Кусалки. Возвращение забавных человечков

– А разве в аквариуме у Буль-бульчика живут караси? – поинтересовалась мама-кусалка.

– А то как же! Золотые рыбки – это те же караси, только породистые и с длинными хвостами! – уверенно заявил Одноглаз.

– А Буль-бульчик разрешит нам ловить его рыбок? – с сомнением спросил Укропчик.

– Разрешит? Фух! А кто у него будет спрашивать? Рыбкой больше – рыбкой меньше… Он и не заметит. – Папа-кусалка выдернул из шторы толстую нитку и привязал к ней разогнутую скрепку.

– Это будет леска и крючок! Здорово я придумал? – Одноглаз взял кусочек белого хлеба и нацепил его на крючок. – Не успеет рыбка схватить наживку, считай, она уже у нас на сковородке. Эй, Укропчик, пойдёшь с нами на рыбалку?

– Не пойду, – замотал головой малыш. – Мне рыбок жалко!

– И в кого ты такой жалостливый уродился? Прям как неродной! – Одноглаз выглянул в комнату. Он убедился, что Буль-бульчика в аквариуме не видно, и решил, что водяной спит в подводном гроте.

– Ура! Нам никто не помешает! – Одноглаз подбежал к аквариуму, забросил в него нитку с крючком и стал ждать клёва. Но рыбки были сыты и равнодушно проплывали мимо скрепки с насаженным на неё хлебом.

– Цып-цып-цып! Плывите сюда, вкусные мои! Покушайте хлебушка, не побрезгуйте! – шёпотом подманивала рыбок Вилка. Но они не обращали на наживку никакого внимания. А тут ещё Лохмарик затявкал на шкафу. Ему показалось подозрительным, что папа-кусалка так долго торчит у аквариума.

– Что случилось, Лохмарик? На кого ты лаешь? – Даша вышла на крылечко. Кусалки, бросив удочку, нырнули за батарею и притаились. Даша никого не увидела, пожурила Лохмарика за то, что он никак не замолчит, и вернулась в домик.

– Ушла?

– Кажись, ушла! – Кусалки выскочили из-за батареи и снова закинули удочку.

Но золотые рыбки были совершенно равнодушны к наживке. Они презрительно смотрели на Одноглаза через стекло и проплывали мимо.

– Вот зажравшаяся рыба! Не хочет клевать на хлеб! – пожаловался папа-кусалка.

– Может, насадим червяка? – спросила Вилка.

– Стану я кормить рыбу таким деликатесом! Будь у меня червяк, я сам бы его съел. Хороший, красненький, шевелящийся! Обмакиваешь в соль – и хрум-хрум! – облизнулся Одноглаз.

– Не хочешь на червя, давай ловить сетью, – предложила Вилка.

– А где мы возьмём сеть? – спросил Одноглаз.

– Я знаю где! – Мама-кусалка сбегала на кухню и притащила капроновую сетку с ручками, в которой в магазине продавался лук.

Мусорные человечки забросили сетку в аквариум и стали буксировать её по воде, надеясь наловить побольше рыбы. Но ячейки у сетки были слишком крупными, так что рыбки легко проплывали между ними. Поняв, что и сеткой ничего не поймать, папа-кусалка в раздражении бросил её на пол и стал топтать ногами.

– Ну всё, хватит! – завопил он. – Осталось одно: глушить рыбу динамитом!

– Динамитом? – испугалась Вилка. – Может, не надо?

– Надо! Или останемся без ужина!

– А где ты возьмёшь динамит? У нас же его нет! – Укропчик выглянул из-за батареи.

– Я его сам сделаю! Смотри и учись! Ща они у меня все брюхами вверх всплывут! – Одноглаз помчался на кухню и нашёл пустой пакет из-под картошки. В пакет он набросал селёдочных голов, картофельной кожуры, костей, присыпал всё это стиральным порошком, тальком, перцем, содой, сахаром, солью и мукой и как следует перемешал. Потом понюхал и поморщился:

– Уээээ! Брр! Пахнет просто омерзительно! Славный получился динамит!

– Ты уверен, что эта штука взрывается? – недоверчиво поинтересовался Укропчик.

– Она и не должна взрываться! Стоит нам высыпать весь этот мусор в аквариум, поднимется такая вонь, что рыбки сами к нам повыпрыгивают!

И Одноглаз побежал в комнату, неся перед собой пакет с вонючей смесью.

– Папа, папа, подожди! – кричал Укропчик. – Мне рыбок жалко! Не надо этого делать!

