- -
- 100%
- +
Кстати, о сверхсилах. По первости, на второй день, признаться, едва не начал задирать нос, считая, что стал эдаким «суперменом» местного разлива. Неуязвимым человеком, который мог не опасаться практически ничего. Но вот по мере разведки…
Речь о некоей «Ауре», которую частенько упоминали местные. Тот же староста, Дуфф Бурс, который, по словам деревенских, применяя её, мог творить фантастические вещи: ударом кулака ломать брёвна и разбивать на части камни, поднимать вес, в несколько раз превышающий свой, или ускоряться, перебегая из одного конца деревни до другого за считаные секунды.
И ведь не один он такой уникум был!
Конечно, сельские байки надо делать на два, а то и три, но чувство собственной важности всё равно стремительно рухнуло вниз, не успев даже толком зародиться.
Раз уж даже деревенский староста отмачивал такие приколы, то что могли остальные? Та же стража грандов, убившая «моих» родителей?
Неприятно… А значит – никакой «игры» от силы, только от дипломатии и незаметности. Буду, хе-хе, мимикрировать, изображая Загрейна, до тех пор, пока сам в него не превращусь. Угу, не зря говорят, что притворство опасно тем, что даже не заметишь, как маска прирастёт к лицу. А мне сейчас именно это и нужно. Почему нет? К прошлой жизни меня особо не тянуло, с женой давно совместно не жили, сын взрослый, отношения у нас с ним натянутые, а прочие родственники и друзья… тьфу на них. Переживут, пиявки поганые.
В общем, что бы я там ранее ни думал, но, обладая сверхспособностями, которые могли меня исцелять – интересно, а с болезнями тоже так сработает? – я уже не рассматривал этот мир как медленную гангренозную смерть в антисанитарии, с гнилыми зубами, невылеченными переломами, извечными клопами, вшами да прочей гнусностью. О нет. Теперь этот мир заиграл новыми красками. Я готов попробовать. И, кажется, я достаточно узнал, чтобы наконец «выйти в люди».
– Сегодня, – улыбнулся я, выглянув из окна. – Сегодня начнётся мой здесь путь.
На ужине Ребис – старший сын Садрича и Энни, а также мой ровесник, коему, как и мне, было семь лет – привычно начал приставать с вопросами и болтовнёй. И если ранее я ограничивался односложными ответами или движениями головы, то сейчас специально выжидал. Более того, даже пару раз сам пристально смотрел на мальца, чуть ли не подталкивая его открыть рот.
И да, в семье Эландов допускалось говорить за столом. А это, так-то, не везде принято. Помню, некоторые старые традиции с моей прошлой родины прямо запрещали подобное.
В общем, я собирался полноценно социализироваться и стать «своим». Зачем? Похоже, я здесь надолго. А раз так – хочешь не хочешь, но придётся взаимодействовать с местными, общаться, находить общий язык и как-то налаживать контакт. Если даже не здесь – а почему не здесь? – то где-то ещё. Однозначно придётся! Следовательно, хватит морозиться, изображая хер пойми кого. Для местных жителей смерть родителей, похоже, не прям чтобы особая причина для грусти.
И вообще, я взрослый мужчина, хоть и в теле мальчишки! Судьба, мир, бог или некая иная неведомая сущность подарила мне ещё один шанс на жизнь, так почему бы его не использовать? В конце концов, у меня есть непонятная, но достаточно занимательная сверхспособность, которой я уже немного научился управлять. Что ещё надо?
На самом деле, если разобраться, то это и правда здорово. Начать жить с чистого листа… но иметь все знания и опыт взрослого человека. Причём человека другой эпохи. Мои знания – хоть в чём-то – по-любому окажутся выше, нежели у местных. Я могу как подарить им веху прогресса, так и использовать их сугубо на своё собственное благо. Всё в моих руках.
