Протекторы: Книга Судьбы. Книга III

– Вы спасли наши жизни, – сказал Роберт. – Вы были правы насчет Охотников и насчет медальонов. Вы спасли нас, хотя Совет Эдогана и Генерал не верили вам.

– Когда Артур Велинберг объявил вас предателем, – вставил Кристиан, не давая Роланду возможности возразить, – нам не требовалось никаких доказательств, чтобы верить вам до конца. Генерал не поверил вам и сегодня, но ни он, ни кто-либо из Совета Эдогана не смогли бы сегодня спасти жизни стольких Протекторов.

– Если вы предлагаете нам подчиняться приказам Генерала, который готов был принять неправильное решение, – уверенно продолжила Джиллиана, – то мы отказываемся. Во время службы мы подчинялись Главе. И вы наш единственный Глава, поэтому мы продолжим делать это и дальше.

Остальные ничего не добавили, но видно было, что они согласны с каждым сказанным словом. Роланду стало не по себе. С первого дня его управления Организацией ему казалось, что никто не воспринимает его всерьез. Он был для всех неопытным, легкомысленным молодым сыном покойного Главы, совершенно неготовым для такой важной должности. Разумеется, ему не приходилось добиваться уважения, все знали правила: подчиняться Главе без возражений было долгом каждого. Но Роланд чувствовал, что многие сдерживали свое мнение, не показывая то, что на самом деле думают о своем новом лидере. По крайней мере, так было в первое время. В течение первого года в роли Главы ему удалось сблизиться с Орбисом и Протекторами так, что его стали уважать не только за то, что его фамилия Рэм, но и за то, что он показал себя как трудолюбивый и достойный лидер.

Теперь Роланд смотрел на преданные лица своего Орбиса и чувствовал, как его сердце разрывается на части от переизбытка эмоций. Он был настолько растроган, что ему пришлось быстро взять себя в руки, прежде чем его глаза наполнятся предательскими слезами.

Доктор Шин умиленно улыбнулся, будто понимая его состояние, в его глазах тоже стояли слезы. Он всегда помогал Роланду и поддерживал его абсолютно во всем.

Остальные молчали еще несколько мгновений, и Роланд решил нарушить эту неловкую тишину.

– Что ж… – он кашлянул, смущенно опустив голову, надеясь, что никто не заметит его слез. – Я благодарен вам. Спасибо.

– Каковы дальнейшие действия? – деловито спросила Нилла, возвращая официальный тон, в то же время поправляя его подушку, хоть он в этом и не нуждался.

– Дальнейшие действия… – задумчиво произнес Роланд. Это был хороший вопрос, так как подошло время новых ответственных решений. – Я думаю, первым делом мне нужно лично поблагодарить мистера Бейна за гостеприимство.

Главам разрешалось посещать другие Организации, но это случалось довольно редко. К тому же в этом не было необходимости, не говоря уже о том, что Главы почти никогда не покидали свои здания.

Организация Бенедикта Бейна находилась на севере страны и была немного меньше. Она считалась одной из самых «спокойных» Организаций, что означало лишь то, что Охотников в этой местности было меньше.

Внешне здание сильно отличалось от Организации Роланда, начиная размерами и заканчивая цветом стен. Отличалась и форма Протекторов: к привычному комплекту добавлялись теплые куртки, шапки, перчатки и пушистая зимняя обувь. Сама форма была полностью белой, включая пиджаки, жилетки и всю верхнюю одежду.

Роланд, не ожидавший, что здания Организаций, оказывается, настолько отличаются друг от друга, не скрывал своего удивления. Зато на фоне «белоснежных» Протекторов он мог с легкостью видеть своих, все еще одетых в собственную черную форму.

У него пока не было возможности поговорить с ними. Роланд направлялся к Главе Организации, кое-как вырвавшись из хватки Шина, который заставлял его оставаться в постели. Ему удалось выбраться, но пришлось пообещать сделать все, что доктор ему прикажет, как только он поговорит с Бейном.

Нилла вызвалась проводить его в кабинет Главы, несмотря на то что была очень вымотана. Впрочем, как и все остальные. Сам он чувствовал себя нормально, но понимал (не без постоянных напоминаний Шина), что держится только благодаря сильным обезболивающим лекарствам.

