- -
- 100%
- +
- Ты плохо себя чувствуешь? Может, тебе к врачу надо? – а следом высказал шокирующее предложение. - Давай сходим сегодня… Вместе.
Соня снова дёрнулась от него, но оказалась прижата только сильнее.
- Я за тебя переживаю! - прозвучало, как угроза.
Сглотнула, и, кашлянув, чтобы прочистить горло, выдавила ответ:
- Всё… всё нормально.
- Точно?
Закивала слишком активно, лишь бы отстал. Только тогда он улыбнулся и убрал руку, что позволило Соне снова обрести способность дышать. Но расслабляться было рано.
- Так, а чё, где моя кофта? - продолжил допрос.
В голове вспыхнуло воспоминание парящей из окна вещи, за что сейчас проклинала себя. Неужели придётся поплатиться за этот импульсивный поступок? Но понимала, что молчать дороже себе, потому, не поворачивая голову в его сторону, с участившимся стуком сердца ответила:
- Нету.
Артём молчал несколько секунд. Кровь усиленно запульсировала в висках, а дыхание Сони участилось в ожидании приговора.
- Испортила, что ли? – разочарованно вздохнул. - А она мне нравилась.
В голове Сони это прозвучало пугающе.
«Ты мне правда нравишься», - так он сказал, тогда.
Но Артём смиловался:
- Ладно, будем считать, что квиты.
Соня резко повернула голову в его сторону, понять, не ослышалась ли. Он приравнял испорченную кофту к тому, что сделал с ней? И ровно в этот момент Артём впечатался ей в губы, судя по всему, намереваясь чмокнуть в щёку.
В этот раз она действительно практически упала, но он снова успел ухватить её за руку и усадить назад на место.
- Вот и наш первый поцелуй, – усмехнулся. – Забавно, что он получился позже первого… - на последнем слове громкость съехала вниз и отключилась, как раз, когда в аудиторию вошёл преподаватель. Соня уставилась на стол перед собой, всё ещё чувствуя вкус его губ на своих. Стоило парню отвернуться, подняла ладонь к лицу и медленно, чтобы не привлекать внимание, но усиленно вдавливая пальцы в губы, стёрла остатки его слюны. Мелькнула мысль попроситься выйти и сбежать, но сама же еë обрубила, понимая, что он, скорее всего, пойдёт следом, а коридоры техникума сейчас пусты. Поэтому осталась на месте, утешаясь, что при преподавателе он ничего не сделает.
Артём достал тетрадь, ручки и, бросив на парту, растянулся на стуле, вытягивая руки сверху. На нём была чёрная толстовка, рукава которой он подтянул до локтей. На открывшемся участке кожи левого запястья, на том, что располагалось ближе к Соне, отчётливо выделялись царапины. Царапины от её ногтей. Это был не сон! Почему это был не сон?
Всю пару просидела, не шелохнувшись, будто и не дышала даже. Мечтала, чтобы забыл о её существовании, но он вместо этого, напротив, периодически поворачивал голову, и пристально смотрел, медленно разгуливая взглядом, будто физически сдавливая кожу прикосновениями. К концу пары находилась в таком нервном напряжении, что, казалось, если он позволит себе в реальности попытаться дотронуться до неё, несмотря на полную аудиторию, в тот же момент подскочит с места.
Впрочем, стоило преподавателю объявить о конце занятия, именно это Соня и сделала. Резко, что даже стул упал на бок, выскочила из-за парты, одной рукой хватая тетрадь, второй рюкзак и бросилась к двери на виду у всей группы.
- Плохо себя чувствует, – терялся за спиной голос Артёма, видимо, пытавшегося сгладить впечатление от внезапного побега.
Оказавшись в коридоре среди ещё не многочисленных студентов, побежала со всех ног. Понимала, что так быстро не успел бы выйти следом, но возникало ощущение, что преследует, нагоняет, дышит в шею и, стоит только притормозить, тут же поймает, утащит в тёмный угол и сожрёт, разбрызгивая капли крови на стены.
