- -
- 100%
- +
Глава
СПАСИБО, НЕИЗВЕСТНЫЙ
Эмилия Ф.
От автора
Это моя вторая история о соседях. Первая, «Уважаемые соседи», получилась целой повестью. Видимо, одной книги мне не хватило, чтобы разобраться в своих чувствах.
А чувства, признаться, непростые.
Соседи меня бесят. Иногда шумом, иногда спорами, а иногда достаточно просто открыть общий чат.
Сначала я хотела лишь посмеяться над всем этим. Но неожиданно обнаружила, что писать о соседях полезнее, чем мысленно отвечать на сорок сообщений подряд. Пока придумываешь персонажей, успеваешь немного остыть. А иногда даже замечаешь в них что-то хорошее.
Так что эти истории — мой способ рефлексии. Без жалоб в управляющую компанию и, по возможности, без перехода на личности.
С уважением к соседям. По возможности.
Эмилия Ф.
I. ПЯТЬ СЛОВ
В понедельник утром в нашем подъезде появился хороший человек.
Самого человека никто не видел. Было известно только, что он что-то сделал.
На доске объявлений, между предложением купить гараж и предупреждением о промывке труб, висел белый лист. На нём было напечатано:
«СПАСИБО ТОМУ, КТО ЭТО СДЕЛАЛ».
Я прочитала дважды. Благодарности в нашем доме встречались редко и обычно имели уточняющий характер: «Спасибо тому, кто опять оставил пакеты у мусоропровода». После таких слов непременно следовали фотографии, номера квартир и пожелания хорошего дня, изложенные в форме угрозы.
Здесь угрозы не было. По крайней мере, явной.
Я уже собиралась уходить, когда сзади послышалось:
— Интересно, за что.
Это была Тамара Викторовна из сорок третьей. В доме её называли по имени-отчеству даже люди, которые не знали её фамилии. С некоторыми жильцами она была на «ты», но исключительно во время претензий.
— За что-то хорошее, вероятно, — сказала я.
— Хорошее тоже бывает разное. Вот если дверь починили — это одно. А если кто-то машину убрал с пожарного проезда — другое. Надо конкретизировать.
— Может, человек просто хотел поблагодарить.
— Вот именно. Кого?
Этот вопрос Тамара Викторовна задала так, будто я лично удерживала ответ и теперь мешала следствию.
Я работала редактором и чужие тексты без необходимости не исправляла. Здесь необходимости тоже не видела.
— Наверное, тот, кому предназначено, поймёт, — сказала я.
— Это вы так думаете.
В лифте я успела пожалеть, что вообще остановилась у объявления. Потом лифт открылся на первом этаже, и мне стало не до соседской философии. Я опаздывала на автобус.
В девять сорок две, когда я наконец добралась до работы, телефон завибрировал. В домовом чате появилось сообщение.
Тамара Викторовна: «Доброе утро. Кто разместил благодарность у лифта? Уточните, пожалуйста, за какое действие».
В девять сорок три Михаил из тридцать седьмой ответил: «Может, за лампочку?»
В девять сорок четыре Тамара Викторовна спросила: «Какую?»
К десяти утра у нашего дома уже была первая за месяц тема, не связанная с отоплением.
II. ПРЕТЕНДЕНТЫ
Михаил работал из дома, любил порядок и обладал редким талантом сообщать о нём в общий чат. Он мог придержать дверь курьеру, а через двадцать минут написать: «Сегодня помог доставке, хотя торопился. Давайте будем внимательнее друг к другу». Нельзя сказать, что он преувеличивал. Просто каждый его поступок имел сопроводительную документацию.
Лампочку он действительно заменил. В субботу вечером на площадке между вторым и третьим этажами. Мне об этом было известно, потому что он уже рассказывал в чате. Дважды. Первый раз — до покупки лампочки, второй — после.
«Если это про освещение, то не стоит, — написал он. — Сделал от души».
Через минуту добавил: «Но приятно, конечно, что заметили».
Соседка из восьмой квартиры сообщила, что в воскресенье вымыла зеркало в лифте.
«Не хочу присваивать чужое, — уточнила она, — но вдруг речь об этом».
Кто-то признался, что оставил на подоконнике зонт для общего пользования. Другой человек сказал, что это не зонт для общего пользования, а его собственный, забытый в четверг.
Наконец в переписку вступил Артём с двенадцатого этажа:
«Я в пятницу убрал чужой самокат из прохода. Мне не нужно спасибо, просто пусть люди знают».
«Куда убрали?» — немедленно спросили его.
«В безопасное место».
«Какое именно?»
«Не в этом суть».
«В этом тоже есть суть».
К обеду Артём искал владельца самоката, а Михаил переслал фотографию новой лампочки, сделанную при дневном свете. На снимке она ничем не отличалась от остальных лампочек. Это, вероятно, и было доказательством качества работы.
Я наблюдала за обсуждением из редакторской кухни и ела творожок прямо из упаковки. У нас на работе тоже случались конфликты, но никто ещё не предлагал выяснять, кому принадлежат добрые поступки.
— Чему улыбаешься? — спросила коллега.
— У нас в доме ищут хорошего человека.
— И как, есть подозреваемые?
— Четверо. Один сам сознался.
Я не стала рассказывать, что сама состою в группе модераторов домового чата. Должность мне досталась случайно: однажды я исправила опечатку в правилах сообщества, и мне выдали права администратора. С тех пор я удаляла рекламу и объявления о чудодейственных средствах от тараканов. В остальные дискуссии старалась не вмешиваться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.