- -
- 100%
- +
– Все не закончится с моей смертью. Ты так и будешь гнить на дне этого мира!
Джейр как будто не слышал слов. Он поднес лезвие к самому горлу и сказал:
– Я подарю тебе смерть от твоего же меча. Хотя твоя кровь никогда не смоет крови Огаев, пролитой по твоей вине.
Хранитель рассмеялся.
– Ну, давай же! Давай! Проклятый Огай, давай!
– Подождите!
Рука Джейра зависла в воздухе, и мы все перевели взгляд на девушку, которую я прежде видела перед собой. Она подбежала и заслонила собой Хранителя Мерегейса. Длинные каштановые кудри рассыпались по плечам, на красивом худом лице застыло выражение непереносимой душевной боли.
– Прошу Вас, – взмолилась она, не поднимая взгляд темно-карих глаз от пола. – Мой отец сделал много ужасного. Но сейчас он уже не может причинить никому зла. Прошу вас… отпустите его. Если Вы позволите мне увести его, обещаю, мы больше никогда вас не потревожим.
– Не говори ерунды! – рявкнул Хранитель, обращаясь к дочери. – Если я выживу, то потрачу всю свою жизнь до последнего вдоха, чтобы вырезать всех этих тварей! Давай, Огай, не медли! Или у тебя кишка тонка?
– Папа! – взмолилась девушка со слезами на глазах. Цвет ее и без того бледного лица изменился ближе к зеленоватому.
– Я не могу отпустить его, – ледяной голос принадлежал Джейру. – Мне жаль тебя, девочка. Но я могу только сделать так, что ты не увидишь смерти Хранителя, раз уж он тебе так дорог. Огаям не давали права даже на это, но… мы не такие, как люди.
Джейр занес меч.
Я ударила, или, скорее, сильно пихнула Огая в бок. Пусть немногое, но это было большее, на что я была тогда способна. Лезвие начертило серебряную дугу в воздухе и ударилось о пол, так и не взяв кровавую жертву.
– Не мешайся! – рявкнул Джейр, впившись в меня взглядом.
Тогда я поняла, что так сильно изменилось: ощущения от Огая как будто перемешались с ощущением черного тумана, и теперь это было что-то новое и единое. И это что-то мне совсем не понравилось.
– Джейр, остановись, – воззвала я, выставив руки перед собой, чтобы увести Огая дальше. Возможно, так девушка успеет ускользнуть, если ей, конечно, хватит ума воспользоваться шансом. – Разве этого ты хотел? Разве это то, к чему мы стремились? – от поднимающегося дыма я закашлялась. И почему дым мешал только мне? Другие его как будто не замечали. – Ты же сам говорил: Огаи не такие, как люди. У нас есть понятие чести, милосердия. Джейр, которого я знаю, не стал бы убивать безоружную девчонку. Ты обещал подарить им свободу, но это не свобода!
– Ты понятия не имеешь о свободе! И о том, через что мне пришлось пройти из-за него, – он ткнул в воздухе лезвием, указывая на человека. – Алиса, ты только и знаешь, что отсиживаться в углу! Как ты вообще можешь быть одной из нас? – он зарычал и оскалился. Плохо дело. Я вглядывалась в знакомое мне лицо, но в серебряных глазах больше не было боли и страдания, в них отражалась только ненависть. – Убирайся! Не стой у меня на пути, – прорычал сквозь зубы Огай.
– Я пришла, чтобы спасти тебя! И без тебя не уйду! Мы не бросаем друг друга, помнишь?
– Мне не нужно твое спасение.
– Джейр, послушай меня… Я…
– Не мешайся! – Джейр жестко отпихнул меня с дороги, но я упрямо обошла его и снова встала на пути.
– Ты станешь, таким, как он, если сделаешь это. Прошу, Джейр, вернемся домой!
Я впилась в него взглядом. Первые мгновения мне казалось, что у меня получится, но мне так только казалось.
– У меня нет дома, – холодно проговорил Огай. На этот раз мне досталось намного сильнее. Отлетев на несколько метров, я кувыркнулась через голову. Поднявшись на ноги, я обратилась. В тот момент время как будто замедлилось, встав на мою сторону в этом споре. Не знаю как, но лапы помогли мне достичь девушки до того, как меч в руках Джейра коснулся ее.