Спряталась в женском туалете, поздно сообразив, что это не самое лучшее решение. Конечно, Артём вряд ли осмелился бы войти в него средь бела дня, да ещё в помещение успели набиться девчонки, но кафельные стены давили, воскрешая ужасные картинки. Пытаясь отвлечься, трясущимися руками сложила в рюкзак вещи, а когда пришла в себя, оказалась в одиночестве.
Началась следующая пара. Логика подсказывала, что Артём не знал, куда она убежала, что, скорее всего, он сейчас на следующем занятии, но страх, что ждёт прямо за стеной, глушил эти доводы. Прошло не меньше пятнадцать минут, прежде чем Соня заставила себя выглянуть в коридор, затравленно оглядываясь в обе стороны. Пустой. На пары уже не собиралась возвращаться, мысли о прогулах больше не пугали. Мозг сигнализировал единственный вариант спасения – сбежать домой, почему-то блокируя мысли – а что завтра?
От колледжа до самого подъезда шла почти на полусогнутых, то и дело оглядываясь, но никого и близко похожего на одногруппника не увидела. Успела чуть расслабиться, вставляя ключ в замочную скважину и проворачивая до щелчка. Но, потянув дверь на себя, услышала позади, как скрипнула подошва кроссовок о плитку.
- У тебя какое-то другое расписание, не совпадающее с остальной группой, что ли?
Не повернулась, так и застыла с ключом в руке у чуть приоткрытой двери. Это был он. Пока пряталась в туалете, Артём поступил умнее и пришёл к ней домой.
Какая же она дура.
- Ну, открывай уже… - произнес, - не в коридоре же нам отношения выяснять.
Соня медленно повернула голову в его сторону. Стоял в двух метрах от неё. Непонятно, на что надеялась, когда рванула дверь на себя. Артём мгновенно оказался рядом, грубо втолкнул внутрь, заходя следом и отсекая остальной мир щелчком замка. Не удержалась на ногах и упала, но сразу почувствовала мужские руки на талии, поднимающие с пола. Забилась в истерике, отталкивая, извиваясь, чтобы освободиться. А он и не держал, легко выпустил, когда оказалась на своих двоих. Только это не внушало чувство безопасности.
Было ощущение, словно опять провалилась в свой кошмарный сон: они вдвоем в замкнутом пространстве и помощи ждать неоткуда. Только теперь все было еще хуже. Здесь ему даже не нужно было затыкать ей рот, ведь все равно никто не услышит. Отчетливо понимала, еще секунду, и снова окажется в капкане его рук, из которого невозможно выбраться живой. Потому не разуваясь сразу же попятилась вглубь квартиры, глядя на его спокойное лицо. А он наступал. Уверенно, но осторожно, как настоящий хищник на охоте. Не выпускала из поля зрения, будто мог и правда бросится на неё в прыжке, вгрызаясь в шею. Нервные рваные взгляды по сторонам в поисках защиты были скорее попыткой успокоить себя, чем реальной возможностью спастись, ведь внутри ясно осознавала, что ничего ему не помешает. Снова.
- Пожалуйста, не надо… - охрипшим голосом начала умолять остановиться. Артём в ответ облизал губы и, промолчав, сделал ещё один шаг на неё, окинув медленным взглядом, от которого даже те небольшие силы, что были в теле, будто испарились. И потому, когда ногами наткнулась на диван, поняв, что дальше отходить некуда, просто заревела. Всё, что последние два дня держала внутри, прорвало плотину. Бездумно опустилась на пол, обхватила себя руками вокруг колен, выстраивая этим пассивную защиту, и уткнулась носом в них. Сотрясаясь в рыдании, Соня зажмурилась, желая только одного: чтобы Артём исчез.
Глава 4
Артём ждал, когда её истерика закончится или хотя бы сбавит обороты. Не трогал, не утешал, не пытался привлечь внимание. Тихо опустился также, как она, прямо на пол. Опёрся спиной о диван. Вытянул одну ногу в длину, а вторую согнул в коленке и, облокотившись на нее, рассматривал девушку. Странно было то, что, несмотря на такие сильные эмоции со стороны Сони, никаких угрызений совести Артём не ощущал. Верни всё назад, повторил бы не задумываясь. И даже то, что получилось совсем не так, как хотел, этого не меняло. Но ещё больше удивляло желание продолжить. С того самого вечера ни раз прокручивал в голове, что так зацепило. Поначалу цели держать её при себе не было, но мысль, что это трах не на один раз, чётко засела в сознании почти сразу, как оказались вдвоём в туалете. А дальше эта идея только крепла, подстёгиваемая какими-то внутренними инстинктами, что твердили, будто так и надо. При этом остальные доводы рассудка Артём не просто игнорировал, а буквально наступал им на горло, не желая слушать. И потому сейчас его волновало только то, как быстро Соня примет ситуацию и смирится. Ведь другого не предполагалось.
Рыдала она, кажется, не меньше получаса. Когда постепенно затихла, возможно, решив, что он ушёл, опасливо приподняла голову. Но только увидев его, опять сжалась. Хорошо, хоть снова не заплакала.
- Успокоилась? – начал Артём.
В ответ получил только затравленный писк:
- Уходи.
Понимал, что на разговор не настроена, но его это не устраивало, потому выразился более конкретно:
- Уйду, когда поговорим.
Сработало. Нехотя, но Соня всё-таки вступила в диалог:
- Поговорим о чём?
- О том, что случилось.
В быстром взгляде, что девушка запустила в него, увидел надежду. Надежду на извинения? Только сколько бы ни хотел её расслабить, сказал другое:
- Просить прощения я не буду, – произнёс чётко разделяя слова, чтобы уяснила с первого раза. - Что сделано, то сделано! Ну да, – чуть пожал плечами, - перестарался. Но я же тебе говорил не дёргаться. Да и… - скривил губы и чуть раздражённо, от того, что приходилось объяснять, - …ну, в любом случае в первый раз больно. Нахуй это растягивать? Считай, что сдала экстерном. Ты же отличница. Хочешь, распишусь в зачётке? – Артём даже умудрился растянуть губы в улыбке, но когда понял, что вряд ли она оценит шутку, продолжил серьёзней. - Короче, давай завязывай дуться, я же тебя не бросил, встречаться предложил. Чего ты ещё хочешь?...
- Я не хочу… - перебила его охрипшим голосом.
- Что? - сделал вид, будто не понял.
- Можно, не надо? - быстрый взгляд на него и снова в колени.
- Не надо что? - чувствовал нарастающее раздражение, но сдерживался, не желая возвращаться на шаг назад.
- Я никому ничего не скажу, но можно, мы не будем встречаться? - наконец, выговорила скороговоркой и сжалась ещё сильнее, будто мог ударить за это. Но он, напротив, внутренне расслабился и даже усмехнулся, задавая следующий вопрос:
- Почему?
Соня зависла в растерянности. А Артём убедился в своей догадке - она не может произнести вслух, что встречаться с тем, кто тебя изнасиловал ненормально. Вместо этого зашла на второй круг:
- Я… я не хочу отношений…
Это Артём уже обрубил, ставя точку:
- Захочешь!
Соня снова сжалась, но, что её мнения не спрашивают, уяснила. Правда, в ответ на это в глазах вновь стали появляться редкие слёзы, а тело иногда вздрагивать. Радовало, что в новую истерику это не перешло. На то, чтобы успокоиться, потратила ещё минут пятнадцать, после чего вытерла ладонью влагу с щёк и, уперев подбородок в колени, уставилась безразлично в пол. Возможно, стоило свалить, как и пообещал, но вместо этого Артём поднял руку и потянулся к её лицу. Только успел задеть влажную кожу щеки костяшками пальцев, как девчонка мгновенно ожила и отпрянула. Дёрнулась так резко, что думал растянется на полу. Мысль своего рода показалась даже соблазнительной. Но Соня смогла удержать равновесие и уставилась на него круглыми испуганными глазами. Вся фигурка подобралась, как перед прыжком. Куда собралась? Думаешь, есть шанс сбежать?
Попытался успокоить:
- Да я не обижу… - произнёс как можно мягче, медленно приподнимаясь с места в её направлении. Не поверила. Рванула. Правильно, он и сам себе не верил. Но добежать не дал даже до выхода из комнаты. Почти сразу поймал, прижимая к себе.
- Я просто поцелую, ничего не буду больше делать, - произнёс, утыкаясь лицом ей в шею и немного приподнимая над полом, лишая опоры. Соня сразу же задёргалась, стала брыкаться ногами и кричать на всю комнату, будто кто-то мог услышать:
- Нет, нет, нет! Я не хочу! Я не буду! Отстань! Отпусти! Не трогай меня! - приказы прямо сыпались в его сторону. Приказы, которые никто не собирался выполнять. Приказы, которые он пресёк одним коротким движением. Ухватился грубовато за шею, оставляя при этом висеть на второй руке, и задрал лицо вверх чтобы видела, а не только слышала, что он говорит, раз не оценила доброе отношение.
- Знаешь, меня возбуждает, когда сопротивляются, так что не провоцируй, ладно? Я ведь могу и не сдержаться, - после чего резко разжал объятия, отчего девушка рухнула на пол, прямо ему в ноги. И затихла. Сразу же.
Присел рядом на одно колено, заглядывая в лицо и оценивая насколько поняла его. Встретила взгляд напряжённо, но на этот раз молча. Дышала короткими рывками, сопротивляться больше не пыталась.
Мельком оглянулся, оценивая расстояние до дивана, и почти ласково обхватив пальцами её запястье стал подниматься вынуждая следовать за собой. Упиралась. Чувствовал это. Но не замечал или не хотел замечать. А когда опустился на сидение, и вовсе дёрнул, с ходу затягивая и усаживая сверху на колени, лицом к лицу. Глаза Сони снова заблестели от выступающих слёз, потому медленно повторил:
- Просто… поцелуй… и всё...
Судорожно перевела дыхание и сморгнула. Коснулся её губ своими, не отпрянула. Потому решил не давить. Позволяя к себе привыкнуть, медленно размазывал слюну по губам, которые она с силой сжимала, всем своим видом изображая каменное изваяние. Попытался нежно прихватить и скользнул по ним языком, бросив быстрый взгляд в глаза, отслеживая реакцию. Когда и так не поддалась, чуть прикусил за нижнюю, на что Соня напрягла их только сильнее. Понял, что так ему не нравится и, раздражённо фыркнув, ухватился за её подбородок, располагая большой и указательный палец в районе щёк. Не надавливая, но демонстрируя, как может добиться того, чего желает, если не поддастся сама. Сообразила. Видел, как через не хочу, но расслабила рот.
В качестве поощрения нежно прошёлся подушечкой большого пальца по губам, перед тем, как снова скользнул по ним своими, осторожно раскрывая и сразу же погружая язык внутрь. Ненадолго, всего на несколько секунд, едва успев задеть её. Она рванула воздух. Он улыбнулся. А после наконец накрыл женский рот полновластным поцелуем, заполняя собой окончательно. Соня не отвечала, но Артём убедил себя, что для начала достаточно и того, что перестала истерить и разрешала делать так, как хотел.
