Алиса и гримуар Виккье

–Цветы подсолнечника закрывают, чтоб они не создавали свет и тепло, вырабатывающийся из растения. Отлично греет. – пояснила ей.

–Да, здорово придумано. Кто научил? – спросила Ирма, наслаждаясь теплом.

–Мама. Мы собирали травы и пошел дождь, а плащи забыли. Пришлось бежать до поля с подсолнечником, там и согрелись.

–Здорово. А мои родители все запрещают и следят за мной. Я поздний ребенок и родилась слабой. – призналась Ирма. – Они очень любят меня, хотя у меня есть брат. Глерд. Он невероятно умный и сильный колдун, а я позор клана. У меня есть гримуар, а колдовать не умею толком и зелья варить тоже. А клан специализируется на зельях.

–Не страшно. Главное у тебя есть гримуар, нужно только научиться им пользоваться. И дело в шляпе. – ободрила ее. Ирма взяла меня за руку, улыбаясь.

–У вас, что, свидание? – съязвил колдун. Я прикрыла глаза от света, чтоб видеть кто говорит. Юн Виккье собственной персоны.

–Да, а ты хочешь к нам? – пригласила его. Он не ожидал приглашения.

–Он ведь Виккье. – шепнула Ирма, опасаясь колдуна.

–И что? Не человек, что ли? – отмахнулась я, придвигаясь к ней ближе. Освободила ему место. – Присоединяйся. Тут, тепло.

–Не забудьте в волосы цветы вставить, чтоб все знали, что вы чокнутые. – ерничал колдун, решив уйти.

–Упустишь такую возможность погреться. Тепло такое приятное. – сказала ему, смакуя каждым словом. Колдун остановился, хотя не видела его лица. Лежала с закрытыми глазами, слушала шаги.

–Если проболтаетесь, я вас убью своими руками. – пригрозил он, лег рядом.

–Ирма, ты что-то видела или слышала? Я нет. – спросила у нее, укладываясь получше. Ирма сообразила сразу.

–Нет. Ничего.

–Так тепло. Лишь бы не заснуть. Занятие проспим. – подметила я, зевая.

–Не переживай, мы справимся. – вяло ответила Ирма. Юн отвернулся на бок, не довольный нашей болтовней.

Все же тепло разморило нас. Мне снились ведьмы, сидевшие в поле с цветами и плели венки. Они напевали мелодию, которую я знала от мамы. Все они имели одинаковую особенность: лиловые глаза и множество рисунков на руках и ногах. Платья просторные с широким поясом и открытыми плечами. Волосы распущены у каждой, но такие разноцветные: черные, белые, рыжие, русые, каштановые, но у каждой имелись алые пряди. Ближайшая увидела меня, повела за собой в круг. Одарили венком из полевых трав. Она закачала моими руками, в такт мелодии, что напевали и я хотела присоединиться, но меня резко дернуло за ногу.

Вьющийся плющ, окутав мою ногу, потащил к месту, где обитал. Их называли тихими убийцами. Пыльца с листьев, который он выделял, вызывал онемение голосовых связок и тела. Позвать на помощь не получиться, как и кричи. Выбраться можно только отрезав лозу, которая увлекает за собой.

Нож был в сумочке, она слетела с меня, когда лоза резко дернула к потолку. Лоза протянулась по потолку из закрытого вольера. В целях безопасности держали отдельно и плющ являлся сорняком, который губит остальные растения. Задавит своим авторитетом и ядовитой пыльцой для них.

Лоза у ноги вспыхнула в огне, оборвалась. Я полетела на пол вниз головой не в состоянии кричать. Юн поймал, завалились на пол вместе. Вьющийся плющ, обиженно заполз в свой вольер и закрыл дверь. Его достоинство задето. Потребуется время, чтоб напасть снова, поэтому закрылся в себе.

–Отлично поймал! Спасибо! – поблагодарила его срывающимся голосом с хрипом. Только на это был способен мой голос, показала большой палец вверх, улыбаясь.