Единственное, что все эти три дня меня откровенно вымораживало, так это кошмары. Не очередные «видения», где я изучал местность глазами мошек, а реальные кошмары. Об убийстве Сантаросов – семьи Загрейна, то есть уже моей. Решительно каждую ночь я просыпался с колотящимся сердцем, утирая со лба холодный пот. Дважды за эти три дня на крики ко мне прибегал взволнованный Садрич, спрашивая, что случилось.
Похоже, произошедшее явно оставило мне – точнее Загрейну, чьё тело я занял, – серьёзную психологическую травму, с которой теперь предстоит бороться самому. Психологов-то сюда, пожалуй, не завезли… Но взрослый разум, по идее, должен подобное пережить. Кроваво, конечно, всё было. Несправедливо. Но я видел вещи и похуже. И я не про фильмы, а про вполне реальные события. Видел я смерти, видел. И кровь. И жесть. Как сам, так и в новостях. В кадрах войны.
Лично, к счастью или худу, в горячих точках не бывал, но вот узнал о них много. Очень много. А ужасов вполне нахватался по сети. Было время, когда я с интересом изучал разных маньяков, криминальные хроники или места катастроф. Думаю, у каждого человека такое случается. Нас тянет смотреть на разное дерьмо, а потому чернушные новости так популярны. Наверни побольше кровищи, расскажи о сотнях жертв – и просмотры попрут! Кхм… в общем, я к тому, что вид парочки убитых людей не мог меня зацепить. Но то меня, старика, жившего седьмой десяток. А что до молодого пацана? Его, как уже понятно, зацепило по полной. Теперь в его теле находился я, так что и дерьмо разгребать тоже мне. «Спасибо», Загрейн!
Впрочем, должна же быть какая-то компенсация за все те плюшки, которые мне выпали?
– Хорошо, Реб, – сократил я имя мальчика, как делала остальная ребятня из деревни, и улыбнулся, – давай попробуем завтра, ладно?
– Так ты пойдёшь с нами? – загорелись его глаза. – Со всеми?! С Ветой, Заной, Керобом…
– Загрейн, ты хорошо себя чувствуешь? – спросила Энни, оборвав сына.
Энни была молодой женщиной, которой я не дал бы больше двадцати лет. И, по моим меркам из прошлого мира, девушка была достаточно «горячей». Портили впечатление лишь кожа на руках и ногти, которые больше подходили трактористу. Но что поделать, я привык к ухоженным ручкам дам из прошлого мира, которые поголовно могли похвастаться маникюром.
– Уже лучше, – по-прежнему немногословно ответил я. Впрочем, даже так это был прогресс, ведь предыдущие дни я обходился ещё меньшим набором слов.
– Хочешь навестить кладбище? – задал вопрос Садрич. Вон это был по-настоящему типичный представитель крестьянства. Невысокий, небольшая борода и усы (видать, чтобы в лопасти мельницы не попала), сильные руки с заметными мышцами от постоянной тяжёлой работы. Суровый, крепкий и, не знаю, надёжный, что ли? Он казался уверенным и способным справиться с любой проблемой, даже когда напивался какого-то местного самогона. А за три дня, что я провёл в их семействе, мельник делал это трижды…
Вот и сейчас Садрич отставил пустую миску, завладев привычной ёмкостью с какой-то спиртосодержащей настойкой, от души хлебнул и утёр усы тыльной стороной лопатообразной мозолистой ладони.
– Не знаю, – откровенно признался я. – Наверное, нет. Не сейчас. Может, позже…
Он кивнул. И я был уверен, что мельник меня понял.
– Тогда идите в комнату, – постановил мужчина. – Можете немного поиграть втроём, но потом спать. Завтра рано вставать.
Куда именно вставать – непонятно, но говорил он так постоянно.
– Давай, Заг, мне дядька Перрель зуб гиены подарил! Ты же его ещё не видел, идём покажу! – Ребис столь крепко схватил меня за руку и потащил за собой, что я испугался непроизвольного обращения в рой насекомых.
