- -
- 100%
- +
В результате всего у меня даже получилось неплохое овощное рагу и нечто, консистенцией и вкусом напоминающее омлет и, по словам Алоя, безопасное для употребления в пищу. Ура! Без привычной горячей еды было все-таки тоскливо.
Готовка увлекла и отвлекла настолько, что однажды утром я с ужасом осознала, что провела на корабле уже несколько дней! И пока я, к слову сказать, чувствуя себя прекрасно, забавлялась в лабораториях, Вика, должно быть, сходила с ума!
− Так, − сказала самой себе. − Мне нужно на Землю. А значит − к капитану!
Не дожидаясь привычных провожатых, я двинулась по коридору в сторону рубки. В саму рубку меня, конечно, не пустят (а после «знакомства» с серокожими я добровольно туда и не пойду), но если пройти дальше − можно попасть в третий отсек. А где-то там располагаются каюты основного состава экипажа. План так себе, но сидеть на месте и ждать у моря погоды не в моих правилах. Ах да, чуть не забыла: Етю я с собой не взяла!
Мне, как я в первый момент решила, повезло. Капитана встретила в том самом коридоре, где столкнулась с Вареймом и едва не умерла от страха. Что поделать, пилоты жили в этой же части корабля.
− Добрый… день, − поздоровалась я. − Ведь день? Никак не привыкну…
Капитан непонимающе уставился на меня помутневшим взглядом, затормозил и оперся рукой о стену.
− Что с вами? − спросила растерянно.
Только сейчас заметила, что лоб Риона покрывала испарина, нос и глаза припухли, а самого его заметно потряхивало.
Рефлекторно потянулась рукой и коснулась шеи.
− У вас же жар!
До чего глупо ставить подобные диагнозы, учитывая инопланетное происхождение капитана. Я ведь понятия не имею, какая температура для него нормальна! Впрочем, болезненный вид говорил сам за себя.
− Вероятно, − все же выдавил мужчина и посмотрел на меня удивленно. − Что ты здесь делаешь?
− Вообще-то ищу вас, только… Вам надо к врачу. Пойдемте.
Послушает ли корабль мою голосовую команду, я не знала, сам Рион не спешил вызывать Хитану, да и все равно до медблока предстояло как-то добраться, а потому я позволила себе обхватить Риона за талию, предлагая опереться на себя, и медленно пошла в обратную сторону.
− Это излишне, − пытался он возражать, но в итоге едва не потерял сознание! Замер, тряхнул головой и позвал-таки Хитану.
− Что происходит?! − Увиденное, похоже, перепугало даже бортового врача! − Рион?
− Ты у нас врач, − прохрипел капитан в ответ.
− Инфекция? Не могу поверить, все ведь стерильно и…
Хитана замолкла и перевела взгляд на меня. Против воли перед внутренним взором возникла картинка, будто со стороны: я и Рион. Очень близко, капитан придерживает меня, чтобы не упала, а потом я… чихаю!
− Я здорова, − выдохнула понуро.
− Да, но являешься носителем множества вирусов и бактерий, безопасных для тебя, но… Связь! Синар, носилки в третий, Риону плохо!
Психолог явился в считанные минуты. За ним, паря в воздухе, двигались белоснежные, пластиковые на вид носилки. Капитана быстро уложили и доставили в медблок. Я не решилась зайти внутрь, но и уйти не могла. Неужели из-за оплошности Гаруна и моего здесь появления пострадает Рион?..
Хитана, словно чувствуя мое смятение, вскоре вышла ко мне.
− Как он?
− В капсуле. Не волнуйся, мы это исправим, но… Как я могла такое допустить?!
− Это из-за меня, да? Меня изолируют?
− Нет, это уже бессмысленно. Рион… Он просто более уязвим.
− Почему?
− Мм… Другим членам экипажа ты не угрожаешь, − выдавив из себя улыбку, сказала Хитана и скрылась за дверью медблока.
М-да, думается, не часто ей приходилось уходить от ответа, получилось не слишком изящно.
И в чем тут все-таки дело? Рион слабее других? Но почему? Выглядит он внушительно, да и вряд ли в космос берут ослабленных или больных. Что тогда? Предположений не было, повода торчать в коридоре − тоже, и я пошла обратно в каюту, в надежде, что Гарун вспомнит о моем существовании и отведет на завтрак. Одной бродить по кораблю больше не хотелось.