–Я отплатил тебе за теплое место. – грубо столкнул с себя. Встал, отряхнулся. Недовольный взгляд зеленых глаз и торчащие каштановые волосы. – На этом пути разошлись. Слабость – это грех. – буркнул тот, развернулся и ушел.

–Алиса, а что я пропустила? – спросила сонно Ирма, потягиваясь и почесывая глаза. Я отрицательно покачала головой.

Идем. – шепнула ей, надевая чехол на цветок.

–А что у тебя с голосом? – уточнила ведьма озадаченно.

Я рассказала ей на ухо, так как не могла громко говорить. Ирма прикрыла рот в ужасе. Не уверена, что именно вызвало ужас: вьющийся плющ или то, что меня спас Виккье. Узнав эту ведьму – оба варианта верны.

Встретили Леона с Аароном по пути к главному зданию академии. Теплицы и полигон для дуэлей находились за ним. Так же там располагался огромный нефритовый зал, где проводились занятия хорового пения. В нем же проходили все мероприятия академии, а именно, шабаш.

Раз в месяц, в полнолуние, в академии устраивают шабаш, где выступает хор, устраивали танцы. Как бы вечера, чтоб лучшие могли похвастаться своим мастерством в учебе и не только. Такие мероприятия проводились в каждом клане, поэтому в академии перестали их делать. Зал служил местом репетиций хора и местом для собраний. Шабаш в клане был намного интереснее и следующий день служил выходным.

–Ведьмы, у вас такой вид, словно, кто-то пожевал. – насмешливо заявил Леон, как только подошли ближе. О том, что Ирму пожевал плотоядный цветок знала уже вся школа. А первым узнают члены клана, которым являлся Леон.

–Не смейся! Ты не представляешь, как это страшно! – возмутилась Ирма, краснее от смущения.

–Ладно, Алиса, но тебя как угораздило вляпаться, Ирма? Или не везет всем, кто с Алисой общается? – предположил Леон, задумываясь над слухами. Я только улыбнулась, развела руками.

–Алиса научилась держать язык за зубами? – иронично спросил Аарон.

–Это все вьющийся плющ. Она может только шептать. – ответила Ирма.

–Может стоит задуматься и перестать со мной общаться, кажется, неприятности меня преследуют? – спросила у ведьмы на ухо.

–Ерунда! Кто знал, что вольер не закрыт. Могло случиться с каждым. – отмахнулась Ирма. Глаза Леона засияли интересом.

–Ирма, расскажи, что произошло. – потребовал он.

–Расскажу в столовой. Идемте уже или мест не будет.

–У меня всегда есть место. – похвастался Аарон.

–Простым колдунам не тягаться с элитой. – съязвил Леон, зашагал по дорожке.

Осыпал ведьму вопросами, которая на него фыркала. Я уже хотела идти за ними, как Аарон выудил колючку из волос. Репейный куст успел закинуть, когда уходили. Вложил мне в ладонь. Я благодарно кивнула, подула на нее. Колючка распустилась в розовеньком, пушистом цветке. Прикрепила к его рубашке.

–Что бы не было одиноко за элитным столом. – шепнула на ухо, попросив наклониться. Подмигнула колдуну, направилась за парочкой.

–Эй, не-до-ведьма, твое предложение в силе? – окликнул Аарон. Развернулась к нему, радостно кивнула. – Если будете мешать мне, издеваться стану над вами сам. – пригрозил он. Я кивнула, поманила за собой рукой.

Леон с Ирмой, как и все в столовой удивились появлению за столом Коэнли новых лиц. К тому же из них две слабые ведьмы. Все же Леон не имел места в первой десятке, но и слабым не назвать.

Коэнли обедал в своем репертуаре, читая книгу. Ирма рассказывала все ужасы, которые с ней произошли. Прикусывая язык и поглядывая в сторону стола Виккье. Юн сидел на углу стола и говорил с ведьмой.

–А как ты от плюща избавилась? – уточнил Леон.

