Игрок72. Будь со мной

Пролог

В моем мире живут чудовища. Их легко узнать по цвету багровых плащей с меткой убийцы на спине. Увидев такой плащ, сразу понимаешь, что пора уходить.

Багровые Рыцари. Элитные убийцы Кровавого Короля. И если вы сейчас представили замки и драконов, то зря. Драконов в моем мире нет. А вот рыцари и король реальны.

Десятки лет назад правительство свергли преступные династии. В борьбе за власть многие погибли. Не только люди кланов, но и мирные жители. Улицы наполнились реками крови.

Федерация. Мировое правительство не стало вмешиваться в политику обреченной страны. Людям осталось только надеяться, что когда-нибудь все изменится.

И все действительно изменилось. Тридцать лет назад Люций Люсандус встал во главе своего клана. Он уговорил других лидеров сесть за стол переговоров и прекратить борьбу за власть. Так Люций стал первым правителем Союза Кланов. Тех, кто был против новой системы, он устранил. Казалось, к власти пришел тиран. Но как только его положение укрепилось, он восстановил государственные структуры и создал свою спецслужбу. Его агенты получили статус офицеров и надели темно-синий цвет порядка и закона.

Сам Люций надел белое, и его стали называть Белым Королем. А его сына Белым Принцем.

Но чем меньше он проявлял жестокость, пытаясь вести мирную политику, тем больше другие кланы видели в нем слабого правителя. И однажды Белого Короля с его семьей убили.

К власти пришел его брат Роберт. Кровавый Король. Он создал отряды элитных убийц, Багровых Рыцарей, без колебаний выполняющих его волю. Роберт объявил спецслужбу Люция вне закона и даже не дал агентам возможности перейти на его сторону. Отдал приказ убивать всех без исключения вместе с их семьями. Страна вновь утонула в крови.

Всех обычных служащих Роберт обязал надеть черную форму с красной меткой расходного материала. Форму, которую я надеваю каждое утро, когда иду на работу в администрацию. Но эта работа лишь удобное прикрытие. Семь лет назад я присоединилась к подполью. Стала агентом. В стране, где за это убивают.

Мы давно не элитная спецслужба. Жалкие остатки, верящие, что еще можно что-то изменить.

Надежда. Самое страшное. Она заставляет бороться, даже когда очевидно, что в этой войне не победить. И мы продолжаем надеяться. Продолжаем верить. Продолжаем умирать за убитого короля.

Когда мы думали, что хуже уже не станет, появился он… Невидимый убийца. Правая рука Роберта. Игрок72. Так его называют в сети. Я ищу его, чтобы отомстить за смерть близкой подруги. И больше не верю, что мой мир когда-нибудь изменится.

Месть. Все, чего я хочу.

Глава 1

Я стояла у дальней стены и смотрела на людей в черных костюмах, сидящих за круглым столом в центре комнаты. Рядом со мной висели фотографии, приклеенные скотчем к шероховатой штукатурке. Раньше в оперативных штабах для этого использовали доски, но здесь, в съемном укрытии, для меня это стало привычным.

Я взглянула на Командира. Мориц Вейланд стоял вполоборота ко мне и смотрел на улицу между задернутыми шторами. Теплый закатный свет узкой полосой освещал его лицо и седые коротко остриженные волосы.

Рядом с ним за прямоугольным столом сидели двое агентов, сосредоточенно работая за ноутбуками. Один из них взглянул на меня. Я заправила выбившуюся из пучка прядь волос за ухо и посмотрела на снимки. Среди фотографий лидеров Союза в центре висело фото человека в красной толстовке, чье лицо скрывал капюшон.

На мне, как и на остальных, был черный костюм обычного служащего: рубашка с красными линиями на манжетах, широкие брюки и свободный пиджак с красной вышивкой в форме вытянутой капли с острыми линиями по бокам на спине между лопатками. Символом системы, в которой моя жизнь ничего не стоит.

– Во время слежки за особняком Роберта разведка заметила этого человека. – Я указала на снимок парня в капюшоне. – Он приезжал в тот же день, когда устранили двух наших агентов, пытавшихся внедриться в клан. Роберт не принимает никого у себя, но этот человек беспрепятственно вошел в особняк. Мы считаем, что это Игрок72. Позже разведка отследила его путь до дома клана, и его больше не видели.

