Я – его пари

Глава 1

— Я так не хочу никуда уезжать, Ника, ты бы знала, — вздохнула я и плюхнулась на кровать. — Это просто кошмар. Отец решил, что я должна переехать с ним. А у меня здесь всё — друзья, работа, мой бизнес, в конце концов!

— Бель, твой бизнес может переехать вместе с тобой, — спокойно ответила Ника, усевшись рядом. — Ты же шьёшь вещи сама, без сотрудников.

Она, как всегда, права. У меня свой небольшой бренд одежды — я шью худи и свитшоты вручную, на заказ. Каждая вещь — часть меня. И всё это теперь остаётся здесь. Попрощавшись с Никой, я начала собирать вещи. Через пару часов самолёт, а у меня чемоданы всё ещё пустые и полное ощущение, что я не готова. Вы спросите, зачем я вообще переезжаю за отцом? Всё просто: мой папа стал главным тренером хоккейной команды «Орлеанские Лисы». И решил, что мне стоит “развеяться”. Развеяться… Легко сказать. Никто ведь не знал, что именно там я встречу его.

Полет длился всего два часа, но я чувствовала себя так, будто летела через полмира. Когда самолёт приземлился, я выдохнула с облегчением. Новый Орлеан встретил меня влажным воздухом, ярким солнцем и ощущением, будто жизнь собирается начать новый, непредсказуемый сезон. Папа, как всегда, всё организовал заранее — купил квартиру и для себя, и для меня. Просторные апартаменты, с большими окнами и видом на город. Я стояла посреди новой комнаты с чемоданом в руках и не могла поверить, что теперь это мой дом. Я не знала, как надолго мы здесь. Но одно было ясно — где папа, там и я. Только вот никто не предупреждал, что именно здесь начнётся история, которая изменит всё.

На следующее утро отец поднял меня ни свет ни заря.

— Вставай, Бель, — его голос звучал бодро, слишком бодро для семи утра. — Сегодня первое знакомство с командой.

— Пап, может, они сами как-нибудь познакомятся без меня? — пробормотала я, зарываясь лицом в подушку.

— Нет, — ответил он безапелляционно. — Я хочу, чтобы ты почувствовала атмосферу. Всё-таки мой переезд — и твой тоже.

Спорить было бесполезно. Уже через час я стояла перед ледовой ареной «Орлеанских Лис» — огромным, блестящим зданием, от которого веяло холодом и амбициями. Внутри пахло кофе, морозом и чем-то ещё… свежестью льда, наверное. Отец гордо прошёл мимо охраны, я поспешила за ним.

— Только никого не стесняйся, — сказал он. — Ребята хорошие.

Я усмехнулась. Стесняйся — это ведь моё второе имя. Когда мы вошли в раздевалку, я сразу почувствовала, как десяток взглядов обернулся в мою сторону. Хоккеисты переговаривались, кто-то смеялся, кто-то натягивал форму, но внимание явно переключилось на нас.

— Парни, это моя дочь, Анабель, — представил отец.

— Привет, — выдохнула я, чувствуя, как щеки начинают предательски теплеть.

— А вот и звезда нашего нападения, — добавил отец, кивая в сторону высокого парня с чуть растрёпанными тёмными волосами. — Габриэль Бофорт.

Он поднял взгляд, и я впервые встретилась с его глазами. Тёплые, голубые, с той особенной глубиной, от которой почему-то хочется улыбнуться. На секунду всё вокруг будто стихло — шум, разговоры, даже шаги отца где-то сбоку.

— Очень приятно, — сказал он, и уголки его губ чуть дрогнули в улыбке.

— Взаимно, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Анабель, — вмешался отец, не замечая ничего необычного, — пойдём, я покажу тебе лед. Но когда я повернулась, чтобы уйти, не удержалась и обернулась через плечо. Габриэль всё ещё смотрел на меня. И в этот миг я поняла: именно здесь, в этом холодном зале, где пахнет льдом и победой, начнётся что-то тёплое. Что-то, к чему я точно не готова — но уже не смогу избежать.

— Габи, мы идём сегодня пить пиво? — крикнул Брэд через всю раздевалку.

— Не знаю, — ответил я, натягивая шлем. — После тренировки поговорим. Кстати, слышал что-нибудь про нового тренера?