Стены, потолок и пол холодных светлых оттенков были похожи на ледяные, но план самого здания был довольно прост и напоминал Организацию Роланда. Практически те же коридоры, лестницы, залы, комнаты. Ему жутко хотелось обойти и осмотреть всю Организацию, но пока у него не было такой возможности. Пока все, что он рассмотрел в подробностях, – это было больничное помещение, которое здесь называлось Доктор Шин уже успел заметить, что у них «такого помещения почему-то нет». Домум.

– Кабинет их Главы на втором этаже, – произнесла Нилла, указывая дорогу. – Ты уверен, что с тобой все хорошо?

– Неужели я настолько плохо выгляжу? – приподнял брови Роланд.

Он попытался привести себя в порядок, приняв душ, зачесав волосы назад и выпив какое-то лекарство, которое придало ему энергии.

– Просто ты долго был без сознания, – с беспокойством сказала Нилла. – Мы так боялись…

– Я в порядке, – быстро уверил ее Роланд – ему не хотелось слышать жалость в ее голосе.

Нилла замолчала, продолжая путь. Роланду вдруг стало неловко: он понял, насколько важную роль сыграла его помощница в организации эвакуации. Он остановился, осторожно дотронувшись до ее локтя, и она тоже замерла, удивленно подняв на него глаза.

– Нилла, мы не справились бы без тебя. Спасибо за все, что ты сделала.

Он говорил искренне. Нилла могла ослушаться его, могла последовать воле Совета Эдогана, могла подчиниться Генералу. И если бы она не среагировала быстро на команду «Экзодус», блестяще начав ее воплощение, пока Роланда держал Совет, результаты наверняка не были бы такими успешными.

– Ты ведь знаешь, что можешь на меня положиться, – серьезно сказала она.

– Да, – искренне ответил Роланд. Конечно, был один момент, когда Нилла подвела его, но он предпочел забыть о нем. К тому же, если бы Нилла не докладывала ему о каждом слове и действии Генерала Велинберга, пока он был в Мексике, Роланд вообще ни о чем бы не знал и не был бы готов к возвращению. – Я знаю.

Их молчание могло стать неловким, и Роланд всеми силами пытался этого избежать. Некоторые моменты с Ниллой он тоже предпочитал забыть, но ее взгляд напомнил ему о них. Роланду хотелось поблагодарить помощницу и дать ей знать, что она очень ему помогла, но ничего больше. Ему не хотелось, чтобы она неправильно его поняла.

Но Нилла быстро взяла себя в руки, и они продолжили путь. Добравшись до кабинета Главы, они прошли через приемную, где за столом их встретил светловолосый молодой парень в такой же белоснежной форме. Он приветливо кивнул Нилле, видимо, уже познакомившись с ней, потом с уважением указал на дверь, ведущую в главный кабинет, поняв, кто перед ним находится.

– Ну наконец-то, мистер Роланд Рэм! – тут же встретил их громкий торжественный голос, как только они открыли дверь.

Роланд улыбнулся, встречая высокого мужчину, тут же поднявшегося со своего кресла.

Бенедикт Бейн был важным и гордым Главой Организации. Роланд почти не знал его, лишь несколько раз обменялся парой слов на съездах Глав в Венесуэле. Он был крепкого телосложения, улыбчив и добродушен. Его белый строгий костюм безупречно сочетался с его темно-русыми, идеально уложенными волосами. Бейн был гладко выбрит, и по его свежему лицу было заметно, что он тщательно ухаживает за собой и уделяет много времени на то, чтобы быть в хорошей форме. Ему было лет тридцать пять – сорок, насколько помнил Роланд, и для своего возраста он выглядел превосходно.

– Бенедикт, – Роланд двинулся к столу, чтобы протянуть руку, но его жест был внезапно прерван тем, что кто-то бросился ему на шею.

Этим кем-то оказалась Лэйлани, которую Роланд не сразу заметил. Он растерялся, не думая, что встретит ее здесь, и тем более не ожидая, что она будет так тесно прижиматься к нему. Далекие воспоминания нахлынули на него, но он не придал им значения. Он так и стоял с опущенными руками, пока девушка не решила наконец его отпустить.

– Ты заставил нас всех серьезно попереживать за тебя, – сообщила она ему с широкой игривой улыбкой. Девушка, как всегда, выглядела великолепно и была в отличном настроении, как будто им только что не пришлось эвакуироваться, избегая смерти. – Твой доктор не подпускал нас к тебе ни на шаг.

