Кусалки

Глава 4

Нашествие кусалок

Наступил вечер. На окно наползли синеватые густые сумерки. Стрелка на часах перескочила на полдесятого. Пора было ложиться спать. Мама пожелала Вове спокойной ночи, а он пожелал спокойной ночи Даше и Буль-бульчику. Водяной скрылся в гроте, а Даша забралась по лесенке в домик на шкафу, прихватив с собой Лохмарика.

Мальчик выключил свет и скользнул под одеяло. Со шкафа донеслось сонное тявканье Лохмарика, которого Даша пыталась засунуть под матрасик.

Мама повозилась немного на кухне, убрала посуду и тоже легла. В квартире всё стихло. Слышно было только, как тикают часы.

И вот тогда-то, когда все уже спали, из-за батареи высунулась голова, рыжая, с чёрной пиратской повязкой на глазу. Голова повертелась из стороны в сторону и прошептала: «Тш-ш!»

А потом из-за батареи вылез сам папа-кусалка. Он был небольшой, сантиметров двадцати ростом, но ужасно хищный на вид. Зубы у папы-кусалки были острые, треугольные, как у пираньи, нос картошкой, а уши заросли шерстью. А ещё у папы-кусалки был только один глаз. Второй он потерял в схватке с котом. Если бы не это, то в остальном он был бы похож на всех остальных кусалок.

Как, маленький читатель, ты не знаешь, кто такие кусалки?! Это такие мусорные человечки. Они живут в мусорных баках и мусоропроводах и едят консервы из ржавых банок. Зубы у кусалок такие острые, что ими можно запросто перегрызть даже ножку стола.

Осенью, когда становится холодно и целыми днями идут дожди, кусалки вылезают из мусорных баков и перебираются зимовать в тёплое место. Чаще всего такими местами бывают подвалы или чердаки, но иногда – в редких случаях – кусалки поселяются в какой-нибудь квартире и живут в ней всю зиму, разгрызая консервные банки и отсыпаясь за батареей. А весной, когда потеплеет, кусалки возвращаются в свои мусорные баки. Это у них называется «поехать на дачу».

И надо же было случиться, что, когда кусалки размышляли, где им перезимовать, мама Вовы купила по акции в магазине много мясных консервов и возвращалась домой мимо мусорной кучи. Кусалки приметили консервы и решили переселиться именно в квартиру Вовы и его мамы.

И вот теперь папа-кусалка на цыпочках прокрался к Вовиной кровати. Убедившись, что мальчик спит, он прошипел:

– Мальчишка дрыхнет! Выходите!

Из-за батареи вылезла мама-кусалка. У неё были такие же острые треугольные зубы, как у мужа, а в волосы кокетливо вплетена куриная косточка. Мама-кусалка оглянулась:

– Эй, Укропчик, где ты застрял?

Она сунула руку за батарею и вытащила кусалку-сынишку по имени Укропчик. Укропчик, совсем крошечный кусалка в красных штанишках, стеснялся чего-то и застенчиво гундосил себе под нос: «Бу-бу-бу!»

– Укропчик, где Фёкла? – строго спросила мама-кусалка.

За Укропчиком на поводке тащилась синяя зубастая кошка. Кошку звали Фёклой. По размеру она была почти такая же, как Лохмарик.

– Хорошая квартирка, тёплая! Неплохое место для зимовки! – Мама-кусалка открыла маленький поцарапанный чемоданчик и стала разбирать вещи.

Кусалки решили поселиться в нише за батареей. Там было безопасно и тепло. Как раз то, что мусорные человечки любят. Правда, за батареей было темновато, но кусалки видят в полумраке так же хорошо, как кошки. Это потому, что они существа ночные и днём обычно спят где-нибудь в тёмном, хорошо укрытом от любопытных глаз уголке.

Пока родители разбирали вещи, Укропчик приметил на Вовином столе тарелку с яблоками. Малыш забрался на стол, обхватил яблоко руками и, нерешительно оглядываясь на родителей, откусил кусочек.

– Ухтышка! Мам, попробуй, какая вкуснотища! – позвал он.

Кусалки увидели, что сын ест яблоко, и едва не упали в обморок.

– Укроп! Выплюнь сейчас же эту гадость! Бяка! – Папа-кусалка вскочил на стол и выхватил у Укропчика яблоко. Он брезгливо понюхал его и, подняв двумя руками над головой, швырнул в аквариум.

