Кролик. Синие черепа

– Что ты стоишь в дверях, как неродной? Заходи, садись за стол.

Дядя Вася говорил мягко, но голос его слегка дрожал – то ли от волнения, то ли от старости.

Саша моргнул, словно только что очнулся.

– А… нет, ничего, – пробормотал он, наконец перешагивая порог. – Просто… давно здесь не был. Ностальгия.

Комната будто встретила его воспоминаниями. Всё здесь было точно таким же, как в детстве. Стол с обшарпанными краями, который всё так же скрипел при малейшем движении. Выцветшая скатерть, чуть выгоревшая от солнца. Но был ещё один запах, который Саша не ожидал почувствовать – запах пороха, смешанный с ароматом жареной картошки. Странное сочетание. Дядя Вася тем временем уже ставил на стол две кружки с горячим чаем.

– Вот, держи. Ну, рассказывай, что с тобой произошло, – он сел напротив, скрестив руки на груди.

Разговор затянулся. Одна кружка чая быстро опустела, за ней последовала вторая. Саша рассказывал, стараясь держать голос ровным, но мысли всё время норовили сбиться. О многом он говорил прямо, но о главном промолчал – о том, что видел в тени, о том, от кого бежал. Дядя Вася слушал, почти не перебивая. Лицо его оставалось напряжённым, взгляд сосредоточенным. Иногда он чуть прищуривался, словно пытался выловить в словах племянника несказанное. Когда Саша наконец замолчал, в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь редкими потрескиваниями старого проигрывателя.

– А что у вас произошло? – спросил он после паузы.

Старик медленно кивнул, вздохнул и потёр переносицу.

– У меня столько вопросов, а ты с темы съезжаешь, – пробормотал он, но тут же махнул рукой. – Ладно, вижу, что ты устал. Всё равно рано или поздно тебе надо было это узнать…

Он замолчал, глядя куда-то сквозь стены, словно вспоминая события, о которых предпочёл бы никогда не говорить.

– Когда случилась авария… – наконец заговорил он. – Люди ополчились на твоего отца. Ты же знаешь, какой у нас народ: им нужен был виноватый. А раз виноватого не нашли, его назначили.

Саша сжал пальцы в кулак.

– Днями и ночами он водил поисковые группы, надеясь найти хоть что-то. Хоть кого-то. Но каждый раз возвращался с пустыми руками. А в городе тем временем шептались… Всё громче, всё злее. Говорили, что он что-то скрывает. Что он виноват.

Голос дяди Васи стал глухим, будто этот груз давил на него долгие годы.

– За один год он постарел на все десять. Замкнулся, почти ни с кем не разговаривал. Потом… – старик провёл рукой по лбу. – Потом его увезли. С тех пор он не сказал ни слова. Я его навещал пару раз… Но видеть его таким…

Он замолчал, сделал глоток чая, но кружка уже была пуста.

– А спорткомплекс? – спросил Саша.

– А что спорткомплекс? Когда твоего отца не стало, туда тут же слетелись стервятники. Землю хотели выкупить, давили через суды, через криминал. Полицейские приходили, запугивали, чиновники сулили взятки. Но тут появился твой дядя.

– Дядя? – Саша нахмурился.

– Да. Он как-то сумел выкрутиться, отвести угрозу. Не знаю, что он сделал, но спортзал остался на месте. И всё это время он его содержал. А ещё платил за лечение твоего отца.

Саша молчал, обдумывая услышанное.

– Теперь спорткомплекс стал настоящей границей, – продолжил дядя Вася. – Между старым и новым Рестом. Здесь всё ещё дышит тем городом, который ты помнишь. Но за границей… Там совсем другое.

За окном подул ветер, задребезжало стекло. Саша поднял голову, но в темноте за окном не было ничего, кроме огней далёкого города.

– Теперь мне всё стало понятным, – Саша сжал челюсть, ощущая, как злость поднимается внутри.

Дядя Вася вздохнул, глядя в кружку с давно остывшим чаем.

– За последние пять лет всё кардинально поменялось. Там, где раньше были туристические базы и пансионаты, начали расти дорогущие отели, рестораны, элитные высотки. Город заполнили чужаки – инвесторы, бизнесмены, просто богатеи. Рыболовное дело прибрала к рукам какая-то фирма, оставив местных рыбаков не у дел. Лесопилку закрыли, рабочие места исчезли. А новый район разрастался, поглощая старый. Людей просто вышвыривали на улицу, как ненужный хлам.

Дядя Вася замолчал, нахмурившись.

– Родной тебе Рест ещё жив, но это ненадолго, – продолжил он после паузы. – Те, кто остались, держатся из последних сил. Но каждую неделю что-то случается: то поджог, то чья-то лавка в руинах, то человек исчезает.

Саша кивнул, скрестив руки на груди.

– Я слышал что-то про поджоги…

– Не просто поджоги, парень. Это кто-то методично зачищает город под себя. – Дядя Вася мрачно посмотрел в окно. – Вот только никто не хочет связываться.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь приглушённым тиканьем настенных часов.

– Ладно, хватит о грустном, – старик хлопнул ладонью по столу. – Давай лучше о будущем. Что ты собираешься делать?