Тень Молоха

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРЫЖОК

Яркие полуденные лучи заливали светом просторное и почти пустое помещение, но жарко не было – система климат-контроля со своими обязанностями справлялась отлично. И всё же Алекс Барт украдкой вытер испарину со лба – уж очень он волновался сейчас, до такой степени, что даже в горле пересохло. Стакан с энергетиком опустел уже наполовину и, вопреки рекламным заявлениям, жажду нисколько не утолял.

Алекс с завистью покосился на своего наставника Роя Матецки – вот уж кто абсолютно спокоен, просто глыба мрамора какая-то; даже к чашке с кофе почти не притронулся. Ну конечно, он-то за три десятка лет работы в Галаполе повидал, небось, и не такое. А вот Алекса прямо-таки раздирало любопытство – от кого же пришло столь загадочное послание? Неужели через месяц после начала стажировки он наконец-то столкнулся с настоящим делом – из разряда именно таких, ради которых и пошёл служить в Галапол?

Алекс и Рой сидели за большим столом друг напротив друга, словно два переговорщика; оба – смуглые и черноволосые, подобно большинству уроженцев Нью-Терры. А прямо посреди стола стоял портативный транскодер с инфокристаллом внутри, с той самой записью, что вызвала у Алекса такое волнение. Запись эту они только что прослушали в третий раз.

Сам инфокристалл попал к сотрудникам Галапола довольно обычным образом – по внутренней пневмопочте, куда он, в свою очередь, угодил из ящика для приёма заявлений. Специфика работы Галапола была такова, что частенько приходилось иметь дело с анонимными обращениями; иногда – редко – это были глупые розыгрыши, иногда – пустышки, а иногда, как сегодня – очень странные и необычные послания.

– Включи-ка ещё разок, – задумчиво сказал Рой. – Возможно, мы всё-таки что-то упустили.

Алекс коснулся сенсора, и в комнате вновь зазвучали слова, которые стажёр успел выучить почти наизусть:

– К вам обращается сотрудник транспланетной корпорации «Galactic Sea Production». Вам наверняка известно, что основная промысловая база GSP находится на Новой Атлантике, в секторе 34–10. Подозреваю, что там происходит нечто, нарушающее законы Федерации. Поскольку в своём послании я по понятным причинам не могу вдаваться в подробности, настоятельно прошу о встрече с кем-то из сотрудников Галапола. К сожалению, обстоятельства таковы, что я пробуду на Нью-Терре всего два дня, поэтому мои возможности очень ограничены. Буду ждать представителя Галапола завтра в кафе «Комета», на двадцать третьем этаже, за угловым столиком возле цветомузыкального фонтана, в промежутке с двенадцати до четырнадцати часов по времени Нью-Терры. Простите за такие меры предосторожности, но если эту запись перехватят, моя жизнь не будет стоить ломаного гроша.

Лиловое свечение в транскодере угасло, и наступила тишина – запись закончилась.

– Ну что, какие мысли, мой друг? – с усмешкой поинтересовался Рой.

– Мысли, мысли, – Алекс тщательно подбирал слова, чтобы ничего не упустить и не ляпнуть какую-нибудь глупость – а то, чего доброго, Матецки решит, что он совсем тупица, и это дело пройдёт мимо него. – Я вот, например, заметил, что наш аноним ни разу не употребил одного выражения, которое могло бы выдать его пол. Вряд ли это случайность, а?

– Замечательно, – кивнул Рой. – Я тоже обратил на это внимание. А уж по голосу и вовсе ничего не определить, верно?

– Мягко сказано, – Алекс дёрнул плечом. – У бортового компьютера и то эмоций больше…

Стажёр ничуть не преувеличивал – тот, кто оставил им послание, подстраховался всеми возможными способами и предварительно пропустил свой голос через электронный фильтр. Эмоции, интонации, тембр – всё было выхолощено полностью; металлический безжизненный голос, который получился в итоге, мог принадлежать только роботу, причём с речевым синтезатором полувековой давности.

– Фильтр Градского – настоящая находка для преступников и параноиков, – Рой откинулся в кресле, заложив руки за голову. – Полностью обезличивает голос, причём без какой-либо возможности восстановить его первоначальное звучание.

– Что-то вроде одностороннего шифрования?