Ничего выдающегося в этот день больше не произошло. Приемы пищи по расписанию, возня с Етей и все. Даже Синар ни разу не зашел ко мне. Вот и теперь я лежала безо всякого толку. Не спалось. А если быть точной, я успела задремать и увидеть странный тревожащий сон, в котором вернулась на Землю и говорила с очень близким, давно потерянным другом. Только совсем не запомнила − о чем именно. Я ворочалась с боку на бок, гладила пушистую проказницу и думала о том, что непостижимым образом не чувствую себя здесь, среди всех этих так похожих и непохожих одновременно синекожих, чужой. Переживаю за хмурого капитана, недовольную собой Хитану, красноволосого шалопая, неизвестно как попавшего на борт космического корабля с неведомой, но несомненно очень важной миссией. Какой, кстати? И надо ли мне задаваться этими вопросами?
− Нет, определенно не надо, − ответила самой себе. − Мне нужно домой. И уже давно.
В противоположной от рубки стороне, за столовой, спортзалом и медблоком располагалась относительно узкая, вытянутая смотровая площадка. Возможность видеть планеты и звезды ошеломила и напугала, и после экскурсионного похода с Гаруном в эту часть корабля я больше не заходила. А сейчас неожиданно захотела.
Я встала, и Етя тоже спрыгнула с постели. Приветливо мурлыкнула, коснулась пушистым хвостом и, на мгновение заглянув мне в глаза, побежала к двери.
− Хочешь со мной? − усмехнулась я. − Ладно, будем надеяться, среди ночи мы ни с кем не столкнемся.
Однако пора бы привыкнуть, что на «Страннике» это практически невозможно.
Когда мы проходили мимо столовой, Етя неожиданно сиганула вперед и скрылась за поворотом. Влетев вслед за ней на смотровую площадку, я застала следующую картину: растерянно смотрящий вниз капитан и Етя, беззастенчиво трущаяся об его ноги! И все это на фоне поистине ошеломляющего звездного пейзажа.
− Извините, − промямлила я так тихо, что капитан вряд ли услышал. − Вам лучше?
− Да, техника здесь, к счастью, дает сбои не так часто, как члены экипажа.
− Вы о врачах? Не наказывайте их! Я ведь сама убежала тогда из медблока, не дала завершить необходимую диагностику, а они не смели меня останавливать или как-то так.
− Все верно, я не собираюсь наказывать Хитану или Синара.
− Меня? − пискнула жалостливо.
− Что? Разумеется, нет. Не могла бы ты забрать уже это животное?
− Ох, простите, конечно.
Я подхватила мурчащую Етю на руки и, переступив в нерешительности с ноги на ногу, спросила:
− Рион, когда я смогу вернуться?
− Как только Хитана обретет уверенность в безопасности твоего перелета и возвращения.
− А Совет? Уже состоялся?
− Что ты знаешь… − начал было капитан, но осекся. − Слышала. Подобная информация не подлежит разглашению. И, Карина, никто не будет ограничивать твою свободу, это верно, однако я настоятельно рекомендую тебе не покидать каюту в одиночестве. С салэдами была проведена разъяснительная беседа, но будет лучше, если вы не будете сталкиваться. Ограничить их свободу передвижений по кораблю я не могу, а потому…
− Я постараюсь. Так и не поняла до конца, от чего мне тогда стало плохо?
− Варейм невольно продавил своим энергетическим полем твое, и ты потеряла много энергии разом. Не ходи больше одна. Это, − Рион указал на кошку, − не в счет. Я провожу.
И, подумать только, он действительно проводил меня до самой каюты. Молча. Отрывисто склонил голову на прощание и ушел.
− Ты что-нибудь понимаешь? − спросила кошку, глядя Риону вслед. − А вот мне кажется, наш капитан, как всегда, мастерски ушел от ответа. И что будем делать?
Глава 5
Прошло еще несколько дней. Судя по обрывкам услышанных разговоров, экипаж надеялся уже в ближайшее время отправиться бороздить просторы Вселенной, а кое-кто и вернуться домой, на Актанию. Я все еще находилась здесь, на борту, и это не радовало. Увидеться с капитаном больше не удавалось, да и не то чтобы я к этому стремилась. Что толку? Хитана уверяла, что почти завершила все исследования, но… Воз и ныне там. Самое поганое − наслаждаться экспериментами и общением с синекожими больше не получалось. Внутри росло напряжение и, кажется, развивалась клаустрофобия. Даже Етя притихла и не просилась больше на прогулки по кораблю.
