Даже не мечтай!

Глава 3

Сон лорда был беспокойным. Его ум натренированный анализировать все, что происходит вокруг, выбрасывал в сон пугающие картинки: степняки, пользуясь родством с женщинами и детьми, являются в долину и ставят на полях свои шатры, заполняя окрестности дымом горящего кизяка, овец и кислого молока. Темнота и снова картинка – степнячки не привыкли к оседлой жизни. Им тесно в долине, они не умеют выращивать овощи, ткать красивые ткани и воспитывать детей без кочевья. Некоторые смиряются. Другие гибнут, сходят с ума, уводят в свои кланы молодых единорогов, не имеющих привязанностей в долине…

Мужчина проснулся, попил воды и снова лег, пытаясь убедить себя, что верховный лорд и вожак многочисленного табуна не совершит такой ошибки. Ведь нашел же он причину не выпускать молодняк из долины!

Следующий сон был куда приятнее. Ему снилась стайка черноволосых детишек в окружении смуглых мамаш и строгий наставник, объясняющий детям правила оборота. Наставником был он сам. В какой-то момент лорд с нарастающим ужасом понял, что забыл основные правила и принципы перехода из одного облика в другой! Отойдя в сторону, он попытался обернуться и… с грохотом свалился с кровати, разбудив и перепугав Галию! Причем свалился в виде единорога.

– Лорд? – испуганная девчонка попыталась вскочить, но старательно накрученные на нее слои одеял не позволили это сделать.

– Лежи, Галия, мне просто приснился дурной сон, – как можно спокойнее сказал Иссиэль, возвращаясь в человеческое обличье.

– Трава кошачьей мяты в сочетании с перечной мятой и тремя четвертями сон-травы способствует здоровому сну, – через зевок выдала девчонка и опять уснула.

Лорд усмехнулся. Выходит, ее учили, и кое-что она помнит. Значит можно попробовать извлечь эти знания из девичьей головы. Надо только хорошенько попросить матушку Мельдину. Старая жрица когда-то неплохо впихивала в головы редких избранных необходимые знания.

Мужчина прикрыл глаза и снова задумался над проблемой. У единорогов рождаются только мальчики. Родить им потомство может только невинная девушка, прошедшая через брачный обряд в долине. Последние годы сюда мало попадало утонченных изысканных женщин, разбирающихся в литературе, искусстве, науках. В результате молодое поколение ищет девушек попроще, экономя силы и время на ухаживании. А ведь потом эти женщины будут воспитывать и учить будущих жителей долины!

Еще одна проблема – оскудение магии. Прежде высокие рода отправляли в долину невест и многие из них обладали магическими силами, знали редкие искусства, и могли передать свои способности детям. Теперь же лорд с тревогой наблюдал, как мало мальчишек приходит осенью в замковую школу. Как исправить положение? Усталость все же одолела его. Веки сомкнулись, черты лица расслабились. Только легкая морщинка между бровями никуда не делась, намекая на заботы мужчины.

Утром лорд ушел из горницы рано. Вспомнив болтовню Крины за ужином, решил, что Галию не стоит везти в замок в таком виде. Поэтому спустился вниз, растопил печь в большой купальне, которую хитрый привратник держал для гостей, зная, что сытые и чистые лорды щедры и внимательны к просьбам. Крина явилась как из-под земли. Болтая и посмеиваясь, принесла чистые простыни, душистое мыло, ароматное масло для тела и красивое двуслойное платье, расшитое по подолу бисером.

– Откуда? – удивился Иссиэль.

До ближайшего села скакать несколько часов.

– Леди прислала, – отмахнулась женщина, – это вам мужикам супа да рубахи довольно, а девушек надо радовать и украшать.

Иссиэль удивился. Выходит, и женщин волнует ситуация в долине? Убедившись, что каменная купальня прогрелась, мужчина поднялся наверх, собираясь разбудить подопечную.

Галия не спала. Сидела на разворошенной постели и чуть не плача распутывала волосы. На миг лорд залюбовался представшей ему картиной, потом одернул себя – она еще ребенок, – и полез в сумку за гребнем. Тяжелые густые волосы за ночь сбились, тесемка с витыми краями затянулась узлом, и разобрать это воронье гнездо было непросто. Они проморочились минут сорок, когда, наверх пыхтя и отдуваясь, поднялась Крина:

– Вы тут долго еще? – ворчливо спросила она.

Но увидев то, что осталось от прически, все поняла. Оценила опытным глазом и предложила:

– Идем в купальню, деточка, пока не остыла. Тесьму срежем, волосы маслом сдобрим, глядишь и распутаем.

Девушка молча поднялась, плотнее стянула рубаху и пошла за привратницей. Лорд же пошел вниз – таскать холодную воду и рубить дрова, чтобы компенсировать добрым хозяевам их гостеприимство.

В купальне Крина беспрерывно болтала, хихикала и вываливала на голову Галии истории из жизни лордов единорогов. У девушки разболелась голова, а масло, вылитое на голову, не улучшило ее настроения. Тесьму срезали, волосы расчесали, а теперь требовалось бесконечное количество воды, чтобы его смыть.

– Может мукой посыпать? – риторически вопросила привратница, устав промывать густые пряди. – Потом вычешем.

Галия яростно затрясла головой и снова схватилась за мыло. После мытья устала она так, словно единолично выполола весь огород по жаре, да еще и коровник вычистила. Завернувшись в простыню, девушка легла на лавку в предбаннике и просто не смогла сдвинуться с места. Перепуганная Крина кинулась за лордом.

Единорог явился немедля, коротко осмотрел бледную как простынка девчонку. Торчал заострившийся нос, выпирали скулы и ключицы, а на руки и взглянуть без слез нельзя было. Мужчина вздохнул. Собственные размеры показались издевательством. Такая хрупкая малышка, и так долго продержалась!

– Крина, ты ж девочку не покормила, потащила отмывать, а на ней и мяса даже нет. Неси медовую воду, напоим, должна в себя прийти. И вина с водой захвати!

Женщина моментально убежала за едой, а лорд остался сидеть, держа девушку на коленях. Особенностью магии единорогов было то, что они могли исцелять своим присутствием. Что-то серьезное конечно лечить не получалось, но стянуть простую чистую рану, прибавить сил или помочь раненому дождаться лекаря вполне могли. С возрастом эта особенность угасала. Так что привратница была только рада тому, что в доме есть молодой мужчина, способный поддержать новенькую.

Напоенная сладкой водой Галия быстро пришла в себя и принялась ужом сползать с колен лорда. Он тотчас усадил ее на лавку и вышел, предоставив Крине свободу действий. Привратница расстаралась – принесла тонкую нижнюю рубашку из белого полотна, потом помогла девушке надеть нижнее платье из розового шелка. Узкие рукава платья украшала скромная вышивка и такие же нежные цветочки тянулись по горловине. Верхнее короткое платье без рукавов было зеленым и едва достигало колен. Его отделка была куда богаче – широкая полоса бисерной вышивки по нижнему краю и такая же, но более узкая по вырезу.

– Вот еще поясок, – приговаривала добрая женщина, вручая Галие тканую полосу, расшитую теми же цветами.

– Кто-то немало вечеров провел за работой, – проговорила девушка, проводя пальцем по красивому узору.

– Это леди наша. Скучно ей среди мужиков одной, вот и собирает к себе жен лордов на вечера. Рукодельничают, болтают, и шьют одежды для новеньких.

– А как же они размеры знают? – удивилась Галия, затягивая пояс на тонкой талии.

– Да тут хитрость есть, глянь-ка! – привратница показала девушке аккуратную шнуровку на боках. – Если девушка покрупнее, распустить можно. А если худенькая, как ты, то затянуть. Впрочем, – привратница вздохнула, оглядывая свою круглую фигуру, – к нам редко толстушки попадают.

Потом она помучилась с волосами девушки, уложив их в подобие короны:

– По-другому никак не получается, детка, волосы слишком короткие.

Галия отмахнулась:

– Отрастут. Хорошо, что хозяйка мне ничего другого не отрезала, вон кузнец своему подмастерью ухо оторвал, крови было!

Крина аж вздрогнула от такой жестокости, но поспешила сменить тему разговора:

– Тебя лорд Иссиэль ждет, пора в замок ехать!

Женщины вышли из полутемной мыльни и, Галия зажмурилась, глядя на солнце и в один миг превращаясь в совершенное дитя. Иссиэль уже стоял в облике единорога и нетерпеливо топал копытом. Крина сама забросила Галию на спину зверю и помахала рукой:

– Приезжай в гости, девочка!

Дробный грохот копыт да облачко пыли было ей ответом.

Покачав головой, привратница пошла в сторожку, писать письмо первой леди. Мало кто знал, что не постаревшего воина перевели на эту должность, а ее. Был у толстушки-хохотушки дар, который с возрастом развился настолько, что первая леди предложила своей наперснице и подруге этот пост.

Перо скрипело по тонкой полоске тростниковой бумаги. Подсушив чернила, женщина свернула листок трубочкой, положила в мешочек и надела послание на спину голубю.

– Лети дружок! Ох, чувствую, скоро опять долина всколыхнется.

– Ты каждый раз это говоришь, – усмехнулся Карис, подходя сзади и обнимая супругу за необъятную талию.

– И скажи мне, когда я была неправа? – вздохнула та в ответ.

– Права, права, всегда права! – не споря мужчина потянул жену в спальню. – Пойдем моя радость, мы хорошо поработали и можем отдохнуть.

Глава 4

Пока Крина ворковала с Галией в мыльне, Иссиэль присел на колоду и удивленно прислушивался, ощущая какую-то неправильность. Разве это молчаливое создание похоже на ту языкастую девчонку, которую он нашел на морском берегу? Конечно, можно объяснить такую сдержанность переменой обстановки, но характер как шило – в мешке не утаишь.

За такими размышлениями его застал Карис:

– Что Исс, сидишь, прикидываешь, кому девочка подойдет?

Лорд вяло улыбнулся в ответ:

– Побойся Светлой, Карис! Ей и дюжины лет нет похоже.

– Не скажи, – привратник пыхнул короткой трубочкой, – видывал я служительниц Саты. Вокруг уж полдюжины ребятишек скачет, а она подле них, и сама как дитя. Святая дает им силы, а потом тихо забирает к себе, если верно ей служат.

– Девочка не помнит, кто она и сколько ей лет, – признался единорог, глядя на поднимающееся солнце. – Я конечно пошлю человека в ту деревеньку, но ты сам знаешь, как деревенские считают возраст.

– Знаю, – усмехнулся Карис, – работать может, значит взрослый. – Потом признался: – я свою Крину такой же сеголеткой забрал. Это сейчас она сдобная да мягкая, на радость мужчине, а тогда одни глаза да локти были, – усмехнувшись своим воспоминаниям, привратник выколотил трубку о каблук и принялся снова ее набивать душистым табаком.

Эта человеческая привычка не поощрялась среди молодежи, но бывшему разведчику в мире людей многое прощалось.

Единорог не успел ответить – из мыльни колобком выкатилась Крина, а следом за нею дивное создание тонкое, воздушное и в то же время осязаемое. Мужчина засмотрелся на девчонку в привычной ему одежде, а она исподтишка показала ему язык! Он улыбнулся и расслабился – все в порядке. Колючка на месте!

Скакать через долину пришлось долго. Единороги не были нелюдимами, но и селиться кучно не любили. Поэтому каждое хозяйство разделялось не заборами, а лугами или низкими каменными изгородями, поросшими травой. Эти стеночки выкладывались камнями, собранными с полей и на них, любили играть дети.

Галия крепко держалась за длинную белую шерсть, и не открывала глаз, поэтому на широком лугу единорог замедлился, а потом и вовсе остановился. Девчонка не шевелилась. Тогда Иссиэль топнул копытом и фыркнул. Она выпрямилась, открыла глаза и замерла. Вокруг было синее море колокольчиков! Дальше тянулся ромашковый луг, а еще дальше высились серые стены древней крепости. Девушка часто задышала, пытаясь осознать красоту и величие открывшегося вида.

Белый конь подождал немного, давая своей ноше успокоиться, потом вновь фыркнул и не спеша потрусил к опущенному подъемному мосту.

Замок жил своей жизнью. Пара нескладных, долговязых мальчишек тащили куда-то корзину с зеленью. Полная румяная женщина отчитывала пару парней постарше, перевязывая одному руку. Седоусый мужчина усмехался и незаметно поглаживал женщину по спине, спускаясь ниже. Она фырчала, но успокаивалась и меньше ругала парней. Несколько мужчин занимались ремеслом, сидя на порожках или низких скамеечках. Внутренний двор замка был просторным и солнечным, позволяя каждому чувствовать себя комфортно.

Иссиэль медленно вошел во двор, провез девчонку под любопытными взглядами к широкому крыльцу и только там позволил ей спуститься и принял человеческий облик.

– Сейчас представлю тебя верховному лорду и леди. Здесь будешь жить, пока не выберешь себе мужчину.

Девчонка испуганно заморгала, а Иссиэль мысленно вздохнул. Его речи прервала красивая седовласая дама, грациозно выходящая из арки.

– Иссиэль? Уже здесь? И с добычей! Поздравляю!

Мужчина красиво поклонился и заговорил:

– Леди Фьянта, позвольте представить вам Галию.

Женщина благожелательно посмотрела на девочку, а та неожиданно присела в книксене.

– Любопытно, – хозяйка замка перевела взгляд на единорога: – служительница Саты?

– Вероятно, миледи. У девочки потеря памяти, она даже свой возраст не помнит.

– Что ж, будем с этим разбираться, – дама протянула новенькой руку: – идем со мной, дитя, лорда Иссиэля ждут в главном зале.

Мужчина услышал и придержал тяжелую дверь, пропуская женщин вперед. Потом они свернули налево, к женским покоям, а Иссиэль отправился в большой зал на встречу с вожаком.

Галия молча шла за высокой дамой в роскошном платье и крутила головой стараясь по деревенской привычке запомнить дорогу. Замок был очень древним, поэтому лестницы были узкими, двери тоже, зато потолки высокими, а камины просто огромными! Леди Фьянта привел новенькую в коридор – галерею. Слева располагались окна, забранные цветным стеклом в свинцовых переплетах, а справа находились двери.

– Здесь живут все незамужние девушки, которые попадают в нашу долину. Вот эти четыре комнаты свободны. Ты можешь выбрать себе любую.

Хозяйка замка сама заводила гостью в покои, показывала какой вид из окна, какая мебель, чем набита перина.

– У нас разные девушки бывают. Кому-то на перине жарко, кто-то от сена чихает, так что тюфяк можем поменять. Если что-то понадобится – обращайся ко мне или к экономке, леди Вайолет, она строгая, но всегда поможет.

Галие приглянулась комната со спокойными бледно-желтыми занавесками и зеленым покрывалом на кровати. Вещи были не новые, но комната хорошо проветрена и убрана.

– Хороший выбор, – одобрила леди Фьянта, – здесь за стеной большая труба от кухонной печи, так что будет тепло и сухо даже осенью и зимой. А сейчас отличный вид на садик лекарственных трав.

Тут леди подошла к окну, выглянула и увидела что-то, моментально заставившее раздуться ее тонкие аристократические ноздри.

– Устраивайся, – коротко бросила она девушке, направляясь к двери, – белье в сундуке, леди Вайолет я пришлю.

Дверь мягко закрылась, оставляя Галию в одиночестве. Первым делом она конечно бросилась к окну, чтобы увидеть, что так возмутило хозяйку замка. В небольшом огороде стояли парень и девушка. Она была высокой и статной. Ее длинные волосы, заплетенные в косы, спадали до колен из-под легкой шапочки, расшитой жемчугом. Тонкое платье из ткани похожей на крылья бабочки спускалось до земли, укрывало запястья рук до кончиков пальцев, высокий воротник изящной розеткой собирался у подбородка. Поверх тончайших белых складок лежала более плотная ткань, укрывающая плечи и стан до самых лодыжек. Все вместе превращало девушку в бутон, немного удивляющий своей чуждостью.

Парень в противоположность собеседнице отличался хрупким сложением. Должно быть, портному пришлось подложить немало ваты, чтобы прибавить ширины его плечам. Узкие запястья, стройные, почти худые ноги, черные волосы до плеч и грустные карие глаза. Он совершенно не походил на тех крепких и основательных мужчин, что встречались Галие во дворе замка. Экзотичный и хрупкий цветок в черном камзоле.

Леди Фьянта появилась у входа в садик и по ее виду невозможно было сказать, что столь немолодой и возвышенной даме скорее всего пришлось бежать, чтобы не дать парочке поцеловаться.

Хозяйке замка не пришлось ничего говорить. Она разрушила очарование момента одним своим появлением. Девушка двинулась к даме сохраняя свою великолепную стать, но Галия отчего то понимала, как больно этой великолепной красавице. Не за себя, за поникшего парня, собирающего инструменты.

Когда сад опустел, девочка опустилась на скамью под окном. Голова немного кружилась. Все казалось таким сложным непонятным и при этом смутно знакомым. Непривычным для деревни изящным жестом она потянулась к вискам пытаясь остановить прихлынувшую головную боль.

Прежняя хозяйка никогда не верила в ее болезнь и всегда выгоняла на работу. Летом было полегче – упасть в обморок в огороде или на сенокосе не так страшно, а вот зимой… Однажды Галию спас только дворовый пес, которого она кормила. Утянул за полу расхристанной шубейки от края глубокого оврага.

На этот раз девушке повезло – то ли сытный завтрак тому причиной, то ли уже двое суток безделья, но боль отступила. Забралась вглубь головы и свернулась клубком, карауля момент, когда можно будет вырваться наружу. Посидев немного неглубоко дыша, Гали совсем было решила встать, но в дверь легко стукнули – вошла немолодая дама в строгом, но дорогом темном платье.

– Добрый день, – сказала она, оглядывая комнату так, словно искала пыль, или брошенные в неположенном месте вещи.

– Добрый день! – Галия встала и снова присела, игнорируя деревенские поклоны.

– Меня зовут леди Вайолет, – спокойно представилась незнакомка. – Я помогаю леди Фьянте управлять замком и присматриваю за девушками, которые попадают сюда.

Галия молчала, наблюдая за новой знакомой.

– Здесь в сундуке есть постельные принадлежности и ночная сорочка, – женщина опытным глазом осмотрела девушку, – но она тебе будет велика, так что начнем со швейной мастерской. Ты умеешь шить?

– Не знаю, госпожа. Штопаю я очень хорошо.

– Проверим.

Следом за леди Вайолет девушка прошла через пару коридоров и очутилась в просторной светлой комнате, уставленной прялками, пяльцами, ткацкими станками и столами для раскроя одежды. Галия не удивилась, увидев среди немногочисленных женщин и девушек несколько немолодых мужчин и парней. В их деревне тоже был свой швец, который мастерил куртки, тулупы, толстые кожаные штаны и бараньи шапки. В общем все, что требовало силы и не слишком ловких пальцев.

Пряли только девушки. Сразу три сидели у окна и негромко разговаривали под жужжание веретен. Одна из них была та статная красавица, которую Галия видела в огороде. Женщина постарше перебирала шерсть, очищая ее от соринок. Еще две женщины сидели у другого окна и споро работали иголками. Мужчины тоже были при деле.

– Что тебе по душе? – спросила леди Вайолет. – Леди Фьянта сказала, что ты не помнишь свое прошлое, но может что-то вызовет у тебя воспоминания?

Галия медленно пошла по комнате. Потрогала свободную прялку, погладила широкую доску ткацкого стана, пяла, ее словно ничего не трогало, пока она не увидела кривые иглы, лежащие рядом с мужчиной. Немолодой уже единорог стачивал детали кожаного камзола.

– Можно? – Галия робко протянула руку к инструментам.

– Бери что нравится, девонька, – ласково кивнул мужчина.

Выбрав пару игл и лоскутки кожи, Галия принялась ловко их соединять, порой сама с удивлением поглядывая на свои руки. Когда закончила и обрезала толстые жильные нитки леди Вайолет взяла лоскутки, рассмотрела и протянула старику:

– Что скажешь Смирт?

Тот взял работу девочки покрутил, хмыкнул и ответил:

– Скажу, что таким швом меня заштопали служительницы Саты, когда дикий кабан пропорол мне бок. А вот этот узелок, это фирменный знак, «вышивальщицы».

– Вышивальщицы? Так девочке можно доверить шелк?

– Нееет, – единорог усмехнулся и затряс головой, – так они зовут тех, кто штопает раненых. Чем ровнее и аккуратнее шов, тем тоньше работа и выше звание. Ваша девочка, пожалуй, не только мышцы штопала, но и кишки.