По следу Розы

© Кин Э., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Посвящается моим Принцессам из чата с неприличным названием.

Без вас эта история осталась бы на этапе «А что, если…»

Глава 1. Роза. Красная

Ее лицо закрывал красный капюшон. Матео переводил взгляд с топора в ее руке на вольеры за ее спиной, где псы заливались лаем и скулежом. У всех собак Вергары – старые шрамы, купированные хвосты и уши.

Все знали: Вергара не терпит на своей территории собачьих боев; если найдет такую точку – камня на камне не оставит. Все знали: у этой суки приютов для псов, спасенных из таких боев, хватало по всей Тихуане.

По пути сюда на голову Матео нацепили какой-то мешок в худших традициях фильмов про бандитов. Ехали не один час – может, хотели еще больше запутать его или запугать. Черт, им удалось. Из машины его выдернули за веревку, которой связали руки, сорвали мешок с головы и толкнули в спину, чтобы шел следом за бугаем, который ранее поджидал его у офиса. Дуло пистолета ощущалось даже через рубашку и пиджак. Матео привезли куда-то в пустошь красного песка и выжженной желтой травы. Вдоль дороги тянулись невысокие ограды с колючей проволокой, но за ними ничего не было: никаких домов, складов, да хоть полуразрушенных строек. Пустая земля, к которой низко спускались провода с покосившихся столбов, – то есть Матео мог оказаться где, сука, угодно.

Бугай и его дружок, которого Матео до сих пор не увидел – тот плелся сзади и все тыкал своей пушкой в спину, – специально притормозили подальше. Чтобы провести своего пленника под палящим солнцем, заставить еще немного понервничать, дать рассмотреть красный песок, красные камни и дорогу, которую даже в асфальт не закатали, просто выровняли землю.

– Госпожа Вергара ждет тебя. – Тот, что стоял за спиной, пихнул Матео в сторону невысокого здания из серого кирпича. Оно казалось недостроенным и заброшенным, но железные ворота были заперты на цепь, а поблизости прохаживались такие же рослые парни в черных костюмах и черных рубашках. У каждого – белый галстук. Малолетняя сука даже это слизала у бабки, никакой фантазии.

Матео застал и ее бабку, и ее отца. Он со всеми успел поработать и, что уж теперь греха таить, на всех успел навариться. Понемногу – с такими людьми нельзя хапать большой кусок; заметят – и снесут тебе башку одним выстрелом. Они не боятся ни человеческого суда, ни Божьего, договорятся с самой Марией, а Иосифу сунут взятку. Кого не смогут купить – запугают или убьют, разговор короткий.

Когда работаешь с картелем, учишься отращивать глаза и на затылке. Но в этот раз Матео спасет только чудо.

Охранник в солнцезащитных очках отпер замок, прогрохотал цепью, чтобы сдвинуть железные ворота в сторону и пропустить Матео в светлое помещение. Странно. Матео ожидал, что там кромешная темнота, и только один софит светит в центр комнаты. Туда, где на стуле сидит госпожа Роза Вергара, чтоб ее, закинув ногу на ногу и поигрывая ножичком в наманикюренных пальчиках.

Нет, в помещении горели два десятка ламп, вдоль стен стояли вольеры, некоторые собаки бегали прямо по территории без цепей или намордников. Жуткие твари, настоящие бойцовые псы с клыкастыми пастями и сплющенными мордами, с плохо зажившими после переломов лапами. Все купированные, чтоб противник не мог ухватиться за хвост или уши. Вергара питала к этим тварям необъяснимую любовь, а Матео терпеть не мог любых собак. На пороге он застыл и уставился на псину, которая теперь подняла голову от миски. В кровище до ушей. Чем эта чокнутая сука их кормит? Бухгалтерами, которые ее обсчитали? Охранниками, которые недоглядели за клубом?

– Заводите, – велел голос откуда-то справа.

– Сеньорита Вергара, – начал Матео еще до того, как она появилась в поле его зрения. Хрен позади снова толкнул его в спину и надавил дулом между лопаток.

– Двигай, – рыкнул он, но Матео только и вертел головой, пытаясь найти Вергару.

– Послушайте, это все какая-то ошибка, я не понимаю…

– Заводите! – Она едва повысила голос, и ублюдок позади сразу треснул Матео рукояткой пистолета по затылку.