Руки зависли в районе талии, обнимая её хрупкую фигурку настолько сильно, что буквально вдавливали в тело. А затем не прекращая поцелуй, Артём устремил ладони вниз. Они очертили окружность ягодиц и двинулись дальше вдоль ног от бёдер до колен. Мягко обхватил их и медленно потянул в стороны, вынуждая девушку прильнуть к паху как можно плотнее. Член набух за секунды. То, что она это почувствовала, понял сразу – напугано вывернулась, размыкая поцелуй, и попыталась подняться. Среагировал быстрее, возвращая руки на талию, обхватил ими накрест, а ладонями стиснул ягодицы, прижимая к себе ближе, одновременно с этим выпрямляя спину так, что девушка оказалась сидящей на нём верхом в ловушке. Член теперь упирался ей в живот. Засмеялся в губы:
- Да не дёргайся ты, я же не животное, - и вспомнил, как брал её в туалете. Хуже, чем животное. Было интересно, вспомнила ли она? Но разбираться в этом не стал, и так чувствовал, что слишком завёлся, потому снова откинулся назад, расслабляя объятия, но в то же время полностью не отпуская девчонку. Запрокинув голову на спинку дивана, уставился в потолок, пытаясь успокоить разогнавшуюся кровь. Соня затихла, встать больше не старалась, впрочем, шевелиться тоже. Решила не провоцировать? А он вёл внутри сложный спор, который так хотелось проиграть. Убеждал себя, что надо подождать, дать ей время успокоиться, смириться и принять его. Усыпить бдительность. Чтобы поддавалась сама без напряга. Неделю… пару дней… хотя бы сегодня. Убедить себя было особенно сложно, когда Соня сидела вся такая раскрытая податливая, хоть и вынужденно, и никого вокруг не было, кто бы мог помешать. И только ощущение полной власти над ней и провозглашения её своей собственностью, то что был уверен, сможет в ближайшем будущем делать с ней всё, что захочет, пока ещё сдерживало, хотя это же и кружило голову.
- Значит, ты никому ничего не рассказывала о том, что произошло? – решил отвлечься, вспомнив прозвучавшее ранее заявление, и вернул взгляд на её лицо. Соня отрицательно покачала головой.
Артём довольно улыбнулся:
- Вот и умничка, пусть так и будет. С Ильёй я поговорю, он никому ничего не расскажет. Тебе можно не переживать, что кто-то узнает.
Соня промолчала, то ли так согласившись, то ли просто боясь перечить. Выглядела апатично и безразлично. Артём облизал губы и прикусил раздражённо нижнюю. Неопределённость ему не нравилась.
- Сонь, ты меня слышишь? - продолжил давить, пытаясь достучаться и правильно подать информацию. - Я бы не хотел, чтобы все думали, что ты шлюха, или чтобы тебя исключили, - на это девушка среагировала быстрым взглядом в его сторону, но после снова отвернулась. Показалось, что дошло, потому продолжил чуть мягче. - Оставим это между нами и всё, да? Ну, чувства взыграли, никто же не спалил, так что всё нормально. А так больше в шараге не будем, мест и без неё предостаточно, согласна?
Когда и на это ответила молчанием, Артём подцепил её подбородок пальцами и дёрнул на себя, добиваясь, чтобы напуганный взгляд врезался в его и требовательно повторил:
- Ты согласна?
Игнорировать такой вопрос было сложно, и Соня на выдохе ответила:
- Да…
Правда, по растерянному лицу складывалось впечатление, что сама не понимает, с чем соглашается. Но Артём всё же выдохнул, немного расслабляясь. Хоть какая-то реакция.
Глава 5
Утром следующего дня выглядела, как приведение: бледная с синяками под глазами, которые даже консилер не смог замазать. Бабушка суетилась на кухне с завтраком и, мельком глянув, тоже отметила это:
- Софа, ты спала вообще? Курсовую, что ли всю ночь делала? - побранила она, объяснив состояние внучки по-своему. - А я тебе говорила, не затягивай, выполняй всё вовремя.
