Жаркое лето месье Пергоко

Глава VII. Вечер в городе

Вино оказалось крепленым, целых семнадцать градусов. Элери, совсем не разбирающаяся в винах, конечно, опьянела от первого бокала. Кот вообще не пил, он сидел в кресле, трогал свои усы, чистил когти и о чем-то думал, иногда почесывая свой пятнистый лоб.

– Как-то душно в квартире, гроза, наверное, будет? – сказал кот. – Пойду-ка я погуляю по крыше, вернусь к сумеркам. Салют!

Он выпрыгнул в окошко, и в зале стало тихо и немножко скучно.

Алекс прервал тишину:

– Может, и мы пойдем, погуляем, Элери, как вы относитесь к вечерним прогулкам?

– По крышам? – засмеялась озорница.

– Нет, по улицам, конечно, – улыбнулся Алекс.

– Ну что ж, идем.

Вечером в городе всегда хорошо, особенно летом. Еще довольно светло, много народа, прогуливающихся пар и молодежи.

На аллее художников расположился духовой оркестр. Музыканты в медных касках, как пожарные. Наверное, так лучше отражается музыка от труб, саксофонов и тарелок. Очень красиво, и не намочит голову, если пойдет теплый летний дождь. Воздух свеж и напитан запахом травы и деревьев. На дороге мало автомобилей, еще не наступила эра машин, и это здорово.

Элери с улыбкой протянула свою ладонь Алексу, и он принял ее, как бесценный дар жизни и юности. Так они гуляли и разговаривали.

– Вот, возьмите, я забыла про него.

Неожиданно девушка вытащила из кармана пиджака цветной кисет и протянула юноше. Он взял и рассмотрел его с любопытством.

– А что это? А, очередной сюрприз! Сувенир?

– Пожалуй, – улыбнулась Элери. – Это гонорар нашего котика, ой, вашего кота.

– Это что, деньги? – напрягся Алекс.

– Да, франки, целых триста.

– Ого, это целое состояние для нас! Элери, но как возможно, я, конечно, полностью доверяю коту, но заработать такую сумму чрезвычайно сложно. Я боюсь, нет ли здесь чего-нибудь, что может поставить вас, меня, вне закона? Что касается нашего хитрюги кота, то ему, как вы понимаете, закон не писан. Он ведь просто домашний зверь, и по большому счету плюет на всяческие правила и законы, принятые в человеческом обществе. Как вы думаете?

В это время у девушки слегка закружилась голова, она взяла своего спутника за талию и, смеясь, проговорила:

– Ой, я опьянела, это так непривычно, с ума сойти можно…

– Элери, вы восхитительны, держитесь крепче за меня!

Они шли, обнявшись, слегка опьяненная юная женщина и молодой мужчина. Хоть она и была на достаточно высоких каблуках, все же он был выше ее на полголовы. Алекс впервые в жизни ощутил так близко запах и аромат женщины. От этого у него закружилась голова, и, наклонившись, он поцеловал ее в шею, чуть ниже мочки ушка. Ей вновь понравилось это, но она сказала, пытаясь быть строгой:

– Алекс! Алекс, я могу передумать и уехать, хоть ваша компания меня…

Дальше было непонятно. Элери просто мурлыкала что-то и смеялась. Чувствуя легкую усталость и негу, юноша решил не торопить события. Ведь жизнь для них только началась. Сегодня. Они присели на скамейку в сквере. Здесь расположились фонтаны и водопады, а в центе парка – новая скульптурная композиция «Торжество Европы». На красно-черном быке, отполированном, как гранит, расположилась дева, играющая с волнами моря. Она – Европа, блистает, как золотая, торжествует на норовистом и непокорном черном быке. Справа и слева дельфины вынырнули из глубины моря и застыли в воздухе и тающих солнечных лучах. Европа грациозна и похотлива, ее взгляд, брови, губы выдают в ней юную любовницу быка и его повелительницу. Любовники устремляются в открытое море.

– Тебе нравится скульптура? – спросила Элери.

– Мне? Очень нравится, – воодушевленно ответил Алекс, уловив игривый тон подруги. – Это просто жемчужина нашего города. Правда, критики говорят, что слишком откровенно, смело.

– Что именно… говори, мне интересно.

– Гм. Ну… недвусмысленное поведение Европы. Она просто соблазняет быка.

