Следствие ведёт некромант. Истории. Том 4. Увертюра к большой крови

Необоснованная жестокость

Сэр Вилохэд Окку — верховный коррехидор Кленфилда и четвёртый сын Дубового клана — ехал на службу в дурном расположении духа. Его отец обладал удивительной способностью портить настроение и устраивать скандалы буквально на ровном месте. Вот и сегодня за завтраком Вил отхватил по полной лишь за то, что он, видите ли, не проявляет должного интереса к политике Кленовой короны. А все мужчины Дубового клана (Это не обсуждается и не оспаривается!) последние пять сотен лет были погружены в эту самую политику с головой. А он, к глубокому разочарованию родителя, посмел сказать, будто бы ему не особо интересна политика государя в отношении Жемчужного архипелага, который представляет из себя всего-то навсего горстку вулканических островов, населённых ловцами губок и жемчуга. И их венценосный кузен прекрасно справится с проблемой и без его, Вила, компетентного мнения и умозрительных советов. Что тут началось! Сэр Гевин заявил, что ему непереносимо стыдно за своего младшего сына, который смеет гордиться своей аполитичностью, на кою не имеет ни малейшего права как верховный коррехидор, верноподданный Кленовой короны и младший наследник самого влиятельного древесного клана. Далее последовало подробнейшее перечисление всех грехов и проступков сына (а сэр Гевин обладал отменной памятью, особенно когда дело касалось Вила) буквально со школьной скамьи до наших дней.

В итоге буйствование отца, которому Вил попался под горячую руку, радикально испортило коррехидору как аппетит, так и настроение. Он оставил недоеденный завтрак, наскоро проглотил чай (отец требовал, чтобы во время его пребывания в столичной резиденции Дубового клана к завтраку подавали ТОЛЬКО традиционный артанский чай) и, сославшись на срочные дела, скоренько отбыл на службу.

И вот теперь он ехал по улицам Кленфилда, залитым ярким, уже начинающим становиться жгучим солнцем начала лета, и размышлял, не стоит ли ему заехать в «Дом шоколадных грёз», чтобы смыть неприятный осадок от стычки с родителем чашкой отличнейшего кофе с шоколадными пирожными, но потом решил оставить это на обеденный перерыв и пригласить Рику разделить с ним эту приятную трапезу.

Рика. Он вздохнул. Как-то так получилось, что их, по сути дела, фиктивная помолвка, имевшая своей целью легализовать общение при расследовании в Оккунари, стала потихонечку меняться. Коррехидор осознавал, что невысокая, своенравная чародейка с дерзкими зелёными глазами начинает занимать в его сердце всё больше и больше места. При этом он никак не мог ответить самому себе на вопрос о том месте, какое ОН занимает в её жизни и в её сердце. Девушка была порой резка с ним, иногда проявляла холодность, а порой и простое безразличие. При этом она всякий раз инстинктивно отдёргивала руку при случайном прикосновении, что само по себе было истолковано Вилом как не особо положительный знак. Отец всё чаще заговаривал о свадьбе, даже дату предлагал установить на Праздник спелых желудей, он с размахом проходил в Оккунари каждой осенью. Но Вилохэд не знал, как к этому отнесётся Рика. Не однажды собирался заговорить с ней об этом и всякий раз откладывал. Очень уж не хотелось услышать отказ.

В коррехидории дневальный доложил, что ночь прошла относительно спокойно.

— Из происшествий, — сменившийся в восемь утра парень заглянул в журнал, чтобы не ошибиться в деталях, — ограбление на складе железнодорожной компании «Стальной пульс Артании». По предварительным данным у них опустошили три вагона с какой-то одеждой, — дневальный пожал плечами, демонстрируя, мол, кому придёт в голову подобная чепуха, — сержант Меллоун выехал на место происшествия двадцать минут назад. Трупы в морг не поступали.

Он отдал честь.

Трупы в морг не поступали, это хорошо. Значит, королевский коронер особо работой загружен не будет, а это, в свою очередь, означает, что в перерыв они с Рикой спокойно поедут в «Дом шоколадных грёз» и проведут этот свободный час наедине в отдельном кабинете, четвёртый сын Дубового клана который год оплачивает его как член аристократического клуба «Любителей шоколада».