И тогда все случилось слишком быстро. Хранитель, осознав, что его дочери ничего не угрожает (по крайней мере, тогда я верила в его моральные порывы) дочертил знак на полу. Только тогда я заметила это, и только тогда до меня дошло, отчего было так трудно дышать. В воздухе вокруг Хранителя одно за другим стали появляться огромные огненные кольца. Человек и Огай исчезли в первом из них. Голодное пламя на этом не остановилось. Секунды я с ужасом смотрела, как все новые и новые кольца с неимоверной скоростью появлялись вокруг предыдущих.
«Меньше чем через полминуты все будет охвачено огнем», – посетила меня светлая мысль.
Я встряхнула ошарашенную девушку и громко крикнула, стараясь переорать шум вокруг:
– Нужно уходить! Скорее!
– Я не могу бросить отца! – расплакалась она. – Он же погибнет!
– Ты уже не поможешь ему! А так будет шанс, что хотя бы ты выживешь!
Я выругалась, снова бросив неосторожный взгляд в сторону беспощадных огненных колец.
«Не только ты тут кого-то оставляешь», – я проглотила комок в горле.
Нужно было вывести девчонку и вернуться.
«Держись, Джейр».
Пламя заполнило всю комнату и настойчиво пробиралось к нам.
– Нужно торопиться!
– Оставь меня! Пусти-пусти!
– Не сегодня!
Я схватила ее руку и потащила к окну.
***
– Мы подъезжаем, – низкий хриплый мужской голос разбудил меня. – Эй! Барышня, слышите! – нетерпеливо заорал водитель прямо мне в ухо.
Я открыла глаза и часто заморгала. Приборная доска размывалась и плыла вбок. Машину сильно трясло: мы ехали по проселочной дороге, и под колеса то и дело попадали крупные камни, заставляя все, особенно окна, вздрагивать и громыхать. Сощурившись, я всмотрелась в лобовое стекло: впереди и правда виднелись очертания домов.
– Да, спасибо, – запоздало отозвалась я.
Коренастый мужчина громко прочистил горло и раздраженно выдохнул. Наверное, я не сразу проснулась. Удивительно, что в таком шуме мне вообще удалось заснуть. Видимо, сказывались ночи постоянного бегства от погони.
Справа за окном проносились по-осеннему тоскливые сельские пейзажи: поля в темно-желтом и темно-зеленом цвете, совсем вдалеке кромка леса, отсюда казавшаяся почти черной, и, конечно, темно-серый пласт туч, закрывший небо беспросветной завесой.
Водитель покрутил громкость на радиоприемнике и начал едва слышно подпевать. Я потянулась и, позволив себе последний на сегодня зевок, лениво повернулась в сторону салона. На протертом заднем сидении, подобрав под себя колени и подложив руки под голову, спала Айви. За последние дни ей пришлось перенести гораздо больше, чем мне. Удивительно, как такой кусок льда, как Хранитель, мог быть ее отцом. Что еще более удивительно: она его любила!
Я закусила губу. Я-то не кусок льда! Именно поэтому я должна ей помочь. Вот найду для нее укромное место и сразу обратно. Только… стоит ли возвращаться?
Джейр. Хотя я так и не вернулась ему на помощь, в том, что Огай выжил не было сомнения. Для других сородичей я стала предателем. Если честно, мне не было дела до остальных. Разве что только Эйлен. Не считая ее и Джейра, я старалась держаться на расстоянии от Огаев сопротивления. А теперь… я лишилась двух последних друзей. Смогут ли они меня простить? Эйлен скорее всего да, а вот Джейр… характер у него был не лучше, чем у меня. А вот я бы себя не простила.
Машина резко остановилась, отчего я отлетела почти до лобового стекла. Ах, да! Ремней безопасности в старой колымаге не было.
– Приехали!
Одна толстенная рука водителя быстрым движением заглушила радио, а вторая с грохотом открыла дверь.
– Давайте-давайте скорее, – причитал он по пути к багажнику. – Я ве не буду, – мужчина уже что-то жевал, но продолжал говорить с полным ртом, – вас до фвэчера вдать…
– Айви! – шепотом позвала я, и девушка сразу открыла глаза.
– Проделать такой путь и не взять даже копейки…
– Уже? – отозвалась девушка.
– Да, надо идти.
– …да-а-а, старина, – продолжал квохтать голос из багажника, чередуясь с громыханием чего-то тяжелого, выгружаемого из машины. – Ты совсем раздобрел! Тут деньгами не разбрасываются. Не в те времена живем. А ты?