– Конечно, она женщина. Иначе бы она не залезла на него верхом! Я думаю, наоборот, все достаточно сдержанно и безобидно. Кстати, он тоже русский.

– Кто он? – не понял Алекс.

– Ну, как же, автор «Европы». Художник из России Бенуар. Его тоже зовут Алекс или по-русски Александр. Наверное, все Алексы талантливы и красивы. Девушка смеялась и смотрела на спутника широко раскрытыми глазами. Он немного смутился, не ожидая такого напора чувственности и откровенности. Теперь и Алекс пошел в атаку.

– А ты, как она, эта золотая дева. Нет, она просто образ, а ты настоящая. Ты прелесть и красавица!

В тот же миг он спрыгнул со скамейки и, встав на одно колено, прижался к ее изящным коленкам.

– Прыгай на меня, я – твой Зевс!

Алекс начал играть с Элери, изображая бодающегося теленка. Она громко засмеялась, пытаясь защитить ладонями колени и бедра от неудержимых движений «бычка». Конечно, все прохожие оборачивались на них. Юность, этот волшебный вечер и крепкое виноградное вино сделали свое дело.

Но вечер наступает не только на бульварах, скверах и кафе, но и на крышах старых пятиэтажек. Ох уж эти горячо любимые, старые черепичные и шиферные крыши. Ночные концерты возможны только на них, небоскребы никогда не поймут и не увидят этого.

Кот прогуливался по своей любимой крыше, растрясая жир после сытного ужина. В такие минуты хочется любви, беспечной и недолгой, встречи с юной особой, желательно без блох. Это проблема, наш полосатый – гурман и чистюля, ему трудно угодить. Или страсть, или ничего, поэтому Пергоко гулял в гордом одиночестве. Тем более, что перед глазами стоит красивая и какая-то манящая к себе Элери. «Очень удивительная девушка, – размышлял кот. – Она весь день ходила со мной, ей все интересно и ново. Она любознательна и в то же время покорна. Она знает, чего хочет, и ей понравился хозяин. Интересно, оценит ли ее по достоинству Алекс. Мне бы не хотелось расставаться с ней. Умные женщины – это редкость в наше время. Ох, а как она грациозна, я даже не хочу думать об этом, мур-р».

Кот, размышляя о новом друге, точнее подруге, шел по коньку черепичной крыши, а встречные хулиганы-коты с криками разбегались в стороны. Коты боялись его, непривычно крупного и сильного, а он не искал драки с ними, считая это занятие пустой тратой времени.

Около десяти вечера, наигравшись до одури, как дети, Алекс и Элери направились в сторону дома. Пора поговорить о делах. До сих пор, Алекс многое не понимал, вернее, ничего из странных событий дня. Все перемешалось в его голове, визит прекрасной незнакомки, разбогатевший и что-то скрывающий кот, суматоха в городе, русский шпион на съезде зоологов.

– Ты говорила, что автор скульптуры в парке тоже русский, что это значит, кто еще русский? – спросил вдруг Алекс.

– Конечно же тот русский шпион, которого ловили академики в парке. Он же, я почти уверена, наш добрый месье Кот. Да, Алекс, не смотри на меня так! Пергоко!

– Так, так, я, кажется, начинаю кое-что понимать! – воскликнул Алекс. – Вы были с ним заодно. И вместе спасались бегством. Неужели вы забрали деньги, потерянные профессорами в пылу погони? Воришки, не верю!

– Нет, конечно, ладно, слушай.

Элери начала рассказывать все по порядку. Вначале, как состоялась ее встреча с котом, как забавно он позировал перед фотокамерами, а потом, как заработал свои первые франки. И как она подарила ему свою любимую сумочку для косметики, ставшую копилкой для денег. И как потом они с котом нашли дырку в высоком чугунном заборе и, оставив всех в дураках, запрыгнули на подножку трамвая.

– Не верю!? Нет, напротив все так и было! – Алекс схватил себя за голову.

– Я себя чувствовала школьницей, которая с другом совершает налет на яблочный сад! Так здорово, дух захватывает. Мы смеялись на весь трамвай, и с нас даже не попросили денег за проезд!

Элери так задорно рассказывала, как будто переживала вновь все приключения. Алекс даже позавидовал коту.

– Я, кажется, догадался про морской порт. Полицейские мчались туда, чтобы изловить пирата-кота?

– Ну да, – усмехнулась Элери.