–Нож. – прохрипела я. Показала ему небольшой нож для срезание трав. Он хранился в сумочке с зельями.

–А что у тебя еще в сумочке есть? – уточнил тот, заглядывая.

–Только зелья. – ответила ему. Спохватившись залезла в рюкзак и достала печенье с мятным шоколадом. – Угощайтесь. Очень вкусные. – выставила на середину.

–У тебя всегда так много сладостей, как ты фигуру поддерживаешь? – позавидовала Ирма, откусывая печенье.

–Никак. Я просто ем. В обычной школе постоянно танцевали и пели, еще много занимались в спорт зале и помогает работа в кондитерской с мамой. – рассказывала я, разглядывая печенье. – Регина как-то хотела похудеть, так решила пожить один день, как я. На следующий день хромала от боли в мышцах. В итоге села на диету. Заявила, что столько активности не выдержит. Так, конечно! Откуда брать энергию? Мне помогают сладости, кстати, они без сахара. Полезные. А Регина не ела нормально целый день, вот и получила.

–Заткни рот печеньем и активно жуй. – сухо попросил Аарон, откусил от печенья. Леон с Ирмой слушали и жевали печенье. Демонстративно положила печенье в рот и начала жевать. Аарон фыркнул, уткнулся в книгу.

–Очень вкусно. Не пробовала такие. Хотя я знаю все кондитерские в городе. – призналась Ирма.

–Ага, помню. Сначала наесться сладостей, а затем плачет, что толстая. – выдал тайну Леон. Ирма надулась, взяла еще. На сегодня взяла больше, чем обычно, знала, что друзьям понравиться.

–Что ты читаешь? – перевела тему, заглядывая в книгу Аарона. Колдун отвел книгу в от меня чуть не свалилась со стула, пытаясь заглянуть. – Жадина.

–Ты не поймешь – у тебя не хватит ума. – захлопнул книгу. – Тут проклятья высокого уровня.

–Жуть! У меня кошмары после них будут. – поделилась Ирма.

–А у меня уже были. Прям на занятии уснула. – призналась им.

–Ты бессмертная. Если увидит Крут, то, тебе конец. Не сдашь ему предмет. – предупредил Леон. – Мне кое-как удается пройти порог.

–«Проклятье. Автор Виккье Фауст.» – прочла на книге. – Имя автора, как название клана Виккье. Совпадение?

–Лиса, не суй свой нос. Тебе далеко до этой книги. Если кошмары не прекратятся, то с ума сойдешь.

–Да, знаю, мне уже сказали. – буркнула я, отмахиваясь. – И меня зовут Алиса, а не Лиса. Не коверкай имя, а то твое исковеркаю. Аар или Рон. Как бы тебя назвать? – задумалась я, постукивая по губам пальцем.

–Ничего лучше не придумала. Сразу видно, что ты еще ребенок. Только это спасает тебя от расплаты, Лиса. – заявил мне в лицо Аарон. Каждое слово сочилось укором. Встал с места и направился на выход.

–НП. – бросила ему в спину. Колдун развернулся.

–Что это значит?

–Такие взрослые умы не поймут, столь детский рассудок, как у меня. – хмыкнула я, показала язык. Тряхнула волосами и пошла из столовой. Леон с Аароном переглянулись, провожая нас с Ирмой взглядами.

–Что значит «НП»? – спросила тихо у меня Ирма. Мы шли в кабинет по зельеварению.

–«Напыщенный павлин» – расшифровала ей. Ведьма поджала губы в улыбке. – Не проговорись или я с тобой дружить не буду. – предупредила ее.

–Хорошо. Я – могила. – заверила меня ведьма.

–Мы так сокращали при общении с подругой, чтоб никто не понимал нас.

–Понятно. – кивнула Ирма. – Только, Алиса, научись не перечить колдунам или быть беде. Терпение Аарона не бесконечно. Колдуны и ведьмы – отличаются мстительностью и подлостью. – наставляла подруга.

