Тимур — повелитель времени. Проклятье затерянного города

ШИЗОФРЕНИЯ

После сегодняшнего я не верил Артуру от слова совсем и, естественно, усмехнулся.

— Да ты что! Небось этот бред ты на ходу сочиняешь, да? А что, очень даже натурально, молодец. Слушай, а Илон Маск там случайно Марс не сделал обитаемым?

Мама как-то печально посмотрела на меня. Неужели поверила в этот бред? Тетя Валя поджала губу, а Артур нахмурился.

— Это правда. Я ничего не сочиняю. Ложа существует.

Я рассмеялся с надрывом (на самом деле смеяться не тянуло), специально, чтобы мой смех звучал более злее.

— Ну, раз ты правда ничего не сочиняешь, то я верю, — ответил я с нескрываемой иронией.

— Тимур, успокойся, — строго сказала мама, и почему-то ее голос вернул меня на землю. Я поджал губу. — Это не шутки. Ты ведь был в прошлом десять минут назад! Называется, вышел за конфетами.

Мама недовольно посмотрела на тетю Валю.

— Прости, Даша, я прошу прощения в сотый раз! — едва не плача сказала тетя и, вздохнув, сочувственно посмотрела на меня.

— А… откуда ты знаешь? — с подозрением спросил я у мамы. — Ну, про тот случай у магазина?

— Мне сказал Артур. Нашел тебя без сознания у магазина.

Я покраснел — это же надо было умудриться так опозориться перед Артуром! Он же мне об этом всю жизнь напоминать будет! И куда, интересно, делись те гопники? Не ужели испугались и сбежали? Как бы это было неожиданно, конечно… Я посмотрел на Артура. Тот отвел взгляд в сторону. Правда, скоро вернул его обратно.

— Вот видишь. Это не шутки! — сказал он. — Но Ложа знает, как тебе помочь.

Мама посмотрела на меня, положив руку мне на плечо. Я просто смотрел в пол, но никакие мысли не желали лезть в голову. Может, оно и правда, и я не схожу с ума и, может, даже эта ложа существует… И тут меня внезапно осенило:

— Допустим, что ты прав, — кивнул я. — Но… получается, что ты тоже ненормальный подросток, если знаешь про эту ложу?

— Да, — кивнул Артур, явно немного пораженный тем, что я решил задать ему хоть какой-то адекватный вопрос (но это еще не означает, что я начал ему доверять!).

— И почему ты тогда не перемещаешься во времени как я?

— Потому что… — Артур осекся. — В Ложе тебе все объяснят.

Ах ты ж хитрожопый, вскипел я, вот так ты хочешь заманить меня в Ложу?!

— Почему моя способность может меня прихлопнуть? — спросил я, решив атаковать Артура со всех сторон.

— Понятия не имею, но так говорит профессор Александр, — ответил мальчик. — И да, прежде чем ты спросишь, отвечу: он тоже чудак из ложи.

Я кивнул, хотя это спрашивать не собирался. Какая мне разница — кто это. Но, честно говоря, в глубине души у меня подгорело с Артура. То есть он приглашает меня в Ложу, пугает меня всем подряд, а сам ничего не знает?!

— Дай угадаю, — сказал я. — Сейчас по истории всех жанров ты скажешь, что нам надо ехать в эту Ложу, ибо кто-то еще может охотиться за мной и все вообще плохо, я прав?

— Э… да, — опешил Артур. — Маркиз нас подвезет.

— И там мне все объяснят?

— Да… — промямлил друг (скорее всего уже бывший), а я выдал такое, от чего даже сам немного удивился:

— Как интересно… Ладно, мне даже самому интересно. Поехали в Ложу.

Артур ошалело посмотрел на меня. Судя по его выражению лица, он не ожидал, что все будет так просто, а я победоносно возликовал, что одержал над ним вверх.

Десять минут я потратил на сборы. Ну, сборами это назвать было трудно, ибо я одел черные джинсы, бело-бежевую футболку и попытался причесать свои непослушные волосы и получил в итоге все без изменений. Пока я собирался, тетя Валя ушла, пожелав мне удачи таким тоном, словно меня отправляли в место, откуда я не вернусь целым. Мне это совсем не понравилось, но, зная, как та любит все время драматизировать, я вскоре забыл ее прощание со мной.