– Конечно, они зря старались. Вот к чему привели наши вечерние чтения сказок, про пиратов и шпионов. Кот стал выдумщиком и сейчас стремительно завоевывает славу скандальной личности. Я сам признал, кот становится личностью.

В одиннадцать вечера Алекс и Элери вернулись домой, они допили вино, ставшее необыкновенно вкусным, и вскоре легли спать. Для Элери был расправлен кожаный диван в зале, богатство и гордость хозяина. Алекс постелил себе постель на полу в столовой. В полночь в квартире стало тихо, только стрелки часов на стене старательно отсчитывали драгоценные секунды – капельки большого моря под сладким именем жизнь.

В два часа ночи в открытую форточку запрыгнул кот. Он помыл лапы и мордочку под теплым душем и улегся спать в кресле напротив Элери. Во сне он сладко урчал, по-видимому, представляя себя героем-любовником. Раз в час он приоткрывал то один, то другой глаз и смотрел на гостью.

Юная дама сладко спала на его диване, закутавшись в шерстяной, мохнатый плед. Только носик и закрытые глаза с густыми ресницами, да пышные завитки волос выдавали в ней милое существо.

– Мр-р-мяу-н-да! Почему я не художник? – подумал кот и наконец-то крепко уснул.

Глава VIII. Город проснулся

Прекрасное утро ворвалось ветерком в форточку. Кот открыл глаза, привстав и вытянув вперед лапы, потянулся:

– А-о-о! Му-яр-р! Доброе утро! Пора вставать!

Вся компания была бодра и уже в восемь пятнадцать сели пить зеленый чай и доедать торт.

Элери набрала номер редакции журнала и сказала, чтобы ее не теряли, и что вчера она весь день и вечер охотилась за сенсацией. Потом она вернулась в столовую. Кот и Алекс вопросительно смотрели на подругу.

– Не волнуйтесь, мои друзья, никто и никогда не узнает, где я была этой ночью. Нам нужно придумать, как быть дальше.

Мужчины молча пережевывали торт, торопиться им сегодня было некуда, ведь они безработные. Проглотив очередной кусок торта кот заговорил:

– Не волнуйтесь, моя дорогая, садитесь лучше и доедайте свой кусочек торта, а то я не удержусь и съем его сам. Я бы не хотел прослыть обжорой, а вам не мешало бы чуток поправиться.

– Я не хочу поправляться, – ответила Элери.

– Кот, что ты, у Элери прекрасная фигура, я бы не хотел что-то менять, – вмешался Алекс.

– Ну да, конечно, я ничего не понимаю, – заворчал кот. – Но все же, можно ей капельку поправиться. Все-все, я замолкаю, вам виднее мр-р! Лучше послушайте, что я придумал.

Кот представил свой план, а именно, что должна рассказать Элери в редакции, чтобы не выдать кота, а еще, чтобы ей дали премию.

– А премию разделим по-братски, – добавил он, и закончил мысль: – Просто проедим и пропьем вместе!

Возражений не было. Элери заторопилась в журнал. Алекс бросился одеваться, чтобы проводить ее, но она наотрез отказалась. Действительно, пока лучше, чтобы никто не знал, где, что и когда.

– Меньше знают, крепче спят! – крикнул кот из зала, и добавил: – Дорогая моя соучастница, мы будем ждать тебя в гости!

– Пока, котик! Побегу осуществлять твой план по развеске макарон на уши редактора.

Элери убежала. На бульваре она запрыгнула в трамвайчик и поехала в «Журналь де Франс».

В отсутствии Элери кота ждал серьезный разговор с хозяином. Но кот был необычайно умен, так что Алекс скоро в этом убедился.

– Месье Пергоко! – начал Алекс.

– Да, мой дорогой Ромео! – парировал кот жесткий тон хозяина.

– Кот, я тебе, конечно, благодарен за это. В общем, за Элери, но нам нужно поговорить. Я волнуюсь за тебя, за первый твой день в обществе людей. Ты наделал столько рискованных поступков. Дело дошло до приезда скорой помощи в Академию естественных наук. Полицейские блокировали порт на весь день. Ну что вы молчите, уважаемый пиратский кот, русский агент. Кто вы, мистер Икс? Как вас теперь называть? Вы каким-то образом избили Тиранозе. Вас сфотографировали, вас увидят в газетах, найдут здесь, и отведут в зоопарк! Там с тобой церемониться не будут! Хочешь в клетку, на всю жизнь?