Командир отвлекся от наблюдения за улицей, подошел ко мне и указал на стул. Я села рядом с напарником.

– Наша задача проникнуть на территорию клана и устранить цель. Мы отправим туда двух агентов. Дом под глушилками. Экстренная связь возможна только по стационарному телефону. Его использование приведет к разоблачению и смерти, поэтому я запрещаю выходить на связь любым способом, кроме личной встречи в городе, – строго сказал он.

– Снова два агента? В прошлый раз это плохо закончилось, – заметил Себастьян.

– Внедрение занимает много времени. Если одного раскроют, второй передаст информацию, – серьезно ответил Командир.

Я внимательно слушала его, думая о том, что могла бы стать таким агентом. Но знала, что он ни за что не отпустит меня. Я сложила руки на груди и слегка нахмурилась.

Когда собрание закончилось, агенты оживились и начали вставать со своих мест. Самая молодая девушка повернулась к Себастьяну.

– Мы идем в бар?

Он кивнул и перевел взгляд на меня. В это время я складывала документы со стола в графитовый кожаный портфель.

– Эн, ты с нами?

Я покачала головой.

– Сегодня встречаюсь со школьными подругами. Решили собраться классом.

– Встреча выпускников, что ли? – ухмыльнулся напарник.

– Можно и так сказать, – спокойно ответила я.

– Все понятно. Надеешься увидеть своего любимого… Как его звали? Кажется, Макс? – подколол Себастьян.

– Никакой он не любимый, – возразила я и, закинув ремень на плечо, направилась к выходу.

– Завтра будем ждать от тебя горячие подробности, – усмехнулся он, провожая меня взглядом.

Я промолчала, стараясь показать безразличие. Подойдя к двери и взявшись за ручку, на секунду задержалась и посмотрела на Командира. Мориц навис над агентом, сосредоточенно смотрел в экран ноутбука и что-то обсуждал.

Родители погибли через месяц после моего десятилетия. Командир и отец были друзьями, поэтому он забрал меня к себе и воспитал. Но после того, как я присоединилась к подполью, он стал холоден, и теперь мы виделись только на тайных встречах.

Мориц всегда был против моего выбора и напоминал мне об этом на протяжении всей учебы в военной академии. В итоге я все равно стала агентом. А поиск Игрока72 стал одержимостью.

Семь лет назад подполье содрогнулось. Почти все наши укрытия были рассекречены в один день. Те, кто оказался там, были убиты. Тогда погибла и моя лучшая подруга. О ней я старалась не думать. Смерть Сары потрясла меня так сильно…

Командир взглянул на меня и молча кивнул. Я вышла из квартиры. Быстро спустилась по ступеням и, только отойдя на достаточное расстояние от здания, замедлила шаг и расслабилась. Взглянула на серый город и бесконечный поток машин. Дорога вывела меня на мост. Проходя по нему, я посмотрела на красное солнце, опускающееся к горизонту. Вдали виднелись трубы, из которых поднимался густой дым и в закатных лучах обретал насыщенный розоватый оттенок.

Перед ногами прокатились багровые листья, напомнив мне о плащах отряда жестоких убийц, а затем и о красной толстовке.

– Получится ли у нас найти тебя?

Я вздохнула, вспомнив фото хакера. Нашу единственную зацепку за несколько лет.

Мост закончился, и я перешла на узкую пешеходную зону, протянувшуюся вдоль широкой проезжей дороги. Взглянула на граффити с человеком в белой одежде и надписью «Белый Принц жив», занимающее весь фасад здания. Я остановилась и подняла голову.

Он величественно смотрел сверху прямо в мои голубые глаза.

– Если бы ты был жив, каким был бы мир?

Я тут же услышала мальчишеский смех. Думая о Белом Принце, всегда вспоминала веселого мальчишку, с которым играла в детстве. Родители обеспечивали безопасность королевской семьи и иногда брали меня с собой. У них с королем были теплые отношения. А мне нравилось проводить время с принцем. Особенно ярко запомнился день перед моим десятилетием. Тогда мы играли на заднем дворе. Он смеялся так сильно, что упал и катался по траве.