Точно, я позабыла, что миры отличаются. Надо бы научиться следить за языком, но, сложно, когда привык все высказывать сразу. Наживать врагов в этом мире без гримуара – приведет к беде. Да и кому хочется иметь врагов, если конечно, ты не Виккье. Пять пар глаз, проводили меня по коридору. По спине побежали мурашки от их взглядов. Три колдуна и две ведьмы, среди которых был Юн. Ничего хорошего не сулил их взгляды, словно, заговор замышляют.

Самое любимое дело, это создавать зелья и сладости. Правда, сколько бы не смотрела на доску, где расписан рецепт зелья – не могла понять, что с ним не так. У меня был дар. Я могла прочитать зелье и приготовить его только по составу или названию. Сладости выходили очень вкусными, когда настроение было хорошим. А при изготовлении – настроение поднималось.

Профессор Нейя проходила по аудитории и бросила на меня насмешливый взгляд. Я представляла, как готовлю зелье в голове, забрасывая ингредиенты в котелок и…оно взрывалось. Такой итог не подходил мне. Взрывы я любила и с мамой вели шкалу взрывов, когда училась варить зелья. Было весело, до того, как опалила волосы и ресницы с бровями. Мама не захотела помогать мне и пришлось ходить в школу без растительности на лице. Смеялась вся школа. Благо училась в младшей школе. Маме надоели взрывы. Она хотела результата, а не пустых взрывов.

Раз в десятый взорвалось в моей голове зелье, что очень раздражало. В отличии от других, которые спокойно готовили зелья. Я сидела за партой и злилась на себя: «Неужели, у меня и дар к зельям пропал? Теперь я не-до-ведьма, которая и приготовить зелье не в силах.» – внутри все ухнуло вниз.

–Алиса, ты чего? Готовь зелье. – напомнила Ирма.

Встала на против котелка и начала готовить ингредиенты. Закладывать в котелок, как рука дрогнула. Тут происходил взрыв в моей голове, я снова посмотрела на доску, а затем понюхала флакон с экстрактом болотной тины. Закрыла. Она не подходила, как и метод, который мне предлагали.

Мой метод варки отличался от маминого. Когда пользовалась маминым, то взрыв происходил, а когда делала по своему – выходило здорово.

–Алиса, что ты делаешь? Оно взорвется, если добавлять все и сразу.

–Оно в любом случае взорвется, поэтому терять нечего. – ответила ей, занимаясь своим. Заливала и перемешивала ингредиенты, как хотела в своей пропорции и очереди.

Зелье пыхнуло изумрудным пламенем с желтоватым облачком, я накрыла его крышкой. Это знак – все зелье готово к употреблению. Каждое зелье так делало какое-то сильнее, какое-то слабее, но итог один – оно готово.

Профессор Нейя возникла у моего места, как призрак, бесшумно и от нее веяло холодом. Она была уверена, что я провалилась, как и остальные студенты в аудитории. Правда, Виккье справились. Первые из всех к ним присоединилась я. Профессор Нейя придирчиво попробовала зелье на цвет и запах, а затем на вкус. Хмыкнула, сделав пометку в журнале.

–Алиса Пирс, ты умеешь не только болтать. – сказала через губу, направилась к выходу. Ее вызвала рыжеволосая ведьма из группы постарше.

Я выдохнула, внутри бушевала радость за то, что справилась и зелье не взорвалось. Какой девочке захочется расставаться со своими бровями и волосами, когда она в таком возрасте, когда заглядываются мальчики? Вот, и мне не хотелось. Ехидства будет больше, чем в обычной школе. Тут неудача ощущается сильнее. Каждый студент академии и преподаватель ткнет носом в провал и обсмеет это.

–Ой-ёй! – послышалось от Ирмы.

«Ой-ёй» мягко сказано, котелок раскалялся до красна, а это сулило не только потерей растительности на голове с лицом, но и лишит конечностей. Стянула рукава, схватила котелок, быстро решая куда его. Единственное место где никому не навредит взрыв – окно. Запустила котелок в него с криком:

–Ложись! Рванет! – спряталась за стену.

