Дрязь

Эпизод 1. Твари

В любом городе есть такие места, о которых знают лишь те, кто в них живет. Другим в той заднице и разглядывать нечего. В нашем городе это район Колодный. Типовая застройка: бетонные многоэтажки тянутся цепочкой домино и прикрывают собой старые кирпичные дома с коммуналками, а на самой окраине догнивают деревянные бараки.

Такая вот нисходящая волна уровня жизни. Место на отшибе, вроде трущоб. Я никогда не приезжал туда и не знал никого, кто там обитает.

Несколько лет я жил в центре Кобринска у своего институтского друга. Пока мы учились, ему было выгодно сдавать мне одну комнату и делить на двоих счета. Но студенческие годы закончились, и он сказал прямо: «Тебе пора найти другую квартиру». Еще и попросил не затягивать.

В Колодном районе были самые дешевые предложения. Выбора у меня, можно сказать, не было, и я решил присмотреть вариант там. Мне по карману оказалась только комната в коммунальной квартире. Но я давно привык делить с кем-то кухню и ванную. Главное, чтобы сосед был вменяемый, остальное не так уж важно.

Дом, где сдавали комнату, стоял в глубине района. Угловой, четырехэтажный, с облезлым желтым фасадом. Жилища вокруг были не краше. Однако на той же улице располагалась охраняемая парковка с забором и камерами. Там было что стеречь: машины как с выставки.

Я подумал: неужели их владельцы живут здесь? Крутые тачки, старый грязный район… Невольно вспомнились компьютерные игры и фильмы про жизнь в гетто. А вдруг здесь по ночам визжат шины и гремят выстрелы? Крутые парни с банданами на лицах колесят по району и стреляют друг в друга из окон… Я усмехнулся от того, что представил. Вряд ли такое возможно. Уж скорее после темноты здесь ходит и ползает всякая пьянь.

Войдя внутрь, я увидел чистый подъезд. Уже хорошо! Дверь без глазка. Я постучал.

– Кто там? – спросил мужской голос.

– По поводу комнаты! – ответил я.

– А, заходи! – мне открыл здоровенный парень лет тридцати. Этакий качок, в майке, чтобы все мышцы напоказ, и в узких джинсах. На шее крест, причесон набок, выбритые виски, на лице аккуратная щетина. Нетипичный житель спальника, какой-то чересчур холеный.

Я ожидал увидеть хлев с ободранными советскими обоями и ковром на стене. Представлял дощатый пол, выкрашенный в рыжий цвет, и одинокую лампочку, которая болтается из стороны в сторону, но квартира оказалась не самая убогая. Парень показал мне среднюю по размерам комнату, я окинул ее взглядом: светлые стены слегка желтоватого оттенка, серый диван, компьютерный стол и шкаф. На окне даже висели занавески. Все было намного лучше, чем я ожидал изначально, когда шел сюда.

– Я Фома, приятно познакомиться, – сказал качок. – Въезжай, располагайся, если нравится.

Я спросил, его ли это квартира. Он ответил, что просто снимает комнату, а хозяева владеют тут целыми домами, как гостиницами. Я не понимал: что значит располагайся? Кому платить? С кем составлять договор?

– Да живи, а в конце месяца заплатишь! – сказал Фома. – Я вообще об этом не парюсь. У меня за жилье просто списывают с карты, да и все. Ну, если так переживаешь – положи в задвижку у порога пять косарей. Больше с тебя никто не возьмет.

Все это было слишком хорошо и дешево, а потому подозрительно. И все равно подумал, что, скорее всего, въеду. А если что-то пойдет не так – чемодан в зубы и бегом отсюда.

– Я не шумный, если что, – мне хотелось заслужить доверие будущего соседа.

– Вообще пох, я сюда прихожу только когда моя девушка хочет побыть одна, а так почти всегда тусуюсь у нее в квартире снизу, – ответил здоровяк. – Это ты извиняй, если буду музыку слушать или греметь штангой.