Я тоже смеялась, наблюдая за ним. Затем, немного успокоившись, легла рядом и взглянула на небо. Смех стих, и мы молча лежали, разглядывая облака. Я уже не помнила его лица, но ту радость, сменяющуюся спокойствием, не могла забыть.

Поэтому, когда становилось особенно тяжело, мысленно хваталась за это воспоминание и снова проживала те чувства.

Я выдохнула пар изо рта и обняла себя за локти, растирая руки через грубую ткань пиджака.

– Скоро зима.

Я посмотрела на горизонт, который тонул в черном небе, отпуская последние лучи заката. Перевела взгляд на наручные часы. Заметила, что уже шесть, и ускорила шаг.

***

Забежав в квартиру, я скинула ботинки в прихожей. Прошла через кухню-гостиную к шкафу и открыла его. На вешалке висело несколько черных костюмов и немного гражданской одежды. Вытащив вещи, я раскидала их по кровати и оценила варианты.

– Не подходит, – протянула я вслух.

Вернулась к шкафу и начала перебирать одежду на вешалках. Рука остановилась на единственном черном платье. Вытащив его, я провела взглядом по блестящей ткани.

– Видимо, придется идти в нем.

Это платье казалось слишком коротким для моего гардероба. Купленное когда-то давно и ни разу не надетое.

Я взглянула в зеркало. Ткань плотно обтянула фигуру. Открытые ключицы, тонкие бретельки. Стало некомфортно. Но мысль о встрече с парнем, по которому я сходила с ума в старших классах, заставила пойти так. Я накинула на плечи черный пиджак, схватила сумочку и подошла к порогу. Приставив стул к шкафу в прихожей, сняла с верхней полки пыльную коробку и достала из нее черные туфли на высоком тонком каблуке. Надев их, на секунду остановилась и окинула взглядом комнату. После сборов остался настоящий беспорядок.

– Нет времени, – пробормотала я и вышла.

***

Желтое такси остановилось у бара. Я не спеша выбралась из него и направилась к зданию. Узкое платье сковывало привычный широкий шаг, каблуки ровно стучали по асфальту.

Потянув за металлическую ручку, я открыла дверь, и на меня обрушились оживленные разговоры, смех и громкая музыка. Легкие наполнились запахом алкоголя и сигаретного дыма. Пол вибрировал от басов. В центре танцевали люди в гражданской одежде.

– Это Эн? Эн! Сюда! – кричали девушки рядом с барной стойкой, растянувшейся на всю ширину зала.

Я обратила внимание на крики.

– Диана! – улыбнулась я и направилась к подруге.

С ней мы проучились всю школу за одной партой. После выпуска продолжали общаться, иногда встречаясь и поддерживая связь в сети.

Подойдя к Диане, я обняла ее.

– Эн! Не могу поверить, ты в платье? Ты же даже на выпускном была в брюках, – воскликнула она.

– Какие глупости, мы же уже не дети, – возразила я, но почувствовала неловкость от моего смелого выбора одежды.

Стянув пиджак с плеч, я повесила его на спинку барного стула.

– Тебе очень идет! – поддержала подруга.

Я смутилась и заправила прядь волос за ухо.

Бармен, молодой мужчина, одетый в черную рубашку и брюки, подошел и поставил перед нами рюмки и несколько алкогольных коктейлей. Мы выпили шоты. Взяв напиток, я потянула его через соломинку и почти сразу выпила половину. Слишком быстро. Фруктовый вкус, смешанный со сливками, остался на языке с едва уловимой пряной горчинкой.

– Все уже пришли? – спросила я, оглядываясь.

– Все, кроме Макса, – ответила Диана. – Ребята писали ему, но он ничего конкретного не ответил, возможно, и не придет.

Я понимающе кивнула, стараясь не выдавать своего разочарования. Допила коктейль. Бармен сразу заменил его на новый и подмигнул мне.

Я озадаченно проводила его взглядом до другого конца барной стойки, где стояли другие посетители.

– Ого, Эн, может, тебе и не нужен Макс, – подшутила подруга.