Раздался взрыв, который выбил все окна, осыпая стеклом. Волна вышибла несколько этажей и заставила академию вздрогнуть. После взрыва смотрели на искры и пузыри, которые лопались в воздухе и осыпались искрами.

–У вас все целы? – спросила у студентов снизу. Они закивали в согласие. Подняла голову вверх. – А у вас? – заметила Аарона и Леона, махнула рукой с улыбкой. – Привет, колдуны.

–АЛИСА! – прогремело мое имя, я чуть не выпала из окна от неожиданности. Профессор Нейя в прямом смысле кипела. Красная, как помидор, от злости, а из ушей пар пошел. Рядом стояли ведьмы, которые успокаивали и обмахивали тетрадями ее лицо.

–Это не я…то есть я…но у меня есть объяснения. – быстро начала оправдываться перед ней.

–Директор будет рад выслушать твои объяснения. – процедила ведьма сквозь зубы, указала длинным пальцем на выход. Я выдохнула и зашагала из кабинета. Ирма закусила губу с виноватым выражением. Подмигнула ведьме, улыбнувшись, так чтоб не заметила профессор, проходя мимо.

Мои ладони сильно горели. Несмотря на ткань рукава, я обожгла руки. Ожоги от котелка – в десять раз сильнее, чем обычные. Если волдыри не обработать специальной мазью, то останутся шрамы. С каждой секундой боль усиливалась, мне нужен был лед. Лед получила от Юна и ведьмы из Виккье. Они вручили мне кусок льда и баночку с мазью от ожогов. У меня в сумочке была такая, но зачем отказываться – это не вежливо. Я поблагодарила их, нагнала профессора Нейя, которая испепеляла меня взглядом. Мы зашагали в кабинет директора.

Сложилось ощущение, что меня ведут на казнь, а люд вышел поглазеть. Еще немного и в меня полетят гнилые помидоры. Коридоры были полны студентов, которых стали разгонять профессора по аудиториям.

Кабинет директора Маркуса Ломброу ничем не отличался от обычного кабинета. Стол, кресло, шкафы с полками полных книг, картины на стенах. Огромное окно. Большой камин с гербом клана Ломброу. Котелок в оливковой ветвью и ложкой. Из котелка шел пар.

–Директор, это просто не выносимо. Чтоб сорвать занятия этот студент взорвал котелок, подвергнув студентов опасности. – возмущалась преподаватель Нейя. – Требую исключить ее!

–Не правда! – вставила я. – Я спасла студентов. Если бы котелок взорвался, то пострадали все!

–Заткнись! – взвизгнула ведьма. – В аудитории стоит защитная магия, взрыв был бы погашен. Думаешь я не в силах обеспечить безопасность своих студентов?! Невежда!

–Да, все равно! Моя жизнь важнее, чем проверка ваших способностей в защитной магии. – отмахнулась я, злясь. Ведьма хотела свешать все на меня, чтоб прикрыть свою жопу. Ладони горели, да так, что зубы сводило от боли. Настроение плохое. Не позволю этой ведьме себя оскорблять. – Если вы такой замечательный преподаватель, тогда следовало оставаться в аудитории. Тогда ничего не случилось.

–Директор, вы слышали? Как смеет ведьма без силы открывать рот! Все это жуткое воспитание! – оскорбилась она.

–Может воспитание «по вашим меркам» – жуткое, но обучая меня зельям – мама никогда не отвлекалась, а у нее были дела в кондитерской с двадцатью работниками и клиентами. Почему она понимает это, а вы нет? – парировала я. Сверлила взглядом черноволосую ведьму, которая готова была разорвать меня на мелкие куски за такую грубость.