– А продуктовый тут близко? – кажется, я все окончательно решил и уже мысленно переехал в новую хату.

– Не знаю, я в магазины не хожу, мне все доставляют, – сказал Фома. – Кстати, если хочешь хавать – холодильник полный. Там готовые обеды в коробках. С меня не убудет.

«Богато живет! – подумал я. – Интересно, чем зарабатывает?».

Парень будто прочитал мои мысли и сказал:

– Если вдруг нужна работа, то говори, тут много интересных возможностей. Подберем тебе что-нибудь. Тачки чинить можешь?

– Нет, – растерянно ответил я.

– Здесь каждый делает, что умеет. Одни работают в мастерских, другие готовят еду, третьи занимаются уборкой, а кто-то доставкой. Эд, например, поставляет машины для всего района, но большинство промышляют охотой.

И чего он так загадочно подмигивал? Не доверял я этой коммунальной утопии. Район, живущий по своим правилам – странновато. Но я посчитал, что не стоит глубоко вникать в происходящее, а просто пользоваться дешевизной жилья. Так будет безопаснее. И все же я спросил соседа, как давно он здесь живет и есть ли какие-нибудь серьезные минусы.

– Плюсов больше! – заверил Фома. – Я в этом месте почти год. Конечно, есть жильцы, перекрытые наглухо, но ты их сторонись, сам ни к кому не лезь, и будет все нормально.

Ну да… Этому перекаченному сервелату точно нечего бояться, а я не такой здоровый. И все равно, взяв комплект ключей, поехал собирать свои вещи.

Другу было наплевать, куда я переезжаю. Он даже не спросил, а только пожелал удачи. Думаю, в его планы входило подселить к себе девицу, с которой они встречались уже пару месяцев, и доломать кровать. Поэтому я был там явно лишним. По крайней мере, кресло наблюдателя мне никто не предложил.

В первую ночь на новом месте мне совсем не спалось. Фома в другой комнате, как и предупреждал, слушал рок и стучал штангой. Но не это было причиной моей бессонницы. Когда шум стих, я продолжал ворочаться с боку на бок. Просто еще не освоился в квартире, диван казался чужим, пружины впивались в спину, а мысли о будущем лезли в голову.

Надо было ко всему привыкнуть, все подробно изучить. Я встал и пошел на кухню. Это небольшая, но уютная комната, выложенная черно-белой плиткой. У стены маленький столик, возле которого приставлены три тяжелых стула, обтянутые темной кожей. Пол был довольно холодный для босых ног, и мне подумалось, что нужно купить тапочки.

Я налил воды в чайник, вскипятил воду и долго рылся в кухонных шкафчиках в поисках заварки. Наконец сделал чай и встал у подоконника, смотрел на ночной район и редкие огни. Соседний дом стоял так близко, что я не нарочно подглядел в чужое окно.

За прозрачной шторкой расхаживал мужик. Похоже, он так наклюкался, что напоминал зомби. Руки висели, голова болталась, и сам он качался. В одну минуту он исчез и вернулся со стулом. Забрался на него и закрепил у люстры что-то похожее на веревочную петлю.

Я поперхнулся чаем, и, пока откашливался, мужик успел просунуть голову в виселицу… Я не знал, что мне делать: срочно звонить спасателям или кричать в окно, чтобы он остановился. Вдруг услышит, передумает!

Человек из окна выбил из-под себя стул и повис, ни разу не дернувшись.

Я не хотел разбираться с этим один и побежал к Фоме в комнату. Оказалось, что его уже нет дома. Тогда я заскочил к себе за телефоном, вернулся в кухню, но не успел набрать номер, как в окне напротив снова все поменялось. Тело мужика сорвалось вниз вместе с веревкой. Люстра шаталась в разные стороны, свет мелькал, мужик поднялся и сбросил с себя петлю. Он снова ходил по комнате, пьяно покачиваясь.