– В общем, да. Параметры задаются случайным образом, после трёх-четырёх прогонов в речи не остаётся ничего человеческого. Конечно, всегда есть возможность взять образец голоса подозреваемого, пропустить через фильтр и сравнить с записью, но это в теории. А на практике для того, чтобы перебрать все возможные комбинации, не хватит, пожалуй, даже мощности главного федерального информатория.

– Удивительно, до какой степени наш клиент боится своих работодателей, – задумчиво прищурился Алекс. – Настолько сильно, что даже фильтр не смог скрыть того, как он волнуется… Или мне просто показалось?

– Волнуется? – Матецки коротко рассмеялся и одним глотком допил остывший кофе. – Да нет же, Алекс, он не волнуется – он в ужасе, причём в совершенном ужасе. Фильтр отлично убирает эмоции, от обычного волнения не осталось бы и следа. А наш клиент умирал от страха, когда наговаривал эту запись.

Помолчав, он добавил:

– Как по мне, так это совсем не похоже на выходку сумасшедшего или очередной дурацкий розыгрыш. Кем бы этот человек ни был, он действительно неподдельно напуган… А потому можно предположить, что в недрах GSP и впрямь творятся странные дела. Классический образец работёнки для Галапола.

– Так, значит, мы берёмся за это дело? – если Алекс и пытался скрыть свой щенячий восторг, у него это не получилось. – И завтра пойдём на встречу в кафе?

Рой подавил невольную улыбку – разумеется, парень сейчас так и горит желанием заняться каким-нибудь сногсшибательным делом. Скучная рутина пока ещё его не коснулась, он полон энтузиазма и радуется нежданно подвернувшейся загадке, словно ребёнок новой игрушке. Ничего не попишешь, все новоиспечённые сотрудники Галапола – неисправимые романтики, да и сам Матецки когда-то был таким же…

А как тут обойтись без романтизма, если в Галаполе расследуются наиболее головоломные дела, а сама эта организация окутана множеством легенд? При всей серьёзности числом сотрудников похвастать она не могла, но брали туда самых лучших. И немудрено, ведь это не федеральная полиция, которая охраняет правопорядок и раскрывает рядовые, пусть порой и заковыристые, преступления – кражи, грабежи, убийства. У Галапола был совсем другой размах. Грандиозные межпланетные афёры, борьба с террористами и экстремистами всех мастей, розыск особо важных преступников, что могли укрываться в любой исследованной или даже не исследованной части космоса – вот что находилось в его ведении.

Деятельность этой грозной организации координировалась пятью отделениями – располагались они на тех планетах, что являлись транспортными и стратегическими узлами, и делили пространство Федерации на пять секторов ответственности. Впрочем, деление это было скорее формальным, по факту оперативники Галапола могли работать на любой планете, где требовалось их присутствие. Одно из таких отделений располагалось на Нью-Терре – самой крупной и дорогой жемчужине в составе Федерации, её самой первой колонии с тысячелетней историей.

Вот только Матецки не был до конца уверен, что этой махине сейчас найдётся работа. В конце концов, автор записи мог быть просто-напросто обижен на своих боссов и собирался таким замысловатым образом им отомстить – натравить на GSP одну из самых зубастых спецслужб Федерации. А может, этот человек и впрямь психически ненормален, поэтому выдаёт желаемое за действительное. Но ужас, ужас, звучавший в его голосе и не съедаемый никакими фильтрами… Роя смущал именно этот ужас – вряд ли его можно было сыграть столь правдоподобно.

– Разумеется, мы идём на встречу, – твёрдо сказал Матецки. – Проверять подобные сигналы – наша прямая обязанность… Кстати, как тебе место рандеву?

– Э… – к стыду своему, Алекс только сейчас сообразил, что понятия не имеет, о какой такой «Комете» идёт речь; а вот у Роя, кажется, никаких сомнений по этому поводу не было.

– Согласен, название не самое оригинальное, – подмигнул он. – Но двадцать третий этаж… неужели не наводит на мысли? Не так уж и много общедоступных кафешек расположено на такой высоте, даже в нашем муравейнике.

Алекс озадаченно нахмурился, потом с досадой хлопнул себя по лбу:

– Вот я тормоз! Это же наверняка космопорт, да?