Соня молча села на табурет. Бабушка поставила перед ней тарелку с кашей, следом кружку чая и отвернулась, чтобы нарезать хлеб для бутербродов. Взяв в руку ложечку и смотря в бокал пустыми глазами, Соня стала размешивать сахар, который не положила. Она действительно почти не спала всю ночь, захлёбываясь в панике и безысходности. Не знала, что делать? Как учиться дальше? Не понимала, почему Артём не отстанет от неё, ведь получил, что хотел? Вчера он сдержал слово и не тронул, только поцеловал, как и сказал, но это никак не утешало, ведь с его же слов ограничиваться подобным в будущем не планировал.
- Бабушка! - внезапно слишком громко сказала она, отчего нож, которым старушка резала хлеб, выскользнул из рук и упал на пол.
- Ты что так пугаешь-то? Сердце чуть не прихватило, - она наклонилась, чтобы его поднять. - Ну вот, кто-то злой мужского пола сегодня придёт, – озвучила бабушка старую примету, и повертев в руках столовый прибор, постучала его задней частью по столешнице. Соня с ужасом смотрела на это, осознавая - не поможет.
– Так, что случилось-то? - вернула на секунду внимание на внучку прежде чем снова заняться нарезанием хлеба, предварительно ополоснув упавший нож.
Соня замялась, шмыгнула носом и сжала губы, никак не решаясь произнести слова, ведь даже про себя не могла сформулировать то, что хотела сказать.
– Ба… - лишь повторила обращение, чувствуя, как слёзы готовы хлынуть из глаз от одной мысли объявить случившееся вслух. Будто пока она молчит, этого не было, а стоит только кому-то рассказать, как всё станет реальным. Наконец, решившись, резко втянула в себя большой глоток воздуха, надеясь на выдохе сказать страшное одной фразой, но в последний момент прикрыла рот сжатой в кулачок рукой и медленно выдохнула, нервно прикусывая ноготь на безымянном пальце. Не смогла.
- Да что там у тебя? – обернулась бабушка, не выдержав. – Хватит сопли на кулак наматывать. Говори, что натворила.
Мысли, которые и так не укладывались в предложение, вмиг разлетелись на мелкие осколки букв. Соня, сглотнув, растерянно посмотрела на бабушку.
- Что? Курсовую не доделала? – предположила старушка, поворачиваясь лицом к внучке с назидательным взглядом. - Вон глаза все чёрные. Ну, точно всю ночь не спала. Я же говорю, распределяй правильно нагрузку. Тянула до последнего, да? Ой, Софа-Софа, это же твоё будущее... – а глянув на тарелку с кашей, которую Соня даже не пододвинула к себе, завелась ещё больше. – И не ест, сидит. Не спала. Голодная. В обморок на занятиях упадёшь, мне потом что, с работы отпрашиваться? Взрослая уже. Понимать должна. А то живут одним днём, о будущем не думают. Вот, что мать твоя такая же была… ай… - отмахнулась она, возвращаясь к приготовлению завтрака, а Соня виновато потупила взгляд в стол, словно вина за поступки её матери лежала и на ней тоже.
Впрочем, развернувшись с тарелкой бутербродов и будто заметив, что своими словами ещё больше расстроила внучку, бабушка переменила настроение.
– Да не слушай ты меня, дурную старуху. Глупости всякие говорю! – попыталась она ободрить внучку. - Мать твоя с тобой и близко не стояла. Что эта курсовая? Доделаешь, сдашь и не вспомнишь о ней. Ты же у меня умничка. Отличница. Окончишь техникум с пятёрочками, поступишь в университет на льготное. Мы же всё распланировали. Потом работу приличную найдёшь, в люди выбьешься. А эта… - вместо имени матери Сони, бабушка скривила нос, – только и умела в твоём возрасте, что ноги раздвигать да по койкам прыгать.