Вместе со мной и Артуром собралась и мама. Она оделась в свои лучшие вещи, словно собиралась на какое-то важное собеседование. И, не смотря на все это, в моей груди по-прежнему таилось непоколебимое туманное волнение.

Мы вышли на улицу и погрузились в черный «Минивэн» в компании с Маркизом, а-ля секюрити президента. До нас он жевал протеиновый батончик, но завидя нас убрал его и серьезно спросил у Артура «Куда?», на что тот ответил спокойно: «В Ложу и поаккуратнее на дороге. Может быть небезопасно».

Или я дебил, или Маркиз, но в конце концов он, кивнув, газанул так, что меня впечатало в спинку кресла. По-моему, «ПОАККУРАТНЕЕ» выглядело всегда как-то малость иначе. И при этом мы как — то не врезались во все подряд, колеся по улицам Санкт-Петербурга как гоночный балит.

— Это все точно адекватно, а? — спросил я, сидя, как на иголках.

— Доверься Маркизу, — спокойно ответил Артур. — За всю свою жизнь он протаранил только один предмет — Эйфелеву башню, когда был в Париже.

Я тяжело сглотнул. Мне определено никуда не хотелось ехать с этим парнем. НИКУДА!

Я повернулся к маме (она сидела на заднем сиденье слева от меня).

— А почему ты мне не говорила об этом всем? — спросил я.

— Ну… Я ведь не знала, что эта ноша падет именно на тебя. Прости.

Она так сказала «ноша», что я почувствовал себя еще гаже. Как-будто мне передалась какая-то болезнь или как будто мне предстояло участие в каком-то эксперименте.

— Эй, все будет хорошо. Тебе помогут! — мама улыбнулась.

— Ты уже была в этом, как его… ну ты поняла.

Мне жутко не хотелось не думать о Ложе, не говорить про нее.

— Нет, — вздохнула мама. — Из всего нашего рода там был только один человек. Твой…

— Приехали! — сообщил Маркиз, и мама замолчала.

Мы вышли из машины возле какого-то старинного желтого дворца с белыми линиями и дверью с большими белыми колонами. Дворец стоял у берега Невы, утопая в зелени.

— Прошу, бывший дворец великого князя Александра Меньшикова, — сообщил Артур. — Ныне является штаб-квартирой Ложи. Ну ладно, пошли.

Мы двинулись следом за Артуром, а Маркиз, оставшись у машины, закурил. Зайдя внутрь, Артур подошел к столу, где обычно принимают людей с экскурсией и что-то им сказал, потом подошел к моей маме и начал неловко:

— М…

— Артур, не надо. Я итак знаю, что мне нельзя внутрь.

— Что? Почему? — удивился я.

— Такие правила.

Артур неловко кивнул.

— Тупые правила, сочиненные идиотами, — буркнул я.

— Я подожду тут, — сказала мама.

Я кивнул, хотя мне хотелось, чтобы она пошла со мной.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж. И что меня больше всего удивило, так это то, что туристов здесь на было. А я-то думал, что в музеях обычно много посетителей.

— Вы что, в музее обосновались? — усмехнулся я, делая вид, что очень спокоен, как удав во сне.

— Нет, музей тут обосновался, — отозвался Артур. — Для простых смертных этот дворец ничего большего, как развлечение. Они ведь даже не понимают, что тут обосновались мы, хранители времени.

Я засмеялся:

— Ну да, ну да! Хранители, действительно!

Артур пожал плечами. Видно, не счел важным мне что-то пояснять. Но мне от этого было даже лучше. Как говориться: меньше знаешь — крепче спишь. Мы прошли еще одну лестничную площадку, двигаясь по старинным ступеням и глазея на картины размером с мой шкаф. Внезапно Артур остановился перед древней деревянной дверью с золотыми ручками и постучался. С пару секунд ничего не происходило, но внезапно дверь скрипнула и со всем подобающим гнетущим давлением медленно открылась сама по себе.

— Прошу, — сказал Артур и прошел внутрь комнаты.