Теперь все произошедшее показалось мне постановочной сценой. Не мог же человек провисеть несколько минут, а потом прийти в себя и, как ни в чем не бывало, пойти смотреть телевизор. Неужели этот залупочес устроил спектакль для случайных зрителей? Решил напугать соседей? Идиот! Чуть до инфаркта меня не довел.

***

Я проснулся и почувствовал себя неуютно. Чужая комната… Не здесь я просыпался много лет подряд, но все когда-либо заканчивается. Жизнь не может быть статичной. Этап обучения в университете подошел к концу. Больше не будет стипендии, не будет преподавателей. Теперь я сам себе хозяин.

У меня почти не осталось накоплений, и в ближайшие дни нужно найти работу. Желательно недалеко от дома, чтобы меньше тратить на проезд. Уж лучше я буду считать копейки и жить в коммуналке, чем снова заговорю со своей токсичной матерью. В любом случае, если мне удалось прожить несколько лет самостоятельно, перебиваясь подработками, то и в этот раз не пропаду. Переломные моменты – это всегда сложно. Впереди неизвестность, и мозг рисует страшные картинки того, как я окажусь на улице без гроша в кармане и буду жевать кусок сала поочереди с бомжом. Когда я впервые ушел из дома, было то же самое, но в итоге я смог со всем справиться. Нужно лишь немного времени и усилий, чтобы приспособиться к новому положению.

Мысли гуляли не самые радужные, и хотелось поднять себе настроение, вытрясти из головы вчерашний ужас и страхи за будущее.

Мой сосед так и не вернулся. Я поставил чайник на плиту, взял из морозилки один из готовых обедов и кинул в микроволновку на режим разморозки. Мне ведь разрешили их брать…

Кто-то постучался в дверь.

– Открывай, Фома! – раздался булькающий голос.

Я не стал реагировать. Ясно же, что пришли не ко мне.

Стук усилился. Кто-то вопил, как потерпевший, орал на весь подъезд, требуя, чтобы ему открыли. Я вышел в прихожую и крикнул, что Фомы нет дома и незачем тут ломать дверь! Стуки прекратились.

– А ты кто? Его сосед? Открой на минуту! Мне надо ему кое-что передать, – пробубнил голос с той стороны.

Я потянулся к замку, хотя чувствовал, что это плохая идея… На пороге стоял человек, изъеденный язвами. Он выглядел так, будто заживо разлагался. Как мертвец, который вылез из могилы! На его коже осталось лишь несколько здоровых участков, все остальное либо сочилось мутной слизью, либо закрыто лейкопластырями. И вся его одежда была пропитана флегмой.

– Значит, Фомы нет, – проговорил скверный гость. – Долго он за мной охотился, а теперь будто потерял интерес к нашей вражде… Я сам пришел, а его нет дома. Ха!

Вместе с этим «Ха!», он сплюнул на пол комок серой слизи. Я и не знал, что ответить на такое поведение, потому что хотелось ему молча въебать.

– А ты, значится, его сосед, – булькал он, и от его щеки, с нитями соплей медленно отклеивался большой пластырь. – Какая у тебя мерзкая рожа, сосед. Какая же у тебя мерзкая, мерзкая рожа…

– Слушай, чел, а ты себя вообще видел? Тебя будто вчера отпели и забыли закопать! – наконец возмутился я.

Мои слова взбесили этого ублюдка. Я не успел захлопнуть дверь. Рявкая и хлюпая, он вбежал в квартиру, как животное воткнул пальцы мне в грудь. Его ногти прорвали футболку и вонзились в кожу.

Я заорал от боли, но поехавшему было мало. Он наскакивал опять и опять, царапал меня гнойными пальцами. Я побежал в кухню – он с диким воплем летел за мной. На плите кипел чайник, я бессознательно взялся за ручку и выплеснул кипяток в этого психозника. Мой мозг больше не воспринимал его как человека. Это был дьявол!.. Не думал, что дьявол будет такой вонючий, ведь в аду столько котлов.