— Слышал только про его горячую дочь, — ухмыльнулся он и протянул телефон. — Нашёл её в инсте, хочешь посмотреть?

Я мельком посмотрел на экран. Длинноногая брюнетка, глаза цвета осенних листьев. Аппетитная, уверенная — будто бы знает обо всём больше, чем любой из нас.

— Ты бы губу закатал, Брэди, — сказал я, возвращая телефон. — Не твоя это лошадка.

— А твоя, что ли? — засмеялся он. — Спорим, не заарканишь? Пятьсот баксов!

Азарт вспыхнул мгновенно. Я пожал ему руку:

— Дай мне неделю. Увидишь. Она будет моей.

Она о споре даже не догадывается. Это наш секрет. Но внутри меня азарт уже разгорелся: мне нужно было подойти к ней. Тренировка закончилась, и я почти бежал к раздевалке.

Душ, форма — всё это было лишь формальности. Нужно было встретить её лицом к лицу. Я заметил её возле задней двери арены: идёт к машине, блокнот в руках, волосы развеваются. Спокойная, самоуверенная, абсолютно недосягаемая.

— Привет, — сказал я, делая шаг вперёд.

Она обернулась и, не теряя хладнокровия, бросила взгляд:

— Привет. Что тебе надо?

— Я… — начал я, но она подняла руку, демонстративно перебивая:

— Знаешь, я как-то не очень люблю знакомиться на выходе из арены. Так что можешь экономить слова.

Я улыбнулся, слегка прищурившись: дерзкая, смелая, и это только раззадорило азарт.

— Ладно, — сказал я спокойно. — Как скажешь.

Она усмехнулась, и в её голосе проскользнул лёгкий сарказм:

— И, кстати, «кофточка» у тебя классная… если ты решил выглядеть как обычный идиот, который не умеет одеваться.

Я моргнул, слегка улыбнувшись, даже не догадываясь, что она имела в виду.

Она ухмыльнулась и подошла к машине. Не сказав больше ни слова, села в салон, завела мотор и укатила, оставив меня стоять на месте с чувством вызова.

— Ну что ж… — пробормотал я, возвращаясь к Брэдовской мысли, — неделя только началась. Игра началась, и я точно не собирался проигрывать.

Какая же она горячая и строптивая…

«Кофточка?» — этот худи стоил почти четыре тысячи долларов. Одна из самых дорогих вещей в моем гардеробе.

Когда пришли первые деньги с моего контракта, я решил порадовать себя особенной вещью, которая напоминала бы о том, через что я прошёл, кем стал. Но сейчас не о прошлом.

Сейчас мне нужна эта женщина. Её отказ только разжёг мой интерес к ней. Я в игре, и азарт уже зашкаливал.

Доехав до дома, поднялся к себе на этаж и заметил коробки — новые соседи. Почему бы не познакомиться? Пара лишних дружелюбных соседей мне точно не помешает.

Постучав в дверь, подождал минуту, но никто не открыл. Решил направиться к своей квартире — и тут щелчок открывающейся двери.

— Пуговка? — подумал я, поворачиваясь, и застыл: передо мной стояла она. Самая привлекательная женщина, которую я видел. Словно сама судьба решила свести нас.

— Ты что тут делаешь? Ты выследил меня? Боже, уйди отсюда! — закричала она на весь этаж. Её носик дергался от злости, и это выглядело чертовски мило.

— Успокойся, бешенная, — сказал я, показывая на квартиру напротив. — Я живу буквально здесь. Думаешь, я бегаю за тобой? Просто решил познакомиться с новыми соседями. Не знал, что это будешь ты, но как же мне повезло! Такая куколка по соседству…

— Анабель. Меня зовут Анабель. Запомни это, — сказала она, и в её голосе проскользнула дерзкая нотка. — А теперь шуруй к своей двери, пока-пока.

— Ника, это чучело живёт прямо напротив меня! — сказала я, чуть задыхаясь от злости. — Он в наглую приперся, будто хотел познакомиться с соседями. Как же он «не знал», что я здесь? Я уверена, он выследил меня.

— Подожди, кто-то стучится, — добавила я, и помчалась открывать дверь.

Передо мной стояла моя лучшая подруга Вероника.

— Ника, твою мать! Почему ты не предупредила? Как я рада тебя видеть! — я прижала её к себе и затолкала внутрь. — Где ты остановилась? Хотя, ничего не хочу знать, остаёшься у меня! Квартира огромная, места хватит всем.