Я тоже благоразумно не ходила теперь одна. Сегодня проводить меня в столовую пришла Хитана. Мы вышли из коридора четвертого отсека, где находилась моя каюта, и застали Гаруна, с жаром убеждающего в чем-то первого помощника.
− Карнах, но почему не попросить Манора и не использовать волновые установки?
− Нужен еще один корабль.
− Но можно спроецировать лучи и так! Три в фокусе, я рассчитаю!
− Рион против, мы улетаем.
− Но вероятность развития необратимых…
Что хотел сказать Гарун, я не узнала. Увидев меня, паренек, как мне показалось, испуганно замолк и глянул с… сочувствием?
− Что такое? − встрепенулась я.
Карнах недовольно нахмурился и ушел.
− Они, наверное, понимают друг друга с полуслова, − не удержалась я от шпильки.
− С Рионом? − догадался Гарун. − Разумеется. Ты к синтезаторам или готовить?
− Нет настроения. Гарун, о чем вы говорили? Кто улетает? «Странник»? Когда?
− Карина, это не в моей компетенции, прошу, − умоляюще посмотрел он. − А мне понравилось рагу и вообще. Так и тянет добавить водорослей в белковую смесь, больно однообразный вкус!
− Белковые смеси, несомненно, очень захватывающая тема для разговора, но не сегодня, Гарун, − сказала я и, обойдя его, направилась к входу в столовую.
Паренек пошел за мной, но заговорить больше не пытался. Молчали и Хитана с пришедшим чуть позже Синаром. Но в отличие от врача, психолог весь завтрак не сводил с меня глаз.
− Карина, ты грустишь, − наконец заключил он.
Я только пожала плечами. Какой смысл подтверждать очевидное?
− Помнишь, ты спрашивала о Совете, других расах и прочем? Тебе все еще интересно узнать об этом?
− О Совете? − оживилась я. − И ты расскажешь?
− Расскажу, − улыбнулся Синар. − Но давай договоримся, если почувствуешь себя некомфортно − сразу говори.
− Запугиваешь? − усмехнулась я.
− Нет, конечно, нет, − совершенно серьезно ответил он. − Но земляне так далеки от жизни обитаемой части космоса, что… Неизвестно, как ты отреагируешь.
− Не волнуйся, я смотрела фантастические фильмы, а мой лучший друг − уфолог, который как нельзя лучше подготовил меня ко встрече с инопланетянами. Если это вообще возможно.
− Что ж, ничто не случается просто так. Тебе будет, что рассказать своему другу по возвращении.
Признаться, в этот момент я пожалела, что не умею читать мысли. До сих пор Синар не давал повода усомниться в своей искренности и доброжелательности, а значит… Я все же вернусь?
− Хорошо. Я сегодня совершенно свободна. Начнем?
Начали мы, по понятным причинам, с интересующего меня Совета − точнее, как оказалось, Советов.
− Первое, что нужно знать, чтобы понять остальное: все в космосе подчинено строгой иерархии, − сказал Синар. − Чем выше ступень развития, тем выше положение в иерархии. Больше ответственность и шире сфера влияния. На вершине иерархии в Галактической Конфедерации стоит Галактический Совет. Разумеется, подобного уровня развития сущности не будут заниматься решением мелких, локальных проблем. Во главе каждой планеты стоит ее Владыка, звездной системы − Иерарх. Из планетарных Владык собирается Совет, второй после Галактического. Нужно понимать, что и в том, и в другом состоят столь могущественные сущности, что они давно не имеют материального тела, схожего с нашими. По сути, звезды и планеты и есть их отображения на нашем уровне материи.
− Кажется, я начинаю понимать, для чего было то твое предупреждение. Уровни материи?
− Да, и посвященным твоей планеты, насколько я знаю, они давно известны. Все есть материя, Карина, вся проявленная Вселенная, но при этом одна материя, более грубая, наслаивается на другую, более тонкую. Так одно пронзает другое и сбрасывает ненужное при переходе от одной формы к другой. Владыки и Иерархи когда-то давно были такими же, как и мы, плотными и трехмерными, − улыбнулся Синар. − Но давно перешагнули эту ступень и обрели иную, куда более утонченную, поистине светоносную форму.
− Как боги? И вы общаетесь с ними? − выдохнула я пораженно, повторяя про себя, что оснований не верить Синару у меня нет.
− В обычных случаях все взаимодействия происходят по звеньям, по иерархической цепочке. Ученик обращается к своему непосредственному учителю, а тот при необходимости − к своему и так далее. Однако в случае со «Странником» и кораблями, подобными ему, все несколько иначе. Мы подчиняемся по сути трем разноуровневым Советам, имея дело то с одним, то с другим в зависимости от природы и статуса решаемого вопроса. Также, когда речь идет о Галактическом Совете, участвуют не все его члены, а только некоторые, в зависимости от осведомленности и заинтересованности в принятии решений по конкретным проблемам. И это бывает крайне редко. Чаще мы имеем дело с Советом планетарных Владык нашей звездной системы − Силайи. В менее значимых случаях − с Советом исследовательских кораблей, который также может собираться как полным, так и частичным составом в зависимости от выполняемой миссии.
− И чем же занимаются подобные корабли? «Странник»?
− Бороздят просторы Вселенной, − выдал психолог шутливо. − Очень многим, Карина, но в сущности своей мы наблюдатели и исследователи. Изучаем, разведываем, ищем новые формы жизни или, к примеру, особо ценные минералы. Иногда, если стоит такая задача, вмешиваемся. Мы, как и весь наш корабль, странники, очень давно не видевшие родной планеты. Исполнив одну миссию, получаем координаты и указания для другой.
− Кошмар.
− О, вовсе нет. Команда подбирается исключительно добровольно и осмысленно. Только лучшие, наиболее приспособленные и горящие.
− Я слышала, кто-то хочет вернуться…
− Бывает и такое, у большинства из нас на Актании остались родные и близкие, а сейчас как никогда удобный момент добраться туда. Маршрут следующей миссии одного из прибывших в вашу систему кораблей пролегает вблизи нашей родины.
− Значит, кораблей и правда несколько? Но зачем вы все слетелись сюда?
− Как я уже сказал, мы наблюдатели, Карина. Ни от одного из нас не исходит угрозы.
На этом первый мой познавательный урок был закончен. Всякий раз, когда я пыталась спросить о цели визита «Странника», получалось одно и то же. Актанийцы уходили от ответа. Впрочем, и без того хватало, чем загрузить теперь голову. Я в сотый раз повторила себе, что могу верить Синару, и немного успокоилась. Не все сразу, мне уже и так поведали немало! Разберусь!
На практике осознать услышанное оказалось непросто. Живое Солнце, это вообще как?! И даже если допустить подобное, то как человек может общаться с пламенеющим гигантом? Со звездой!
− Наверное, до некоторых космопонятий мое земное сознание и правда не доросло, − пробормотала я. До чего не хватало возможности обсудить все с Олегом! Он бы сказал в своей убежденной восторженной манере что-нибудь умное, и пусть половины я бы не поняла, почувствовала бы себя увереннее. Не сумасшедшей! Ну или по крайней мере не единственной сумасшедшей.
Об Олеге я вспоминала несколько раз в течение дня и думала перед сном. Наверное от того мне и приснился друг. Хотя утверждать, что это был именно Олег, я бы не взялась, силуэт был размытым, а суждения ночного гостя − странными. Или в гостях была я сама?
Опушка ночного леса, легкий ветерок и стрекот кузнечиков однозначно были земными. Мы прогуливались по невысокой траве и беседовали.
− Как же я скучала! − выдохнула обрадованно и мысленно нахмурилась. − Но… Кто ты? Не понимаю…
− Осталось немного, и все наконец встанет на свои места. Как долго я ждал, лучик! Все складывается как нельзя лучше. Мы столько ждали, потерпи еще немного, прошу.
− Чего ждали? И что складывается? Ты же не имеешь в виду… корабль?
− Невероятная удача, на которую я не смел даже надеяться. И то, как легко удалось спугнуть и направить кошку. Не хмурься, я знаю, ты простишь меня, когда вспомнишь.
− Етя побежала к тарелке не сама?! Как такое возможно?
− Верь мне, лучик, как верил тебе я. Мы все исправим. Я не могу покидать пределы этой планеты и быть рядом, но всегда жду тебя здесь. И помогу, когда буду нужен.