Я быстро отвернулась ко входу, чтобы скрыть смущение. В руках держала уже новый коктейль и через соломинку втянула обманчиво сладкий вкус малины и маракуйи. Подняв взгляд к дверям, я замерла. Губы разжались, и соломинка выскользнула изо рта, утонув в напитке. В бар вошел он. Высокий парень, чья фигура напоминала перевернутый треугольник: широкие плечи, узкая талия.

Красная рубашка, заправленная в темно-синие брюки с высокой посадкой, обтягивала рельефные мышцы. Он подошел к парням, стоявшим в другой части зала. Я узнала одноклассников, которые отреагировали на Макса удивлением и смехом.

Не отрывая взгляда от него, я нащупала пальцами соломинку и разом допила коктейль.

– Это Макс? – зашептались подруги за моей спиной. – Какой красивый!

Тепло от двух коктейлей и шота растеклось по венам, и перед глазами движения стали слегка размытыми.

Я не могла заставить себя оторвать взгляд от Макса, которого давно не видела и по которому очень скучала.

Сквозь громкую музыку я пыталась слушать подруг, обсуждающих школу. Они вспомнили и про меня с Максом, навевая воспоминания о выпускном, когда мы с ним танцевали и целовались. Но после выпуска он пропал и больше не выходил на связь.

Я слышала, что Макс поступил в информационную академию на факультет кибербезопасности, а позже стал офицером клана.

Но я не могу винить его за этот выбор. Каждый выживает в этом мире как может, и наши пути разошлись по двум разным дорогам: поддержка системы тирана и подполье с остатками спецслужбы. Разумеется, никто из моих знакомых не знает, что я агент.

Макс отвлекся от школьных друзей и посмотрел на меня, а я стояла и разглядывала его.

– Увидел?

Срочно захотелось выпить еще. Я нащупала рукой пустую рюмку на стойке. Алкоголь в крови ударил в голову, толкая на необдуманные поступки.

Бармен все еще стоял в другой части бара. Я запрыгнула на стойку, перевалилась через столешницу и, заглянув под нее, нашла желанную добычу. Ухватилась за бутылку виски и два стакана.

Подруги зашумели и потащили меня обратно.

– Что ты делаешь, Эн! – воскликнула Диана.

Но я не слышала ее. Мыслями была уже далеко, в старших классах, когда смотрела на Макса влюбленными глазами.

– За двенадцать лет я так и не построила ни с кем серьезных отношений, потому что не могла забыть тебя. Но с меня хватит, – рассуждала я, разливая виски по стаканам и собираясь предложить ему выпить.

– Эн, – тихо позвала Диана.

Но я не обратила внимания. Схватила стаканы и резко повернулась в сторону Макса, который уже стоял передо мной. Не ожидая, что он окажется настолько близко, я выставила локоть вперед. Уперлась ему в пресс и, оттолкнувшись, едва успела почувствовать тепло его тела через тонкую ткань рубашки. Слегка отклонила голову и растянула пьяную ухмылку.

– Привет, Малыш, – сказал он.

Мурашки пробежали по затылку, когда я услышала его голос и прозвище, которым он называл меня в школе.

Подруги завизжали и рассмеялись.

Я ухмыльнулась шире, заметив его заинтересованный взгляд, и протянула ему виски. Макс взял стакан, и я с силой ударила своим об его. Звон стекла, перебитый громкой музыкой, отдался дрожью в пальцах. Я посмотрела в его синие глаза, напоминающие глубину океана. Затем перевела взгляд на его каштановые волосы с золотым отливом на концах. В его чертах я видела того самого парня из школы, словно он не изменился, хотя лицо его стало взрослым и мужественным.

Одним глотком я выпила виски и резко поставила на стойку стакан. Горло обожгло. Жар разлился по телу и отдался в голову. Макс ухмыльнулся. Тоже выпил виски.

Басы катились по полу, вызывая желание танцевать. Схватив Макса за руку, я потянула его в центр зала. Он поддался и последовал за мной. Я почувствовала его горячие, шероховатые пальцы в своей ладони. Теплый пот прокатился по спине от волнения. Все движения перед глазами размывались. Ноги слегка заплетались, но я крепко держала Макса за руку и уверенно продолжала идти вперед.

