Галактический зверинец

ЛОВУШКА НА ПОХИТИТЕЛЕЙ

28 июня, 18.30 – 29 июня, 2.07

Когда ребята появились дома, мама сразу бросилась к ним и стала их обнимать, оглядывая с ног до головы.

– Уф! Как я переволновалась! – воскликнула она с облегчением. – Вы целы и невредимы? Вас не похитили?

– Ты чего, мам, перегрелась на солнце? – забеспокоился Юра. – Может быть, тебе поставить холодный компресс на лоб?

Мама засмеялась и, отпустив детей, села на стул.

– Я знаю, это нелепо, но вы меня поймете. Как только вы уехали, пришла Зинаида Михайловна и стала пугать меня, рассказывая о похищении детей. «Ну, говорит, мать, отпустила ты их на свою голову. Теперь уж не увидишь своих чад никогда! В городе-то орудуют одни маньяки и насильники. Только детей увидят – так чпок топориком! – бедняжки отдают богу душу». Три часа пугала, а потом выпросила крышек для банок и ушла. Вы же знаете, как она умеет наводить страх. Просто до дрожи пробирает. И понимаешь, что врет, а все равно волнуешься.

– Опять эта Гундюша! – рассердилась Липучка. – Ну, я ей как-нибудь покажу!

– Не называй ее Гундюшей! Зинаида Михайловна – пожилой человек. Возможно, и припугнет иногда, так ведь из лучших побуждений.

– Ее весь поселок так дразнит. Гундюша она и есть Гундюша! – упрямилась Лена.

Зинаида Михайловна была злой и болтливой старухой с соседней дачи. Весь день она ходила по поселку, опираясь на палку, и пользовалась любым поводом, чтобы напугать дачников и испортить им настроение. Стоило, например, кому-нибудь упомянуть, что он уколол палец гвоздем, как Гундюша делала соболезнующее лицо, морщилась и говорила: «Гвоздь-то ржавый был? Ну, почитай, милок, ты уж на том свете! Про заражение крови слыхал? Вон у меня сестра Алла гвоздем укололась, так уж три года на кладбище...»

– Но у меня же палец совсем не болит! Я его сразу йодом смазал и забинтовал, – пытался успокоиться собеседник.

– Ну так что ж, что йодом... У меня сестра вон тоже йодом мазала, даже к доктору ездила. Переливание крови ей делали, да разве помогло? Ну да ты, милок, не расстраивайся, авось и выживешь... Чего ж ты побледнел весь? Я-то к тебе зашла сахару занять.

Гундюша одалживала у огорченного человека сахар и довольная, что испортила ему настроение на весь день, удовлетворенно шла к следующей соседке. Та в разговоре случайно упомянула, что муж должен был два часа назад приехать на машине из города, а его все нет и нет.

Едва услышав об этом, Михайловна всплескивала руками и начинала пугать:

– Ну, милая, крепись! Всякое может случиться. Про аварии слыхала? Вчера вон на нашей дороге две машины столкнулись, так три человека погибли. Такие вот дела, матушка. Ну да ты, милая, не печалься. Не все ж погибают. Может, твой и выживет, только калекой останется. У моей сестры Аллы муж обеих ног в аварии лишился... Так и твой небось теперь тоже лежит на дороге и стонет, а помочь-то ему и некому. Ну, чего-то я заболталась и забыла, зачем заходила... Программки-то телевидения у тебя не найдется посмотреть? Что ты руками машешь? Насовсем даришь! Вот спасибо!

Испортив настроение этой соседке, Михайловна с программой телевидения и сахаром шла к третьему дому. Но в этот день в третьем доме все было хорошо: и муж вернулся вовремя, и дети на месте, и палец не порезан – но и здесь Гундюша всегда знала, что сказать.

– Дверь-то на ночь хорошо закрываете? – интересовалась она. – А хотя разве это поможет? Залезут к вам ночью с ножичком, обворуют, а потом керосинчиком плеснут, подожгут и уйдут. Так сонные и сгорите... Ну да ладно, я-то к вам чего зашла? Хочу спросить: картошку-то вы уже окучивали?

Говорила старуха всегда ласково, сочувственно, заглядывала собеседнику в глаза, любила потрогать его за руку и поохать вместе с ним. Пугала она всегда медленно, осторожно, упоминая все подробности трагедий и описание всевозможных болезней, создавая такие страшные картины бедствий, что невозможно было ей не поверить, потому что они всегда подтверждались примерами и фактами из ее жизни, а также многочисленной родни и знакомых.