Я, весь на нервах, сделал то же самое.

Мы попали в просторную светлую комнату с люстрой, плиточным полом и гигантскими гобеленами, возле которых стояли массивные деревянные шкафы с чем-то непонятным. Комната сразу показалась мне необычной. Для такого дворца она должна была занимать его одну треть, не меньше! А это ведь, наверное, еще только начало! Как она сюда поместилась? Снаружи я точно не видел никакого тайного отсека под нее. Мои мозги начали плавиться.

— Расслабься, — усмехнулся Артур. — А то у тебя лицо как у коровы.

— Эй! — возмутился я.

— Прости, — извинился Артур. — Это шутка

— Это и есть ложа? — спросил я.

— Ну… это холл. Кстати, расслабься во второй раз: прямо из дома Меньшикова ты попал в наш штаб на Куршскую косу. Добро пожаловать!

Я ВЫПИЛ ЧАЙ И ОТПРАВИЛСЯ В ПРОШЛОЕ (ВОТ ТАКАЯ ВОТ У МЕНЯ ЖИЗНЬ…)

Ну, и что я должен был сказать? Я сегодня много чего натерпелся и даже в это как-то поверил. Я хотел было запаниковать и заявить, чтобы меня вернули обратно, и что такое по всем законам физики невозможно, но слова словно застряли в горле и никак не хотели выходить. Поэтому я как сущий идиот уставился абсолютно тупым взглядом на роскошный зал в романском стиле с картинами и мраморными колоннами, бушующее серое Балтийское море в гигантском окне, почему-то еще и отключив мозг. Артур, кажется заметив мое выражение лица, то ли специально, то ли не выдержав, захихикал.

— Видел бы ты свое выражение лица! Ладно, прости, — поправился он, заметив, как я нахмурился. — Пошли за мной к профессору Александру. И надейся, что он тебя ждет.

— А если не ждет? — спросил я.

— А он не может не ждать, — отозвался Артур, направившись к железной двери с надписью «лифт» сверху. Я пошел следом.

— Ага, я же сын депутата, — усмехнулся я. — Я прям всем нужен!

Артур не ответил (что меня слегка обидело, и я решил в следующий раз тоже его игнорировать). Артур искусно потыкал по кнопкам лифта и спустя пару секунд тот открылся. Мы влезли внутрь и поехали куда-то вверх под джазовую музыку из колонки под потолком. Всю дорогу Артур молчал и выглядел задумчиво. Это не могло не напрягать меня.

Наконец раздался «ДЗЫНЬ» и двери лифта открылись. Мы оказались в просторном коридоре с небольшими гранитовыми колонами и механическими деревянными дверями. По коридору, как муравьи в муравейнике, туда-сюда ходили какие-то люди в белых халатах. Спустя еще пять секунд я понял, что все смутно напоминало психушку.

— Ты меня в психушку привел? — удивился я. — Огромное спасибо.

— Не, не в психушку. Это лаборатория по изучению путешествий во времени. Это Л. О. Ж. А. Кстати, нам в тот зал.

Артур повел меня в зал, располагавшийся в десяти метрах напротив нас. При этом всю дорогу на меня пялились не то врачи, не то ученые. От их взгляда было ощущение, словно меня пилили невидимой пилой.

Мы с Артуром вошли в зал, и двери за нами захлопнулись как в любом себя уважающем фильме ужасов. Мы стояли в просторной комнате с панорамными окнами с видом на Балтийское море, картинами художников 18 века, картами, мраморными скульптурами мифических существ, книжными шкафами и кучей таких компьютеров и проводов, что ЦРУ кусали бы локти от зависти.

— Не хрена се, — выдавил я.

Артур аж надулся от гордости.

— А то, — сказал он. — Кстати, знакомься с профессором Александром.

И тут я заметил красное кресло у мониторов, стоящее прямо возле окна. Из него встал мужчина лет сорока в белом халате, в круглых очках и русых, уже наполовину седых волосах. Он, улыбаясь, подошел к нам и протянул мне руку.

— Александр Воронский, — представился мужчина. Я пожал руку. — А ты Тимур, так?

Я кивнул, исполняя классический ритуал приветствия.