– Именно. Как раз то, что надо не в меру пугливому анониму – толпы людей, все куда-то спешат и никому ни до кого нет дела. Можно сколько угодно глазеть по сторонам, не привлекая ничьего внимания, а при необходимости – с лёгкостью затеряться в толпе… Однако не будь столь оптимистичен, мой друг – наш клиент может запросто не явиться в «Комету», и тому найдётся масса причин.

– Вы всё-таки считаете, что это розыгрыш, да? – в голосе Алекса невероятным образом соединились разочарование и вызов.

– Ну, ну, почему сразу розыгрыш? – Рой добродушно рассмеялся. – Поверь, я прекрасно тебя понимаю – тебе не терпится поскорее разоблачить зловещий заговор корпораций… Но всё же считаю своим долгом лишний раз напомнить тебе, что наша работа, как правило, гораздо прозаичней, а пустой породы всегда в разы больше, нежели золотых самородков. Впрочем, штаб-квартира GSP действительно располагается на Нью-Терре – так что не удивлюсь, если анонимом окажется кто-нибудь из верхнего звена этой конторы.

– «Galactic Sea Production»… – задумчиво повторил Алекс. – А ведь название-то на слуху! Если не ошибаюсь, они контролируют почти треть рынка морепродуктов всей Федерации, верно?

– И не только морепродуктов, – кивнул Матецки. – Это большой многопрофильный концерн… Пищевая промышленность – основное их направление, но помимо этого они занимаются и фармакологией, и производством парфюмерии, и бог знает чем ещё. И, как любая корпорация такого масштаба, представляют собой государство в государстве, со своими законами и порядками.

Алекс уже открыл было рот, чтобы обрушить на наставника град вопросов, но в последний момент осёкся. Конечно, он всего лишь стажёр, однако уже сейчас следует вести себя подобно настоящему оперативнику. А это значит – не приставать с наивными расспросами к старшим коллегам, если можно воспользоваться обширными служебными базами данных, в которых найдётся всё и ещё чуть-чуть сверх того. Необходимую информацию нужно искать и находить самому – в конце концов, это его хлеб.

Рой понимал это лучше чем кто бы то ни было. Это сейчас он старый прожжённый циник, который не видит ничего экстраординарного в инфокристалле с непонятной записью – эка невидаль, обычный рабочий момент, именно из таких и состоит в массе своей служба галаполовцев. А ведь когда-то давно и он был таким же зелёным, для которого любое дело, даже самое незначительное, представляло необыкновенный интерес. И точно так же его распирало любопытство, и точно так же он боялся задавать вопросы – из страха, что они окажутся глупыми и с головой выдадут его профнепригодность… Нет, определённо, энтузиазм молодого Барта нужно поддержать.

Поднявшись с кресла, Рой с хрустом потянулся и взглянул на часы:

– Время обеда, мой друг. Я собираюсь перекусить в «Человеческом факторе» – если у тебя нет никаких неотложных дел, можешь составить мне компанию, и я немного расскажу тебе о GSP. Ну а если вдруг захочешь более тщательно подготовиться к завтрашней встрече – поройся вечером в наших архивах, информации по этой теме там хватает.

Ещё бы Алекс стал отказываться от такого предложения! Будь у него девушка и назначь она ему в обед свидание – пожалуй, он и свиданием пожертвовал бы ради беседы со своим наставником. Матецки всегда поражал его своей обширной эрудицией и феноменальной памятью; казалось, этот человек не забывал ничего, и всё, что попадало в его голову, оставалось в ней навечно. Спроси его о чём угодно – и он тут же, не сходя с места, прочтёт развёрнутую лекцию по предмету.

Да и в «Человеческом факторе» Алекс никогда не бывал, хотя не раз слышал, что кафе это давно облюбовали сотрудники Галапола для своих неформальных посиделок – благо находилось оно неподалёку. А потому приглашение Матецки имело для него и второй, более глубокий, смысл – кажется, понемногу его всё-таки начинают считать «своим».