В глазах потемнело, колени подогнулись. До стула Матео уже доволокли, усадили, сняли веревку с рук и снова связали, но теперь за спиной.

Вергара вышла из-за одного из вольеров, неся окровавленный шмат мяса. Матео пожалел, что снова хорошо видит и все-таки не потерял сознание от удара. На запах мяса к ней сбежались псы, и на секунду Матео понадеялся, что они загрызут чокнутую. Но те даже не прыгали на нее, не клянчили и не скулили. Выстроились кругом и только ждали, когда их покормят. Заклинательница хренова. Мясо она кинула собакам, но в правой руке остался нож. Не столовый ножичек для резки хлеба. Тесак. Матео бы побился об заклад, что и тот прежде принадлежал бабке.

– Сеньорита… – предпринял Матео новую попытку. Приклад пистолета бугая теперь прилетел в челюсть.

– Тихо, – бросила она, не дойдя до Матео пары шагов. Вергара обернулась к одному из охранников, чтобы спросить что-то про своих псин, пока у Матео в голове взрывались фейерверки. Кажется, ублюдок сломал ему челюсть, вот же… К черту, сейчас это не самое страшное, что может ему светить.

– Выведешь их, когда я уеду, – закончила она, вытерла окровавленную руку о протянутую салфетку и скинула наконец капюшон. – Матео. – Вергара обернулась к нему и даже едва улыбнулась. – Давненько не виделись. – Развела руками, будто для объятий, но тесак опасно блеснул в свете потолочных мерцающих ламп. – Марко, принеси стул, будь добр. Нас с Матео ждет долгий разговор. – Она указала на себя и Матео кончиком окровавленного топорика. – Знаешь, дорогой мой Матео, что люди говорят про собак таких пород? – Роза указала себе за спину, хотя чертовы псины носились тут повсюду. – Что они выведены для собачьих боев, что они опасны априори, даже если ты купил невинного щеночка у какого-то инженера в Висконсине.

Она прервалась, потому что Марко принес складной железный стул. Зачем-то Матео вспомнил выступления Рэя Мистерио, когда тот таким железным стулом забивал своих противников до нокаута. В рестлинге, конечно, было все постановочным, но вот парни Вергары всерьез могли погнуть пару стульев о хребет Матео.

Роза поблагодарила помощника и села. Один из амстаффов будто по команде подбежал к ней. Рыжий, с порванным ухом, он сразу запрыгнул передними лапами ей на колени, и Вергара едва успела поднять нож повыше, чтобы псина не напоролась. Черт, а это бы смогло ненадолго отвлечь ее от Матео.

– Привет, малыш, – сразу засюсюкала Вергара и свободной рукой потрепала пса за ухо. – Ты такой хороший мальчик, да? Ты славный малыш? А плохим дядям, которые тебя обижали, уже отрезали яйца. Да, отрезали, мой сладкий. Так вот, о чем я? – Она мягко спустила пса на пол и продолжила чесать его за ухом. – А, агрессия. Прикинь, они говорят, что у этих булок агрессия в крови, какой бред, а? У нас вот в крови убивать себе подобных, так значит, каждого надо бояться, сажать на цепь и надевать намордники? Нет, не пойми меня неправильно, с некоторыми людьми я бы с радостью так и поступила. – Она развела руками, и псина, похоже, приняла это за сигнал к игре, тявкнула и попыталась снова запрыгнуть на руки. Вергара передала тесак кому-то из своих людей и продолжила, будто ее не отвлекали, но говорила теперь, обращаясь только к рыжему стаффу:

– Я одно время боялась каждого, кто не из моей семьи.

А Матео все гадал, какого черта здесь началась исповедь.

– Каждого мужчину, женщину, копа, посыльного, официанта в придорожной кафешке, прикинь. Любой может быть опасен, нас так абуэла учила. Со временем я кое-что поняла. Ты никогда не знаешь, чего ждать от людей. Любой может оказаться подосланным агентом. Или солдатом из другого картеля. Или старым врагом твоей семьи. – Она указала на Матео, будто тот служил подтверждением ее слов. – А животные никогда не врут. Они доверчивы и податливы, если ты находишь правильный подход, они могут защитить тебя, а могут драться за тебя – чувствуешь разницу? Их можно заставить кусать, душить, вырывать куски мяса. Видел когда-нибудь эти бои?