– Разве ты не знаешь, что мы, кусалки, не едим яблок? Мы хищники! Мы едим только консервы!

– Не хочу консервы! Хо-чу я-аблоки! – захныкал Укропчик.

– Тише, всех перебудишь! – Мама-кусалка торопливо зажала Укропчику рот ладонью.

Папа-кусалка схватился за голову и забегал по комнате:

– Это ты во всём виновата, Вилка! Ты-ты-ты! – зашипел он на жену. – Зачем ты назвала сынишку Укропчиком?

– Но как же, Одноглаз! Я же сто раз тебе говорила! Так звали его дедушку! – удивилась мама-кусалка.

– Дедушку, дедушку! – передразнил папа-кусалка. – Забыла, что дедушка был со странностями? Всю жизнь один укроп ел. И овощи! И фрукты! Бэ-э! И кашку манную! Тьфу-тьфу-тьфу! Совсем не кусачий был старикашка!

Мимо с сонным гулом пролетела разбуженная муха. Одноглаз подпрыгнул и щёлкнул зубами. Гул смолк. Папа-кусалка довольно облизнулся:

– Учись, сын, пока я жив! Главное в нашем деле что? Думай, голова, думай!

– Зубы?

– Нет, не зубы! Хватка! Сейчас я и тебя научу! – И папа-кусалка показал на воздушный шарик в углу комнаты. – К примеру, это вот банка с консервами… И ты должен её схватить!!!

– Но это всего лишь обычный шарик! Какая же это банка? Ты что, Одноглаз? – удивилась мама-кусалка.

– Не мешай воспитывать сына! – рассердился папа-кусалка. – Вечно суёшься со своими замечаниями! Начинаем показательную охоту! Смотри, Укроп, и учись!

Одноглаз бросился на пол и пополз к шарику:

– Подкрадываешься! Осторожно! А потом – хвать!

Одноглаз прыгнул на шарик и вцепился в него зубами. Шарик лопнул. Оглушённый папа-кусалка упал на пол и ошалело закрутил головой.

На шкафу залаял Лохмарик. В коридоре послышались шаги. Мама Вовы проснулась и шла выяснить, что случилось.

– Прячься, Одноглаз! Сюда идут! Бери Укропа! – прошептала мама-кусалка.

Кусалки схватили чемоданчик, кошку Фёклу, Укропчика и нырнули за батарею. В комнату вошла мама Вовы:

– Что случилось? Я слышала грохот!

– Шар лопнул, – сонно сказал мальчик.

– А собаку ты не слышал? Вроде собака ещё лаяла?

Вова повернулся на другой бок и заснул. Мама поправила одеяло, поцеловала Вову и ушла.

Больше в эту ночь кусалки не показывались. Но это не значит, что они ушли. Кусалки остались жить за батареей.

Глава 5

Укропчик и сливовое повидло

Утром Буль-бульчик был мрачнее тучи:

– Кто-то бросил мне в аквариум яблоко! Хотел бы я знать, кто это сделал! Я бы его в пиявку превратил!

– Разве ты умеешь колдовать? – удивилась Даша.

– Ради такого случая научился бы! – Буль-бульчик заплыл в грот и поднял мост. Он не желал ни с кем разговаривать. Подозревал, что огрызок в аквариум бросили Вова или Даша.

– Ну и пусть дуется. Велика важность! Вовка, спусти со шкафа Лохмарика, а то он сегодня ещё не гулял. – Даша открыла ставенки своего домика.

Лохмарик прыгнул мальчику на ладонь и нетерпеливо ткнулся ему в палец мокрым носом. Однако стоило Вове поставить Лохмарика на ковёр, как щенок подбежал к батарее и залился звонким лаем.

– Чего это он растявкался? – Даша спустилась со шкафа по верёвочной лесенке и подбежала к Лохмарику. – Тшш! Будешь гавкать, я тебе ремешок от часов на мордочку надену!

– Может, мышь почуял, – предположил Вова. – К нам иногда забегают мышки. Ну, я пошёл завтракать.

Вова отправился на кухню. Сегодня ему нужно было в школу только ко второму уроку. Мама ушла на работу раньше. Завтрак она оставила на плите, и мальчику оставалось только разогреть его. Даша побежала на кухню вслед за Вовой. Пока мальчик завтракал, она сидела на краю стола, болтала ножками и ела конфеты или крошки сыра.

– Лохмарик, пойдём с нами! – крикнула Даша.