Они вышли на улицу и сразу окунулись в привычную суету Нью-Терры. Старейшая колония Земли давно уже затмила блеском метрополию, отобрав у неё статус финансового, культурного и туристического центра Федерации. Днём и ночью небо над монументальными небоскрёбами чертили сотни флаеров, в офисах транспланетных корпораций заключались многомиллионные сделки, а космопорт Нью-Терры носил гордое звание крупнейшего транспортного узла Федерации. Сумасшедший ритм жизни мог повергнуть в ужас любого провинциала из окраинного сектора, но те, кто родился здесь, под горячими лучами Проциона, привыкли и к этому ритму, и к безумной дороговизне, и к огромному, раскинувшемуся на сотни квадратных километров мегаполису.

Главный и до недавнего времени единственный город на планете разросся до нынешних размеров лишь пару столетий назад – после появления гипердвигателей, самого эпохального изобретения человечества. Но как Алекс ни старался, он так и не мог представить, что когда-то на Нью-Терре располагалось лишь небольшое поселение колонистов, к которым раз в двадцать лет прилетал корабль – единственная связь с родной Землёй. Ему казалось, что Нью-Терра всегда была такой – сверкающей, роскошной, поражающей воображение. Он родился и вырос здесь, эта планета была для него родным домом, а на других он пока ещё не бывал. Что ж, служба в Галаполе даёт ему хороший шанс помотаться по самым отдалённым уголкам Федерации. И неплохо было бы начать как раз с сектора 34–10, с Новой Атлантики.

Мимо одно за другим проносились такси, но оперативникам они были ни к чему – «Человеческий фактор» притаился всего в паре кварталов от офиса Галапола. Матецки здесь давно знали, он обедал тут чуть ли не каждый день, и официант, приветливо улыбнувшись, тотчас махнул ему рукой куда-то вглубь зала – народу, как обычно, было немного, и любимое место Роя в углу оказалось свободно. А вот Алекс едва не споткнулся прямо на пороге, с удивлением озирая маленькое и уютное кафе – кто бы мог подумать, оказывается, на Нью-Терре ещё остались заведения, в которых посетителей обслуживают живые люди, а не роботы! Название-то, выходит, со смыслом…

Стажёр заказал своё любимое лакомство – двойную порцию горячих тайранских креветок. А как только дымящееся блюдо появилось на столе, Матецки не преминул заметить:

– Ну вот, мой друг, ты и внёс свой скромный вклад в финансовое благополучие «Galactic Sea Production». На Тайре располагается одна из их промысловых баз – не самая крупная, замечу. И тем не менее, добыча одних лишь креветок приносит GSP около миллиона галакто чистого годового дохода. Но, как ты понимаешь, они стали тем, чем сейчас являются, отнюдь не благодаря креветкам.

Алекс внимательно слушал наставника, не забывая при этом набивать желудок – утром он, как назло, не позавтракал, а от предвкушения большого настоящего дела у него и вовсе разыгрался зверский аппетит. Ну а Рой, неторопливо расправляясь с огромным бифштексом, излагал историю становления GSP.

Ещё лет пятнадцать назад «Galactic Sea Production» не представляла из себя ничего особенного – крупная транспланетная компания, не более того. Предприятий такого масштаба и профиля было десятка два в Федерации – они занимались добычей морепродуктов на планетах океанического типа, каковые время от времени попадались на пути экспедиционных космофлотов. GSP получила федеральную лицензию на разработку океанов Тайры – райского уголка в системе Дзеты Тукана. Эта удивительная планета с общей поверхностью суши чуть более пяти обладала богатейшей биосферой, и лучших условий для старта придумать было трудно.

Зарабатывая сотни тысяч галакто на поставках креветок и гигантских моллюсков, «Galactic Sea Production» уверенно росла – а вместе с ней росли и её аппетиты. Через четыре года корпорация организовала промысловую базу на Протее, а ещё через два – на Новой Атлантике; вот она-то и послужила трамплином для стремительного взлёта – благодаря обитавшим там морлингам.

Длинные и гибкие существа антрацитового цвета, похожие на морских змей трёхметровой, а то и больше, длины – так они выглядели. Пока ксенобиологи спорили об эволюционном пути морлингов и их месте в экосистеме Новой Атлантики, промысловики быстро выяснили, что эти морские гады – просто кладезь всевозможных достоинств. Экстракты из их мышц, обладающие поистине чудесными свойствами, нашли широкое применение в фармакологии – уже одно это взвинтило цены на туши морлингов до небес; вскоре пошёл в дело и жир, а в парфюмерных салонах появились элитные духи «Новая Атлантика» – последний писк моды, сто пятьдесят галакто за унцию. Рестораторы тоже не остались внакладе – нежное мясо со специфическим, ни на что не похожим вкусом неожиданно оказалось деликатесом и прочно прописалось в меню самых дорогих заведений Федерации. Тогда же появилось и само слово «морлинги», придуманное, как водится, ушлыми маркетологами. Настоящее название этих существ – макрофиды эпимицефальные – совсем не подходило для ярких рекламных образов.