Непременной участницей ее историй была сестра Алла – чего с ней только не происходило! Она и в огне горела, и в реке тонула, ее и грабили, и в аварии она попадала, и травилась ядовитыми грибами и уксусом, сотни раз ее оперировали, многократно она умирала от самых разных болезней, начиная от заражения крови и заканчивая укусом бешеной собаки.

Юра видел Аллу только однажды, в прошлом году летом, когда она приезжала к Гундюше в гости. Мальчик представлял себе эту женщину изможденным полутрупом, которая после всех напастей, выпавших на ее долю, должна была едва ползать, держась за стенку, но Алла оказалась полной женщиной лет шестидесяти пяти, румяной и здоровой на вид. У нее были небольшие усики, она хохотала басом, а когда купалась в пруду, то с удовольствием ныряла и фыркала, как тюлень. Если учесть, сколько всего ей пришлось перенести, то выглядела она просто замечательно.

Улучив подходящий момент, Юра и Липучка нырнули в гараж, где их с нетерпением ждал робот Суп. Скучая, величайший сыщик Вселенной ездил на гусеницах от стены к стене с таким усердием, что на утрамбованной земле гаража появилась глубокая колея, как после трактора, и робот даже пару раз забуксовал в ней.

– Чего вы так долго копались? Осмотрели место преступления? – потребовал ответа сыщик, бросаясь к ним.

– Представляешь, Суп, преступники украли еще страуса, льва и черепаху. А сегодня ночью хотят еще стащить жирафа! Мы должны их подкараулить! – выпалила Липучка.

– А вы откуда знаете, что они хотят?

– Мы подслушали их разговор! Представляешь, мы видели преступников, но только со спины... Из-за сарая!.. Да не перебивай меня, дай мне рассказать! – вмешался брат.

Возбужденные помощники сыщика, одергивая друг друга, пытались ему объяснить.

– А ну, тихо! Вы меня путаете! – вскричал Суп. – Дайте видеокристалл!

Юра протянул ему ромашку. Робот осторожно отогнул лепестки и, вытащив трехпалой рукой видеокристалл, поместил его в небольшое углубление у себя на лбу между зрительными датчиками.

– Кристаллический дисковод! – объяснил он. – Великие сыщики имеют дело только с фактами!

Суп втянул антенны и сосредоточился. Не прошло и минуты, как он закончил считывание. Теперь он знал, что произошло в зоопарке, так как все, что ребята видели и слышали там, запечатлелось на видеокристалле.

Несколько минут робот-сыщик задумчиво ездил по гаражу, и его главный мыслительный процессор пощелкивал, анализируя и сопоставляя все факты.

– Ветер северо-восточный, слабый... Влажность не более трех процентов. Степень отпечатывания следов в грунте слабая. Молекулярный анализ не дал результатов. Замки клеток сорваны, видимо, без применения технических средств. Дыры в брезенте прорезаны ровно, со слегка обугленными краями... Где же это я уже видел? – бубнил про себя робот.

Почти у всех сыщиков есть определенные привычки, которые позволяют им сосредоточиться во время раскрытия сложных дел. Шерлок Холмс играл на скрипке, инспектор Мегрэ курил трубку, а робот Суп лязгал гусеницами и постукивал стальными пальцами по своему корпусу.

Время от времени, опасаясь, что его мыслительный процессор перегреется, он включал встроенные в его голову вентиляторы, охлаждая схемы процессора. Потом Суп доставал масленку побольше и смазывал гусеницы, после чего их лязг на какое-то время прекращался.

Вначале ребята терпеливо наблюдали за работой величайшего сыщика Вселенной, потом Липучке надоело слушать, как он бубнит. Она забралась в кабину старой дедушкиной машины, стала крутить руль, переключать передачи, из озорства нажала на гудок. Суп от неожиданности подскочил на гусеницах на полтора метра, из его корпуса выдвинулся ствол какого-то оружия, похожего на бластер.

– Руки вверх! – как милицейская сирена, завопил сыщик, вращая своей пушкой. – Вы разоблачены!

– Ты чего, сломался? – озабоченно спросил Юра, с тревогой наблюдая, как дуло медленно вдвигается обратно в корпус робота.

– Простите, – извинился Суп. – Это все программная недоработка. Как только раздается какой-то громкий звук, так я ничего не могу с собой поделать и сразу ору: «Руки вверх! Вы разоблачены!»

– А что это у тебя было? Бластер?

– Нет, – ответил робот. – Это временный замораживатель. Не может же величайший сыщик Вселенной быть совсем безоружным?

– Чего ты там надумал, Суп? Поделись, а то я опять начну гудеть! – пригрозила Липучка, высовываясь из машины.