— Ты меня задушишь, Бель! — рассмеялась Ника. — Хотела сделать сюрприз, поэтому даже позвонила для убедительности. Какая классная квартира у тебя… точно есть вкус, красотища! Подожди, два этажа? Бог мой, сколько это стоило?

Я рассмеялась вместе с ней.

— Честно сказать, я не знаю. Всеми заботами занимался отец. Единственное, о чём просила — терраса на крыше. Здесь она есть. Хочешь подняться и посмотреть? — предложила я.

После того как сбросили сумки и разобрали вещи, мы всё-таки поднялись на террасу. На улице была невероятная погода: жаркий август, красивый закат, ночные огни города, лежаки… и всё это моё.

— Кажется, это терраса на две квартиры. И делить ты будешь с этим красавчиком… — Ника указала на фигуру напротив.

Я повернула голову. Твою мать. Он вышел прямо сейчас. Без футболки. И какое же у него чертовски горячее тело: накаченные руки, торс и сексуальная мордашка, которую я, признаться, с радостью оседлала бы.

— Идиот, — выдала я, не отрывая взгляда.

— Пуговка, — кивнул он мне.

— Чёрт… а он горячий, — восторженно проговорила Ника. — Это придурок?

— Да, это он. Идиот, говорю же. — Я закатила глаза. — А чего вы ждали? Какая ещё реакция может быть на это чучело?

— Ну ладно, ладно, пойдем домой, а то сейчас съешь его взглядом, — захихикала Ника.

Я так сильно закатила глаза, что мне показалось, будто рассмотрела собственный мозг. День шёл медленно. Мы занимались делами, но мои мысли постоянно возвращались к соседу. Чтобы отвлечься, я взялась за заказы клиентов, пообещав Веронике вечером отправиться с ней по барам.

Моя новая соседка Пуговка… и я в полном восторге. А это значит, что спор выиграть будет ещё проще, чем я думал. Я сразу же позвонил единственному человеку, который мог бы помочь.

— Ноа, друг мой, мне срочно нужна твоя помощь, — сказал я.

— Да, Габи, что-то срочное? — его ворчание через трубку вызвало у меня улыбку. Я рассказал ему всю историю про Пуговку и спор.

— В деле, Габ, посмотрю, что можно сделать.

— Слава яйцам! — усмехнулся я. — Думал, откажешь.

Ноа владел огромной частью баров и ночных клубов города. Если эта девушка где-то появится, я обязательно узнаю об этом.

А пока — пиво с командой.

Мы встретились в баре «12/10», отличное место, которым владеет Мэйси. Бар находится в одном из самых отдалённых районов Нового Орлеана — вне зоны доступа фанатов.

Настоящая берлога для лис.

Пару бокалов пива уже прошло, а мне становилось скучно от болтовни о женщинах, сексе и тусовках. Я не монах и не брал обет безбрачия, но постоянная смена партнёров не возбуждала — слишком однообразно.

И тут… знакомый мелодичный смех. В стороне входа. Мои глаза расширились — та самая девушка и её подруга! А главное — сегодня с нами нет Брэда. Идеальные условия, чтобы план не пошёл насмарку.

— Я отойду на минутку, ребят, поздороваюсь со знакомыми и вернусь, — сказал я и направился к девушкам.

— Добрый вечер, девочки, скучаете? — попытался я заговорить, улыбаясь.

— Ага, как же, идиот. Только тебя и ждала, — фыркнула она. Какая-же она язвочка!

— Можно и поторопнее, Анабель, — акцентировал я на её имени. — Кстати, тебя назвали в честь принцессы из мультика «Красавица и Чудовище»?

Громкий смех её подруги заполнил пространство, а я, не отрывая взгляда, продолжал улыбаться.

— Ну ты точно идиот, глаза б мои тебя не видели и уши не слышали, брысь отсюда, лисёнок, пока хвостик не отрубила, — фыркнула она, даже не посмотрев в мою сторону. Отлично, пора действовать.

— Мэйс, налей дамам вишенку, — подмигнул я и протянул двадцатку.

— Нам ничего не надо, мы вполне самостоятельные, — сказала Пуговка, минуя меня, направилась в дамскую комнату.