Стафф, что так и не слез с нее, теперь тихо заскулил.

– Ой, здоровяк, прости, что напоминаю, да, прости.

Кто-то из ее людей подошел и потянулся к ошейнику пса, но Вергара отмахнулась: «Он не мешает». Со всего ангара к ней подтягивались и другие псы, и теперь Матео понял, что они почти окружили его. Одно слово чокнутой собачницы, один косой взгляд – и они сожрут его на месте.

– А люди не понимают и не ценят чужого доверия, – продолжала она. – Люди лгут себе, лгут близким, лгут тем, кто принял их в собственную семью и кормил со своего стола.

Вергара вдруг повернулась и уставилась на Матео.

– Неужели людям так сложно не предавать тех, кто десятилетиями называл их своим другом? Мм? Матео? Сложно? Сложно было укрывать Агилара?

Все знали: если Вергара привезла тебя в один из своих приютов – никто тебя не найдет.

Глава 2. Рик. Тесак, Генерал и Король

В зале для совещаний калифорнийского офиса ФБР собрались пятеро. Трое гостей из Главного управления внутренней безопасности Франции, а также американские специальные агенты Вулф и Доустен. На лакированный стол перед каждым легли толстые папки, перевязанные так туго, что вот-вот должны были лопнуть. Щелкнул пульт в руке агента Ричарда Вулфа, включился проектор, и на белой стене появился список: «Досье #1–13».

– Тринадцать? – переспросил один из французских гостей с жутким акцентом. Рику Вулфу показалось, что тот даже не старался сделать свою речь хоть сколько-то понятнее. – А почему папок только три?

Гость брезгливо перебрал дела перед собой, разложив их веером по столу. Подавляя раздражение, Рик повернулся к гостям спиной и прикрыл глаза. Половина девятого утра, он уснул около пяти, как только вернулся домой с бестолкового рейда. А тут эти со своим срочным совещанием…

– Давайте отложим вопросы, пока я не закончу. – Рукой с пультом Рик указал на экран.

– Здесь не полная информация, – уже затараторил Доустен. Его перевели в этот отдел меньше полугода назад, назначили напарником Рика, но так, номинально, и Доустен все еще пытался выслужиться. – Мы собрали только то, что вам потребуется узнать сейчас. К тому же о некоторых вы и сами знаете. Как о мисс Ирэн… Ирэн…

– Барреси, – подсказал один из французских агентов.

Рик снова щелкнул пультом, раскрылось первое досье, по экрану растеклись черно-белые фотографии людей и локаций, красные стрелки вели от одного лица к другому, под блоками фото значились краткие подписи.

– Итак, – сказал Рик, скрестив руки, и сел на подоконник, чтобы видеть и экран, и гостей за переговорным столом. – Сейчас это самые крупные игроки на поле. Часть из них унаследовали свой бизнес от отцов и матерей, часть – от мужей. Кого-то мы еще не считаем главой своей преступной семьи, но это вопрос времени. Вот, к примеру, мисс Аврора де Кастелло. Кодовое имя – Малавита[1]. – На экране увеличилась фотография темноволосой молодой девушки с надменным лицом. Рядом всплыло второе изображение – седовласого лысеющего мужчины, на которого девица была чем-то похожа. – Наследница итальянской мафиозной семьи де Кастелло. Пока всем руководит ее отец Антонио по прозвищу Ре[2], но Аврору негласно считают его заменой.

– Девушку? – переспросил тот же болтливый агент.

Рик уже слышал предостаточно подобных насмешливых вопросов. И находил после предостаточно тел тех, кто также не воспринял этих девушек всерьез.

– Не дайте им обмануть себя. Если я начну рассказывать вам про каждую из этих Принцесс и про то, как они заслужили здесь свое место, мы просидим до ночи воскресенья, – уже с куда более заметным раздражением ответил Рик и кашлянул, прочищая горло. – Есть игроки и более опасные, такие как, например, мисс Вирджиния Сноу. Кодовое имя – Снежка.

Новое фото на экране – девушка около тридцати с короткими темными волосами и в твидовом пиджаке. Обычная британская аристократка, решил бы непосвященный, поэтому Рик без пауз продолжил:

– Ее отец пропал без вести, ее мачеха подверглась нескольким покушениям и сейчас находится под программой защиты свидетелей. Но никому до сих пор не удалось поймать младшую Сноу за руку. Весь ее бизнес законен, а все трупы… Таинственным образом исчезают, как и ниточки, ведущие к мисс Сноу. И у нас здесь тринадцать таких юных леди, на которых при встрече вы бы ни за что не подумали, что они стоят во главе преступных организаций.