Мы остановились, и словно по заказу зазвучала медленная музыка. Я повернулась к нему спиной и откинулась на него. Он обнял меня, положив руки на мой живот, и накрыл собой.

– Скучала по мне, Малыш? – прошептал он, склонившись к моему уху, слегка коснувшись его губами.

Тело покрылось мурашками. Он резко развернул меня к себе и крепко прижал к груди. Это произошло так неожиданно, что дыхание сбилось и закружилась голова. Макс наклонился к моим губам. Его язык скользнул внутрь моего рта. Я расслабилась в его руках и ответила на поцелуй.

Музыка оглушала, сбивая и путая мысли, которые проносились с бешеной скоростью и тут же исчезали. Разноцветный свет скользил по нашим силуэтам. Он управлял мной, и я не сопротивлялась.

Глава 2

Солнечный свет врезался в веки. Я поморщилась. Лениво перевернулась на спину и приоткрыла глаза. Увидела идеально белый потолок. Взгляд скользнул дальше к центру и зацепился за большую люстру, отражающую солнечные лучи и рассыпающую их по просторной комнате.

– Я не дома?

Опираясь на спинку кровати, я попыталась сесть. Шелковая ткань мягко скользнула по коже. Я перевела взгляд на стены. Обои насыщенного бордового цвета визуально сжимали пространство.

Я приложила руку ко лбу, пытаясь восстановить в памяти события вчерашнего вечера.

– Вчера… Вчера я в баре… Диана… Шоты… Зачем я столько выпила? Как же болит голова. Там был… Макс… Макс! Нет, нет, нет… О боже, что я натворила! – пробормотала я.

Опустив взгляд, я замерла. Одеяло сползло, оголяя грудь. Я заглянула под него. Ничего. Взгляд заметался по комнате в поисках одежды. Я пододвинулась к краю кровати, наклонилась и увидела свое платье. Порванное.

– А это как случилось?! – вскрикнула я.

Голова закружилась, и меня потянуло вниз. Я успела ухватиться за край кровати.

– Черт! Такого сильного похмелья у меня не было со времен академии.

Немного подождав, пока пройдет головокружение, я осторожно поднялась. Взяла одеяло с постели, завернулась в него и подошла к окну.

Как только взглянула на улицу, боль в голове перестала иметь значение. Широко открытыми глазами я смотрела с высоты второго этажа на идеально подстриженный газон, раскинувшийся перед домом на несколько метров. Двое вооруженных мужчин в черном патрулировали территорию.

– Дом клана? Какого черта я в доме клана?

Я закрыла глаза и напряженно выдохнула, пытаясь вспомнить события ночи. Виски снова сдавило, и меня качнуло в сторону. Я резко открыла веки. Перед глазами медленно отступила темнота, но пространство поплыло. Вцепившись в оконный проем, я провела взглядом по комнате. Дальше, вдоль стены, стояли компьютерный стол и игровое кресло, на спинке висела толстовка.

Скинув одеяло на постель, я подошла к креслу и натянула толстовку. Ткань свободно повисла, прикрывая бедра. На губах дрогнула улыбка. Для меня такая одежда была привычной, несмотря на явно мужской размер. Стало комфортно. В памяти еще оставалось неприятное ощущение от короткого платья на тонких бретельках, оголяющих плечи.

Я тяжело задышала от новой накрывающей меня волны. Подождав немного, взглянула на единственную дверь в комнате. Босыми ногами прошла к ней. Стопы коснулись холодного паркета. Тело горело, и эта прохлада показалась приятной. Я навалилась на дверь. Переведя дыхание, оттолкнулась и медленно потянула за ручку. Дверь предательски скрипнула. Я прикусила губу, надеясь, что меня никто не услышал.

Выглянув, встретилась взглядом с высоким незнакомцем в офицерском костюме стального синего цвета с тремя медными линиями на манжете. Он стоял в широком коридоре и опирался спиной на стену, скрестив руки на груди.

– Старший офицер?

Я заметила его недовольный взгляд и вопросительно посмотрела на него, ожидая хоть каких-то слов, но он молчал. Спустя несколько секунд тишины стало ясно, что он не намерен говорить, и я шагнула вперед. Меня потянуло вниз, и я вцепилась в дверь, устояв на ногах. Он при этом не шелохнулся, продолжая разглядывать мое лицо.