– И правильно делал, – с усмешкой произнес Бенедикт и, обойдя стол, направился к Роланду сам. – Рад снова видеть тебя, друг.

Они обменялись крепким рукопожатием, и Роланд почувствовал некоторое облегчение. И не только потому, что Бенедикт никак не отреагировал на поведение Лэйлани, которая вроде как считалась его невестой. Он никогда не считал себя и Бейна друзьями, но был рад видеть, что Глава настроен весьма дружелюбно.

– Пожалуйста, присаживайся, – Бенедикт широким жестом указал на кресло перед его столом, и его светлые глаза с зеленым оттенком сверкнули. – И вы, конечно же, мисс Нильсон.

Нилла довольно опустилась на одно из кресел, радуясь, что ей разрешили остаться. Лэйлани с неизменной улыбкой легко и изящно присела на край стола, откинув черную волну блестящих волос за спину.

– Генерал улетел в Венесуэлу, – начал Бенедикт, сложив руки перед собой, – но просил передать тебе, что совсем скоро вы снова увидитесь.

– Не сомневаюсь, – кивнул Роланд. – Прости, что втянул тебя во все это, Бенедикт.

Бейн рассмеялся, как будто Роланд только что рассказал забавный анекдот.

– Признаюсь, я предпочел бы более официальное предупреждение, чем небрежное сообщение от моей прекрасной невесты, – он укоризненно, но не без обожания взглянул на Лэйлани. – И я даже не буду пытаться описать тебе то, что я испытал, когда узнал, что в мою Организацию мчится Генерал! За это ты мне точно будешь должен! – он снова рассмеялся. – Но что ж поделать? Я рад помочь.

– Ты очень нас выручил, – искренне сказал Роланд, – спасибо тебе.

– Брось! – Бенедикт отмахнулся, хоть и выглядел весьма довольным. – Ты бы сделал то же самое и для меня.

– Безусловно. Я надеюсь, что мы не доставили тебе слишком много проблем.

– Уверен, у каждой проблемы есть свое решение, – сказал Глава более деловым тоном. – Твои самолеты пришлось отправить в ближайший аэропорт, так как в моем ангаре не так много места. Твои черные машины мы уместили, и теперь мои гаражи выглядят как огромная шахматная доска! – он посмеялся над собственной шуткой. – Что касается твоих Протекторов, мы что-нибудь придумаем. Я уже объявил своим, что придется потесниться, чтобы всех разместить. Свободных комнат у нас не так много.

– Спасибо, – снова произнес Роланд, не зная, что еще сказать: гостеприимство Бейна было бесконечно, и это хоть как-то упрощало эту ужасную ситуацию.

– Не волнуйся, – Глава снова махнул рукой, – все это мелочи по сравнению с настоящей проблемой. Скажи мне, – он слегка подался вперед, – это правда? Охотники перестали реагировать на медальоны?

Роланд помедлил, прежде чем ответить. Он не слишком хорошо знал Бейна, чтобы определить, на чьей он стороне. Наверняка у них уже был разговор с Генералом, и Роланд не знал, что именно Джонатан наговорил Бейну.

Но, в конце концов, не было смысла скрывать правду.

– К сожалению, это правда. Мои Протекторы сталкиваются с этим уже не впервые. Именно поэтому нам пришлось сражаться с оружием, и поэтому мы потеряли столько людей.

Произносить эти слова было сложнее, чем он думал, но ни Бенедикт, ни Лэйлани не заметили всей боли в его голосе, так как услышали лишь то, что противоречит всем правилам природы Протекторов.

– Как такое возможно? – ахнул Глава под хмурое молчание Лэйлани.

Роланд вспомнил, как вели себя остальные члены Высшего Орбиса, как только он упоминал медальоны. Никто даже не допускал мысли о том, что Роланд может быть прав.

– Не знаю, – помотал головой он, действительно не зная, чем подтвердить свои слова, – но я намерен это выяснить.

Никто ничего не говорил в течение минуты, словно осознание сказанного опустилось на них тяжелым грузом. Роланд покосился на Лэйлани, которая явно думала о чем-то, уставившись в одну точку.

– Совет Эдогана не хочет в это верить, – нарушил он тишину, обращаясь к ней.