Соня всё это слышала далеко не в первый раз, но почему-то именно сегодня слова отозвались особенно больно, а бабушка, отворачиваясь к мойке и принимаясь за посуду, добавила в адрес своей дочери, не скупясь на слова:
- Потаскушка подзаборная, вот она кто.
Соня нервно заправила волосы за ухо, пытаясь унять вспышки в голове, что жалили воспоминаниями, которые бабушка словно подсветила:
«Скажу, приставала, клеймо туалетной потаскухи до конца учёбы получишь».
«Как думаешь, нас могут исключить?…Мне бы этого не хотелось».
«Сама виновата».
В какой-то момент Соня не выдержала и вдруг резко выпалила возникшую спонтанно идею:
- Я решила перевестись в другой колледж.
Бабушка даже забыла, что делала.
- Это ты с чего выдумала такие глупости? - повернулась она к внучке, держа в руках бокал, пена с которого скатилась на пол. Заметив это, старушка сунула его под струю воды, но не закончила и потому стала оборачиваться в такт словам. - В хороший такой техникум тебя устроили, я все связи подняла.
Имела она ввиду подругу, что уточнила у своей племянницы, состоящей в приёмной комиссии, какие экзамены сдавать для поступления.
– Находится рядом с домом, практически. Что тебе ещё надо? Ты это из-за того, что всю ночь занималась, что ли? Так, сама виновата. А ты что думала? Рассчитывала, что всё так просто? Нет, милочка, поступила, будь добра, учись.
- Баб… - попыталась снова начать говорить Соня, но та её быстро перебила:
- Ой, всё Софа, не придумывай мне. Вчера хотела учиться здесь, завтра хочу там, послезавтра вообще не хочу? - убрав стакан в кухонный шкаф, бабушка закрутила барашек крана. - Я её хвалю, подругам в пример ставлю, а она вон чё удумала, — махнула на неё рукой, – всё! Я пошла. Меня сменщица попросила пораньше сегодня прийти.
И пока собиралась, так и продолжала возмущаться тому, какая молодёжь ветреная да о будущем не думает, всё бы им лишь гулять да веселиться, а жизнь это тебе не сказочка, тут и потерпеть иногда надо, и помучиться. Закончила тем, что обозвала всё молодое поколение неблагодарными, хлопнула дверью напоследок и ушла.
Чай давно остыл, а Соня из бокала так и не отпила. Стрелки на часах показывали двадцать минут до начала пары, что означало – пора выходить. Сегодня было запланировало изложение по русскому, оценка за которое будет учитываться при сдаче экзаменов. Идти было нужно. Да и упавший нож будто означал, что от Артёма в любом случае не скрыться. Показалось, в колледже безопаснее, среди людей он не посмеет ничего сделать. А после пар решила пойти на работу к бабушке. Немного успокоив себя этим, поднялась из-за стола.
Думаю, вам показалось, что Артём достаточно нехороший парень... Но, на самом деле вы его ещё плохо рассмотрели. Так что запасайтесь успокоительным, перечитайте предупреждение и если не передумали... отправляемся к следующим главам.
Глава 6
- Привет! - ещё не заходя в здание колледжа, Соня встретила Андрея.
- Привет… - ответила и даже изобразила жалкую улыбку.
- Ты вчера себя плохо чувствовала? Почему-то ушла с занятий, - продолжил он, чем немало удивил девушку, столько слов за раз Соня от него редко когда слышала.
- Я… да, мне… - хотела подтвердить его предположение, но тут на глаза попался Артём. Как и вчера, на нём была надета тёмная толстовка, а на голову накинут капюшон. Он стоял рядом с входной дверью, привалившись спиной к стене, и разговаривал с Ильёй и ещё одним незнакомым ей парнем. К Артёму и раньше заходили сомнительные личности. То, что он общался не с самыми хорошими людьми, не было секретом. Впрочем, сегодня это волновало меньше всего, ведь, встретившись с ним глазами, поняла, что её появление не осталось незамеченным.