К счастью, отработав спецприём несколько раз, более-менее научился себя контролировать, так что обошлось.
– Подождите меня! – взвизгнул Себб, младший сын семейства Эландов, бросившись нас догонять.
Его речь была не очень чёткой, малец проглатывал буквы и не слишком умело произносил некоторые звуки, что для его возраста, пожалуй, нормально.
– А кашу кто доедать будет?! – строгий окрик Энни заставил младшего, пятилетку, поддать скорости, отчего он почти сразу поравнялся с нами.
– Давайте быстрее, – взволнованно пропищал Себб. – Мама ругается!
Будто она в комнате нас не достанет! – хотел было сказать я, но не стал этого делать. Дети… что с них взять?
– Хорошо, что он пришёл в себя, – через оставленную мошку услышал я слова Садрича. – Ещё бы пара дней – и я бы точно отдал мальчишку Милегеру.
– На обряд или навсегда? – поинтересовалась Энни.
– Как Наршгал бы решил, – серьёзно ответил мельник, потом глухо закашлялся.
– Пропусти завтра день, – негромко сказала женщина. – Мучная пыль тебя доконает.
– Потому и пью, – буркнул он. – Алкоголь сводит эффект на нет.
– С каждым разом всё хуже.
Садрич промолчал.
***
– Пурум-пум-пу… – бросил я камешек в реку, пронаблюдав, как «блинчик» отскочил два раза. Херовый результат. – Да, – криво хмыкнул я. – Херово получилось.
Эту ночь я почти не спал. Не из-за кошмаров, а из-за мыслей. О своём перерождении, оставленной «дома» жене и сыне… Боже, почему я вообще про них вспоминаю?! Мы почти не общались, ведь разошлись порядка… дай бог памяти, лет двадцати назад, но всё равно периодически поддерживали связь.
Ха, забавная история была! Она ушла, я в сердцах плюнул и продолжил жить. Алкоголь, работа, новые отношения, карьера, смена работы, друзья, новые друзья, новые женщины… Периодически звонил, исправно подкидывал денег, общался с сыном.
Бывшая жена тоже меняла партнёров, но, как и, я не смогла найти себе кого-то на долгий срок.
Одно время даже думали обратно съехаться, но как-то не срослось.
– Херово получилось, – повторил я.
Раннее утро четвёртого дня пребывания в новом для себя амплуа. Не дожидаясь, пока поднимутся мои новоявленные опекуны, встал пораньше и припёрся сюда. Живописное местечко!
И первая моя осознанная прогулка по улице. Заодно окончательно убедился, что всё вокруг – не сон и не глюки. Даже не матрица. Я переродился. Сирота в маленькой деревушке, а вокруг – огромный и незнакомый мир. Какие-то страны, империи, войны… Я ничего не знаю и не понимаю. Благо, «мне» всего семь лет, а потому подобное простительно. Нагоню. Хочу ли – уже другой вопрос.
Не знаю… Говорят, что к старости человек начинает меньше желать и ставит перед собой менее серьёзные цели. Это одновременно и так, и нет. Я, по-моему, вообще никогда не ставил перед собой масштабных задач. Всё как-то… на дне скрёбся. И считал себя реалистом. О, какое поганое и мерзкое словечко. «Реалист»! Это пессимист, но с ноткой печали и самобичевания. Пессимист, который постоянно ноет, как же всё дерьмово, и никогда не ждёт ничего. Ни от жизни, ни от самого себя. «Сдерживает аппетиты». Зачем мечтать о несбыточном? О богатстве, славе, личном счастье? Урежь осетра, подумай о чём-то более реальном. Например, о зарплате. Или о том, как придёшь домой и всосёшь жбан пива, залипая в телек. А лучше о выходных через три дня. О, какие прекрасные, полностью реальные мечты!
