- -
- 100%
- +
—
Кто вы, добрый старец? — мягко спросил юноша, подойдя к мостику.
—
Я ищу смысл жизни, — ответил монах, глядя на юношу испытующим взглядом. — Скажи, как ты понимаешь смысл существования?
Юноша улыбнулся, его лицо приобрело серьезное выражение.
Пожилой монах стоял на мостике, опираясь на посох. Его грязные руки дрожали — не от слабости, а от напряжения. Он готовил каверзный вопрос, ловушку, чтобы разоблачить самозванца.
Юноша молчал, глядя в воду. Потом поднял глаза на бабочку, что билась о лепесток сакуры, не в силах взлететь — её крыло зацепилось за каплю росы.
—
Ты спрашиваешь о смысле, — сказал юноша тихо, но так, что каждое слово легло в уши монаха отдельным камнем. — Смотри на эту бабочку. Она родилась гусеницей, объедала листья, не зная зачем. Завернулась в кокон — тьма, теснота, смерть тела. А потом — крылья. Теперь она бьётся о каплю, и ей кажется, что это конец.
Монах хотел перебить, но юноша продолжил:
—
Но она не знает, что капля испарится через миг. И она полетит. Она не знала, что станет бабочкой, когда была гусеницей. Она не знает, что умрёт через три дня, когда летит сейчас. Смысл не в том, чтобы стать бабочкой. Смысл в том, чтобы видеть каждую форму как временную, а каждое страдание — как условие для следующего шага.
Он повернулся к монаху. Взгляд был спокоен, как вода под мостиком.
—
Ты пришёл спросить меня о смысле. Но ты странствуешь тридцать лет. Разве ты не знаешь, что ищущий — сам причина своего поиска? Прекрати искать — и смысл явится сам, как крылья являются из кокона. Но не тогда, когда ты ждёшь, а когда ты перестаёшь цепляться за ожидание.
Бабочка, наконец, оторвалась от капли и улетела. Монах стоял неподвижно. Его губы шевельнулись. В голове пронеслось:
—
Не цепляйся за форму, не цепляйся за бесформенное. Всякое возникновение — страдание, всякое прекращение — покой…
Пожилой монах слушал юношу, и слезы появились на его глазах. Слова юноши тронули его сердце, подтвердив, что слухи о его мудрости не были преувеличением.
—
Ты действительно перерождение Будды, — прошептал монах, не в силах сдержать эмоций.
Так юноша получил своё имя еще при жизни, став символом перерождения и продолжения пути после смерти. Воспоминания о юности, о его словах о перерождении и важности каждого мгновения наполнили сердце настоятеля смесью гордости и скорби. Горячие слёзы увлажнили его сухие глаза.
Старец медленно подошел. Он взглянул на его лицо, застывшее в спокойной улыбке. Со вздохом настоятель произнес тихую молитву, взявшись обеими руками за золотой шнур с подвеской, висевший на его шее. Сжимая его, он направил троих помощников приготовить все для кремации.
—
Заверните в саван и отнесите его тело, — тихо распорядился он, слегка подавив комок в горле. — Наши братья ждут нас.
Настоятель, скрывая боль, направился к месту, где собрались гости. Жар исходил волнами, обжигая лица стоящих рядом. Огонь вспыхнул ярко-красным пламенем, охватывая тело, наполняя воздух горьким запахом дымящихся благовоний.
Настоятель молча стоял рядом, наблюдая, как языки пламени постепенно охватывают саван, сжигая тело и освобождая душу. Его лицо оставалось спокойным, хотя в глазах стояли слёзы. Когда пламя полностью охватило тело, он бросил щепотку благовоний в огонь, сопроводив это короткой молитвой:
—
Пусть твой дух найдет вечный покой, переродившись в прекрасную бабочку, свободную и счастливую.
После завершения кремации в монастыре началась суета. Две слуги-девушки, наряженные в обычные рабочие одежды, принесли глиняную урну, расписанную золотом и синим лаком. Остальные ждали с плетеными корзинками, стоя по краям, готовые помогать.
Вдоль гранитных плит коридора слуги разбросали песок и мелкие фрагменты костей, собранные после кремации. Дамы приступили к работе, осторожно подбирая каждый кусочек, складывая их в корзину. Снаружи тучи потемнели.
Большая часть народа собралась на выходе из храма, молча наблюдая за процессом. Их взгляды были злыми и недоброжелательными, направленные на пару людей, дядю и тетю умершего юноши. Толпа считала их виновными в смерти мальчика, полагая, что это они организовали его самоубийство, чтобы заполучить его имущество.
Однако эти обвинения не повлияли на супружескую пару. Услышав новость о смерти племянника, они заперлись в своих покоях, горячо обсуждая проблему. Женщина пребывала в панике, нервничая и ругаясь:
—
Ах, ну как же так получилось!? Разве можно верить, что наш племянник покончил с собой? Теперь все посчитают, что мы стали причиной его погибели, чтобы получить его наследство, ведь кто станет накладывать на себя руки, когда ему остается один или два года до получения наследства, ему тогда исполнилось бы шестнадцать.
Мужчина, опытный и уравновешенный, старался успокоить её:
—
Успокойся. Никто не сможет доказать нашу причастность. Смерть произошла без свидетелей, а тело было найдено в его личных покоях. Совершенно ясно, что он сам решил свести счёты с жизнью.
Женщина вздохнула, немного успокоившись:
—
Но разве это нормально, что мальчик , получивший образование и ставший известным, добровольно уйдёт из жизни, когда ему только четырнадцать?
Муж, положив руку ей на плечо, сказал:
—
Дорогая, это и так сомнительно. Возможно, кто-то действительно участвовал в организации его смерти, но если императорский двор начнёт следствие, у нас есть доказательство: завещание и наше официальное попечительство. Ни у кого нет доказательств обвинить нас.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.