Словом, на добыче и переработке морлингов можно было без труда сделать состояние. Единственная и главная проблема заключалась лишь в том, что добывать их было практически нереально – ходили они не косяками, в отличие от той же сельги, а небольшими стаями особей в десять, и были дьявольски осторожны. Разведка засекала их без особого труда, но к моменту прибытия промысловых судов район лова оказывался девственно чист – даже если эти суда находились неподалёку; при малейшей опасности или даже намёке на неё морлинги словно растворялись в безбрежных просторах Новой Атлантики. Вместе с промысловиками недоумевали и биологи – по их расчётам, эти морские змеи являлись вершиной пищевой цепи на планете. Так отчего же они настолько пугливы? Отдельные экземпляры вылавливались в результате либо случайности, либо везения – и тут же уходили по бешеным ценам. Спрос на морлингов катастрофически превышал предложение, но ни одна из компаний, пытавших счастья на Новой Атлантике, была не в состоянии насытить рынок.

– Так их было несколько? – удивился Алекс, отправляя в рот очередную креветку. – Я почему-то всегда считал, что GSP хозяйничала на планете монопольно…

– Де-факто именно так и обстоят сейчас дела, – кивнул Матецки. – А в то время добычей, точнее, жалкой пародией на неё, занимались трое – «Cosmofish», «Deep Ocean Inc.» и наши друзья, «Galactic Sea Production». Каждой компании достался стодвадцатиградусный сектор, и их научные отделы изощрялись кто во что горазд, пытаясь изучить повадки морлингов и открыть наконец-то простой и лёгкий способ вытаскивать их из воды…

Спустя три года GSP сорвала банк. До сих пор так никому и не удалось пронюхать, какой именно секрет они узнали – эту информацию надёжно хранили за семью печатями, – но случилось почти невозможное – «Galactic Sea Production» наладила постоянную добычу морлингов. Не очень много – два-три десятка туш в месяц; но этого было вполне достаточно, чтобы не уронить цены и в то же время получать колоссальные прибыли. В короткое время корпорация заняла лидирующие позиции на рынке морепродуктов, а потом начала планомерно избавляться от конкурентов.

«Cosmofish» был сожран с потрохами всего за пару лет, GSP приобрела разорившуюся компанию, а вместе с ней и сектор планеты. «Deep Ocean Inc.» пока ещё держалась – помимо Новой Атлантики, у неё были и другие промыслы; но никто не сомневался, что GSP рано или поздно избавится от последнего конкурента. Боссы корпорации были твёрдо намерены получить монопольный доступ к богатствам Новой Атлантики и стать эксклюзивным поставщиком морлингов в масштабах всей Федерации.

– Ушлые ребята, – с невольным восхищением хмыкнул Алекс. – Небось, в отличие от конкурентов, не пожадничали вложить кучу денег в научные программы, а теперь получают с этого отличные дивиденды. Судя по вашему рассказу, хватка у GSP бульдожья, и отступать они не привыкли… Могу себе представить, как тщательно они охраняют свой маленький секрет!

– Покруче иных военных, – подтвердил Матецки. – Впрочем, имеют на то полное право, коммерческая тайна – штука серьёзная.

– И всё-таки какие-то незаконные делишки там творятся…

– Ну, это даже не обсуждается. Могу тебя уверить, что незаконного там хватает по определению… Наверняка присутствует и промышленный шпионаж во всей красе, и нарушения трудового законодательства, и неуплата налогов – только вот не думаю, что наш клиент имел в виду именно это. Подобные материи – серая проза будней, они в порядке вещей в корпорациях такого ранга.

Алекс чуть не поперхнулся:

– И это говорит мне сотрудник Галапола с тридцатилетним стажем?