Ошпаренный, красный, орущий и воняющий, хуй пойми зачем припершийся хмырь ничуть не растерял желания меня разорвать. Валил пар, и с него слезала кожа, но он нападал, бил и резал когтями. Он оказался такой сильный, что было не справиться.

Кое-как я вырвался в коридор, хотел убежать в открытую дверь. Одержимый оказался быстрее, и мне пришлось ломануться в туалет, чтобы там закрыться. Хлипкая щеколда не могла сдерживать его слишком долго. Дверь дергалась, психопат выл, как сирена. Он хотел убить меня! Нужно было срочно что-то придумать!

Когда дверь распахнулась, я с размаху обрушил на незнакомца с красной гниющей рожей, тяжеленную крышку от бачка унитаза. Не помню, куда целился, но попал прямо по голове, и ему смяло череп. Обезображенный человек валялся на полу, и от его затылка растекалась кровь. Я не мог прийти в себя и осознать, что случилось. В кухне запищала микроволновка.

– Готов! Ну ни хрена себе! – это был голос Фомы, он появился на пороге. – Это кто? Чирей?! А ты его завалил, что ли? Нехило, сосед! Охереть! Да как так? Ты его крышкой от толчка ебнул? Ха-ха!

Ему было смешно… Я в изорванной одежде, весь израненный и с трупом в квартире, а ему смешно! Ненормальный!

– Подожди! Сейчас оприходуем его, – Фома сходил в свою комнату и принес черный мешок.

У него все было готово для подобного случая и это меня шокировало.

– Да не реви ты! – дернул меня сосед, расправляя мешок. – Это не человек. Это тварь. В нашем районе такие водятся. Тебе ничего не будет. За их убийство дают награду. Помоги его убрать. Сейчас наклеим на мешок стикер, вызовем клинеров, и тебе подкинут бабла.

Я был опустошен и просто делал все, как говорил Фома. Мы упаковали мертвеца и застегнули мешок. Сосед приклеил сверху стикер и дал мне маркер, чтобы я оставил свои данные.

От растерянности и страха я вместо полного имени написал просто «Радик» и номер телефона внизу. Фома позвонил кому-то, назвал адрес и попросил забрать тело.

– Что-то мне нехорошо, – я сел на стул, у меня кружилась голова, тошнило и выделялась жидкая слюна.

– Ну да, у Чирея ядовитый гной, немного поболеешь, но жить будешь, – объяснил сосед и посоветовал полежать.

Дальше все было смутно и обрывчато, как при высокой температуре. В квартиру вошли люди в черных комбинезонах, их лица скрывали затемненные маски с трубками для дыхания. Они быстро унесли мешок, смыли кровь с пола, все подчистили и опрыскали раствором, от которого шибало в нос и слезились глаза.

Никто из чистильщиков не сказал ни слова, они только хрипло дышали через свои маски, пока работали. Потом я заметил, что их уже нет в квартире, а сам я уже не на стуле, а на полу, медленно сползаю по стене.

Хлопнула дверь, в коридоре появилась девушка. Большие глаза, пухлые губы, слегка вздернутый аккуратный нос. На ней была черная косуха, черные шорты и гольфы, а кожа и волосы белые, как снег. Рядом с моим крупным соседом она казалась такой миниатюрной.

– Прикинь, вот этот парень убил Чирея!.. А знаешь, чем? – рассказывал Фома, а девушка смеялась.

Их голоса звучали как из-под воды. И сам я плыл… Сосед отвел меня в комнату. Я пытался сфокусировать взгляд на люстре. Это было трудно.

– Повернись на бок и приспусти штаны, – рядом сидела эта бледная девушка и наполняла шприц ярко-фиолетовой жидкостью из пузырька.

– Это что? – недоверчиво спросил я.

– Антибиотик, – сказала она. – Ты отравлен. Тебя надо подлечить.

Девушка кольнула мне в задницу иглой и все. Темнота.

***

Я проснулся. Опять было утро. Одежда изорвана и в засохшей крови, но на мне ни царапины. Даже шрамов не осталось. Сон или не сон? У меня под дверью лежал конверт, в нем карта неизвестного банка. На ней только цифры и мое имя «Радик».