– А вы наш спаситель, – пролепетала Айви и лучезарно улыбнулась. – Спасибо вам большое!
Мне тоже пришлось искривить губы, изображая улыбку. Получилось наигранно и даже жеманно.
– Не за что, – мужчина переменился в лице. – Деточка, ты так светишься. Настоящее солнце. Тебе говорили об этом?
И как только у Айвери это получается? Он же брюзжал без остановки всего пару минут назад. К счастью, мою улыбку хозяин машины не заметил. А то, чего доброго, все-таки и взял бы с нас десяток хранов
– Спасибо, – сухо добавила я, потянув Айви за собой.
– Солнышко, береги себя! – крикнул он нам вслед. – И будьте осторожны! С этими монстрами сейчас стало так небезопасно.
Влажная гравийная дорожка хрустела под ногами, слева и справа жались друг к другу небольшие двухэтажные домики, как копии, походившие друг на друга. Это была крошечная деревня. Последняя на нашем пути. Дальше до границы с Амроном уже не было никаких поселений.
Вспоминая последнюю неделю, я с трудом могла поверить, что мы смогли так далеко уехать от столицы за столь короткое время. И чем дальше мы были от центра, тем меньше люди знали и понимали, что произошло в ту ночь. Все-таки ощущение тревоги не покидало меня ни на секунду. Еще рано было расслабляться. Айви – единственный наследник Хранителя Мерегейса. У меня не было ни малейшего сомнения в том, кто тогда победил. И вопреки всем моим детским мечтам, свобода Огаев Мерегейса не предвещала ничего хорошего.
– Алиса.
Джейр сильно изменился после той битвы с Хранителем. Я не знала, на что он мог пойти. Я вообще ничего не знала. Проклятье Сияющих! Как я могла так вляпаться? Люди ненавидят Огаев. Я Огай, и значит, люди ненавидят меня. Но я спасла не того человека, и… теперь сородичи тоже будут ненавидеть меня. Меня ненавидят и люди и Огаи. И что прикажете делать?
– Алиса.
– А! – наконец-то я расслышала Айви. – Что случилось?
– О чем ты так глубоко задумалась? – непринужденно спросила она, сцепляя руки в замок за спиной.
Действительно, о чем я могла задуматься, по сути, стоя на эшафоте?
– Зову тебя уже несколько минут.
– Да, так ерунда. Не бери в голову, – я поправила шапку, чтобы выглядеть увереннее.
– Смотри!
Она вытянула палец, указывая на серо-зеленое трехэтажное здание через дорогу. Потертая грязноватая вывеска на входе приглашала всех желающих остановиться на ночлег в уютной обстановке и перекусить настоящей домашней стряпней.
– Во славу Сияющих! – недалеко от входа группка истинно верующих настойчиво предлагала всем свою правду.
Я сделала вид, что не поняла намека Айвери.
– Подумаешь, сектанты. Мало ли таких в Мерегейсе. Идем.
– Да, нет же, я о гостинице.
Скромная гостиница напомнила мне здание, рядом с которым я снимала крохотную квартиру в Мерегейсе. Я любила наблюдать за тем, как люди входят в небольшое уютное кафе-кондитерскую на первом этаже, как сидят за столиками и разговаривают, но, конечно, больше всего мне нравился сногсшибательный аромат свежей выпечки. Витрины манили прохожих глазированными пряниками разных форм и размеров, эклерами, пончиками, тарталетками, тортами и пирогами, сдобными булочками с вареньем и множеством других сладостей.
В детстве мы с Джейром часто приходили туда посмотреть на все эти вкусности за стеклом. Они стоили слишком дорого, чтобы я могла себе позволить хоть что-то, но любоваться ими и мечтать никто нам не запрещал. Мне до сих пор было стыдно, стоило вспомнить, как однажды я злилась на друга за то, что тот пропадал подолгу, и мы практически перестали видеться. Так продолжалось где-то три месяца. Я сильно обиделась на Джейра и даже перестала с ним разговаривать, решив, что он променял нашу дружбу на более интересную для себя компанию. Потом же оказалось, что все это время он работал днями и ночами, чтобы подарить мне на день рождения изящную коробочку с хорошо знакомой нам фирменной эмблемой, а внутри – изумительный шоколадный торт. В глубине души Джейр не был монстром. Он запутался, вот и все.
– Давай остановимся сегодня здесь.
– Э-м… Айви… не думаю, что это хорошая идея. Тем более, эти подозрительные типы у входа совсем не внушают доверия.
– Ну, пожалуйста, Алиса! – она схватила меня за руки и стала всматриваться в глаза. – Ты уже совсем неважно выглядишь. Да и я не спала в нормальных условиях целую вечность.
– Нам нужно двигаться дальше. Осталось совсем немного до границы с Амроном.
– Я знаю. Именно поэтому стоит остановиться сейчас, – большие карие глаза продолжали нещадно сверлить меня. – Силы нам понадобятся. Ты сама это все время говоришь.
Я задумалась, и она расценила молчание как согласие.
– Отлично!
– Эй, постой!
Каштановые кудри мелькнули перед глазами, и вот она уже вприпрыжку побежала через дорогу.
– Айви! – взмолилась я, догоняя ее, и уже шепотом добавила: – У нас не хватит на это денег. Осталось не больше двадцати хранов – тут один только номер обойдется в тридцать!
Девушка широко улыбнулась.
– Из-за денег точно не переживай, – она налегла на дверь, и нас поприветствовал крохотный колокольчик. – Я чувствую, что это правильно.
Меня же передернуло от дурных ощущений.
Внутри оказалось шумно и полно народу. Я старалась сохранять нормальное выражение лица. Это было весьма сложно, учитывая ту волну шумов и запахов, которая на меня нахлынула. Айви, приветливо улыбаясь и здороваясь с каждым встречным, как будто была тут со всеми знакома, уверенно двинулась к деревянной стойке, где худенькая, бледнолицая девушка с огненно-рыжими волосами принимала заказы.
– Добро пожаловать! Домашняя еда и уютная атмосфера для наших гостей! Что желаете?
– Добрый день. Меня зовут Айвери, а это моя сестра Алиса. Мы путешествуем. В прошлой деревне у нас украли рюкзак и все-все сбережения. Вот сейчас едем домой. Я так голодна. Не ела целую вечность! А еще мы не спали уже неделю в нормальных кроватях. Может, у вас можно переночевать?
– О! Мы многое можем предложить из еды! – обрадовалась девушка и начала листать свой блокнотик. – Вот только… сейчас все места заняты, и остановиться не получится. Мне очень жаль, но вот вкусный обед я вам гарантирую.
Айви закивала головой и, заказав длинный список блюд, прошептала:
– Алиса, не тревожься. Говорю же, я отвечаю за последствия. Все будет хорошо.
Громкий рев моего живота подтвердил слова Хранительницы, и я сдалась.
– Хорошо. Будь по-твоему. Но если что…
– Все будет хорошо.
Мы устроились за крохотным столом в углу зала. Отсюда было хорошо видно каждого входившего, почти всех, кто уже находился внутри, и телевизор, по которому крутили новости. Лучшего места не придумаешь. Нам принесли еду, и, пока Айви уплетала тарелку за тарелкой, я настороженно прислушивалась, чтобы из всей массы звуков выудить телевизор.
Реклама. Зубная паста «Веселый кролик». «А вы знаете, как приготовить жаркое всего за пять минут?»
– Нет, все не то.
– Алиса, ты не голодна?
За меня ответил мой живот. Громко, внятно, доходчиво.
«Может, люди что-то обсуждали?» – придумал мой внутренний голос.
– Ладно, – продолжила Айви. – Мне же больше достанется.
Скрипящий деревянный стул. Кто-то встал, возле входа прошаркал пожилой мужчина. Колокольчик – новый посетитель. «Добро пожаловать! Домашняя еда и уютная атмосфера для наших гостей!» Смех – компания справа бурно обсуждала свои похождения.
– Все не то.
«…так ты позвонишь ему?» – женский голос. «Что?! Нет, послушай меня…»
– Проклятье Сияющих, они что, вообще не в курсе того, что происходит?!
– А я договорилась, и сегодня ночью нам не придется спать на улице.
– Да, здорово, – машинально ответила я, даже не вдумавшись в слова Айви.
Ну, хоть кто-то должен был слышать вести из столицы.
«Есть!»
Стойка возле бара. Они сидели недалеко от телевизора, но я их не видела.
–…надо уезжать отсюда поскорее! – стакан с грохотом соприкоснулся со столешницей, и я подскочила.
Жаль, что их не было видно. Это создавало некоторые неудобства.