– Как бы не так! Считай, карпы у нас в кастрюльке! – восторженно завопил Одноглаз и помчался ещё быстрее. Казалось, рыбок уже ничего не спасёт, но в этот момент нога папы-кусалки зацепилась за порог.

– Аа-аа-аа-ах! – Одноглаз попытался удержаться на ногах, но это было уже невозможно. На полной скорости папа-кусалка кувырком пролетел несколько шагов и плюхнулся прямо на свой пакет с вонючей смесью.

БА-БАХ! Пакет разорвался и обрызгал Одноглаза с ног до головы жидким мусором. Мама-кусалка и Укропчик в ужасе замерли у входа в комнату, зажав рты руками. Грязный и злой, Одноглаз медленно поднялся с пола.

– Фу! Как ужасно пахнет! Что случилось? – Даша, зажав нос, выглянула в окошко.

Увидев Одноглаза в таком замусоренном виде, она не выдержала и расхохоталась. На носу у папы-кусалки висела яичная скорлупа, в волосах запутался селёдочный хвост.

– Перестань смеяться, гадкая Дашка! Слезай немедленно, пока я тебя не сбросил! – Папа-кусалка подбежал к шкафу и забарабанил кулаками по полировке. Маме-кусалке и Укропчику редко приходилось видеть его таким разъярённым. Было похоже, Одноглаз и сам вот-вот взорвётся, если до него дотронуться.

Когда он немного успокоился, мама-кусалка отвела его в ванную и поставила в раковину, под кран. Одноглаз морщился, фыркал и ругался. Он ненавидел воду, но выбирать не приходилось. Совместными усилиями Вилки и Укропчика папу удалось кое-как отмыть.

– Так мы и не поймали ни одной рыбки! – вздыхал он.

Обмотанный полотенцем, Одноглаз сидел на краю ванны и дрожал. Укропчику стало даже жаль его – таким папа вдруг показался ему маленьким и растерянным. Даже повязка на глазу выглядела теперь совсем не страшно, а как-то жалостно.

– Не унывай, Одноглаз, что-нибудь придумаем. С голоду не умрём! – сказала Вилка.

У Одноглаза задрожали губы.

Укропчик заглянул под ванну, чтобы посмотреть на Фёклиных котят, и неожиданно увидел, что рядом с тазиком что-то тускло поблёскивает. Банка с консервами! Наверно, в дни изобилия кусалки сами припрятали её на чёрный день, а потом совершенно о ней позабыли.

– Мама, папа! Смотрите, что я нашёл! – Укропчик выкатил банку из-под ванны. Кусалки уставились на неё, не веря своим глазам.

– Это консервная банка или мне чудится? – жалобно спросил Одноглаз.

– Тебе не чудится. Это в самом деле банка, – сказал Укропчик.

– Она, наверно, пустая, – сказал Одноглаз, всё ещё не совсем веря.

– Нет, полная! – засмеялся Укропчик.

Кусалки подбежали к банке и убедились, что она настоящая. Чтобы окончательно успокоить Одноглаза, Вилка прочитала вслух этикетку:

– «Мясные консервы, тушёнка в. с. из говядины. Состав продукта: говядина, субпродукты, жир, лук, специи»!

Одноглаз слушал, и лицо его светлело.

– Субпродукт! Жир! Специи! – повторил он нежно и поцеловал банку в блестящий бок.

– Укроп, ты умница! Ты нас спас! – И мусорные человечки бросились обнимать сынишку. Они обнимали его с такой силой, что не раздавили только чудом. Фёкла сочувственно смотрела на Вилку из тазика и облизывала котёнка.

Потом кусалки перевернули банку на ребро и покатили её по коридору. Был уже вечер, а значит, время ужинать.

Глава 7

Приключения на лестнице

Игогошка быстро рос. Из крошечного жеребёнка он стал маленьким коньком – вороным, блестящим, с длинной гривой и сильными ногами. Одноглаз опасался к нему приближаться, потому что лягнёт – мало не покажется. Подросший жеребёнок стал больше есть: ему теперь едва хватало одной коробки овсяных хлопьев на четыре дня, так что Вовина мама не могла понять, почему у них в доме так быстро расходуется овсянка.

Стоило мальчику после школы зайти в свою комнату, как Игогошка скакал к нему, постукивая копытцами, – надеялся выпросить кусочек сахара или хлеба с солью.

Прежняя коробка стала для выросшего жеребёнка маловата, и Вова приспособил коробку от телевизора.