Рик вынул из-под стола еще две коробки с делами и поочередно плюхнул их на стол. Французские коллеги отстранились и таращились теперь на папки, подняв брови в удивлении. Эти талмуды сюда с утра приволок агент Доустен, и Рик не хотел лишний раз показывать своим зарубежным коллегам все это количество нераскрытых дел и улик, ведущих в пустоту. Мафиозные Принцессы были неуловимы, стали головной болью не только Америки, но и Британии, Италии, Кубы, той же Франции. Какого хрена их агенты так мало знают?

Рик гонялся за Принцессами уже шесть лет и почти ни в чем не продвинулся. Впрочем, на его счету была одна крупная победа.

– Я думаю, что в первую очередь вас заинтересуют эти двое. Розитас, – сказал Рик с вычурным мексиканским акцентом и особым отвращением. Еще бы. Именно из-за их семейки он и оказался втянут в эти дела.

Рик обернулся к экрану, чувствуя, как уже затекла спина. Как и многие высокие люди, Рик часто сутулился, а в узком пиджаке приходилось держать спину ровно. Давненько он не надевал костюм, но начальник заставил – зарубежные коллеги, важная встреча.

Щелкнул пульт, на экране всплыли сразу четыре фотографии. Пожилая женщина-мексиканка с видом королевы, мужчина около сорока в военной форме и две девушки. Одной было лет пятнадцать, второй около двадцати. Обе темноволосые, похожие на военного. Младшая со взглядом забитого волчонка, старшая – с пушкой в поднятой руке и прищуром охотницы.

– Это Иларио Вергара. – Рик подсветил лазерной указкой фото мужчины. – Кодовое имя Генерал. Глава одного из самых опасных мексиканских картелей за последние сорок лет. Погиб в 2016 году. Это Камилла Вергара, его мать, – Рик указал на фото пожилой женщины. – Прежде сама была главой картеля, потом отступила в тень, чтобы не мешать сыну, но взяла дела в свои руки после его смерти. Камилла также известна как Тесак, Ача. Заслужила свою кличку из-за того, что расправлялась с врагами топором.

– Собственноручно? – переспросила молчавшая прежде агентесса.

– У нас нет четких доказательств. – На доске не было фото тел, которые находили на местах преступлений. Оно и к лучшему, агенты еще не допили свой утренний кофе, а в кабинете прибрались всего час назад. – Даже на суде не созналась.

– Вам удалось посадить ее? – с наглым удивлением переспросил тот болтливый агент.

Рик глянул на него через плечо. Доустен уже был знаком с этим взглядом, поэтому поспешил французику на помощь:

– Да, агент Вулф лично руководил тем делом и операцией по захвату. Без его вмешательства Камилла Вергара…

– А это не лицо вашего… как это… – Третий агент, бледный с тонкими усиками, стал щелкать пальцами, пытаясь что-то вспомнить. – Сети кафе? Забегаловок?

– Да, сеть бистро и линейка продуктов питания были ее законным бизнесом, – ответил Рик. – «Блинчики Абуэлы», «Джемы Абуэлы». К моменту суда весь бизнес уже был переписан на старшую внучку. – Он указал на фото девушки с пушкой. – Розу. – Взгляд Рика задержался на ней дольше положенного, но этого никто не заметил.

На ней всегда задерживался взгляд – яркая помада, буйные черные кудри, красные наряды. Всегда красные – в окружении солдат Рик мгновенно находил ее.

– Нам не удалось доказать связь ее легальных дел с преступными, поэтому суд не рассматривал конфискацию – если на каких-то активах и осталось ее имя, все это находилось за пределами нашей юрисдикции, в Мексике. Поэтому Роза все еще руководит всем. И картелем в том числе. Итак, Роза и Бьянка Вергара. – Рик говорил медленно, чтобы информация лучше усвоилась, а имена выжглись в памяти агентов так же, как у него самого. – Пока Камилла отбывает пожизненный срок в женской тюрьме Чоучилла штата Калифорния, ее внучки отравляют жизни мексиканских картелей.