— Добро пожаловать в Ложу путешественников во времени, — сказал Александр. — У тебя есть вопросы ко мне?

— Да, — кивнул я и выпалил: — Что я тут делаю?

— Очень умный и ожидаемый вопрос, — кивнул Воронский. — Мы тебе скоро все расскажем, но пока что мы должны полностью убедиться в наших расчетах, да, Артур?

Мальчик кивнул. Но что-то мне в этом монологе не понравилось…

— То есть вы ничего не объясните? — изумился я и с иронией добавил: — Как круто!

— Нет-нет, что ты! Мы тебе обязательно все объясним, но вначале ты должен поесть.

— Я не голоден! — запротестовал я, однако мой желудок сдал меня с потрохами.

— А, по-моему, ты голоден, — улыбнулся профессор. — Присаживайся на диван.

Александр указал на диван, стоящий возле письменного стола, который я не заметил сразу и по дизайну напоминавший что-то из кабинета военных деятелей времен второй мировой. Я сел. Слева устроился Артур. Профессор Александр куда-то ушел, но через пару секунд вернулся с подносом, груженым всякой вкусностью, от которой у меня потекли слюнки. Да, я не особо доверял этим людям, но, знаете ли, голод иногда берет вверх над логикой и здравым смыслом. Да и к тому же еда выглядела такой аппетитной… В общем, я немедленно приступил к еде. Следом ко мне присоединился Артур. Профессор Александр сел за письменный стол и стал смотреть на нас.

Спустя пять минут весь поднос был опустошен, а я, казалось, наелся на день вперед.

— Спасибо. Теперь вы мне все расскажите? — спросил я с подозрением.

— Конечно, — кивнул профессор, как-то подозрительно глядя на меня, словно я ему что-то был должен. Этот взгляд меня напряг, но я изо всех сил постарался этого не показывать. Кем бы этот профессор не был он не будет мной манипулировать (даже если он меня накормил). — Только я считаю, что тебе нужно время привыкнуть к новому месту. А вот когда ты привыкнешь…

— То есть вы не собираетесь отпускать меня домой? — опешил я.

— О нет, что ты! — сказал Александр. — Мы тебя обязательно отпустим… Но позже. Понимаешь, ты ведь не простой мальчик, а наше общество занимается как раз такими как ты. Поэтому можешь полностью нам доверять.

Артур кивнул.

— В каком смысле «такими как я»? — не понял я. Они меня что, за больного держат?

— Детьми, которые имеют уникальную кровь (или ген. Называй как хочешь), дающую им способность к путешествиям во времени… Вроде голубой крови аристократов. Наша задача помогать вам владеть собой и случайным перемещением не попасть динозавру в пасть, — профессор Александр улыбнулся, словно он говорил о какой-то шутке. Хотя, его рассказ я и считал шуткой. Я в самом деле устал от этой чепухи! Наверно, эта сказка была мягким изложением того, что у меня не все круто с башкой. Правда, это очень позитивно!

— Но, как я вижу, ты мне не веришь, — заметил профессор, на что я кивнул. — Никто сразу в это не верит. Это временно. Потом поверишь.

— Поверю, что я ненормальный? — усмехнулся я.

— Ну почему сразу ненормальный? — удивился Александр, по — прежнему изучающе глядя на меня. — я считаю таких как ты вполне нормальными. Не волнуйся. Чуть позже ты познакомишься со своими новыми друзья…

— С меня хватит! — вспылил я (да, согласен, может и не надо было так разговаривать с человеком, накормившем тебя. Но что я мог с собой поделать, когда это все выглядело как разговор псих — больного с доктором).

Я резко встал с места и направился к двери. Я думал, что Александр или Артур что-то мне скажут, но те спокойно сидели на своих местах и никак не мешали мне уходить. Тем лучше было для меня. Я вышел в коридор и кинулся к лифту, едва не врезаясь в людей в халатах, которые были явно не в восторге от того, что какая-то Формула один на сотой скорости их сбивает.