– Нет, не хочу! Я там умру…

– Кот, это опасно, я ведь предупреждал тебя!

– Я, му-р! Я просто хотел заработать, друг мой, мой хозяин. Если бы не вчерашние события, сегодня ты бы нажил себе язву или еще чего-нибудь. А сейчас все по-другому, светит солнце, у нас есть Элери, мы с тобой не нищие и можем строить планы на завтра. Алекс, признай, вчера мне повезло, фортуна поцеловала меня в нос и пощекотала бородку. Утром в порту я съел огромную семгу, а потом мне вновь повезло – молодые журналисты оплатили мой талант и труды.

– Труды?

– Конечно, прошу, не перебивай, а то я потеряю мысль. Вчера на лужайке я назвался котом-пиратом, и папарацци смеялись надо мной. Они поняли, что я оригинальный кот и доверились мне. А вот в зале среди стариков-ученых я представился как русский ученый – Кот Иванович Менделеев, они же обвинили меня в шпионаже. А этот старый «тираннозавр» пытался поймать меня и выкинуть за хвост на улицу. Он утверждал, что мы звери тупы и бездарны. Он поплатился за это. Кстати, Алекс, ты бы не смог работать в его команде, он полностью отрицает возможность обучаемости зверей, он давно остановился в развитии как ученый. А молодых помощников ищет, чтобы воровать у них идеи и открытия. Знаешь, как он рассвирепел, когда я сказал, что нужно давать дорогу молодым ученым. Как раз в этот момент он и поцеловал паркет своим блестящим лбом.

– Я доволен тобой, ты снова прав. Но как же твои фото?

– Посмотрим, покажут ли их по телевизору или в газетах. Я закрывал морду лапами и хвостом! Вот будет потеха!

– Посмотрим, – строго ответил хозяин.

– А что ты молчишь на счет девочки, у, мур?

– Я молчу, потому, что грущу и скучаю. Кажется, я влюблен и не в состоянии ни о чем думать. Она стоит передо мной, это фантастика!

– Понятно, у тебя гормональный взрыв. Волна сексуальных ожиданий захватила твой рассудок.

– Ты что говоришь такое?

– Я выражаюсь научно, ты же сам мне как-то про это рассказывал.

– Да, я, кажется, схожу с ума. Что делать, я не знаю. Помогай, кот, подскажи?

– Ладно, я же тоже очень люблю тебя. Вначале сходи в магазин, купи вкусные и недорогие продукты. Ты не спорь со мной, но твою пассию нужно усиленно кормить, она слегка уставшая и худая. Купи молоко, сыр, творог, мясо. Очень полезны перепелиные яйца. Рыбу не бери, она дорогая и не совсем свежая. В общем, рыбные блюда на мне. Жить у моря и покупать замороженную кильку втридорога – это ненаучно и расточительно. Я вот вчера семгу съел за тридцать пять франков, отобрал у рыбаков, ну почти у рыбаков.

– Ко-от, не хвастай, держи язык за зубами.

– Мр-хорошо, буду умнее.

– Ладно, я сейчас слетаю в магазин и все куплю, а что же дальше. Элери, наверное, не придет больше. Я не знаю даже, где она живет.

– Я зато знаю. Тебе крупно везет, парень. Она живет от города далековато. Там, в деревне, у нее дом, папа, мама, пес. А здесь в журнале она работает всего один месяц и ищет комнату для проживания.

– Здорово! Кот, ты в разведке, что ли служил?

– Служил, служил, нигде я не служил, – проворчал полосатый. – Я свободу люблю. Я просто все время думаю о том, что вижу, и анализирую. Все запоминаю. В общем, она уже нашла комнату, но по ее описанию ей там не место. Во-первых, хозяйка любит выпить виски и водку. Сынок у нее тоже какой-то подозрительный. В квартире еще живут две или три девушки. Они любят покурить и вино выпить. Конечно, не пьют одни. Вот такие добрые соседи и обстановочка.

– Фу! Притон какой-то.

– Да, мр-ж! Пожалуй, точно! В общем, она сегодня заберет деньги у хозяйки, отданные вперед, и, если ты не возражаешь, завтра переедет к нам.