– И почему вы считаете, что именно эти девчонки должны нас заинтересовать? – спросил тот агент, что с тонкими усиками.

– Потому что в семидесяти процентах случаев пропавшие магические артефакты приводят в Мексику. Особенно когда один из них из майянской культуры. – Рик прикрыл глаза, готовясь защищать свою теорию. – Знаю, как это звучит, но поверьте нашему опыту.

Все трое наконец подобрались, выпрямились в своих креслах и разобрали между собой дела. Болтливому досталась Бьянка, усатому – Камилла, а девушке – Роза. Рик остановился во главе стола, глядя сверху вниз, как французские спецагенты пролистывают дела, рассматривают фото с мест преступлений, изучают пособников. Когда Доустен привел их в переговорную, первым делом, конечно, представил гостей, но Рик все прослушал, слишком увлеченно пролистывал дело Хосе Агилары. Мужику лет под пятьдесят, крупная шишка, опасный преступник, а его знают как Пепе.

– Из этих семидесяти процентов в половине случаев появляется он. – Рик выдвинул папку Пепе на середину стола. – Хосе Агилара. Лет двадцать назад считался правой рукой Генерала, близким другом семьи. После у них с Генералом случился какой-то разлад, и теперь Агилару считают причастным к его гибели. Кличка Пепе. Основной его промысел – кража и перепродажа древних артефактов из других стран. Мы пытались прижать его по линии RICO – участие в организованной преступной сети, международный трафик, отмывание. Но Агилара каждый раз соскальзывает. Улик недостаточно, свидетели исчезают, документы подчищены. Я знаю почерк этого типа, ставлю жетон, что Пепе если не участвовал сам, то консультировал воров. А еще Пепе неуловим – его ищут не только спецслужбы нескольких стран, но и картели. Хотите найти Пепе? Найдите Розитас. Они приведут вас и к артефактам, и к ворам.

Глава 3. Роза. Принцессы

Раз в полугодие все тринадцать наследниц криминальных семей должны были встречаться в резиденции одной из них. Обсуждать планы, поддерживать контакт – таков был уговор с самого начала, когда их было только трое. Роза попала сюда куда позже, а за собой привела и Бьянку.

Их двоих считали здесь за одно целое. Одно решение, один голос. Но когда Бьянка хотела оспорить мнение Розы, все делали вид, что не замечают этого. Кто старше, тот и несет ответственность. Если Бьянка захочет – когда-нибудь отколется и станет самостоятельной, а пока будет жить по правилам Розы.

Может, абуэла и отец не хотели для девочек такой жизни, но, родившись в семье главы картеля, они лишились выбора.

За глаза их всех называют Принцессами. Наследницами, которые заслужили свое место только благодаря тому, что родились в нужной семье или удачно вышли замуж.

Попробовал бы кто-то сказать такое в лицо Ирэн, их Хрустальной Принцессе.

Ее семья погибла по вине французской мафии, и в десять лет Ирэн осталась сиротой. А потом выросла в красотку с жемчужной кожей и огромными голубыми глазами, продумала план мести и вышла замуж за наследника той преступной семейки. За два года она сжила со свету свекра, довела мужа до состояния овоща, а свекровь заставила наблюдать за тем, как весь их многолетний бизнес переходит в руки девчонки с улицы, которую они лишили нормальной жизни.

Сегодня Принцессы собирались в ее шикарном особняке в пригороде Парижа. Роза ненавидела летать сюда. Самолеты всегда вызывали у нее дискомфорт, но мысль, что придется переступить порог этого почти замка восемнадцатого века, заставляла вливать в себя все шампанское, что припасли бортпроводницы.

Не столько денег лежало на счету – счетах – Розы, чтобы завидовать кому-то, но чертова Ирэн Барреси… У нее, может, и королевский вкус, зато Роза знала, во сколько обходился этот замок за год: и содержание, и персонал, и реставрации – хватало одного взгляда и пары минут, чтобы прикинуть такую смету.

В особняке мадам Барреси для каждой гостьи выделяли комнату со своей гардеробной и ванной. Девушки могли привести своих стилистов или воспользоваться услугами тех, кого наняла Ирэн на эти выходные. Не зря же такие сходки девушки называли балами. Вот только в парижском почти замке бал уместен, а в мексиканском особняке с аллеей из пальм – сомнителен.