Сыщик забрался на старую, лежавшую боком шину и начал вещать:

– Путем спектрального и ультразвукового анализа, дедукции, индукции, изучения обстоятельств дела, вещественных доказательств, результатов лабораторных исследований, сопоставления фактов, времени, места, мотива, психологического портрета преступников, особенностей их речи и прочих важных вещей, не буду затруднять вас их перечислением, я пришел к следующему выводу...

Он прервался и сделал продолжительную многозначительную паузу, сомневаясь, не нарушит ли он своим сообщением тайну следствия.

– К какому выводу? – нетерпеливо спросил Юра.

– Я пришел к умозаключению, что животные из зоопарка действительно похищены, и, видимо, навсегда. Их уже не собираются возвращать в зверинец! – торжественно сказал робот и огляделся, явно ожидая похвал.

– И это все? – не поверила Липучка.

– Разве тебя это не впечатляет? – обиделся Суп. – Конечно, я могу еще добавить, что люди, похитившие животных, не очень хорошие, потому что порядочные люди обитателей зоопарка не крадут, а, напротив, отдают туда зверей: котят, слонов, бегемотов и так далее...

– А кто эти девчонка и великан, ты выяснил? И как они ухитряются воровать из-под носа у работников зоопарка огромных животных, а потом вывозить их на глазах милиции? – поинтересовался Юра.

– Это мы выясним сегодня ночью, когда они будут красть жирафа, – заявил Суп.

– Мы устроим засаду? – воодушевилась Липучка.

– Разумеется, – кивнул робот. – Спорю, без меня вы бы не додумались до такого гениально простого решения.

– Да куда уж нам! – улыбнулся Юра.

Щадя самолюбие величайшего сыщика, он не стал говорить, что идея с засадой пришла ему в голову с самого начала.

– Суп, смотри, что я нашла! Это зуб похитителя, который у него выбил страус! – заявила девочка, протягивая сыщику треугольный кусочек кости с корнем.

– Да, надо сказать, этот страус умеет лягаться, – признал робот. – Если бы его выпустить на ринг вместе с каратистом, он бы за пять минут забил каратиста насмерть.

– А чей это зуб? Нельзя как-нибудь выяснить? – спросил мальчик.

Суп некоторое время разглядывал зуб и даже измерял его с помощью маленькой, выдвигающейся из пальца линейки, а потом сказал:

– По своему строению это зуб какого-то крупного пресмыкающегося. Если бы я нашел его на какой-нибудь из планет космического содружества, то поручился бы, что это зуб кусачего питона. Но откуда такому питону взяться на Земле? Вы не видели рядом с девчонкой и великаном ничего похожего на змею?

– Вроде бы нет, – сказал Юра, оглядываясь на Липучку. – Но ведь мы могли ее и просмотреть.

– Кусачего питона? Сомневаюсь, что его можно просмотреть! Он толщиной с хорошую трубу, а длиной около трех метров, – насмешливо сообщил Суп. – Если вы его не видели и на кристалле он не запечатлелся, значит, питона там не было. Ладно, сегодня ночью мы все узнаем наверняка...

Мама была удивлена, когда дети выразили желание отправиться спать еще до десяти часов вечера.

– Разве ты не собираешься играть перед сном на компьютере? – спросила она дочку.

– Да ну его, этот компьютер. Лучше я увижу какой-нибудь хороший сон, – хитро сказала девочка, чем несказанно удивила маму.

– Хорошо, – согласилась та. – Тогда я тоже лягу спать пораньше, а то сегодня переволновалась из-за этой Гундюши.

– Ага, мамуля, ты назвала ее Гундюшей! – восторжествовала Липучка. – Как ты можешь так называть пожилого человека?

В половине одиннадцатого, убедившись, что в комнате мамы погас свет, и услышав ее размеренное дыхание, ребята осторожно выбрались из окна второго этажа на крышу сарая.

Суп нетерпеливо ждал их возле гаража.

– Если бы вы не пришли в ближайшие пять минут, я отправился бы один! – заявил он. – Засада – это не то место, куда опаздывают!

– А как мы доберемся до города? – спросила Липучка.

– Последний автобус будет в одиннадцать, мы на него успеваем, – сказал Юра.

– А Суп тоже поедет на автобусе?

– Разумеется! Брать такси было бы неосторожно, – сообщил робот.

– А если его увидят? В автобусе же могут быть и другие пассажиры.

– Не волнуйся. Ездить в автобусе можно не только внутри, – таинственно сказал Суп, и на этом разговор закончился, потому что времени оставалось мало.

