Малыш был очень худеньким, как будто не доедал, с кучерявыми темным волосами, был одет в пижаму с мишками. Он не поднимал головы вообще, никаких звуков от него. Она тихонько вытащила из сумки яркие мягкие кубики и маленькое пианино. Настроив звук потише, положила игрушки поближе к малышу. Его ручка нащупала один из кубиков; мальчик с интересом взял его и начал вертеть в пальцах, разглядывая со всех сторон. Ей было жизненно важно установить с ним зрительный контакт. Наконец Анна увидела его лицо. Когда он слегка приподнял голову, стало заметно, что его глаза — точно такие же зеленые, как у отца, — вовсе не были пустыми. В этом взгляде читалась осознанность. «Значит, еще не все потеряно», — с улыбкой подумала она.