Фома вышел из своей комнаты, отхлебнул из шейкера и пожелал доброго утра. Сказал, что карту принесли мне и посоветовал скачать специальное приложение, чтобы ее активировать – там моя награда за убитую тварь. Я ответил, что лучше просто свалю отсюда.

Я умылся и обтер тело водой у раковины, переоделся в чистое, выбросил порванную одежду. Однако, прежде чем собирать вещи, ради любопытства скачал приложение и проверил карту. Боже! Вот это сумма! Мне такие деньги и не снились!

Я пошел к соседу за объяснениями, и он подтвердил:

– Да, это все твое и можно тратить. Но, как говорится, есть один нюанс. Если ты выедешь из района, то твой счет заблокируют. Поэтому местные редко катаются в центр. Можешь, конечно, снять или потратить до того, как уедешь, но ты подумай! Тут есть все и даже больше. Вдруг у тебя талант мудохать тварей? Знаешь, сколько раз я дрался с Чиреем и не мог убить? А ты смог! Лика тебе вчера один раз ширнула дрязь, и ты уже как огурец. Значит, переносимость идеальная.

Я и правда чувствовал себя хорошо, бодро, полным сил. Но что за дрязь? Разве это был не антибиотик?

Еще раз проверив свой новый счет, я подумал, что, пожалуй, задержусь. Мне не хотелось терять крупную сумму, когда мне так нужны были деньги. Попробую побольше узнать об этом необычном месте. Возможно, я смогу тут прижиться.

Эпизод 2. Охота – тоже работа

В Колодном районе жили не только обычные люди, но и гибриды, вроде мутантов. Их называли тварями. Фома говорил: кто-то заинтересован, чтобы их тут не было, поэтому за истребление платят. Ты убиваешь тварь, пакуешь в мешок, вызываешь чистильщиков, они забирают тело, и деньги поступают на счет. Все просто.

Мой сосед и его подруга Лика уже много месяцев занимались охотой и ни в чем не нуждались.

Твари жили в квартирах, как и люди. Они были разные. У всех свои особенности и способности. Есть хилые, а есть сильные и живучие. Но все они слабаки по сравнению с первосельцами. Это настоящие чудовища – уродливые, как глубоководные рыбы. Они обитают в бараках на темной окраине. Туда лучше вообще не ходить, если нет опыта и сноровки.

С гибридами из ближайших домов сражаться безопаснее. Но и для этого нужна особая сила. Фома и Лика заказывали какую-то фиолетовую бадягу – допинг, чтобы уравнять шансы.

Сосед и его подруга предложили мне присоединиться к ночной охоте. Если получится кого-то убить – деньги на всех. Я согласился пойти с ними, понаблюдать и помочь.

– Радик, лучше возьми с собой что-нибудь тяжелое, а то мало ли что, – посоветовала мне Лика.

– Крышку от толчка, – заржал Фома. Сам он был вооружен боевой цепью с шипами, а его подруга носила внушительного вида гвоздомет.

Были правила: никакого огнестрела, поэтому охотники бились, чем придется.

Я решил ничего с собой не брать и держаться позади ребят, но от допинга не отказался. Девушка меня уколола, и я сразу почувствовал небывалый прилив сил, особенно в руках. Кулаки так и чесались…

Я вспомнил, как видел странную сцену в окне дома напротив. Наверняка, там жил кто-то из тварей. Однако ребята и без меня знали про бессмертного Висельника.

– Он слабый и почти безобидный, за него много не дадут, есть кое-кто посерьезнее, – сказал мой сосед.

Мы вышли в ночь, как уличная банда. Ветер развивал волосы, мимо мелькали машины, а потом во тьме я споткнулся о бордюр и шмякнулся на четвереньки… Так о чем это я? Мы шли в ночь, как уличная банда. Мимо дворов к точно такому же, как наш, дому. Фома, походу, заметил мое замешательство и пояснил: