Две Наташки и пришельцы
- -
- 100%
- +
Боль сменяется наслаждением… Я окончательно оставляю попытки сохранить рассудок, нравственность, и просто отдаюсь волне страсти. Чувствую, как его руки скользят вниз по телу, сжимают мои бедра и направляют меня…
Я сама не помню, когда успела настолько забыться. Просыпаюсь вся липкая от остывшего пота… низ живота ноет, все саднит…Рядом слышится тихое похрапывание… нет мурчание, словно спит со мной огромный кот. Но только это не котяра, это спящий Алекс.
Я осторожно пытаюсь подняться с кровати. Мурлыканье тут же затихает. Я замираю. Черт, я совершенно не понимаю, что теперь мне делать – то ли убить его, пока не поздно, то ли бежать…
Меня практически изнасиловали… Опыт предыдущих лет говорил мне, что ничего хорошего от мужиков ждать не стоит. Рассудок активно намекает, что произошло что-то очень стыдное. Гормоны, правда, думают иначе…
Я вообще не хочу ни о чем думать, пока не схожу в душ, почувствую себя чистой и максимально прикрытой какой-нибудь одеждой… Завернуться бы в простыню… Но выдернуть ее из-под спящего качка – совершенно нереально. Решаю просто рвануть и бежать, голая или одетая – уже неважно. Оденусь, когда опасность минует. Итак, раз, два, три! – и я осторожно спускаю ноги на пол.
– Если ты в душ, то я с тобой. Если не возражаешь, – раздается за моей спиной. Слышу, как он сладко потягивается.
– Ты иди, а я следом, – решаюсь на хитрость. По-прежнему не смотрю в его сторону, пока он садится на кровати, рядом со мной.
– Ладно, – легко соглашается Алекс, встает, поднимает меня на руки и несет по коридору. – Я же знаю, что ты сбежать хотела. Но теперь мы больше не расстанемся. Я этого не допущу, – он с улыбкой опускает меня на пол в совершенно чистой ухоженной душевой.
Будто цивилизация никуда не пропадала. Меня все еще не покидает ощущение нереальности происходящего. Он прижимает меня к себе, убирает съехавшую мне на лицо прядь волос, радость струится из его глаз и какое-то мягкое-премягкое сияние. Не знай я всех этих муда… мужиков, подумала бы, что влюблен… Все эти несколько секунд он с полуулыбкой молчит, а потом начинает смеяться, чем вводит меня в еще больший ступор.
– Ты бы видела свое лицо! …Прости, прости… Это я виноват. Я сделал все, чтобы совершенно сбить тебя с толку… Я делал это даже тогда, в первые дни нашего знакомства…
Алекс тянется поцеловать меня. Но я отстраняюсь – начинаю злиться на всю эту загадочность. И вообще я нахожусь в замешательстве. Вроде бы я и не против. Он же мне всегда нравился, этот лукавый черт. Но меня бесит, что ему всегда до лампочки, что я думаю о нем. Что хочет, то и делает со мной! Но я этого терпеть не стану. В конце концов, я не одна из его безликих кукол.
– Сначала я хочу принять душ в одиночестве! А потом уже – получить ответы на все мои вопросы,– заявила я как можно тверже и решительней.
– Хорошо, – покорно говорит он. – Полотенце на крючке, буду ждать в гостиной.
Выхожу, завернувшись, как ребенок, в полотенце, благо оно большое. Он уже сидит на кровати в майке-алкашке и военных штанах, выжидающе и кротко глядит на меня. Волосы влажные, он успел принять душ (видимо, в соседнем номере), и куда-то спрятал свой летательный костюм.
– Платья поблизости не нашел, извини, вот есть халат.
Сажусь на диван в полутора метрах от него.
– В первую очередь, я бы хотела знать, кто ты такой.
– Я был уверен, ты меня узнала, – в его голосе звучит растерянность.
– Я помню тебя, Алекс. Твои дешевые понты и кошачьи линзы трудно забыть, – поддеваю я. – Но это не объясняет, почему ты до сих пор жив.
– Это не линзы, – тихо отвечает Алекс, – это настоящий цвет моих глаз. Как я и предполагал, никто на вашей планете не поверил бы в наше существование.
Я молча качаю головой. Нет, это уже выше моих сил. Невероятно. Исключено.
– То есть, ты… типа… инопланетянин? – с кривой усмешкой ехидничаю я.
– А разве не заметно, что во мне есть нечеловеческие черты?
Глаза с вертикальными зрачками, слегка заостренная форма ушей, развитые клыки, рычание и нечеловеческая грация…
Я выдыхаю, с трудом переваривая услышанное.
– Ты ведь не один прилетел. Значит, есть еще.
– Да, есть. Не так много, как хотелось бы.
– Были и тогда… И никто не знал?
– Никто из людей.
– Зачем прилетели?
– Корабль сломался, – нехотя отвечает Алекс. – Вынуждены были сделать посадку, иначе бы просто рассыпались в космосе.
– И ваш корабль никто не засек?
– Мы смогли сделать так, чтобы никто не засек, – насмешливая улыбка.
– И что за сотню лет не починили?
– У вас таких технологий нет. Своих ждем, чтобы привезли деталей и топлива. Сама понимаешь: сотни тысяч световых лет, так быстро не долетят.
– Сдается мне, ты знаешь, куда все люди на планете подевались.
– Я не знаю, нет… Я…
– А не ваша ли это вина??? Что вы сделали с нашей планетой?! Почему я выжила, а другие – нет?!
Алекс, который от вопроса к вопросу становился все мрачнее, внезапно встал и направился в другую комнату.
– Хватит на сегодня вопросов.
– Нахал! Не смей меня игнорировать! Я имею право знать!..
Но он опять проигнорировал.
– Ну и отлично! – сердито крикнула я. Бросила на кровать халат, который так и не успела надеть и выбежала в коридор.
Может, лифт еще работает. Ломать же некому, – подумалось мне.
Лифт и вправду работал. Спустившись, я стремглав побежала домой и переворошила весь гардероб в поисках более закрытой одежды. Оделась в красную футболку и черные шорты с готической фурнитурой. В голове у меня творился полный хаос. Гнев на Алекса, взявшего меня силком и нежелание признаться себе, что мне это понравилось, сменяя друг друга, кипели в моем мозгу.
Время от времени эти чувства вытесняла еще одна довольно сильная эмоция – это безграничное удивление происходящим на нашей планете. Внеземные цивилизации?! Мамочка моя, неужели это возможно?! И тут я поняла, что забыла свой чокер с неоритом на тумбочке – Алекс ведь снял его с меня…
Я была в совершенном раздрае… Мысли роились в голове, наслаиваясь и мешаясь друг другу. Ужасно хотелось поговорить с Наташкой. Но связи с ней не было никакой.
Рядом, попискивая, кружилась в воздухе Эбони. В порыве чувства крайнего одиночества я прижала ее к груди. Это ужас какой-то! Какая я была дура, когда Наташку отпустила?!
ГЛАВА 7
Внезапно я услышала возню за окном, и к своей досаде, посмотрев в ту сторону, обнаружила Алекса, парящего за стеклом в своем странном летающем костюме. Прямо-таки оживший супер-герой из старинных комиксов. Я склонна была игнорировать его появление, но он выразительно потряс рукой, в которой был мой чокер.
Я нехотя нажала кнопку на пульте и стекло окна отъехало в сторону. Алекс спрыгнул на пол.
– Я неорит тебе принес. Нельзя без него. Это может быть очень опасно.
– Вчера тебя это не особо волновало, когда ты его снимал!
– У него радиус действия два метра. Он был рядом с тобой. К тому же у меня в ушах тоже неорит.
Я в очередной раз бросила взгляд на плаги в его ушах. На левом ухе было аж три синих камушка, постепенно уменьшающихся в размере.
– Как ты нашел меня? – подозрительно спросила я.
– Как и в прошлый раз – по запаху. У леаров отличная память на запахи.
Я поняла, что Алекс все еще держит в руке мое ожерелье. Надувшись, как ребенок, я сердито сделала к нему шаг и протянула руку, чтобы забрать его. Но он отдернул свою, а другой рукой притянул меня к себе и поцеловал…
Дуновение морского бриза, касание теплой волны, озонная свежесть прикосновения… Его дыхание, его кожа, касающаяся моего лица, его поцелуй на мгновение вытеснил из меня все обиды, мощно заполняя собой… Перебарывая себя, я вырвалась и отпрянула, стараясь скрыть возбуждение.
– Я не твоя игрушка, понял? Если с другими ты себе позволял легкомысленное отношение, то со мной это не пройдет, ясно?
– Черт…– его кратковременная досада быстро сменилась усмешкой… – Ты серьезно хочешь вести себя так, будто ты из пансиона благородных девиц? Ты эпоху случайно не перепутала? Или… ты теперь сторонница древней морали: блюсти телесную чистоту, быть невенчанной – грех, жить в блуде – грех? – глаза его лукаво поблескивали.
Я замерла. Лицо запылало еще сильнее, когда я представила, что стала красной, как помидор. Меня выдала кровь или поведение?
В голове пронеслись голоса из прошлого:
«Тебе уже 21! Стыдно в таком возрасте быть девственницей!» «У тебя вообще был секс?!», «Ты не выглядишь опытной…» – да, пожалуй, все, кто окружал меня, часто об этом догадывались… Наталья!!! Возьми себя в руки! – приказала я себе. – Ты что, не видишь, что он переводит стрелку?
– А на вашей планете, значит, это норма? Значит, у вас это в порядке вещей – тихонечко подкрасться и похитить женщину? У вас, значит, не принято спрашивать: согласна женщина на интим или нет? Ты напал на меня с воздуха, как зверь, как хищник! Вот как вижу я ситуацию. И дело вовсе не в том, что я набиваю себе цену или выпендриваюсь, изображая из себя недотрогу, – веско поправила я его. – Да и вообще… без мужчин нам было… очень даже неплохо! Нам целый мир принадлежал. Вся Америка была в моем распоряжении. И в этом мире царил матриархат. Представь себе, меня это вполне устраивало. А ты пришел и все испортил.
Но, видимо, он не привык так легко сдавать своих позиций.
– Но тебе же понравилось, – с кривой ухмылкой добавил он, но лицо его при этом побледнело и слегка напряглось.
– Вовсе нет, – упрямо продолжила я. – И не смей продолжать свои попытки как-то использовать меня. Я найду способ дать тебе отпор,
– Как грубо, – вздохнул он, покачивая головой и продолжая растерянно улыбаться. – Ты не изменилась. Все такая же упертая гордячка.
Разговор был исчерпан. А я внезапно поняла, что если он сейчас улетит, то я буду сидеть и реветь от тоски и одиночества. Стоило какому-то встречному мужику сыграть мазурку на моих гормонах, как я тотчас превращаюсь в слабую и зависимую женщину –тот самый тип, который я всю жизнь от души презираю.
Но он не ушел. Напротив, придвинул ко мне ближайшее кресло, жестом приглашая сесть, а сам устроился на диване.
– Когда я понял, что, спустя столько лет, я до сих пор чувствую тебя на расстоянии… я дико обрадовался. Это означало, что ты воспользовалась моей подсказкой тогда…
– Подсказкой?
– Формулой по генетике, которую я принес тебе. Помнишь, она лежала в коробке вместе с неоритом.
Черт, я ведь точно опиралась на нее…Но давно забыла об этом. И еще я гордилась собой, что превзошла себя и совершила нечто такое, до чего никто на земле не додумался. Боже, какой удар по самолюбию! Но признаваться в этом мне не хотелось. Я испытывала неприятное чувство, похожее на унижение.
– Твоей формулой?! Да я ее потеряла в тот же день! – с веселой насмешкой заявила я. – Мы вместе с Ташей больше пятидесяти лет работали над способами регенерации! Благо времени было навалом, и можно было не отвлекаться на мирскую суету – этот загадочный апокалипсис нежданно помог нам…
– Может быть и так. Но в основе всех твоих разработок лежит наша формула, что бы ты не говорила сейчас, – спокойно и твердо возразил Алекс.
– С чего это ты взял?!
– Биологически ты стала похожа на наших самок.
– Что?!! – я почувствовала, что вот-вот… и мои глазные шарики выпрыгнут из орбит и поскачут по паркету.
– Внешне ты не особо изменилась. Я думаю из-за того, что ты следовала предоставленной мной модели лишь частично. К тому же ты своевольно модернизировала свою внешность. Волосы зачем-то перекрасила… мне темные нравились…
– Это… я не специально… Это… какой-то побочный эффект… сработал.
– Ну, очевидно, с ошибками меняла выработку меланина.
– Погоди… что ты там сказал про ваших самок?
– Люди и леары не являются биологически совместимыми видами. Но благодаря генным модификациям такую совместимость можно создать. Я забрал твой волос, секвенировал твой ДНК-код и отправил расшифровку нашему генетику. Он придумал, как редактировать ДНК человека, чтобы он получился максимально похожим на леара.
Я молчала, внезапно потеряв дар речи от шока, и обескуражено хлопая ресницами. Какая еще совместимость? Что он имеет ввиду? Возможность получения потомства? Или я чего-то не понимаю?..
– Для чего…. ты все это… затеял?
Алекс проигнорировал вопрос.
– …Прости… я должен сказать тебе, что регенерация и долгожительство, которыми вы теперь с Наташей обладаете, – это свойства леаров.
– Но… это невозможно, – выдавила я. – В своих исследованиях я не пользовалась никаким чужеродными ДНК…
– Технически да, но это и не обязательно. Ты его имитировала, создала нечто максимально похожее.
– …Постой, ты сказал, что подсунул мне новую расшифровку специально. Ты еще тогда знал, что будет такой результат?! Зачем?! Черт побери, зачем тебе это нужно?!
– Потому что мне хотелось, чтобы ты, спустя столетие, осталась жива, – легкая полуулыбка скользнула по его губам.
Я вспомнила, как он пришел ко мне с подарком, как мягким сиянием своих глаз и невысказанной нежностью разбередил мою душу. А потом пропал на целую вечность….
– О боже! Час от часу не легче! – я в ужасе схватилась за голову. – Выходит, ты был тогда в курсе, что скоро все обитатели земли исчезнут? Апокалипсис на Земле – это ваших рук дело? Поэтому ты говоришь со мной загадками, да? Что-то утаиваешь, постоянно недоговариваешь… А как мне после этого тебе доверять? – со слезами выплеснула я свою боль. Помолчав, жестко добавила. – Ты ведешь себя как захватчик, как завоеватель, который… насилует женщин с порабощенной территории.
Алекс смотрел сквозь меня тяжелым, затуманенным взглядом. Затем откинулся к спинке дивана, прикрыл глаза рукой и несколько секунд подавленно молчал.
– Нет… все не так, как ты говоришь…. – выдавил он. – Научно-технический прогресс… Чем выше он растет, тем жестче расплата разумной расы. Мы забываем о своей истинной Природе. И однажды она начинает платить нам той же монетой.
– Не понимаю, о чем ты.
– Леары перестали болеть, стареть и умирать. Но природа всегда находит противовес. Самое страшное, что мы потеряли способность размножаться. А попытки исправить это ни к чему не привели. И на этом беды наши не закончились. Наступили времена, когда звезда Ритан, находящаяся в центре галактики, стала остывать. Над нашей планетой Леа нависла угроза гибели. Нужно было быстрее покинуть ее. Но мы были не подготовлены к переселению. Несмотря на огромный технологический прогресс, мы так и не нашли места, где можно было обосноваться и жить. Немногие из нас спаслись, улетев на большой космической базе. В поисках нового дома мы дрейфовали по миру много сотен лет. На базовом корабле по-прежнему продолжались научные эксперименты. Мы и сейчас ищем способы восстановления рождаемости. Мы на грани вымирания. И хотим сохранить свой род. На этой почве леары разделились на два враждующих клана. Вот только те, другие… – они очень жестокие.Еще при жизни на Леа их принудительные опыты по восстановлению рождаемости привели к гибели большей половины женского населения планеты. А теперь они и в космосе продолжают свои исследования над женщинами их собственного корабля. Ва Ор Ритан – Демоны Ритана – так мы их называем.
– Но это же не разумно… Вас и так осталось мало…– растерянно пролепетала я.
– Они не такие, как мы. Генетические эксперименты по продолжению рода изменили их мозг, – нехотя пробормотал Алекс.
Повисла тяжелая пауза.
– Значит, ты тоже… один из тех немногих, кому удалось выжить… – упавшим голосом проговорила я.
Конечно, мне было жаль этих леаров, лишившихся дома. Но порадоваться за них, что они так вовремя прибыли на освободившуюся от людей землю, я не могла. Земля для землян. А эти пришельцы…все равно они чужие для нас, – думала я с горечью. – И Алекс чужой для меня. Но как смириться с этим? А червячок-то точит, точит… Хочется иногда послать его куда подальше… Мужики есть мужики… Но ведь как хочется иногда прижаться к его теплой груди и ощутить сильные и бережные руки.
– А почему ты повел себя, как осел? Мы с Ташей были в полнейшей прострации, когда люди как сквозь землю провалились или улетели неведомо куда… А ты…даже не попытался найти меня и спасти!!! – неудержимо выплеснулись из меня кипящие обиды, хотя я изо всех сил пыталась их удержать. В конце концов, какое право я имею что-то требовать от него. Нельзя же быть занудой.
– Не будь наивной, как девочка. Я сказал, ты мне понравилась. Но я не говорил, что влюбился без памяти и готов на все ради тебя. У меня тогда хватало забот. Я вообще о тебе не думал, не того мне было. Но я же оценил твое упорство, жажду знаний, силу и независимость. Я хотел дать тебе шанс на жизнь. И ты его не упустила. Это сейчас главное. И еще… я рад, что благодаря нашей формуле, ты перешагнула земные рамки жизни и стала, как леарка, долгожителем.
Я сконфужено замолчала, чувствуя себя полной дурой.
Алекс вздохнул.
– Я был уверен, что ты исчезла, как и большинство землян. Откуда я мог знать, что каким-то чудом, ты будешь носить мой подарок с собой, а не забросишь его в долгий ящик… Ты ведь такая гордая… Зато теперь я вижу, что ты сильная женщина, достойная выживания. Найди я тебя сразу же… я бы отнял у тебя шанс по-настоящему проявить себя. Ты потому и стала такой, что не видела для себя других вариантов и легких путей.
Забавно, но почему-то я тогда подумала о Боге. Господь не помогает нам не потому, что не любит нас, а потому что хочет, чтобы мы были сильными. Невозможно личностно развиваться, постоянно находясь у кого-то под крылом.
Я вздохнула.
– Знаешь что, я до сих пор понятия не имею, кто ты. И какие у тебя и у твоего народа намерения в отношении Земли. Не я к вам прилетела, а вы – на нашу планету! Ты должен мне открыться. А если нет, то верни мне кулон и уходи, – прогундосила я – к горлу предательски подкатил удушающий комок.
Алекс постоял немного, как будто раздумывая о чем-то, потом с обреченным лицом опустил неорит на журнальный столик и с тихим жужжанием вылетел в окно.
ГЛАВА 8
Таша с Антоном шли по растрескавшемуся асфальту бывшей площади, обходя островки с заросшей травой. Они направлялись к просевшему от сырости аэросалону. Через его крышу, разрушенную ураганными торнадо, насквозь прорастал высокий ствол кипариса. Места здесь были болотистые, и Антон все беспокоился, как бы магазин не затопило. Но в этот раз повезло. Они нашли хороший аэромобиль, предназначенный для полетов на дальние расстояния.
За долгие годы вынужденного одиночества Таша так изголодалась по общению, что присутствие нового человека рядом с собой ощущала как праздник. Она шла и не могла наглядеться на своего спутника… Тем более Антона, вчера еще выглядевшего не лучше дикарей-аборигенов, встреча с девушками преобразила. Он постригся, побрился, приосанился, приоделся, и теперь на него было приятно посмотреть. К тому же этот широкоплечий рыжий парень был умен и интересен как собеседник. То ли от этого, то ли от радости, что они скоро будут дома – в России, все в ней пыхтело и гудело.
«Антооооон… – крутилось в мозгу, и гормоны тут же с ехидством подсказывали, –мужчиииина».
«Да вот еще, – встревал рассудок. – Он никогда не был в моем вкусе. Мне по душе жизнелюбы. Антон и раньше был ботаником. К тому же после крио сна, он стал еще долговязее и худее, чем сотню лет назад!» Но гормон его не слушал, и продолжал трындеть о своем.
А потом Антон оглядел ее как-то откровенно заблестевшими глазами, так обычно смотрят парни, когда им нравится девушка. И тут… пришла она – кровавая женщина… Когда-то она вдохнула в Ташу-подростка страх и отвращение к мужчине. И теперь ей пришлось подавить внезапный иррациональный прилив ненависти к Антону. Раньше девушке и в голову не приходила мысль о том, чтобы воспринимать его иначе, чем друга. Я просто хочу разнообразия в жизни и новых впечатлений, черт! – уговаривала она себя, но тщетно…
Красная женщина… Она так долго не приходила… быть может сотню лет… но стоило гормонам внезапно пробудиться, как она тут как тут – кровавый призрак кошмаров ее прошлого…
Оставляя подругу в одиночестве, Таша с Антоном всячески подстраховали ее виллу на Майами-бич приборами защиты. Установили там радары с инфракрасными сканерами на случай приближения чужаков. Проверили рации и рванули через океан назад – к Евразии, в снежные леса Якутии…
Матушка Великороссия встретила своих блудных детей лютым холодом. Но как же здесь было красиво!!! Высоченные сугробы – по пояс. Ни одной утоптанной людьми тропки – зато с цепочками звериных следов. После стольких лет в южных штатах, они оказались как будто на другой планете! Идеальная тишина. Кругом заснеженные ели и длиннокосые березы, сбросившие листву. Солнце сияло, превращая снег вокруг в сверкающие бриллиантовые искры.
Я даже вспомнила стихотворение одного очень древнего поэта, нашедшее некогда уголок в моем сердце, и теперь вновь ожившее в нем.
«Под голубыми небесами Великолепными коврами, Блестя на солнце, снег лежит; Прозрачный лес один чернеет, И ель сквозь иней зеленеет, И речка подо льдом блестит».
Антон припарковал машину возле гипермаркета с тусклой покосившейся вывеской и они с Наташей галопом бросились внутрь – искать теплую одежду. Странно, что моль не тронула старинные натуральные меха, видимо, чем-то их обрабатывали для этого. Так что вскоре друзья были достаточно тепло одеты – в дубленки и унты. Антон, удовлетворенно разглядывая себя в зеркало, сравнил себя с жителем эпохи мамонтов.
«Мы приближаемся к месту падения Якутского метеорита. Через две минуты начинаем спуск», – приятным женским голосом предупредил навигатор.
Путешественники перелетели внутрь огороженной территории, расположенной на скалистом нагорье, и припарковали машину на твердой поверхности. До заснеженного кратера, оставленного падением неоритового обломка, было совсем недалеко. Обрыв так круто срывался вниз, что Наталья даже струхнула, как бы им тут кости себе не переломать.
– А как же мы сюда спустимся? Это же так глубоко, что неделю придется спускаться. Да к тому же это очень опасно, – растерянно призналась она, жалея, что решилась на такую авантюру, далеко-далеко за океаном оставив лучшую подругу… хотя, что там подругу, давно уже сестру…
Она испуганно оглядела заледенелые склоны, на дне кратера тоже лежал снег. В какой-то момент она сильно засомневалась, что от этого путешествия будет какой-то толк.
«Крайне бессмысленная затея», – подумала она, понимая, что спуститься туда без спецподготовки будет рискованно.
– Честно говоря, я что-то не представляю себе, что ты хочешь там найти, – разочарованно пробормотала Таша.
– Зато я себе очень даже представляю! – воскликнул Антон, которого, по всей видимости, не на шутку одолел энтузиазм ученого. Он почти бежал по краю кратера, неся в руках какой-то чемодан, видимо с приборами… – Осталось совсем недолго и мы будем на месте!
– Да мы же туда не сможем спуститься! – снова повторила Наташа, едва поспевая за ним. – Да у тебя хоть веревки-то есть? – крикнула она с отчаянием, не зная, как ему сказать, что она не дура и шею себе ломать не торопится…
«Ой, мамочки… Я же не удержу его! А он такой сумасшедший! А что если он начнет один спускаться и сорвется вниз?… Там же скользко… В расщелинах скал лед везде»…
Антон остановился, поджидая ее, и вдруг засмеялся, увидев, что как от паники ее чуть ли не трясет.
– Да не пугайся ты! – успокоил он ее. – Я тебя пока только к станции для ученых веду. А там у них эскалатор есть для спуска вниз. – Надеюсь, что он не сломался и не проржавел.
Они подошли к группе небольших зданий из газобетонных блоков. Таша теперь уже догадалась, что здесь располагается научно-исследовательская база вместе с аппаратурой и лабораторией. А позади официальных учреждений довольно беспорядочно кучковались, вытягивались цепочкой какие-то многочисленные строения, среди которых выделялась размерами пара-тройка трехэтажных домов.
– У-у, да тут целая деревня выросла, – удивилась Наташа. – Надо полагать, это временное жилье и даже гостиницы для авторитетных визитеров».
– А как же! Такая сенсация! Не только с бескрайней России ученые съезжались, но и со всего мира. Надо же людям где-то жить! Вот и понастроили. Несмотря на суровый климат, тут даже палаточный городок возвели, – охотно сообщил Антон, останавливаясь возле бронированной двери одного из зданий.
– Я таки знал, что этот допуск мне еще пригодится, – довольно улыбнулся геолог, доставая из кармана узкий пластиковый ключ. В круглом глазке отразилась фотография рыжеволосого парня, и дверь беззвучно раздвинулась, пропуская путешественников.
Таше аж стыдно стало за себя, когда она увидела сооружение для спуска. Это была не просто голая механизированная лестница, спускающаяся вниз, как она представила себе. Это был капитальный спусковик, вроде лифта. И находился он в длиннющем «рукаве» с обшивкой для защиты от коррозии.