– Это только вопрос времени, когда они доберутся до нас.
– Хах! Кто сказал, что им удастся даже подобраться к нам. Хранитель…
– Столица уже под их контролем! Откуда тебе знать, что….
– Ты просто спятил, старик!
– Я не сошел с ума! Это вы, недоумки, не понимаете ничего! Не видите дальше своего носа!
– Если бы зверолюди взяли столицу под контроль, это сразу стало бы известно…
– Скоро монстры повылазят из своих нор! Вот увидите!
– Ну и пусть! Мы дадим им достойный ответ. Так что пусть попробуют.
Они расхохотались. Шаги. Еле слышные, но слишком близко. Я открыла глаза.
– Привет, можно мне присесть?
– Нет, – немедля ответила я.
– Да, разумеется – радостно воскликнула Айви и подвинулась.
– Спасибо.
У нашей новой знакомой, худой бледнолицей девушки, принимавшей заказы, от страха тряслась губа. Она переводила взгляд то на меня, и еще больше пугалась, то на Айви, и в ее глазах светилось что-то странное. Восхищение, наверное.
– Я сразу поняла, что это Вы, – тихо проговорила рыжеволосая.
Ох, нет! Я пронзила взглядом сначала Айви, потом девушку. Знала же, что этим все и кончится. Подобную глупость могла бы совершить только Вейни (но с ее умишком это было простительно), а вот от Айвери я все-таки не ожидала такой неосмотрительности. Она все-таки дочь Хранителя.
– Вам что-то кажется, – вежливо поправила ее я.
– Нет, не говорите ничего. По вашим лицам все понятно, – она сглотнула от страха. – Так значит, это правда? То, что говорил мой дедушка. Пришло время монстров…
– И все же Вам кажется, – повторила я настойчивее и не так радушно, как в первый раз.
Надо убираться отсюда. Я напрягла слух: может, кто-то как раз сейчас нас подсушивает?
– Что ты, – мягко проговорила Айви то ли мне, то ли рыжеволосой. – Огаи вовсе не монстры. Они такие же, как мы с тобой.
– Хранительница, – наша знакомая улыбнулась, все еще глядя в стол, – я знаю, что Вы защитите нас всех.
Я поперхнулась и некультурно громко закашлялась.
– О чем ты, девочка? – грубо спросила я, но меня снова проигнорировали.
– Не знаю, почему вы уходите из Мерегейса, но, видимо, это необходимо.
Айви просто положила руку на ее ладонь, и девушка перестала дрожать от страха. В этом заключалась какая-то странная сила Хранительницы. Я не понимала, как она это делает. Да и зачем мне? Нужно было найти место, где она смогла бы укрыться от Огаев, и умывать руки. Быть сиделкой – не моя работа. Мне и своих проблем хватало. Тем более, если моя подопечная так и рвалась влезть в неприятности.
– Я хотела попросить Вас, когда доедите, поднимайтесь сразу наверх. Мама пообещала, – отлично, о нас знает еще один человек. Кто еще? Дедушка? Бабушка? Соседка? – …собрать Вам все, что может понадобиться. И можете переночевать сегодня в моей комнате. Там будет тесно вдвоем, но все же лучше, чем ничего.
Стоило рыжеволосой покинуть нас, как я набросилась на Айви:
– Ты спятила?! Чем больше людей знают, кто ты, тем в большей ты опасности. Мы не можем остаться здесь. Нужно уходить.
– Алиса, успокойся. Я ей ничего не говорила. Джен сама все поняла. К тому же так у нас есть возможность нормально переночевать и не заплатить ни копейки. Разве плохо, что в мире еще есть добрые люди, готовые нам помочь?
– Айвери, я пообещала защищать тебя, пока мы не найдем безопасное место, но… это безрассудство! Если хоть кто-то узнает, кто я, мне конец! А значит, и тебе в скором времени!
– Алиса, – она положила на меня свою изящную фарфоровую руку, – все будет хорошо. Доверься мне.
По телу стали расплываться волны спокойствия. Я закрыла глаза и…
– Хватит! – я смахнула ее ладонь. – Не делай больше этого со мной! Никогда! Не знаю, что это такое, но больше никогда так не делай.
Я нервно встала из-за стола.
– Хорошо, будь по-твоему. Пойдем уже к этой, как ее…
– Джен, – улыбнулась Хранительница. – Я знала, что они тебе понравятся. И не притворяйся, что не запоминаешь имен. А ведь у нее еще три сестренки есть. Правда, здорово?