Чувство обиды захватило меня. Но я сама не поняла, на что обижаюсь: то ли на то, что он не говорит со мной, то ли на то, что не попытался меня поймать.

Я слегка нахмурилась, но затем замерла, заметив его взгляд, медленно опускающийся вниз.

– Даже не вздумай.

Я сжала зубы. Его взгляд скользнул ниже по толстовке и остановился на моих голых ногах. Одна его бровь приподнялась. Стало неловко, и я оттянула край толстовки вниз.

Он молча указал на дверь напротив. Я хмыкнула от досады, что он так нагло окинул меня взглядом.

Стараясь удержать равновесие, сделала несколько шагов, уперлась руками в дверь и приоткрыла ее. Увидев ванную комнату, с облегчением выдохнула.

Я сочла нужным поблагодарить незнакомца, который угадал, что мне сейчас нужно.

– Спасибо, – тихо сказала я, опустив голову и чуть повернувшись.

Он не ответил.

Когда я открыла дверь шире, заметила еще одного офицера, идущего по коридору, и быстро зашла внутрь.

– Лу, – учтиво обратился этот офицер, подойдя к незнакомцу.

Его имя ни о чем мне не сказало, а вот мысль, что каждый человек в этом доме убьет меня в ту же секунду, если узнает, кто я, заставила насторожиться.

***

Лу

Я смотрел на дверь ванной. Затем повернул голову к ухмыляющемуся Виктору.

– Очередная девчонка Макса? – спросил он.

Я не ответил.

– Мари будет в ярости, если увидит ее здесь, – сказал Виктор.

– Не думаю. Они сильно поссорились, – безразлично сказал я и обернулся на свист.

К нам шел Макс. Его шаги гулко отдавались эхом от стен коридора, наполненного теплым светом ламп.

– Где она? – спросил он.

Виктор кивнул на дверь ванной. Макс ухмыльнулся и вошел внутрь.

– Жалко эту птичку, залетевшую в чужую клетку, – иронично произнес Виктор, смотря на дверь.

Я перевел на него недовольный взгляд.

– Ты что-то хотел?

Он нахмурился.

– Мелкий клан поставляет товар на нашу территорию…

– Скажи Максу, – перебил я.

– Скажу, когда он с ней закончит. – Виктор махнул рукой, оттолкнулся от стены и пошел по коридору.

Я посмотрел на наручные часы и остался стоять у двери.

***

Эн

Комната наполнилась густым паром. Я стояла за стеклянной перегородкой и вслушивалась в шум воды.

– Выспалась? – прозвучал за спиной голос Макса.

Я вздрогнула.

Почувствовала на себе его взгляд, скользящий по моему телу. Он положил руку на мое плечо и смахнул капельки с влажной кожи.

Его прикосновения были настойчивыми. Не совсем уместными в этот момент. Голова снова закружилась, и я навалилась на его голый торс. Наши тела плотно соприкоснулись.

– Такой теплый, – подумала я, но следующая мысль о потерянной ночи заставила меня напрячься. – Все уже случилось? И как это было?

– Ты была хороша этой ночью, – ухмыльнулся Макс.

Я попыталась вспомнить хоть что-то, но казалось, что время безвозвратно потеряно.

Что-то внутри хрустнуло и провалилось в черную пустоту, которую я не могла ничем заполнить. Я много раз представляла, как это будет. Еще в школе, на выпускном, когда Макс впервые поцеловал меня. Тогда ничто не имело значения. Только он. Я была счастлива, не веря, что парень, который мне нравится, наконец обратил на меня внимание. Не только как на подругу, но и как на девушку. Но потом он исчез. Будто не было нашего первого поцелуя. Первого объятия. Первого танца.

Макс провел ладонью по моей шее и ключице. Опустил руку на грудь и сжал. Я ощутила это настойчивое, почти властное давление. Вторую ладонь он положил на мой живот, медленно опуская ниже. Слишком низко. Я задышала чаще. Почувствовала его нарастающее желание, упирающееся в мою поясницу. Тело тут же откликнулось. Но все чувства приглушались болью в висках после бессонной ночи и слишком большим количеством алкоголя в крови.