Сейчас даже немного мерзко. Не хочу быть реалистом. Лучше уж оптимизм. Причём такой… нездоровый. Он хотя бы помогает не падать духом.
– Во-во, – пробурчал я самому себе. – Так что, Загрейн, смотри в будущее в розовых очках. Сирота? Меньше надзора. Ничего не знаешь о мире? Радость первооткрывателя! Войны, ауры и какие-то боевые стили? У тебя, сука, сверхсила в кармане! Местные «джеки чаны» смогут лишь грустно смотреть на тебя с земли. А потом мошка, которую я предварительно прополощу в самом жёстком яде, во сне залетит им в рот.
Эти мысли позволили вернуть на лицо улыбку. И правда. Будущее – это здорово. Так или иначе.
Шум шагов заставил обернуться. В мою сторону целеустремлённо шагала высокая черноволосая девочка. Возраст плюс-минус тот же, что у меня. Я её знал. Вета Бурс, дочь старосты, моя ровесница. Правда, «знал» – это лишь имя и внешность. Должно быть что-то ещё, но Загрейн не захотел делиться сокровенным. Влюбился в неё, что ли?
Мысленно хмыкнув, я сосредоточился на Вете. Чего она хочет?
Неважно, буду импровизировать, потому что она явно идёт ко мне, а не к реке. В крайнем случае, конечно, признаюсь, что «кое-что подзабыл», но слишком уж налегать на потерю памяти не хочется. Обзовут ещё дураком, вовек не отмоюсь.
– Загрейн, я всё знаю, – серьёзно заявила она, смотря на меня чистыми как небо и таким же голубыми глазами. – У тебя умерли родители, а Дэлю забрали в тот караван, который к нам неделю назад приходил.
Моргнув, я ощутил, как у меня заскрипели мозги. Стоп, да она же ребёнок, вот и изъясняется в таком стиле!
– Да, – коротко ответил я.
– Папа говорит, что всё будет хорошо, – уверенно продолжила девочка. – Мы тебя в обиду не дадим и вырастим, как полноценного жителя. Вот.
– Спасибо, – постарался я добавить в слово немного эмоций. Позитивных, конечно же. А ещё улыбнулся. Ну… как улыбнулся? Скорее кривовато приподнял уголки губ. Тем не менее вроде прокатило, потому что Вета улыбнулась в ответ.
– Это… выходи играть уже, не сиди дома! – закончила она, потом шагнула ближе и крепко меня обняла.
Выше ростом на полголовы! – осознал я, аналогично обнимая её. – Что поделать, до определённого момента девочки растут быстрее.
Нос ощутил запах дыма. Похоже, она сидела возле открытого огня или хотя бы печки.
– Как раз сегодня собрался, – заверил я её. – Думал, Реб и Себб с самого утра побегут всем рассказывать.
– Я ещё не видела их. С братом за овцами ходила и тебя заметила. Он и сказал подойти, – по-детски наивно закончила Вета.
Эй, память, может дашь немного нормальных знаний, а?.. Или только кошмары подкидывать? Сучка.
Объятия разомкнулись. Девочка улыбнулась, махнула рукой и побежала в сторону худого паренька лет пятнадцати, стоящего метрах в сорока. Овцы, наверное, тоже где-то поблизости торчали, но я стоял у берега реки, а он – берег – уходил к воде под наклоном.
Почесав затылок и словно бы решившись, сбросил одежду, придавил её камнем да нырнул в воду. Немного безответственно, ведь мало ли? Вдруг тут обитают щуки размером с акулу, обожающие заглатывать людей целиком? А может, встречаются спонтанные водовороты, засасывающие маленьких детишек?
Но я ведь теперь оптимист, а потому наплевал на последствия. К тому же меня бы небось предупредили о таком, а?
Вода была тёплой, так что нырнул с головой. Ух, Юрка, прорвёмся. Обязательно прорвёмся!
Глава 6. Деревня
«Ожидание стои́т в одиночестве – заполняя собой обширную пустоту палаты запертого ларца. Его фальшивое дно – иллюзорный Пьедестал, а на нём, на четырёх резных ножках, изображающих носильщиков паланкина, восседает Трон – свидетель грядущей славы Того Дня. Времени, когда охотники-африды вернутся из полумрака тёмных вод в отчаянной погоне за призраками властителей и соискателей. Однако Он непоколебим и полон важного безразличия, которое есть всего лишь бесплодное терпение. Ожидание всегда стои́т в одиночестве перед этим вечно пустым – о, столь вечно пустым! – Троном».
Харриман Эдлус, «Обитель Пяти Богов».
***
1130 год от сотворения мира, остров Миизар
– Аура, Вета, это то, что превращает человека в элиту, – объяснял староста Дуфф своей дочери. Кто-то сказал бы: «Восьмилетка, что с неё взять? Тем более девчонка. Пусть в куклы играет!», но в это время возраст уже считался пусть и недостаточным для тяжёлой работы, но и не тем, когда детям полагалось лишь развлекаться и бегать по улице. О нет, в них закладывались основы. И, в зависимости от качества этих основ, менялось и отношение. Как к самому человеку, так и его – к окружающим.
А уж возможное замечание по поводу пола… Как я успел осознать, в этом мире он играл до смешного мало роли в плане сравнения силы.
К счастью, никто из семейства Бурсов даже не думал обращать внимание на нескольких мух, сидевших на стенах и потолке, позволяя мне спокойно наблюдать за происходящим.
– Сумел бы я стать главой деревни, не владей Аурой? – усмехнулся Дуфф. – Нет, радость моя. Не сумел бы. Мало иметь мозги, мало знать, что делать, нужно ещё обладать силой, способной эти знания подкрепить.
– Но ведь нас защищает наместник? – наивно спросила Вета.
Это она встретилась мне у реки. Черноволосая и голубоглазая. Довольно милая для своего возраста.
– Наместник Вермитракс, конечно, формально несёт ответственность за доверенные ему земли…
– Отец, – прервал его Дервис Бурс, его старший и по местным меркам давно взрослый сын. – Будь проще.
Небесно-голубые глаза Веты успели потерянно остекленеть по мере звучания голоса Дуффа.
– Кхм, – староста покосился на сына, потом на дочь. – Наместник не станет нас защищать, Вета.
– А? – удивилась она.
– Он в столице, городе Палид, на другом конце Миизара. А мы здесь, в Ностое. И единственное, что позволяет нам с надеждой смотреть в будущее…
– Соседи разграбят, – коротко пояснил Дервис, обрывая отца. – Или бандиты.
– Нельзя! – воскликнула Вета.
– Поэтому надо пробудить Ауру, – продолжил парень. – Аура добавляет много сил.
– И скорости, – Дуфф поднял руку, отчего его сын сразу замолк. Хм, дрессированный. Знает, когда может перечить, а когда нет. – Если упростить, Аура позволит три вещи: сильнее и быстрее бить, обрести прочность камня и видеть всё вокруг, даже предугадывая чужие атаки.
– Вот почему ты всегда знаешь, в какой руке вирра!
Дуфф и Дервис одновременно усмехнулись, сделавшись до отвращения похожими. Словно наблюдаешь за одним человеком, только разного возраста.
– Это называется Аура Наблюдения. Сильные воины поголовно владеют ей в той или иной степени. Они видят всё вокруг себя. Если, конечно, сосредоточатся и захотят это увидеть… И я хочу, чтобы ты, Вета, тоже владела всеми тремя Аурами. Конечно, скоро вас начнут этому тренировать. Сатор Отье – неплохой воин, хорошо знакомый и с Боевыми Искусствами, и с Аурой, но я желаю, чтобы ты начала раньше.
– Зачем? – девочка заморгала.
– Нам нужна помощь, – снова вмешался её брат. – Сейчас у отца есть лишь я. Этого мало.
– Ула, моя жена и твоя мать, не владеет Аурой, – с толикой недовольства проговорил Дуфф, ссутулив плечи. – Это не сильно мешает ей в повседневных делах, но я не хочу, чтобы ты была такой же. Мне будет спокойнее, если ты сумеешь за себя постоять.
– О… – Вета словно бы что-то поняла. Дай мне возможность угадать – предположил бы, что представила, как будет обыгрывать всех остальных в ножички и догонялки. А ещё как следует отдубасит Кероба. Этот придурок постоянно задирал местных девчат. Не старших, конечно, ведь те могли и сами как следует прописать. Да и не только их. Стоит лишь вспомнить наше первое знакомство… Хм, неприятная сцена. – Я согласна!
– Тогда начнём обучение с завтрашнего утра, – улыбнулся староста. – Дервис мне поможет, не так ли? – сурово посмотрел он на сына, который тут же сменил вальяжную позу, со сложенными на груди руками, на вытянутую в струнку, а потом торопливо закивал.
– Это всё? Я могу бежать? – Вета подпрыгнула, лучась энергией.
– Только запомни, дочка, – Дуфф нахмурился, отчего его лицо сморщилось, визуально постарев не меньше чем на десять лет. – Твоё раннее обучение – это тайна. Сама по себе Аура и её трюки знакомы многим. Шила в мешке не утаишь. Все выдающиеся воины владеют ею. Многие солдаты в Золотом или Серебряном Легионе Саркарна не исключение. Даже африды – и то с первого на второй. Однако… – здесь он удержал паузу, потом подался вперёд, упираясь локтями в колени, – большинство держит свои тренировки в секрете. И ты тоже не должна никому о них рассказывать. Поняла?
– Поняла, – Вета важно кивнула, но потом широко осклабилась. – А почему?
– Потому что ты – моя дочь, – мужчина погладил её по голове. – Именно тебе я доверю наши семейные тайны. Тебе и твоему брату.
Дервис тоже кивнул и улыбнулся. Улыбка изменила его лицо, придав ему схожести с сестрой.
– Пообещай мне, Вета, – добавил Дуфф.
– Обещаю!
А я понаблюдаю, хе-хе, со стороны! Аура, судя по всему, весьма ценная и полезная штука, пробудить которую нужно как можно раньше. Надеюсь, все хитрости будут заключаться в соответствующих тренировках, а не… не знаю… каких-то тайных алхимических препаратах? Или «вливании» в тело некой «мистической энергии». Ну мало ли?
Ещё немного поболтав ни о чём, Вета радостно убежала. А вот Дуфф с Дервисом остались.
– Ты уверен в этом решении, отец? – поинтересовался парень. – Рано или поздно нам придётся отдать её в чужую семью, где Вета наверняка поделится тайной – если не с мужем, то со своими детьми.
– Я уже продумал этот момент, – отмахнулся он. – Лучше всего будет не отдавать её куда-то, а взять сюда кого-то.
– К нам? – удивился Дервис. – Это… хм…
Староста молча хлопнул его по плечу.
– Разумеется, для вида я изображу, что подыскиваю потенциальных партнёров – куда без этого? Но в планах или найти подходящего человека в Ностое, или заманить к нам кого-то извне.
Парень кивнул:
– Варианты и правда есть. Особенно с новой политикой деревни, принятой год назад: обучать Боевым Искусствам и Ауре не только ополчение, но и детей.
– Саркарн обучает своих солдат массово, не делая из этого секрета, поэтому они захватывают мир. Не удивлюсь, если через полсотни лет вся Эндория станет частью Империи. Стоит взять с них пример. Тем более что у нас осело несколько ветеранов войны. Я не хочу, чтобы их опыт ушёл к Наршгалу вместе с ними… – он не договорил, лишь лукаво подмигнул Дервису.