Самый короткий путь к остановке был через дачу Гундюши, и сыщики решили им воспользоваться. Юра отогнул широкую доску забора, и один за другим они скользнули в лазейку. Когда сыщики крались мимо дома Гундюши, то увидели, что одно окно открыто и из него льется голубоватый мерцающий свет и доносятся приглушенные выстрелы и крики.

– У старушки здесь мафиозный притон? Ну и планетка у вас, – тревожно прошептал Суп.

– Думаю, она просто смотрит телевизор, – тихо ответил Юра. – Старушка обожает боевики и фильмы ужасов.

Мальчик осторожно заглянул в окно. Гундюша сидела к нему спиной в кресле, читала уголовную страничку газеты и время от времени посматривала на экран телевизора.

– Давайте ее напугаем! – предложила Липучка. – Покажем ей Супа!

– Не надо меня никому показывать! – отказался робот. – Но если хотите ее напугать, то у меня есть надувной вурдалак.

– Надувной вурдалак?– ошарашенно переспросила девочка.

– Остался в качестве вещественного доказательства после одного из предыдущих дел, – объяснил сыщик. – В том случае, который я расследовал, вурдалак использовался при ограблении космического ювелирного магазина, когда были похищены пять редчайших камней! На планете Кря-Кря такие же вурдалаки применяются в качестве пугал против местных ворон.

– Ворон! – обрадовалась Липучка. – Какое совпадение! Наша Гундюша тоже почти ворона, значит, должно сработать.

Робот-сыщик достал из ящичка у себя в корпусе небольшой резиновый контейнер, размером чуть меньше футбольного мяча, и дернул за какое-то кольцо у него на боку. Контейнер зашипел и стал быстро раздуваться, вбирая в себя воздух.

Как только вурдалак надулся, ребята едва сдержали вопль ужаса. Хоть они знали, что чудовище ненастоящее, ничего более отвратительного просто вообразить себе было нельзя. Огромный монстр, светящийся в темноте, красноглазый, весь покрытый какими-то струпьями, шевелился от ветра, словно живой, то и дело меняя очертания. Его длинные двадцатисантиметровые клыки, зеленые от плесени, то втягивались, то вновь высовывались. Руки монстра, желтые, как у трупа, были угрожающе подняты над головой.

Лена и робот спрятались за углом дома, а Юра подсунул вурдалака под самое окно Гундюше и осторожно постучал в стекло. Потом он быстро нырнул за бочку для дождевой воды.

– Кто еще там? Сейчас иду! – прошамкала старуха и отодвинула штору.

Когда в окне напротив ее лица вырос красноглазый и зеленозубый вурдалак с поднятыми над головой желтыми руками, Гундюша приглушенно завопила, швырнула в вурдалака цветочным горшком, побледнела и грохнулась в обморок.

– Кажется, мы переусердствовали, – сказал Юра. – Не нужно было ее пугать. Вдруг у нее разрыв сердца?

– Вряд ли. Зато теперь ей будет что вспомнить, – заявила Липучка.

Из вурдалака струйкой стал выходить воздух, когда робот повернул кольцо. Пока Суп сворачивал и прятал страшилище в люк в своем корпусе, Юра забрался на подоконник и стал обмахивать Гундюшу занавеской. Увидев, что она начинает приходить в себя и ее щеки вновь становятся розовыми, мальчик выскочил в окно, и они нырнули за угол дома.

– Теперь пора! – сказал Суп. – Мы и так потеряли кучу времени с этими пугалками. Еще немного, и опоздаем на автобус.

Со всех ног они бросились огородами к остановке. И успели как раз вовремя. Автобус уже собирался отходить. Юра и Липучка забрались в салон. Последний автобус был почти пустым – только два-три дачника с корзинами и какая-то полная женщина с крошечным пуделем, одетым в попонку с «молнией» и карманами, сидели в салоне.

Машина отъехала и миновала уже поворот, когда Юра спохватился, что робота-сыщика рядом с ними нет.

– Где же Суп? Неужели остался на остановке? – встревожился мальчик.

– Он был рядом со мной, – сообщила Липучка. – А потом около автобуса куда-то делся. Наверное, отстал.

Но в этот момент в заднее стекло легонько постучали. Ребята бросились к нему и увидели, что Суп преспокойно висит, прицепившись к автобусу с помощью двух мощных магнитов. Вид робота был очень самодовольный. Очевидно, этот способ передвижения был для него вполне привычным. Так вот что он имел в виду, когда говорил, что путешествовать можно не только внутри автобуса!