– Котенок мой! Дай я тебя поцелую! Конечно, я могу только согласиться. Ура! Да, милый кот! – Алекс радостно поднял его и поцеловал в нос, кот замурлыкал. – Пускай она сегодня к нам и переезжает, – продолжил Алекс. – А деньги тетка, наверняка, спрятала и не захочет расставаться с ними. Сколько там франков?

– Сколько! Важно не сколько, а то, что эти деньги нажиты трудом и экономией! Нельзя это так просто оставлять. Нужно забрать пятьдесят пять франков! Я не прощу себе такого расточительства.

– Да брось, кот, не заберет Элери сегодня, сами заработаем.

– Нет, мр-ж! Я категорически против. Деньги вернем. Нам в общий бюджет. А та женщина все равно их пропьет!

На том они и закончили разговор. Алекс убежал в город искать хорошую работу и по магазинам, как велел кот. Пергоко остался дома, на всякий случай, пока в городе все не утихнет.

В это время в редакции «Журналь де Франс» было шумно, последние новости о происшествии на зоологическом симпозиуме ложились на стол главного редактора и улетали в печать.

– Месье Стилён, к вам мадемуазель Элери, – доложила высоченная секретарша главного редактора, с огромным алым ртом и прической «Гнездо аиста».

– Да, да! Войдите! О! Я вас ждал! Присаживайтесь! Кофе? Шоколад? Коньячок?

Главный редактор был известным ловеласом в городе. В компании с молоденькими журналистками он всегда распушал свой хвост, а от стажерки Элери был в полном восторге и не скрывал этого.

– Благодарю. Я по делу, месье главный…

– Конечно, – пропел владелец журнала. – Я весь во внимании, моя милая!

– У меня есть очень интересная информация о вчерашнем происшествии в городе.

– Говорите, не молчите, я все записываю.

– Хорошо, месье Стилён, но прежде я хотела бы получить премиальные, так как я с трудом взяла интервью у этого господина…

– Не понял, у кого вы взяли интервью? – хитро удивился Стилён.

– У месье, который сделал весь этот скандал в городе. Он это произвел! Он взорвал город своим появлением! Великолепный фонтан! – заявила Элери и подняла ладони вверх.

– А что, он существует? – шеф расплылся в циничной улыбке.

– Ну, как хотите, месье. Вы думаете, я лгунья?

– Ну что же вы сразу о деньгах, милая Элери, жизнь прекрасна. Поют птицы, стрекозы и всякие жуки и пчелы, жужжат!

– Вы фантазер, месье, а я думала, что поют только птицы.

– Ну, это афоризм, настроение, в общем, природа расцветает, и щепка на щепку лезет!

– Что, что? Ха, нахал! – засмеялась Элери.

– Я хотел сказать, что приглашаю вас в ресторан или поедемте в Париж в ближайшие выходные. Ну, как, идет?

– Нет! Не идет, стоит, ой, то есть застопорилось… Месье главный редактор, я ведь могу продать информацию в другой журнал. Если вы не против, я ухожу, и думаю, что они не поскупятся.

– Интересно узнать, в какой журнал вы собрались отдаться? – засмеялся Стилён.

– Для вас, месье, это тоже платная информация!

«Что же я делаю, – задумалась Элери, – он меня сейчас уволит, и я просто останусь на улице без гроша! Но кот сказал стоять на своем до конца, не давать противнику опомниться. Ни секунды на размышление!»

– Ну, я пошла… – мягко сказала Элери, выдержав паузу.

– Фу-ух, постойте, вы правы. Я согласен, мы же компаньоны. Я все оплачу, выпейте со мной хотя бы кофе!

– Это интервью стоит сто пятьдесят франков, – присев, сказала Элери. – Плюс, я прошу принять меня официально в штат журнала и повысить оклад со смехотворных сорока пяти франков в месяц до нормальных ста тридцати. На первое время!

– К-хе, это все? Какие пустяки. Стоило ли спорить об этом. Вот держите чек на сто пятьдесят франков. Сейчас подпишу приказ о вашем назначении штатным журналистом и фотокорреспондентом с окладом в сто тридцать пять франков. Вижу, вы готовы к серьезной работе. Вот! Уже готово, держите! Прекрасно, милая, – Стилён, улыбаясь, передал ей чек.

Элери торжествовала – первая победа. Видел бы ее сейчас Алекс и котик: «Класс, я сделала месье Стилёна! И весь его журнал тоже!»