–Замолчите обе. – твердо приказал Маркус с металлом в голосе. С таким не хочется спорить. Мы притихли. – Вам следует извиниться, Пирс. – заявил колдун. У меня челюсть отвалилась до самого пола, а колдун продолжил: – Если не хотите исключения, вам следует, научиться уважению к тем, кто сильнее вас. Профессор Нейя – ведьма со стажем и отлично знает свое дело. Вы пришли сюда учиться, а не показывать свой характер. Выскочек никто не любит.

«Единственные выскочки тут ты и эта ведьма! Заступаются друг за друга.» – подумала, стискивая зубы и лед, с которого капала вода на пол. Руки заведены за спину, чтоб не видно было льда.

От ухмылки профессора Нейя становилось тошно. Столько высокомерия и надменности, когда на ее сторону встал колдун. Директор же не менялся ни в лице, ни в тоне голоса. Для него я блоха, что прыгает по его академии. Никто не уважает тебя, если ты не имеешь силы.

–Хорошо. – усмехнулась я, не желая больше оставаться в этом кабинете и с этими персонами. – Прошу прощение, профессор Нейя, за мою грубость и невежественность.

Раскаяние? Нет. Ни к одном слове, не во взгляде, не в выражении. А в глазах блестело презрение и ненависть к ним. Лед в ладонях хрустнул. Нужно побыстрее выйти из кабинета, чтоб обработать руки. Без льда – боль станет нестерпимой.

Профессор Нейя фыркнула на мой взгляд отвела глаза. Когда я злилась, то никто не мог долго смотреть в глаза, кроме мамы. Ребята из школы, сразу меняли тему и отставали, даже взрослые старались распрощаться со мной, чтоб больше не смотреть в глаза.

–Профессор Нейя, принимаете извинения? – уточнил директор. Ведьма помялась, сделал мне одолжение.

–Да, но если она еще раз усомниться в моих сила, тогда требую исключения.

–Она не усомниться. Так ведь? – уточнил директор, подняв бровь.

–Нет. Не усомнюсь. – «У меня нет к вам доверия. Как сомневаться в вас, если я не верю.» – добавила про себя.

В каждом есть люди, которые гнилые внутри, а говорят сладко. Все им верят, кроме меня. Сразу проявляют свою суть, как оказываются рядом. Тут же никто не скрывал свою истинную суть. И чем хуже их суть, тем больше их уважают и любят. «Хочешь уважения – будь гнилым» – девиз этой академии.

–Алиса Пирс, вы будете на кончике пера, одна провинность и вас ждет исключение. Балласт лучше оставлять на берегу, если не хочешь утонуть при погружении.

Хотелось высказаться, чтоб исключали. Кто захочет учиться в такой обстановке? Взрослые говорят об уважении, когда никто не уважает никого, кроме самого себя. Над слабыми издеваются все, а преподаватели ничего не делают, но посмотрев на директора поняла, что рыба гниет с головы.

Была еще одна причина. Гримуар. Если меня исключат, то я не смогу вернуться в магический мир, тогда гримуар не найдет меня. Он был мечтой, которая дала сил сдержать язык за зубами. В согласие кивнула, опустив глаза в пол. Льда почти не осталось.

–Можете идти, Пирс, а вас Нейя прошу остаться. – вежливо попросил директор. Быстро вышла за дверь, направилась к ближайшему подоконнику.

Принялась мазать мазью волдыри, а затем заматывать бинтами, которые лежали в моей сумочки. Сумочка с зельями всегда была на мне. Кто знает, что может понадобиться, а расслабляться в этой академии нельзя. Даже мазь понюхала перед тем, как нанести.

«Вдруг Виккье захотели навредить. По слухам они не склонны к доброте и состраданию, тогда почему дали мазь и лед? Понимали, что боль невыносимая? Какие же все тут странные.» – сделала выводы, затягивая бинты с помощью зубов.

Под мазью сразу ладони успокаивались. Боль с каждой пульсацией становилась тише. Достала персиковые конфеты, несколько сунула в рот, начала жевать. Утерла нос тыльной стороной руки, которым шмыгала. Из-за боли слезы сами текли по щекам. В ногу что-то уткнулось. Опустила взгляд, увидела серого лисенка.

