей». В более поздних летописях Русью называется не только Полотчина, но и Витебщина, Оршанщина, Туровщина. Именование населения Туровщины и Полотчины «русскими», а этой территории «Русью», «Русской землей» оказало влияние и на название государства, составной частью которого стали данные земли.

Название государства – «Великое княжество Литовское, Русское, Жемойтское» – отражало полиэтнический состав его населения. По этническим признакам оно делилось на литовцев (аукштайтов), русских и жемойтов. Самым большим этносом был восточнославянский (русский). Ядро Великого княжества образовалось в середине XIII в. как политическое объединение трех земель: собственно Литовской (площадью около 64 тыс. км2), Жемойтской (27 тыс. км2) и Новогородской (с Гродно, Волковыском, Слонимом – 23 тыс. км2). Балтское население составляло около 80 %, остальное население было восточнославянским (русским). Княжество увеличивало свою территорию в основном за счет присоединения восточнославянских земель.

На протяжении второй половины XIII – первой половины XIV в. в состав ВКЛ были включены Полоцкое, Витебское, Минское, Свислочское, Пинское княжества общей площадью 136 тыс. км2, а также часть Волыни с Берестейщиной (56 тыс. км2). В отличие от Новогородчины, на которую распространилось название «Литва», они сохранили название «Русь». В середине XIV в. Русь охватывала две трети территории ВКЛ, составляя более 300 тыс. км2. При этом политическая Литва как первоначальное ядро занимала около 38 % территории, а собственно Литва с Жемойтией (этническая Литва) – менее 30 %. В 1350–1360 гг. произошло значительное расширение Великого княжества Литовского за счет восточных земель. При великом князе Ольгерде территория страны достигла 630 тыс. км2, доля «политической Литвы» снизилась до 18 %, а этнической – до 14 %.

Вместе с этнонимами «Русь», «Русская земля» в XI–XIII вв. использовались этниконы (названия жителей определенной местности, соотнесенные с ее названием) – полочане, мозыряне, мстиславцы и др. Земельные этниконы были устойчивыми. В XIV–XVI вв. возросли процессы этнической консолидации и общегосударственной интеграции. Об этом свидетельствуют этнонимы «русские», «русины», «литвины». Русью (русскими землями) в то время называли все земли ВКЛ на восток от Минска. Компактный ареал названий «литвины» бытовал преимущественно в районах Вилейки, Сморгони, Ошмян, Крево, Молодечно, Лиды и др. В XVI–XVII вв. литвой или литвинами стали называть все население Великого княжества Литовского. Конкретно белорусов называли «литвины русского рода», «литвины русской веры», «литвины-белорусцы», «литовские белорусы», что отображено и в исторических документах.

2.3.4. Роль православной церкви в консолидации белорусского этноса. Влияние католицизма и униатства

Самыми распространенными христианскими конфессиями в настоящее время в Республике Беларусь являются Белорусская православная церковь и Римско-католическая церковь. История их появления на наших землях восходит к IX–X вв., когда активные дипломатические и торговые контакты, вооруженные конфликты с варягами и Византией, приток христиан византийского обряда из Моравии, подвижническая деятельность христианских миссионеров среди языческих племен кривичей, дреговичей и радимичей в X в. («Сага о Торвальде Путешественнике») дали последним возможность получить представление о вере Христовой, создать общины ее приверженцев.

Христианство на Беларусь шло преимущественно с Востока (из Константинополя, через Киевскую Русь и Болгарию). Христианство зародилось в Палестине во времена Римской империи. Выделяют два этапа распространения христианства в Европе: первый – от зарождения до VII–VIII вв., когда приняли христианство Западная Римская империя, Византия (Восточная Римская империя), империя Франков, Британия; второй – IX–X вв., когда христианство приняли страны Северной Европы и славянские народы. Письменных источников о времени крещения на белорусских землях мало.

Годом крещения Древней Руси, в состав которой в то время входили белорусские земли, считается 988 г. В этом году великий князь киевский Владимир крестил жителей Киева по византийскому (восточному) обряду. Крещение следует отличать от христианизации. Под крещением (принятием христианства) понимается присоединение каждого конкретного человека или этнической общности к христианству посредством совершения над ним или над ней таинства. Христианизация (распространение христианства) подразумевает превращение данной религии в составную часть мировоззрения населения, распространение ее обрядности, ликвидацию языческих культов. Этот процесс начался еще до официального признания христианства, занял несколько столетий и происходил в борьбе с язычеством. Христианство как религия утвердилось вначале в городах; сельское население еще около двух-трех столетий практиковало двоеверие, когда под внешней христианской оболочкой продолжали существовать языческие суеверия и представления.

Первая христианская епархия (объединение приходов во главе с епископом) была создана в Полоцке в 992 г. Первое летописное известие о полоцком епископе Мине датируется 1105 г. В 1005 г. епископская кафедра была учреждена в Турове, объединявшем вокруг себя дреговичей; первым архиереем стал епископ Фома. Ипатьевская летопись под 1146 г. называет также епископа Иоакима. Среди городов, первоначально входивших в пределы Туровской епархии, были Пинск, Брест, Гродно, Волковыск, Здитов, Новогрудок, Слуцк и др. Началось строительство церквей во многих городах Беларуси. В XII в. возле Полоцка возник Борисоглебский монастырь; два монастыря основала Евфросиния Полоцкая. В 1113 г жена князя Святополка основала монастырь в Турове.

В XII в. на Полоцкой и Туровской землях утвердилось общерусское почитание канонизированных князей Бориса и Глеба (в крещении Романа и Давида). В их честь были основаны монастыри в Полоцке (Бельчицкий) и Турове, а в Гродно и Новогрудке построены приходские храмы. Изображения святых сохранились на фресках в церкви св. Параскевы Пятницы в Бельчицком монастыре, в Спасо-Преображенской церкви Полоцкого Свято-Евфросиниевского монастыря. К XII в. относятся и найденные вислая печать с вытиснутым на ней обликом св. Глеба, бронзовая иконка св. Бориса и Глеба из Копыси, медальон с их изображением из Мстиславля. Полоцкий князь Всеслав Брячиславич назвал в их честь своих сыновей: Бориса, Глеба, Романа, Дави да; также поступил гродненский князь Всеволодко Давидович.

В XII в. в Полоцкой и Туровской землях подвизались Кирилл, епископ Туровский, выдающийся проповедник и духовный писатель, и игумения Евфросиния, канонизированные позднее Русской православной церковью. Они, равно как и святители Мина, Дионисий и др., много сделали для распространения письменности, христианского просвещения Полоцкой земли и знакомства ее с историко-культурным наследием античной цивилизации, юридическими и этическими нормами, духовными ценностями. Заложенные в большом числе монастыри и приходские храмы стали центрами воспитания христианской духовности населения, просвещения, поддержки миссионерской деятельности.