В такие минуты, когда женщина входит на пьедестал и триумф парит над ней орлом, ей хочется ласки и даже любви; жесткой и необъяснимой страсти, но все это потом, позже, где-то там, в старом дворе на скамейке, в городском парке или на крыше.

– Итак, я готова рассказать вам все, что вчера произошло в парке перед Академией естественных наук, – серьезно продолжила Элери. – Интервью с господином, похожим на кота! Начну с того, что этот сеньор появился на лужайке, где собрались многие наши компаньоны и конкуренты. Мы были расстроены и подавлены, нас вновь не пустили на интереснейшее заседание ученых Франции, Германии, Испании, Италии и Португалии. И вот появился он! Этот ученый, в общем, зверь, с хвостом и мягкими лапами…

– Простите, кто сеньор, господин или кто? – засомневался издатель.

– Этот субъект назвался испанским пиратским котом, поэтому мы обращались к нему сеньор. Но, что удивительно, говорил он на хорошем французском.

– Что здесь удивительного, знает несколько языков. Но вы сказали, что? Я пока мало что понимаю?

– А то, что он внешне не человек, а кот. Хороший, упитанный, пятнистый кот. Конечно, все мы были в шоке и искали глазами дрессировщика. Никакого дрессировщика не было. Кот беседовал с нами минут десять, а потом спросил, не хотим ли мы увидеть, как сами ученые побегут к нам под вспышки фотокамер. Никто, конечно, не поверил, тогда кот собрал гонорар, иначе он не соглашался работать и запрыгнул в одно из окон зала. Там ему удалось выступить перед ученой публикой и увернуться от рук профессора Тиранозе, в результате чего тот и был увезен с ушибом головы в госпиталь.

– О, гм… весьма здорово! Продолжайте, – заинтересовался Стилён.

– Через семь минут произошло это побоище…

– Да, да, я знаю, творилось что-то немыслимое. Кстати, профессоров искали по парку до вечера, и съезд зоологов на этом закрылся. А вы не знали, дорогая?

– Нет, я не смотрела вчера телевизор.

– А-а-ха-ха! Жаль, а я записал это на видео. Буду еще и еще раз смотреть. Нечеловечески смешно.

– Дело в том, что сеньор Кот выскочил из зала первым и как молния устремился в заросли каштанов вон из парка. Я увидела его одна и бросилась вслед за ним. Мне казалось, что я лечу над травой так же, как он на всех четырех конечностях. Только пушистый пятнистый хвост маячил передо мной. Кот перемахнул ограду – я за ним, он на бульвар импрессионистов – я за ним. Я кричала: «Сеньор, минуточку, дама бежит за вами, постойте, а то так можно попасть под автомобиль!» Он остановился в конце бульвара. Я с трудом уговорила его ответить на несколько моих вопросов хотя бы за гонорар. Вначале он отказывался и упирался, а потом пожалел меня, отказался от денег и сделал мне комплимент как отличной бегунье. Он рассказал мне, что крайне недоволен поведением ученой публики и не видел более несуразной и дикой толпы. Академики не поверили своим глазам, что перед ними стоит разумный кот. Его закидали башмаками и туфлями, он обозвал их маразматиками и необычайно законсервированной массой. А Тиранозе разорвал бы его, если бы не ловкость сеньора кота.

– Необычайно интересно! А что же по поводу русского шпиона?

– Вот именно, это еще одна ложь и глупость профессоров и академиков. Кот сказал, что он ученый из России, но ему не дали закончить доклад. Он хотел сказать, что родился в России, а живет во Франции и Италии. А сейчас он напуган и срочно покинул страну.

– Так, так, – сладострастно усмехнулся Стилён.

– Я уговаривала его остаться, но он был непреклонен. На трамвае мы поехали на железнодорожный вокзал, где я купила ему один билет на Рим в «люксе».

– Какой вагон? Номер вагона?

– Это секрет, и он не продается.

– Согласен, вы просто профессионалка!

– Поезд отходил ночью, мы вынуждены были проститься, и около десяти вечера я уехала.

– Что же еще он рассказал, я чувствую, вы не договариваете? – с хитрецой поинтересовался издатель.

– Он сказал так: «Передайте всем уважаемым французам и француженкам, что я еще обязательно приеду, но только тогда, когда спадет ажиотаж и прекратится травля моей персоны. Пускай не волнуется полиция. Где я буду через неделю, месяц – никто не знает. Тем более что мне предлагали читать лекции в России».