Лэйлани подняла на него задумчивый взгляд, но ничего не сказала. Это было редкостью, как и то, что на ее лице не наблюдалось улыбки.

– Лэйлани, – снова обратился к ней Роланд, – ты ведь знаешь, что это правда.

– Лэйла? – Бенедикт опустил свою ладонь на ее руку. – Что тебя так беспокоит?

Девушка закусила нижнюю губу.

– Ты видел реакцию Совета, Роланд, – наконец сказала она. – Они никогда не поверят в то, что их главная защита от Охотников просто перестала работать.

– Но почему? Когда Охотники пришли за Велинбергом, он лично видел…

– Видел, но что он после этого сказал?

Роланд задумался над ее вопросом, вспоминая, что именно сказал Артур Велинберг. Но его опередила Нилла.

– Он не признал поражение медальона. Он запретил Протекторам сомневаться в его силе.

– Вы тоже присутствовали там, мисс Нильсон? – вежливо поинтересовался Бейн. – Вы видели, что медальон не сработал?

Он говорил так, словно все еще не до конца верил в это. Как будто он спрашивал не о медальоне, а о существовании драконов.

– Да, сэр, – уверенно ответила та. – Охотники напали на нас, Протекторы подняли медальоны, и ничего не произошло.

Бенедикт растерянно моргнул. Лэйлани лишь разочарованно покачала головой, словно вовсе не желая ничего слушать.

– Сила медальона не может быть под вопросом, – сокрушенно произнесла она. – Если это правда, то это полная катастрофа.

– Это правда, – возмущенно сказала Нилла, глядя на Лэйлани хмуро.

– Значит, это катастрофа, – подтвердила та.

– Почему в это так сложно поверить? – спросил Роланд, не до конца понимая всей трагедии.

– Это все, на чем держатся Протекторы, – попыталась объяснить Лэйлани. – Эта сила, которую никто не может объяснить. Сам подумай, какой начнется хаос, когда Протекторы поймут, что эта сила теперь не на их стороне…

– Или эта сила просто-напросто исчезла, – сказал Роланд.

– Не говори так, – поморщилась Лэйлани, сжимая свой медальон. – И ради всего святого, не говори подобного в присутствии Совета и Генерала.

– Что тогда, игнорировать это? – не выдержал Роланд. – Я потерял десятки Протекторов! Ты предлагаешь мне просто забыть об этом? Забыть, из-за чего они погибли?

– Если бы они последовали твоему приказу, никто бы не погиб, – ответила она, совершенно не реагируя на его тон. – Разве ты не видишь разницу, Роланд?

– Ну, будет, будет, – заметив, что голоса Роланда и Лэйлани слегка повышаются, Бенедикт попытался всех успокоить. – Я уверен, что мы сможем справиться со всеми трудностями, если будем работать вместе.

Но в этом-то и была вся загвоздка. Роланд чувствовал себя так, будто пытался что-то объяснить кирпичной стене. Совет Эдогана не хочет его слушать, и уже второй по счету Генерал настроен против него. Он потерял свою Организацию, он потерял Протекторов…

И Дэстени не было рядом. Он не знал, что с ней, в порядке ли она…

Мысль о Дэстени заставила его сердце с болью сжаться. Видимо, это отразилось на его лице, потому что Лэйлани спрыгнула со стола и подошла к его креслу.

– Мы на твоей стороне, Роланд, – сказала она, возвращая игривость в свой голос. – Так ведь, Бен?

Бенедикт тут же кивнул, снова бросив влюбленный взгляд на Лэйлани. Что-то подсказывало Роланду, что Бенедикт согласится со своей невестой, даже если она предложит ему отрезать собственную ногу.

Разве ты не видишь разницу, Роланд?

Слова Лэйлани почему-то застряли у него в голове, но он не мог обдумать их сейчас, так как Бейн продолжил задавать вопросы.

– Это правда, что Охотников было много? И все они подчиняются обычному человеку?

– Константина не назовешь «обычным», но да, это так.

– Должно же быть что-то, что может объяснить его власть над этими существами, – недовольно произнес Бенедикт. – И чего он добивается?

– Он ненавидит Протекторов, – ответил Роланд. – Но как именно он привлек к себе столько Охотников, мы не знаем. Я пытался это выяснить, но моя миссия провалилась.