В резиденции каждой из Принцесс были свои развлечения. Сноу в лондонском поместье устраивала охоту, которая для большинства девушек превращалась в неспешную поездку верхом. У Алисии любимым развлечением был покер. Ши Суан приглашала в горячие источники. Аврора возила всех на виноградники своей семьи на Сицилии.

Роза ждала, когда подойдет очередь Кристин. Не каждый день тебя приглашают в подводное царство.

Каждый раз девушки наряжались в лучшие платья, надевали дорогие украшения и первый вечер только веселились и пили. В первый вечер – никаких серьезных разговоров о бизнесе, не будет споров. Все, что касается дел, они обсудят завтра.

Заходя в помещение, Роза всегда видела сестру. Где бы они ни находились – в ночном клубе, на встрече с партнерами или в ангаре, где очередной предатель картеля ждал расправы.

Бьянка была высокой и статной, с темными прямыми волосами до талии, длинной шеей и глазами лисицы. Она всегда привлекала чужое внимание. Абуэла говорила, что Бьянка похожа на мать в молодости, а Розе достались гены бабушки. Роза была ниже ростом, волосы вились в тугие кудри, скулы были шире и не такие острые, глаза меньше и более раскосые. Даже оттенки кожи у них отличались, и не только потому, что Бьянка большую часть времени проводила на пляжах Калифорнии. Кожа Розы была оливковой, но более светлой, а Бьянка считалась настоящей королевой юга, чью смуглость выгодно оттеняла белая одежда.

Абуэла так их приучила: Бьянку защитит белый цвет, Розу – красный. К счастью, Розе чертовски шли красная помада и это блестящее алое платье с вырезом от бедра.

Про каждую из Принцесс Роза заранее знала, какой цвет платья та выберет. Это тоже было чем-то вроде традиции, которую никто не нарушал.

Хозяйка вечера, мадам Барреси, наденет небесно-голубой. Такой нежный, едва ли не прозрачный. Ирэн всегда предпочитала платья, которые истинно отражали слово «бал». С пышным подолом и спущенными на плечи рукавами. Светлые волосы она высоко подбирала, оголяя лебединую шею. Роза каждый раз удивлялась, встречая Ирэн на этих балах. Можно было свыкнуться с мыслью, что эта лебедица убила целую семью, но то, что она уже пять лет удерживала их дела в своих хрустальных ручках… Нет, это не укладывалось у Розы в голове. Как Ирэн командовала своими палачами, как запугивала врагов?

Впрочем, такими вопросами задавался каждый, кто видел Принцесс.

Посмотреть вот на Аврору. Наследница итальянской мафии, любимая дочка Антонио де Кастелло. Да его подчиненные даже после смерти Антонио не попрут против девчонки. Папаня специально с того света вернется, чтобы размозжить их головы, если с Авророй что-то случится. Девчонка это прекрасно знала, и сейчас, еще при жизни отца, нарабатывала собственный авторитет. Никто бы не назвал ее избалованной пустышкой. Не после того, что пережила Аврора.

Роза спустилась на третий этаж, полностью выделенный под сегодняшний вечер. Охрана стояла у каждого входа, приветствовали гостей на картавом французском и раскрывали перед ними двери.

И кто придумал, что французский – язык любви? Глухонемой? Тот, кто никогда не слышал испанского?

Цокая каблуками винных лодочек от Джимми Чу, Роза вошла в огромный зал. Она бы половину своего состояния поставила на кон – несколько столетий назад здесь проходили настоящие балы. И также решались незаконные делишки, и в темных углах сговаривались об убийстве неугодных.

Арочные своды здесь были украшены золотой лепниной и соседствовали с грубой штукатуркой, выкрашенной в глубокий синий оттенок. Будто в какой-то нью-йоркской модной кофейне. Многое в почти замке Ирэн сохранилось с тех самых времен, как здесь жили герцоги и бароны. Многое напоминало о том, что ты все еще в двадцать первом веке. Например, эти официанты. Все на подбор молодые подкачанные парни, темненькие или светленькие, смазливые или брутальные, все высокие и широкоплечие. Они носили строгие костюмы, но – вот незадача – кто-то забыл выдать им полный комплект одежды. Под пиджаками не было рубашек, и при каждом их движении открывался вид на загорелые торсы с кубиками пресса.