— Кстати, ты в курсе, что почти вся твоя команда носит её бренд? И ты тоже, — ехидно улыбнулась подруга Анабель, покосившись на мою команду.

— Подожди, — перебил я. — Ты серьёзно? Её бренд? Она возле дворца буквально обосрала эту кофту!

— Что? — вскрикнула Ника, хохоча. — Да ты серьёзно? И ты этому поверил? Ха-ха, вот это поворот!

— Да, — ответил я, усмехаясь. — Мой друг Ноа тащится от её худи и свитшотов, у него целый склад. В год точно штук двадцать скупает. Кстати, отличный парень, — подмигнул я её подружке.

— Да, она очень талантлива, — добавила она. — Когда Бель было пятнадцать, она продала первую свою работу — футболку. Сейчас делает в основном кофты, бывают редкие заказы на другие вещи, но только если есть вдохновение и время.

С каждой минутой всё становилось интереснее. Эта девушка была настоящим открытием, и азарт только разгорался.

Солнце пробивается через маленькую щель между шторами. Боже, такого похмелья я не испытывала, кажется, со времён колледжа. Голова раскалывается, желудок крутит, а рот будто набит песком. Но самое страшное — я не дома.

Мои глаза широко распахиваются, когда я замечаю рядом огромного мужчину, прижимающего меня к себе. Боже… мои мысли разбегаются во все стороны. Кто это? Где я?

Аккуратно, стараясь не шевелиться, я выползаю из-под его руки — точнее, лапищи — и замираю. Моё сердце падает куда-то в пятки. Это мой сосед. Тот самый идиот.

Я стою в одной безразмерной футболке, которая доходит до колен. Осматриваю себя — на мне бельё. Слава яйцам, ничего не было. Но как, черт возьми, я здесь оказалась?

Обшарив взглядом квартиру и быстро собрав свои вещи, я тихо, как мышь, ускользаю к себе домой. В гостиной на диване в верхней одежде спит Вероника.

А я стою посреди комнаты — растрёпанная, полуголая и в чужой футболке.

— Ника… ты что-нибудь помнишь? — шепчу я, подходя ближе и аккуратно толкая её за плечо.

— Бель, если ты так громко будешь продолжать говорить, я тебя прибью… Подай воды, пожалуйста. Я сейчас умру, — простонала она, даже не открыв глаз.

— Какая вода? Я проснулась в чужой квартире почти голая! — я завыла и рухнула ей на ноги.

— Что? Где ты проснулась? И в чём ты приехала?

— Хорошо, по порядку. Проснулась у идиота. В соседней квартире. И да, пришла я в этом, — указала я на футболку. — Мои вещи валялись по всей его квартире.

Я вздохнула, пытаясь собрать мысли. Моя память щедро послала меня к чёрту.

— Погоди… вы потрахались? — глаза Ники распахнулись, и она чуть не подавилась собственным воздухом.

— Нет! Конечно нет… надеюсь, нет. — я прикрыла лицо руками. — Я проснулась в белье. Он не мог… ну… ты поняла.

— Это сто процентов после той чертовой вишенки! — простонала Ника. — Я помню, ты вернулась из туалета, мы выпили коктейль и всё… чёрное пятно.

Мой мозг вдруг выдал ускоренный монтаж ночи: вишенка - смех - спор на десять шотов текилы - такси - моё позорное извержение в окно - подъезд - стук в дверь соседа - и второе извержение… на его коврик.

Идиот меня умыл. Переодел. А потом я… проснулась в его объятиях.

Боже. Я хочу умереть.

Пока я мысленно хоронила себя заживо, в дверь кто-то позвонил. Ника пошла открывать, а я — по старой привычке — спряталась под одеяло, как будто в пять лет снова разбила вазу.

— Привет, Пуговка спит? — услышала я знакомый низкий голос.

— Сейчас не знаю, проходи, мы сидели тут полчаса назад, — ответила Ника.

Только не сейчас. Только не он. Я затаила дыхание, не двигаясь.

— Кажется, Бель уснула, — произнесла Ника.

— Хорошо. Если что-то понадобится — я рядом, — его голос стал мягче.

Дверь закрылась, и я наконец выдохнула. Воздух в груди жёг, сердце билось как сумасшедшее. Боже… какой позор. Надеюсь, я больше никогда его не увижу.