Он, разумеется, имел в виду то, что попытался отправить Ирину Ветер к Охотникам, чтобы понять, что происходит, предложив остальным Организациям последовать его примеру. К счастью других Организаций, их шпионы не нашли ничего подозрительного и благополучно вернулись. Ирина Ветер тоже вернулась, но с совсем другим результатом.

– Признаюсь, я отнесся к этому заданию скептически, – сказал Бенедикт задумчиво. – Тем более после того, как ничего нового мы не узнали. Но теперь я жалею, что был так легкомыслен, Роланд. Ты предупреждал нас, что с Охотниками происходит нечто странное. Никто не послушал тебя, и вот к чему это привело. Ты был прав с самого начала.

– Это уже неважно, – пожал плечами Роланд, чувствуя, как головная боль медленно возвращается. – Главное, чтобы мне верили сейчас.

– Я уверена, что теперь к тебе отнесутся более серьезно, – Лэйлани кокетливо дотронулась до его руки, – учитывая потерю Райсов и состояние Патриции. Мне пришлось буквально силком затащить Генерала в самолет. Если бы не твои указания, он отправил бы всех сражаться, и тогда мы вообще бы сейчас здесь не сидели.

Бенедикт поморщился, опустив взгляд. Видно было, что одна только мысль о потере Лэйлани приносит ему боль. Роланд невольно задумался, как она смогла поймать Бенедикта Бейна в свою сеть? Но быстро вспомнил, что Лэйлани Скай при желании могла спокойно поймать в свои сети любого.

– Что будем делать? – продолжила она.

– Мы не можем ничего сделать без решения Совета, – сказал Бенедикт, подтверждая догадку Роланда о том, что Бейн ни за что не пойдет против Высшего Орбиса и Генерала. – Я уверен, что они знают, что делать.

Роланд не был в этом уверен, но ничего не сказал. Вместо этого он поинтересовался:

– Если Генерала сопровождает Дэвид, то где остальные члены Совета?

– Мама с Миленой в порядке. Они здесь, отдыхают, – пожала плечами Лэйлани. – Патриция в больничном крыле. Если ей не станет лучше, нужно будет перевозить ее обратно в Каракас. Генерал приказал докладывать о ее состоянии.

– Что насчет остальных Организаций? – спросил Роланд, пытаясь игнорировать уже откровенную боль в голове. – Кто-нибудь их предупредил?

Бенедикт с Лэйлани переглянулись.

– Что? – напрягся Роланд.

– Генерал приказал пока ничего никому не говорить, – объяснила Лэйлани.

– Почему?

– Чтобы не сеять панику, разумеется, – мягко ответил Бенедикт. – Я уверен, что это временно. Как только у нас будет план действий, остальные будут оповещены.

Роланду совсем не понравился их ответ, и он уже открыл рот, чтобы возразить, но вдруг понял, что просто не может. Его рука невольно прижалась ко лбу, как будто это как-то могло усмирить боль.

– Сэр, – тут же обеспокоенно произнесла Нилла, – вы в порядке?

– Да, – неуверенно ответил он. – Да, все хорошо.

Роланд знал, что ему нужно прилечь, но сейчас ему было не до этого. Ему столько всего нужно было обдумать. Ему нужно было поговорить с Протекторами, встретиться с профессорами, узнать имена тех, кого не удалось спасти…

Ему нужно было помочь Дэстени. Нужно было убедиться, что с ней все хорошо.

Но ему нужно было восстановиться, чтобы на все это хватило сил.

– Я приготовил тебе отдельную комнату – переберешься туда, как только твой доктор тебя отпустит, – сказал Бенедикт гордо. – Тебе нужен отдых, Роланд. Ты через многое прошел.

– Тебе нужен обед, – добавила Лэйлани деловито. – Обедать будем вместе, в Триклиниуме, так ведь, Бен?

– Конечно, Лэйла, дорогая, – с улыбкой подтвердил тот. – Ни о чем не волнуйся, Роланд. Мы позаботимся о тебе и твоих Протекторах.

Роланд был рад, что Бенедикт с такой ответственностью относится к его подопечным. Но ему вдруг стало нехорошо от одной только мысли, что Дэстени где-то там, в бегах, с Ириной, в опасности. Чем питается она? Где она спит? В каком она состоянии?

Простит ли она его когда-нибудь за то, что он сделал?

Что она сейчас делает? О чем она думает?