Я не запомнила всего разговора, но ощущение доверия, надежности, поддержки и радости от встречи долго наполняло меня и после пробуждения. А внутри росла убежденность − я должна узнать как можно больше. А потому первым делом при следующей встрече с Синаром я спросила:
− И чем занимается Галактический Совет?
Психолог усмехнулся и глянул с хитринкой.
− Ни минуты в тебе не сомневался, Карина. Но дела Совета запредельны даже для меня. Под их руководством устраняются опасности, угрожающие Галактике или отдельным планетам, направляется эволюция и гармоничное развитие разумной жизни. Мы, как орудие в их руках, выполняем лишь мельчайшую часть этой титанической работы. Сегодня, с твоего позволения, я хотел рассказать о другом. Ты говорила о друге, сознание которого устремлено в космос, а пытливый ум жаждет правды о посещениях вашей планеты представителями других. Если ты готова, я расскажу о некоторых разумных расах, которые, так или иначе, имели отношение к Земле за все время ее эволюции. О тех из них, кто и по сей день имеют плотную физическую оболочку.
− Вы не первые. И не единственные. Стоило бы уже в это поверить, − пробормотала я и, посмотрев на Синара, с готовностью кивнула.
Синар подошел к моему обучению со всей ответственностью. Для нашего урока он подготовил специальные пластины, из которых при касании проецировались голограммы − объемные цветные изображения.
− Не стал делать их в полный рост, чтобы не пугать тебя, − признался психолог. − Про актанийцев (синекожих таркаров и серокожих салэдов) ты уже знаешь, но в системе Силайи есть и другие разумные обитатели. Одни из них − суфийты.
Над пластиной появилось изображение высокого, насколько я могла судить, стройного мужчины в длинном, расшитом замысловатыми узорами одеянии. Голова его имела необычную вытянутую форму, волос не было совсем.
− Среди суфийтов также распространены разные подрасы. Наиболее многочисленные − белые и желтоватые.
Картинка сменилась другим инопланетянином. На этот раз женщиной, чья кожа в самом деле была желтой, а вот голова точно такой же лысой и яйцеобразной.
− Суфийты исключительно миролюбивые, спокойные и мудрые. Среди них тоже встречаются странники, и их не следует опасаться.
− А есть те, кого следует? − тут же зацепилась я.
− Как сказать. Космос многообразен, в нем встречается всякое. Именно поэтому для вашей планеты возобновили период Запрета. Сейчас враждебные вторжения, колонизации или эгоистическое эксплуатирование вам не угрожают.
− Это ты сейчас так меня успокоил? А был, значит, и другой период?
− Был, однако, период Разрешения ни к чему хорошему не привел. Молодая планета с недостаточно развитым населением не могла бы противостоять попыткам захвата, которые, увы, случались. Некоторые технологически развитые расы до сих пор предпочитают служение себе, не принимая в расчет благополучие других.
− Офигеть, − выдала я. − И что, те, плохие, просто отказались от своих попыток?
− Равновесие установилось не сразу. Прошлое, которого вы не помните, хранит множество поворотов, включая превращения доброжелателей во врагов и войны за сохранение независимости планеты.
− Но, если мы не помним, почему… Почему вы не расскажете нам?
− Отдельные сознания, и ты тому лучшее подтверждение, возможно, и способны воспринять подобную информацию, но большинство… Не ты ли сама говорила, что они сочтут тебя сумасшедшей, сообщи ты о своем путешествии в космос?
− Верно, − ответила я понуро. − Но… Люди не верят, потому что не видели. Я ведь тоже… Слушала Олега, но не то чтобы сильно верила. Стоит им заметить корабль…
− И они обстреляют его из своих ракетных установок. На данном этапе контакт преждевременен, Карина. На Земле идут междоусобные войны, нет единого правительства и должного осознания космической жизни и природы человека, как существа, которому уготована куда более важная и впечатляющая роль, чем жить ради сиюминутных удовольствий.
− Откуда это известно?
− Нет нужды спускаться на планету, чтобы увидеть ту плотную корку низких враждебных эманаций, которыми она покрыта. Что касается деталей − это отчеты других наблюдателей и мои предположения, многие планеты и их человечества проходят схожие ступени эволюции.