–Эх, дружок, тебя заколдовали? – вздохнув присела перед ним. – Я не могу тебе помочь. У меня нет гримуара, поэтому со мной не считаются. – лисенок не отчаялся, зашевелил влажным носиком в сторону сумочки. – Конфеты хочешь? А тебе можно? Ладно-ладно. Вот. – протянула ему на ладони три штуки. Лисенок ловко их слопал, а вот погладить не дался. Чуть за палец не укусил. Гордый. – Найди того, кто расколдует. Хотя в этой академии только унижают и обижают. – призналась ему. Лисенок быстро исчез за углом, когда послышались шаги.

–Алиса, что сказал дя…директор? – появилась взволнованная Ирма. Я не успела ответить, потянула ее в сторону, спрятавшись от Нейя, которая вышла из кабинета. На ведьме не было лица, она прошла мимо не заметив нас, погруженная в свои размышления.

–Да, сказал, что исключат если провинюсь еще. – призналась ей, проводя ведьму взглядом. Направились по коридору.

–Кстати, а что с руками? – осмотрела она с волнением во взгляде.

–Обожгла. – отмахнулась я, убирая руки за спину.

–Тогда надо к лекарю.

–Не надо. Я уже все сделала. Этого хватит. Идем на хоровые занятия. – повела ее, подхватив под руку. Ирма тяжело вздохнула.

Нефритовый зал оказался безумно красивым. Внутри переливался, словно, живой. Звук ударялся о стены, свечение становилось ярче и переливы становились светлее. Складывалось впечатление, что стены дышат. Хор состоял из ведьм и колдунов, звук был объемным и чарующим. По коже бежали мурашки от пения и красоты нефрита. Ни одной песни не знала, кроме той, что пела мама и ведьмы, что снились мне. Занятие подняло настроение после того, как побывала в кабинете директора.

–Эй, ведьма, есть разговор. – кликнула меня русоволосая ведьма. Ирма говорила с профессором.

–Слушаю тебя. – ответила ей, подойдя к ней. Она стояла так, чтоб ее не было видно за колонной. Теперь нас не видно профессору.

–Скажу один раз. – заявила она с улыбкой, а в глазах блестели молнии. – Отвали от Аарона Коэнли. Ты его мизинца не достойна. Если не поймешь жди проблем.

–Ты мне их создашь? – уточнила у нее не испугавшись.

–Кто знает. Может я, а может кто-то другой. – многозначительно ответила она, потрогав мою прядь волос. Я тут же убрала волосы из ее рук. Не хочу, чтоб меня трогала.

–Тогда скажу тебе или кому-то. – отмахнулась, сложив руки на груди. – Здесь не мне решать. Решает колдун. Может сходишь и попросишь его не общаться со мной? Или мне спросить? – спросила с вызовом, наклонила голову набок. Ведьма фыркнула, хотела ухватить меня за волосы, но тут появилась Ирма.

–Ты пожалеешь об этом. Он будет моим. – бросила она так, чтоб слышала только я. Зашагала прочь, толкнув в плечо.

–Хорошего дня. – весело махнула ей рукой, улыбаясь.

–Что тут произошло? – уточнила Ирма, провожая русоволосую ведьму.

–Сказала, что я фальшивила и просила выучить текст песен, чтоб не позорить академию. – соврала я, взяла рюкзак. Повесила на плечо. – Пошли обедать. Я такая голодная.

Мы зашагали из зала к главному зданию. Колдуны уже сидели за нашим столом. Забавно, что Леон был обижен на Аарона и расстроен одновременно. Ковырял еду вилкой. Аарон же неизменно читал книгу.

–Вы книгу не поделили или место? – уточнила у них, сев за стул. Леон непонимающе поднял на меня взгляд. Ирма не сразу, но поняла, что между ними стояло напряжение – больше, чем обычно.

–Аарон выиграл в дуэли. – догадалась она. – У них были занятия по боевым заклинаниям. Леон дуется, только когда проигрывает.