Но щенок упрямо тявкал возле батареи и, сколько Даша его ни звала, не тронулся с места.

– Ну и ладно. Не хочешь – не надо. Я тебе потом принесу шкурку от колбаски!

Едва друзья вышли из комнаты, из-за батареи выскочила синяя кошка Фёкла и, выгнув спину, зашипела на Лохмарика. Щенок бросился к кошке, но Фёкла ловко шлёпнула его когтистой лапкой по носу.

Следом за Фёклой из-за батареи осторожно выглянули мама-кусалка, Одноглаз и Укропчик. Прыгая вокруг них, Лохмарик заливался звонким лаем. От кусалок пахло мусором, и щенку это не нравилось.

– Вилка! Укроп! Кажись, все ушли! – Одноглаз оглядел комнату.

– Мам, можно я поглажу щенка? Смотри, какой хорошенький! – Укропчик потянулся к Лохмарику, но мама-кусалка дёрнула его за руку:

– Не смей его трогать! Вдруг он бешеный? Лучше пойдём стащим банку консервов! Одноглаз, прогони собаку!

– А ну пошла прочь! Ты, дворняга! – Кусалка-папа замахнулся, чтобы пнуть Лохмарика. Но щенок увернулся и ухватил Одноглаза зубами за штанину. Потом подбежал к двери и поднял лай, призывая на помощь Вову и Дашу.

– Вилка, лови пса! Он нас выдаст! – закричал Одноглаз.

Кусалки стали гоняться за Лохмариком, стараясь поймать его. Пёсик носился по комнате и хватал кусалок за мохнатые ноги. Это продолжалось долго. Но под конец Одноглаз схватил пустую консервную банку и накрыл ею Лохмарика.

– Что с ним делать? А, Вилка? Может, в окно выбросим? – предложил он, держа в руках тявкающую банку.

– Лучше спрячем его в ящик стола! Так будет смешнее, – хихикнула мама-кусалка. – Представляешь, они придут и будут его искать! В жизни не догадаются, где он.

Одноглаз засунул банку с Лохмариком в стол и задвинул ящик. Кусалки и кошка Фёкла выскользнули в коридор и направились к кладовке. Там, в крошечной комнате, мама хранила банки с консервами, варенье, крупу, сахар и другие продукты, которые могли обойтись без холодильника.

Едва кусалки вышли из детской, как услышали в коридоре шаги. Вова и Даша возвращались из кухни и несли с собой ломтик ветчины размером с кусочек сахара.

– Угощу Лохмарика, – говорила Даша. – Конечно, ветчины мы многовато взяли, но можно разрезать на три части.

– Вилка, спасайся кто может! Я, например, могу! – Услышав голоса, Одноглаз заполз под обувной ящик и чихнул от пыли. Мама-кусалка, Укропчик и Фёкла нырнули за ним. Едва хвостик Фёклы скрылся под ящиком, как показались Вова и Даша.

– Лохмарик! Иди сюда! Смотри, что мы принесли! – Не заметив кусалок, Даша и Вова вошли в комнату. Едва дверь закрылась, как папа-кусалка колобком выкатился из-под обувного ящика.

– Укроп! Вилка! Мчим в кладовку! Пока они ищут своего дурацкого Лохмаря, стащим банку консервов!

Кусалки вбежали в кладовку и стянули банку консервов. Они перевернули её набок и покатили по коридору, чтобы спрятать под обувным ящиком, решив, что ночью перетащат банку к себе за батарею.

Укропчик воспользовался тем, что мама и папа отвлеклись, и прихватил с полки маленькую баночку сливового повидла. Пыхтя, он вытащил её в коридор и спрятал в тапку Вовиной мамы. Укропчик очень любил повидло, но скрывал это от Одноглаза и Вилки. В противном случае он получил бы взбучку: ведь уважающие себя мусорные человечки не должны есть ничего, кроме консервов!

Едва кусалки закатили свои банки в безопасное место, как из комнаты донёсся взволнованный голос Вовы:

– Где Лохмарик? Может, убежал в коридор? Давай его поищем!

Кусалки хотели снова нырнуть под обувной ящик, но там теперь была банка консервов, занявшая всё место.

– Бежим на кухню! – Мама-кусалка схватила Укропчика в охапку и понеслась по коридору. Одноглаз и Фёкла едва за ней поспевали. На кухне кусалки торопливо повисли на ручке и спрятались в холодильник, а Фёкла залезла в приоткрытый посудный шкафчик.

Вова и Даша обыскали коридор, кладовку и даже на кухню заглянули. Лохмарика нигде не было.

– Что с ним стряслось? – всплеснула ручками Даша. – Я беспокоюсь. Пошли спросим у Буль-бульчика – вдруг он видел?

И друзья побежали к аквариуму.

– В чём дело? – Буль-бульчик выглянул из аквариума, когда Вова трижды постучал по стеклу.

– Ты не видел Лохмарика?

– Я спал, – зевнул Буль-бульчик. – Но подождите, я спрошу у рыбок.

– Разве рыбки умеют говорить? – удивилась Даша.

– Ещё как умеют! Иногда встречаются такие болтливые, что хоть жабры затыкай.

Водяной опустил голову в аквариум и что-то пробулькал. Вова и Даша видели, как он открывает и закрывает рот, будто говорит, но не услышали ни звука. Рыбки окружили Буль-бульчика. Казалось, они внимательно его слушают. Потом одна из рыбок подплыла к уху водяного и тоже стала открывать рот. Буль-бульчик выслушал рыбку, погладил её по золотистому боку и вынырнул из аквариума:

– Я не совсем понял, что она имеет в виду, но, кажется, Лохмарик каким-то образом очутился в столе. То ли сам залез, то ли его кто-то запер.

– Что за ерунда! Быть этого не может! – Вова поочерёдно стал выдвигать ящики. В нижнем ящике он обнаружил консервную банку. Банка подскакивала и тявкала.

На кухне открылась дверца холодильника. Из холодильника выскочили окоченевшие кусалки. В руках у папы-кусалки был измазанный тортом нож, которым он и отжал дверцу.

– Жа-жа-жа-жа! – Кусалки запрыгали на месте, постепенно согреваясь. Потом они забрались в щель между раковиной и плитой и стали терпеливо ждать вечера, когда можно будет вернуться в комнатку за батареей и перетащить туда консервы.

«Как там моя баночка с повидлом? И почему мне не разрешают есть повидло, оно же вкуснее, чем консервы?» – размышлял Укропчик, сидя за плитой рядом с мамой.

Синяя кошка Фёкла свернулась на коленях у Укропчика, сощурила жёлтые глаза и задремала. Немного погодя заснул и Укропчик, а старшие кусалки стали разрабатывать очень коварный план, который для секретности назвали ОКП-1, что значило «Очень коварный план номер один». В чём он состоял, вы узнаете позднее.

А в комнате Вова и Даша достали Лохмарика из консервной банки. Щенок тявкал и весело вилял хвостиком.

– Как он там очутился? И откуда взялась банка? – Даша разглядывала консервную банку с глубокими рваными краями, похожими на следы от укуса зубов.

– Банки, огрызки! Опять этот мусор! – Буль-бульчик возмущённо шлёпнул ластами по воде. – Наверняка кто-нибудь напакостил!

– Может, это как-нибудь случайно произошло? – с надеждой спросила Даша.

– Да уж, случайно! – проворчал Буль-бульчик. – Вначале ко мне в аквариум чисто случайно швыряют огрызок. Потом Лохмарика чисто случайно запирают в ящике стола в прогрызенной консервной банке! Поймать бы все эти случаи и дать им по шее!

Когда вечером Вовина мама пришла домой и сунула ногу в тапку, она вдруг испуганно ойкнула. В тапке лежало что-то твёрдое и холодное. Мама осторожно перевернула тапку шваброй, и… оттуда выкатилась баночка с повидлом.

Глава 6

Осада шкафа

А поздним вечером, или даже ранней ночью, так как никто не знает, когда поздний вечер переходит в раннюю ночь, кусалки перетащили банку с консервами за батарею и устроили пир. Банка была большая, и консервов на всех хватило, даже на кошку Фёклу.

Потом Вилка вытащила из чемоданчика маленькую гитару и тихонько запела трогательный романс:

Укропчик шмыгнул носом. Ему было очень жалко тараканчика Гошку. Он представлял, как бедный Гошка сидит на кухне под плитой и дует на свою отдавленную лапку.

– Дурацкая песенка! – заявил Одноглаз. – Подумаешь, тараканчику лапку отдавили, тьфу! Да я этих тараканчиков за свою жизнь штук шесть укокошил в жестоком смертном бою! А уж лап им переломал – не сосчитать! Только они ужасно коварные. Подкараулят тебя целой толпой – и усами щекотать! Насекомые, одним словом!

– Какой ты жестокий! – вздохнула мама-кусалка. – Хоть бы при ребёнке промолчал. Ложись-ка спать, сынок, а то уже поздно.

– Мам, а спой мою любимую песенку! – моргая глазками, попросил Укропчик.

– Хорошо. Только гитара у меня не настроена. Не надо было твоему папе бить ею по голове ту мусорную крысу! В конце концов, они почти и не ссорились. Просто им понравилась одна и та же кость! – сказала Вилка.

Она ещё раз задумчиво щипнула гитарные струны и запела:

– Чушь какая! Почему папу? Почему не маму? – проворчал Одноглаз. – Всё! Всем Укропам спать! Я устал!

Мама уложила Укропчика на раскладушечку, вмиг сделанную из нестираного носка и скрепок. Скрепки и носок кусалки нашли в ящике у Вовы, когда заталкивали туда Лохмарика.

Когда Укропчик уснул, кусалки продолжили разработку своего очень коварного плана. План состоял в том, чтобы выгнать Дашу из её уютного домика на шкафу и поселиться в нём самим. Они уже выяснили, где Даша живёт, и очень ей завидовали, особенно завидовала Вилка.

– А если мальчишка узнает? Он же нас прогонит! – задумчиво сказал Одноглаз. – Кажись, он неплохо относится к этой Дашке.

– Он не узнает, – уверенно заявила мама-кусалка.

– Как это – не узнает? Он что, слепой?

– Я переоденусь в Дашкино платье и буду притворяться, что я она и есть, – захихикала Вилка. – А зубы подвяжу платком, будто они у меня болят. Мальчишка и не догадается!

– Это ты здорово придумала! – восхитился Одноглаз. – Ну и умная же у меня жена! Вся в меня!

И кусалки стали думать, куда им деть настоящую Дашу, когда они её подкараулят.

– Нужно подкрасться и – хвать! Засунем в консервную банку и спустим в мусоропровод! – предложил папа-кусалка, бегая по ковру.

– Нет, это слишком просто. Тут нужно что-нибудь эдакое. Хитростное! – щелкнула пальцами мама-кусалка. – А ты что думаешь, Фёкла?

– Мяу! – ответила Фёкла.

– Вот видишь, она думает «мяу». Краткость – чья-то там племянница! Не помню уже точно чья.

– Не моя! Я всех своих родственников знаю! – уверенно сказал Одноглаз. – Ну хорошо, хитростью так хитростью! Набросимся на Дашку, засунем в банку и выбросим в мусоропровод. И всё! Правда, я хитро придумал?

Вилка посмотрела на него и деликатно поскребла себе пальцем висок.

Неизвестно, до чего додумались мусорные человечки, но утром, когда Вова ушёл в школу, а его мама – на работу, кусалки крадучись вышли из-за батареи. Одноглаз тащил палицу, выструганную из деревяшки, мама-кусалка – копьё с насаженной вместо наконечника клизмой, а Укропчик – маленький лук со стрелами.

Кусалки подбежали к шкафу, на котором стоял домик Даши, и принялись размышлять, как им на него забраться. Шкаф был высоченный, и кусалки, даже если бы вскарабкались друг другу на плечи, не смогли бы добраться до домика. Верёвочная лестница была поднята. Даша ещё не проснулась. Она была большая соня.

Одноглаз подпрыгнул, но не допрыгнул даже до трети шкафа.

– Гм, это не шкаф, а настоящая крепость, – заявил он со знанием дела и постучал по полировке пальцем. – Так просто его не возьмёшь!

– Фёкла, на абордаж! – крикнула Вилка.

Фёкла попыталась забраться на шкаф, но даже её острейшие когти скользили по полировке. Им не за что было зацепиться.

– Придумал! Нужно взять шкаф на таран! – завопил Одноглаз.

Кусалки выкатили из-под кровати гантель, разогнались и протаранили гантелью дверцу шкафа. Трах! Шкаф вздрогнул. Кусалки разгонялись и раз за разом таранили шкаф гантелью. На полировке оставались вмятины.

– Ну и крепкая же эта штука! Никак её не разобьёшь! – Одноглаз вытер взмокший лоб.

Даша спала, и ей снился обвал. Камни грохотали и сыпались с немыслимой высоты. Хороший такой сон про природу. Лохмарик стащил с Даши одеяло.