− Отношение Риона начинает проясняться, и все же…
− Не суди его, у Риона свои причины недолюбливать Землю, и не твоя в том вина.
− Он бывал здесь раньше?!
− Нет.
− Какие же могут быть причины? − удивилась я.
− Давай продолжим наше знакомство с расами, населяющими беспредельный космос, − тут же перевел тему Синар. − В окрестностях Силайи также проживают фартаки. Они тоже миролюбивы, но в большинстве своем очень деятельны. Созерцанию предпочитают созидание во всех его проявлениях. Не зря у каждого из них по четыре руки, − улыбнулся Синар.
И в самом деле, пластина показала светло-коричневое существо с четырьмя мускулистыми руками, опять же лысым черепом и большими темными овальными глазами без белков. На лице, на скулах и надбровных дугах я разглядела ребристые наросты в цвет кожи.
− Смотрятся воинственно.
− Они сильны физически, но обладают мягким неконфликтным характером. Разумеется, я сильно обобщаю и упрощаю, но у каждой расы есть обычно общие, присущие ее представителям черты. Отчасти они обусловлены эволюцией планеты, ее историей, географией и климатом, отчасти − изначальным набором вложенных качеств.
− Вложенных? − вскинула я брови.
− Да. Но перейдем к иным звездным системам. Малайта и самые яркие ее представители − анутары.
Над пластиной возникла голограмма непонятного существа, чем-то напоминающего насекомое: четыре отблескивающих глаза почти во все лицо, вытянутый нос, как трубочка, заканчивающийся круглым отверстием.
− Жутковатые, − заметила я.
− Непривычные, − поправил Синар.
− О, а этих я знаю! − рассмеялась, увидев следующую голограмму. На ней были изображены практически канонические серые человечки. Невысокие, с тоненькими руками и ногами и большой головой с черными миндалевидными глазами.
− Боюсь, это действительно так, − неожиданно ответил Синар. − Это дзайниты. Их ментальное тело развито сильнее эмоционального, в связи с чем они недостаточно понимают чувства, не со зла, но… Мне известно, что именно дзайниты грубо нарушали в недалеком прошлом статус вашей планеты и предпринимали попытки похищения людей с целью их дальнейшего скрещивания со своими особями. Они утверждали, что исключительно добровольно, однако это не было доказано.
− Дай мне минутку, − попросила я и, глубоко вдохнув, шумно выдохнула. − Все-таки на моем месте должен был оказаться Олежек.
− Каждый из нас на своем месте, Карина. Вижу, ты шокирована, если хочешь, мы продолжим позже.
− Нет уж, рассказывай. Думаю, мне будет проще знать, чем гадать и домысливать страшилки.
− О той ситуации мне известно не так много. Знаю, что не все наблюдающие за планетой дзайниты одобряли подобные эксперименты и иные формы проникновения, в результате чего происходили войны между различными группировками. Сейчас никого не похищают, это я могу сказать с уверенностью.
− Ну ладно, если сейчас все в порядке, то проехали. Кто еще? − не ожидая ничего хорошего, спросила я.
И обомлела, потому что над пластиной парил теперь самый настоящий дракон! Отблескивающая медная чешуя, кожистые крылья, вытянутая зубастая морда.
− А это… эм… что?
− Дарайлы. Когда-то они в этой форме пытались высадиться на Землю, но не преуспели. Сейчас, насколько мне известно, в космос они вообще не летают.
− Слов нет. Драконы − инопланетяне! В это, боюсь, не поверит даже Олежек, − развеселилась я. − А ты очень много знаешь, − добавила, отсмеявшись.
− Я подготовился, − усмехнулся Синар. − Это натары. − Дракон сменился другим фэнтезийным существом − нагом. В целом похожий на человека, он на полном серьезе вместо ног имел внушительный хвост!
− Что, правда? Синар, скажи, что ты так странно пошутил.
− Никаких шуток. Формы подчас бывают очень причудливыми, но все мы искры одного света, разбросанные по Вселенной, − улыбнулся психолог. − Дарайлы, натары и яшнаки − представители одной системы.
Теперь я разглядывала ящероподобное существо, стоящее на задних лапах, но внешне больше напоминающее зверя, чем человека.
− Основные подрасы − серые и более доброжелательные зеленые. Яшнаки трудолюбивы и хорошо организованы, но самостоятельно летают редко. Чаще в составе смешанных экипажей.