Днём, когда мамы не было дома, Игогошка любил скакать по коридору. Копытца звонко цокали, и соседям снизу казалось, что в квартире над ними идёт бесконечный ремонт. «Надо и нам ремонт сделать, – рассуждали они, – а то все делают, одни мы живём в свинарнике».

За жеребёнком по коридору обычно бегал Лохмарик и звонко лаял, а кошка Фёкла выглядывала в щёлку под ванной и шипела – охраняла котят. Как-то раз Фёкла не уследила, и один синенький малыш выскочил и подбежал к Лохмарику. Шерстяной щенок приветливо завилял хвостиком, но тут откуда-то выскочила взъерошенная Фёкла, зашипела, как сбежавшее молоко, схватила котёнка за шкирку и утащила его в тазик.

Лохмарик ужасно обиделся на Фёклу, что она не разрешает ему играть с котёночком. Откуда щенку было знать, что, когда Фёкла жила с кусалками в мусорном баке, ей приходилось всё время остерегаться ворон и собак?

А однажды случилось вот что. Вернувшись из школы, Вова забыл закрыть входную дверь. Не заметив, что дверь осталась нараспашку, мальчик бросил рюкзак и побежал обедать: мама обычно оставляла ему еду на плите, и Вове оставалось только её разогреть.

Игогошка и Лохмарик, как обычно, бегали по коридору и играли в догонялки. Жеребёнок, высоко поднимая копытца, скакал впереди, а за ним с лаем мчался щенок. Неожиданно Игогошка увидел, что дверь открыта. Недолго думая, он выбежал на лестничную площадку и понёсся вверх по ступенькам.

Копытца выбивали звонкую дробь, разносившуюся по всему подъезду. Жеребёнку это понравилось, и он громко заржал. Лохмарик выбежал на лестницу вслед за Игогошкой и хотел побежать за ним, но оказалось, что ступеньки для щенка слишком высокие – просто горы, а не ступеньки. Лохмарик даже залаял от обиды: почему он такой маленький, что даже на ступеньку вскочить не может? Полаяв немного, щенок решил сбегать на кухню за Вовой, чтобы тот поймал Игогошку и отнёс его в квартиру. А то ещё потеряется на лестнице.

Неожиданно на первом этаже от сквозняка распахнулось окно, и дверь Вовиной квартиры захлопнулась. Теперь Лохмарик и Игогошка уже не могли вернуться, даже если бы и захотели.

Проскакав с десяток ступенек, жеребёнок обернулся и увидел, что щенок отстал и обиженно тявкает возле двери. Жеребёнок спустился к нему на площадку и подтолкнул щенка носом.

«Чего ты не бегаешь? Не хочешь?» – словно спрашивал он. Лохмарик, как мог, лаем и хвостом, попытался объяснить Игогошке, что поиграть он не прочь, но ступеньки слишком высокие.

«Если не можешь бежать вверх, тогда побежали вниз!» – И Игогошка весело поскакал вниз по лестнице, оглядываясь на Лохмарика. Щенок помчался за ним… и у него, представьте, получилось! Оказалось, спускаться по ступенькам вниз намного легче, потому что всегда можно скатиться кувырком!

Лохмарик колобком скатился по всем одиннадцати ступенькам пролёта. Ему даже удалось обогнать Игогошку, так быстро он спускался. Скатившись на одну площадку вниз, щенок вскочил и отряхнулся. Он совсем не ушибся, ведь он был мягкий и шерстяной.

Игогошка ужасно удивился, увидев, что щенок обогнал его, и тотчас устроил забег на новые одиннадцать ступенек. «Сейчас-то я точно буду первым!» – решил жеребёнок, но снова ошибся, потому что Лохмарик кувыркался по ступенькам всё равно быстрее, чем он бежал.

«Ну и ну! Какой быстроходный щенок оказался! Меня, скакового жеребёнка, обогнал!» – удивился Игогошка.

Играя, жеребёнок и щенок спустились уже до второго этажа, когда вдруг сообразили, что не помнят, в какой квартире и на каком этаже они живут. Дверей было так много и все такие одинаковые, что у Игогошки и Лохмарика просто глаза разбегались.

А тут ещё снизу послышались шаги. Кто-то поднимался по лестнице. Лохмарик и Игогошка испуганно заметались по площадке. Куда спрятаться? Вокруг только закрытые двери и коврики. «Тяв!» – Лохмарик забрался под коврик и выглянул из-под него, приглашая Игогошку за собой. Но жеребёнок был слишком большим и под коврик не помещался.