– Неплохо придумано.
– Учись, пока я жив. Иначе главой селения ты будешь никудышным.
– Ты ещё не стар, отец, – криво улыбнулся парень. – Пыльца мудрости успеет осесть на…
– И ты ещё обвинял меня в велеречивости! – воскликнул Дуфф и рассмеялся. – Оставь. Я понимаю.
– Как и ты, я организую вокруг себя группу головастых единомышленников, отчего решения будут приниматься совместно…
– Думать надо совместно, – поднял мужчина палец. – А решение принимать лишь тебе. Запомни это, сын. Совет никогда не лезет вперёд лидера – что у нас, в деревне, что во дворце кайзера или наместника.
Дервис молча склонил голову.
– Главное – развивай Ауру, – лицо Дуффа ожесточилось. – Ты недостаточно тренируешься. Сила в голову ударила? Решил, что круче тебя только горы и Драконы Саркарна? Или вообразил себя равным Безграничным? А может, вторым Истинным?
А вот это мне уже знакомо! Драконы Саркарна – это сильнейшие люди Империи, управляющие Золотыми Легионами. Всего их трое. Имена, к сожалению, пока мне неизвестны, но о них ходили настоящие легенды.
Безграничные – это могущественнейшие из афридов. Людей, предпочитающих свободу всему остальному. Путешественники, герои и негодяи. Говорят, в силе Безграничные не уступает Драконам, вот только сами по себе они никому не служат и ни перед кем не встают на колени. Напротив, некоторые даже «охраняют» какую-то область или страну, которая считается их негласной базой. Ещё зачастую окружают себя не менее опасной свитой или командой, разделяющей взгляды своего лидера…
Истинный же… Истинный – это сильнейший человек мира, который одним лишь словом останавливал войны, отменял законы и свергал королей. Его мощь была так велика, что он мог менять своими атаками ландшафт, а голосом уничтожать армии или корабли. Во всяком случае, так говорят. Но потом Истинный, который в одиночку поддерживал мировую справедливость, просто исчез.
Уверен, дошедшая до меня легенда пестрит дырами, как плащ нищего, а потому я не верил ей ни на грамм, но… как сказочка сойдёт. В конце концов, истории про богатырей ходили и в моём прежнем мире, почему бы им не ходить тут? Будем, как говорится, знать. Быть может, когда-нибудь про меня тоже расскажут нечто подобное? Только без трагичного конца!
С другой стороны, может, мужик просто задолбался и решил пожить обычной жизнью? Собственный остров, пляж, полуголые девочки, которые таскали бы напитки… От такого и я бы не отказался! Лет через десять уж точно.
Мысленно усмехнувшись, погнал мошек по другим местам. Смотреть, как Дуфф распекал своего сына, я не желал. Ничего интересного в этой сцене нет.
О, а вот Зана. Моя ровесница и одна из тех, с кем я почти ежедневно гулял и бегал по улице. Благо, пока ещё нас не слишком активно привлекали к работе, хоть понемногу, с каждым днём, это становилось всё заметнее. Если знать, куда смотреть.
И я знал… смотрел… Иногда смотрел не туда, куда надо, и сглатывал слюну.
– Мам! – крикнула девочка. – Ты скоро?
– Почти! – ответила ей переодевающаяся женщина, за чьими формами я сейчас наблюдал. Большие, налитые груди, стройная талия, лёгкая россыпь веснушек на загорелой коже.
Очень захотелось коснуться, провести рукой, ощутить гладкость и упругость…
Мотнув головой, развеял наваждение. Сердце учащённо билось, на лбу возникли капельки пота. Эй! Мне ещё рано!
– Но почему тогда такая реакция? – хмыкнул я, подозревая, что лицо полностью красное. – И как я теперь ей в глаза смотреть буду? – припомнил я знойную красотку Циму, мать Заны.