– Что с тобой, Лохмарик? Хочешь гулять? – Даша вышла на крыльцо и хотела уже сбросить верёвочную лесенку, как вдруг увидела трёх зубастеньких кусалок, разбежавшихся, чтобы в очередной раз протаранить шкаф гантелью.

– Эй, вы, перестаньте! Что вы делаете?

– Сдавайся, жалкая кукла! Ты окружена!

– Как это окружена, когда вы все в одном месте? – удивилась Даша.

– Ты окружена с одной стороны, а это самое опасное! Сбрось нам лесенку! И мы тебя пощадим! – Одноглаз подпрыгнул и грозно щёлкнул зубами.

– Вот ещё! Делать мне больше нечего! – фыркнула Даша. Мусорные человечки ей сразу не понравились.

– Ну, берегись, негодная девчонка! Мы скоро посадим тебя в банку и вышвырнем в мусоропровод! А сами поселимся в твоём домике и будем дышать горным воздухом! – пригрозили кусалки.

– Вначале заберитесь на шкаф, коротышки! – Даша уселась на край шкафа и стала болтать ножками.

– Ах так! Ну так вот тебе! – Одноглаз покраснел от злости. Он выхватил у Укропчика лук и натянул тетиву. Вжик! Стрела с липучкой просвистела возле Дашиного уха и прилипла к двери домика.

– Мимо! – сказал Одноглаз. – Ну ничего! Зато она смертельно испугалась!

– Вот вы как! Не вы одни умеете стрелять! – Даша вытащила из домика трубочку и миску с горохом. Она наполнила трубочку горошинами, прицелилась… Тра-та-та! Горошины вылетали одна за одной, как из пулемёта. Одна из горошин попала папе-кусалке в лоб и сбила его с ног. Другая угодила в кошку Фёклу.

– Мряу! Мя!!!! – Фёкла забилась под шкаф под восторженный лай Лохмарика.

– Отступаем! У неё секретное оружие! – Вилка схватила Укропчика и спряталась под кровать, куда не долетали Дашины горошины.

– Берегись! – кричал Одноглаз Даше, перебегая под спасительное прикрытие кровати. – Ты ещё не знаешь меня с худшей стороны! Ой-ой-ой!

Горошина попала папе-кусалке между лопатками, заставив его пулей влететь под кровать. Там кусалки стали думать, что им делать дальше.

– Придумала! – закричала Вилка. – Нужно привязать к рукам и ногам липучки! Тогда мы запросто заберёмся на шкаф и сбросим оттуда эту гадкую девчонку!

Кусалки отцепили от стрел липучки и привязали их себе к рукам и ногам. Потом они где-то нашли старую миску и, как щитом, прикрываясь миской от горошин, перебежали к шкафу.

– Берегись, Дашка! Сейчас ты у нас кувырком полетишь! – грозили они.

Цепляясь липучками за полировку, кусалки полезли на шкаф. Кошка Фёкла сидела на голове у папы-кусалки и держала миску, чтобы отбиваться от горошин.

Что делать? Даша пробовала сбрасывать со шкафа разные вещи: ботинки, горшки с цветами, кубики – на головы кусалок, но Фёкла ловко отбивала всё это миской.

– Буль-бульчик! На помощь! – позвала Даша.

Но соня Буль-бульчик спал у себя в гроте. Под водой ему ничего не было слышно. Тогда Даша прицелилась и одну за другой выпустила три горошины в стекло аквариума. Получился условный стук, три раза!

– Сейчас мы тебе покажем! – Голова Одноглаза показалась над краем шкафа. Фёкла шипела и размахивала миской.

Даша схватила подушку и с визгом запустила в Одноглаза. В этот момент он как раз отдирал от полировки липучки.

– Ай! Сбрасывают! – Папа-кусалка попытался увернуться от подушки, покачнулся на краю шкафа и полетел вниз. Он повис на последней липучке, привязанной к правой ноге, и болтал в воздухе руками. Фёкла, чтобы не упасть, вцепилась в него когтями и мяукала.

Вилка и Укропчик спустились со шкафа, вытащили большой носовой платок и растянули над полом.

– Прыгай! – кричали они. – Мы тебя ловим!

– Высоко! Разобьюсь! – пугался Одноглаз. – Ай! Липучка отстаёт! Мамочки! Держите меня!

И он шлёпнулся прямо в растянутый платок. Все кусалки и кошка Фёкла полетели кувырком.