Но когда я уже подбегал к лифту, у меня появились знакомые ощущения: закружилась голова, а в глазах стало все расплываться. Мои ноги подкосились, и я упал. Как ни странно, я не почувствовал боли от падения. Я посмотрел вниз: я лежал на песке. Потом я поднял голову и огляделся: повсюду стелились бесконечные барханы и оранжевые пески, песчаные скалы, песчаная потрескавшаяся поверхность земли, из-под трещин которой росли редкие безжизненные кустики. Голубое предвечернее небо высоко поднималось над горизонтом, тогда как солнце все еще безжалостно жарило. И если вы подумали, что это все, то нет. Это было лишь начало. Потом я увидел то, от чего мой мозг начал медленно, но уверенно ломаться. В ста метрах от меня, словно мираж (или шизофрения туриста) раскинулся город из песчаника, расположившийся у подножья скал и, судя по голосам из него, там были люди. Город выглядел на сто процентов не из нашего тысячелетия, а это значило только одно…

— Нет!

Я готов был разрыдаться. Опять та же самая история?! Я что, опять переместился во времени?! И что мне делать? Ждать счастливой удачи, что моя кровь опять проснется и пошлет меня бандеролью обратно? И сколько ждать? О! Это определенно тот профессор виноват! Подсыпал что-то в чай, а я его как идиот выпил!

Я постарался успокоиться: это явно ненадолго. К тому же не доказано, что я действительно переместился, а не сплю сейчас под снотворным. Я еще раз огляделся. И что это за город? Я включил все свои знания по географии и истории (а с ними у меня не то чтоб все было круто). Итак, я в пустыне (да, я просто гений) и явно нахожусь где-то далеко в прошлом. И какие цивилизации тогда существовали в пустыне? Вавилон, Персия, Египет, Шумер… Но… Как-то это все не подходило под то, что я видел. Ибо для всех этих цивилизаций здесь не было реки. И тут меня резко осенило: раз я не знаю, где я, то я посмотрю в Яндекс картах! Я порылся в кармане и достал смартфон. Я попробовал сделать в нем что-нибудь, но… Дело в то, что в прошлом спутников не было, и пользы от моего телефона теперь было, как от кирпича.

Я готов был кинуть телефон в песок, но меня остановили: а) его цена и б) какая-то тварь в виде скорпиона. И, по-моему, насколько я знал из курса биологии, скорпионов размером со слона земля не встречала. Скорпион мчался ко мне откуда-то из-за бархана, семеня по песку и игнорируя город неподалеку.

Вот знаете, в фильмах герои любят кричать что-то вроде «ААААА» когда дело дрянь. Так вот знаете, это самый простой способ описать свои эмоции «великим клише». Итак, используя это «великое клише» я кинулся в сторону от скорпиона. На том месте, где я стоял секунду назад, клацнули клешни твари каждая размером с человека. Я кинулся бежать и вопить, падая в песок и вскакивая обратно. И при этом какая-то часть моего мозга говорила: «Ей, чувак, прикинь, ты сегодня станешь обедом для скорпиона-переростыша!»

Я бежал к городу с такой скоростью, с которой не бежал никогда. Когда до города осталось всего каких-то пару метров, а скорпион включил пятую передачу, я ощутил знакомое головокружение и слабость. Что ж, стоит признать, я еще никогда не был им так рад (хотя с другой стороны эти симптомы указывали на мою усталость). Внезапно все провалилось во тьму, и я куда-то полетел… Я больно ударился об что-то коленом и грохнулся на серый ковер. По боли казалось, что я упал с потолка. По лицу тек пот, и я тяжело дышал, хватаясь за грудь.

— А вот ты снова и здесь.

Голос точно принадлежал профессору Александру как-его-там.

— Очень рад что ты вернулся живой. Полагаю, ты был в пустыне?

Голос, как мне показалось, усмехался надо мною. Я открыл глаза и увидел лица профессора и Артура, склонившихся надо мной. У Артура было обеспокоенное выражение лица. У профессора Александра лицо не вызывало никаких эмоций.

— Помочь? — спросил мужчина.

— Сам встану, — буркнул я, на что тот лишь пожал плечами.

Я поднялся и обнаружил, что снова нахожусь в кабинете профессора Александра. Я, сделав как можно более недовольное лицо, сел на кресло. Голова все еще кружилась, но уже не так сильно.