– Именно так, мой друг, – Рой весело расхохотался. – Я реалист и даже немножко циник, а потому трезво смотрю на вещи. Подкуп ключевых фигур в компании-конкуренте, пресловутая «оптимизация расходов» и прочие не вполне законные вещи были, есть и будут, хотя говорить о них вслух считается дурным тоном – и никакой Галапол эту ситуацию не изменит. Транспланетные корпорации живут по своим собственным законам, Алекс.

– Государство в государстве…

– Именно. Поэтому я считаю, что анонимный сотрудник GSP намекал совсем не на эти скучные вещи – для него они являются обыденностью, – а на что-то другое, гораздо более интересное.

– Очень надеюсь, что у него всё же хватит духу придти в «Комету» и изложить свои намёки открытым текстом, – с жаром сказал Алекс. – Не знаю как вам, Рой, а мне будет чертовски обидно, если вся эта история окажется дурацкой шуткой или пустышкой.

– Поживём – увидим, – Матецки усмехнулся. – Хочешь совет? Он банален до оскомины, зато весьма практичен… Не возлагай на завтрашнюю встречу особых надежд – тогда и разочаровываться не придётся. А чтобы с пользой провести время – поройся в архивах, информация никогда не бывает лишней.

Именно так Алекс и поступил после обеда – закопался по уши в галаполовские базы данных, чтобы узнать о «Galactic Sea Production» как можно больше. Однако рассказ его наставника, несмотря на краткость, оказался столь ёмок, что практически ничего нового Алекс не обнаружил. Финансовые показатели GSP его не очень-то интересовали, а более никаких интересных фактов не нашлось – точнее сказать, почти вся информация по компании, хранившаяся в архивах Галапола, касалась в основном бизнеса. Матецки, разумеется, несколько лукавил, говоря, что грязные методы корпораций никого не интересуют – все сведения такого рода по возможности накапливались и систематизировались аналитиками Галапола. В любой момент эти материалы могли быть пущены в дело – возникни вдруг необходимость поставить на место кого-нибудь из чрезмерно зарвавшихся флагманов большого бизнеса.

Но Алексу по молодости лет всё это казалось довольно скучным – куда как более ему импонировали дела, связанные с громкими и загадочными убийствами, с подпольными опытами на людях и – более всего – те, в которых была замешана Корпорация. Да-да, та самая Корпорация с большой буквы – так неофициально именовалась галактическая мафия, пустившая корни на всех мало-мальски заселённых планетах.

Когда-то давно она трансформировалась из пиратства после его сокрушительного разгрома, частично легализовалась, а местами даже срослась с властью – но все равно оставалась именно мафией, огромным преступным синдикатом, действующим по всей освоенной части Галактики. Именно Галапол время от времени проводил блестящие операции, в результате которых влиятельные лидеры Корпорации надолго отправлялись на каторгу, а то и расставались с жизнью – но Алексу скрепя сердце приходилось признать, что он совсем ещё неопытен для столь серьёзных дел.

А с другой стороны, чем чёрт не шутит, и вдруг именно сейчас ему повезёт? Вдруг да окажется, что Корпорация, например, отмывает свои деньги через GSP? Или, того лучше, члены совета директоров «Galactic Sea Production» по совместительству являются главарями мафии? Однако, поразмыслив ещё немного, Алекс с сожалением приструнил свою разгулявшуюся фантазию – если всё окажется столь серьёзно, его неминуемо отстранят, а ему, между прочим, чертовски хочется самостоятельно порасследовать первое в своей жизни настоящее дело.

Циклопическая башня космопорта, иглой взмывавшая в небо Нью-Терры, вблизи особенно впечатляла – почти пятьсот метров стали, стекла и хемобетона. Жизнь здесь не затихала ни на минуту, равно как не прекращался и поток людей, струившийся в оба направления через высокие, настежь распахнутые двери – самых разных людей, со всех концов Федерации. Чуть дальше располагалось взлётное поле, с которого то и дело доносился рёв двигателей, ещё дальше – грузовые терминалы. На первый взгляд могло показаться, что в космопорте царят хаос и неразбериха, но стоило чуть-чуть понаблюдать, и становилось ясно, что всякое движение тут подчиняется неким внутренним законам, а в целом космопорт функционирует как огромный, хорошо отлаженный механизм.