Кажется, вишенка была лишней. Вчера Пуговка сильно перебрала с алкоголем, и, скорее всего, ничего не помнит.

Мы втроём добрались до моей квартиры, Ника осталась у Анабель. Пуговка же отчаянно рвалась ко мне домой, и я не мог ей отказать. Я истинный джентльмен и, конечно же, не буду упоминать, как всю ночь убирал её хаос после того, как эта сумасшедшая девушка заблевала половину квартиры.

Утром я обнаружил пустую холодную кровать. Она ускользнула, не оставив ни малейшего намёка на себя, только воспоминания. Сказать, что я почувствовал разочарование, — ничего не сказать. Надежда на пробуждение вместе была прозрачна, как стекло.

Решив заглянуть к ней, меня встретила Ника. Пуговка отсыпалась — или делала вид, что отсыпается. Но не важно: рано или поздно я всё равно её поймаю.

Время было около двенадцати. Сегодня выходной от тренировок и игр, по плану — встреча с Ноа и деловая поездка: сдаём коммерческие помещения под офисы, магазины, бары и прочий бизнес.

Нацепив джинсы, любимую кофту от Пуговки и кроссовки, я выдвинулся в сторону нашего общего офиса.

Дорога заняла не больше двадцати минут. Никаких пробок, отличный день, как по мне.

Здороваясь с персоналом по пути, я наконец-то добрался до кабинета Ноа:

— Здорова, чувак, как дела? — поинтересовался я.

— Привет, Габи. У нас сегодня пиздец какой загруженный день: объехать три помещения — одно под аренду, два на выкуп, ещё заехать в банк за деньгами. Лизи приготовила все документы.

— Боже, чувак, столько информации для утра воскресенья.

— Утро? Мужик, время почти час. Обед уже прошёл. Поехали.

— Аренда? Кому? Надеюсь, платежеспособный клиент, а не как Грю. И почему мы сами? Юристов и менеджеров не пробовал отправить?

— Посмотрим. Девушка двадцати шести лет, маленькое помещение для своего бизнеса. Она настояла на личной встрече.

— Ну, поехали.

Заехав в банк, снова долго не ждали — быстро оформили документы и выдали наличные. Следующий пункт — здание на аренду, ехать сорок минут. В дороге я думал о споре и Пуговке. Зря я это начал.

Брэду всё это в игре, а я… не знаю.

Когда я видел Анабель, что-то перевернулось во мне. Необычное чувство. Последний раз так было, когда я увидел своих родителей в день аварии: они лежали под покрывалом, и четырнадцатилетнего меня привели на опознание их тел.

Дальше был приют и ад, в котором я прожил четыре года: нас могли не кормить в наказание или запереть в подвале без еды, воды и возможности сходить в туалет. Про сон я вообще молчу. При первой возможности я поступил в университет и сбежал, не оглядываясь. Там была хоккейная команда, куда я сразу попал. Потом — Ледяные Короли, два сезона на скамейке. А в прошлом сезоне меня выкупили «Орлеанские Лисы», где я стал капитаном команды и востребованным центральным нападающим.

— Приехали, Габ. Только веди себя более сдержано, пожалуйста, — предупредил Ноа.

— Я ничего не могу обещать, но очень постараюсь, — усмехнулся я.

Глава 2

Перед переездом в Новый Орлеан я обдумывала расширение своего бизнеса. Поиск сотрудников занял пару недель, а на поиск качественных тканей, нитей и прочих материалов ушло ещё меньше времени — практически все контакты у меня уже были. Осталось только помещение. Сегодня этот вопрос определенно решался.

Здание отличное: на первом этаже кафе, где можно устраивать обеды, а второй этаж полностью наш — двести сорок квадратных метров для швей, закройщиков, утюжильщиков и склада. Слава яйцам, место для офиса и комнаты отдыха тоже осталось.

Я ждала ещё пятнадцать минут, когда вдруг услышала мужские голоса у входа. Обернувшись, окаменела: все внутренние органы сжались, дыхание участилось, сердце застучало в ушах. Черт, черт, какого хера он здесь делает?

— Здравствуйте, меня зовут Ноа Беннет, я один из владельцев компании «Магистраль Сити». Как вам помещение? Уже осмотрелись? — Я ничего не слышала: звон в ушах, взгляд приковал к себе он.

— Простите, Ноа, познакомите меня со своим…? — я сделала паузу, стараясь понять, что он здесь забыл.

— Да, конечно, это мой партнёр, Габриэль Бофорт. А вас?

— Я Анабель Пирс.

— Пуговка, не делай вид, будто мы не засыпали вместе, — он усмехнулся так ядовито, что мне хотелось плюнуть ему в лицо.

— Идиот! Ты что тут забыл? — если бы существовал чемпионат по закатыванию глаз, я бы была первой.

— Я приехал заключать договор на аренду, а ты видимо аренда-съёмщик. Давай так: сходишь со мной на свидание — сделаю скидку в сто процентов.

— Ни за что! Я готова заплатить тройную цену, если ты больше никогда ко мне не подойдёшь, — отвернувшись, я направилась к офису. Ноа тихо бормотал что-то себе под нос, следуя за мной.

Осмотрев помещение, я с удивлением отметила: больше никаких подкатов и приколов со стороны идиота. Лишь молчание. Радоваться или напрягаться? Пока не знаю.

Подписав документы, отправив деньги на счет ребят, я осталась одна. Внутри — какая-то пустота. Почему он молчал? Где его привычные шутки и дерзкие улыбки? Ладно, с этим разберёмся позже. Сейчас — время обмыть своё новое помещение.

Я старался не давить на Пуговку, но и времени у меня почти не оставалось. Усиленные тренировки с её отцом, плюс дополнительные занятия — скоро начинается выездная серия игр. Анабель тоже не выходила на связь, даже к отцу на тренировки не приезжала. Я понимал — сейчас она по уши в делах, поэтому после тренировки решил заехать к ней и помочь.

Пять часов спустя я наконец освободился и направился к ней. Дорога была пустая, город будто дышал в унисон с моими мыслями. Вечер, теплый ветер и мягкий свет фонарей — и вот я уже у её нового помещения.

— Тук-тук, Анабель? — позвал я, заходя внутрь. В ответ услышал тяжёлый, усталый вздох.

— Да, Габи, я здесь…

Она стояла у стены — маленькая, с потускневшими глазами и синяками под ними. Уставшая, измученная. Я подошёл ближе, аккуратно поднял её и посадил на подоконник.

— Отдохни, я всё сделаю сам, — коротко сказал я и взялся за валик.

— Спасибо, Габи… я просто больше не могу, сроки горят. Если не откроюсь вовремя, придётся платить людям за простой… — горько усмехнулась она. От этого звука у меня что-то внутри сжалось.

— Эй, не переживай, — я повернулся к ней и улыбнулся. — Сегодня закончим оформление, а утром завезём оборудование. Обещаю. Она устало кивнула.

Шесть часов спустя стены сияли свежей краской, а помещение выглядело так, будто готово к новой жизни.

— Ах, Габи, это просто сногсшибательно! Спасибо тебе огромное! — Пуговка бросилась ко мне и обняла, уткнувшись лицом в мою шею. — Ты самый лучший.

Я, наверное, впервые так радовался похвале. Если счастлива она — счастлив и я.

— Может, всё-таки сходишь со мной на свидание? — рискнул я, глядя на неё.

Она на мгновение задумалась, потом мягко улыбнулась:

— Хорошо. Сегодня вечером, после открытия производства.

Я даже не смог сдержать улыбку.

— Только не избегай меня больше, договорились? — тихо спросил я.

Она кивнула — и впервые за долгое время я почувствовал, что у нас всё только начинается.

Глава 3

— Договорились, — я всё ещё держала его за руку, смущение накрыло меня словно туман. — Наверное, пора принимать оборудование, и тебе пора на тренировку. Отец не любит, когда кто-то опаздывает.Что я несла, мозги совсем плавились от усталости.

— Да, точно, пора. Ну… до встречи? — Идиот улыбался широко и искренне.

Когда Габи уехал на тренировку, я закончила полностью с разбором и установкой оборудования. Через пару часов производство открылось. Работа кипела, наш SMM-щик принимал сотни заказов. Никогда бы не подумала, что смогу открыть свой бизнес. Одно дело, когда ты работаешь сама на себя, совсем другое — когда есть сотрудники. Колоссальная разница.

— Мисс Пирс, поздравляю вас! За первый час на нашем аккаунте более десяти тысяч подписчиков, — сказал он, и я не сразу поверила глазам.