***
Ночью я спала на матрасе. Комната, и правда, оказалась тесной, а потому внутри поместилась только кровать − она досталась Айви − и матрас для меня. Что занимало место матраса в обычные дни, я так и не узнала. Крошечное окно «кельи» пропускало ничтожно малое количество воздуха, поэтому от жары и духоты мне снились кошмары.
Посреди ночи я открыла глаза и приподнялась на локтях. Тело сковал холод: Айви пропала.
Я вскочила и быстро оделась. Как я могла не почувствовать, что она ушла?! Как я это упустила? Она уже, наверняка, попала в неприятности. А вдруг ее схватил кто-то из Огаев? Меня передернуло от этой мысли. Нет. Они бы зашли и со мной «поздороваться».
Выйдя в коридор, я сразу поняла, что часть моих тревог напрасна: Хранительница была еще в здании, точнее, на этом же этаже. В конце коридора дверь была приоткрыта, и тусклый свет создавал на полу дорожку.
Я подкралась и заглянула внутрь.
Келья вроде нашей. На кровати лежал пожилой человек, вид у него был болезненный и измученный. Бледные щеки ввалились, кожа вокруг глаз потемнела, отчего лицо стало походить на череп. Он бормотал что-то невнятное. Мне стало страшно.
Тут была Джен, ее мать − хозяйка дома − и Айвери. Они столпились возле кровати с серьезными лицами. Девушка подала Айви миску с водой, Хранительница привычным движением окунула в нее руки и прикоснулась к груди человека. Хозяйка попросила Джен уйти, но та негромко запротестовала. Грозный взгляд женщины заставил-таки рыжеволосую нехотя покинуть комнату, и мне пришлось быстро спрятаться за угол, чтобы не быть замеченной. Когда Джен ушла, я снова заглянула внутрь.
Опустив веки, Хранительница принялась тихонько нашептывать непонятые слова. Они складывались в песню, и вот музыкальная молитва уже звенела у меня в ушах. На стенах затанцевали тени. Из-под рук Хранительницы вылетали крохотные искры; они собирались в небольшое световое облако. На секунду мне даже почудилось, что я вижу в нем того самого человека, что лежал на кровати, только на этот раз он выглядел куда здоровее и моложе.
И тут все пропало.
Меня сковал страх. Песня Хранительницы стихла, но я смотрела только на человека. Он больше не дышал. Он умер.
Я сглотнула и, взяв себя в руки, бесшумно прокралась обратно в келью. Хранительница вернулась приблизительно через час. Больше этой ночью я не смогла уснуть. Собственные мысли не давали мне покоя. Айвери вовсе не была такой уж беспомощной. Как она это сделала? И кто из нас монстр? Это еще вопрос.
***
Когда в комнату ворвалась хозяйка, я сидела, скрестив ноги, на матрасе и размышляла о жизни. Ладно-ладно, я себя жалела. Совсем немного.
Солнце только начало подниматься, и Хранительница еще спала. В голову приходили воспоминания из жизни до восстания. Забавно, я-то никогда не считала себя привязчивой или склонной сидеть на месте, но в тот момент я даже почувствовала тоску по ушедшим временам, по спокойной и беззаботной жизни, которую, увы, теперь было не вернуть.
Встревоженная женщина встретилась со мной взглядом. До этого с ней разговаривала только Айвери, поэтому без посредника мне стало как-то не по себе. Я вообще-то не ночую в чужих домах. Не по мне это – пользоваться людским гостеприимством. Хозяйка сощурилась и зашептала:
– Вы должны уходить! Сейчас! – по ее тону стало понятно: что-то не так.
– Что произошло? – спросила я, поднимаясь на ноги и бестактно расталкивая Айвери. Пусть она и была Хранителем, сейчас я за нее отвечала.
– В деревне отряд стражей. Часть из них уже внизу. Они убьют Вас, Огай, если Вы не поторопитесь.
Так и не разбудив Айвери, я уставилась на женщину широко раскрытыми глазами.
– Вы знаете, кто я? Тогда почему помогаете мне? Люди ненавидят таких, как я…
– Не знаю, по какой причине, но Хранительница сейчас не вернется в столицу. И если она верит Вам, значит, так надо. Поторопитесь! Они не должны найти Вас.
С кивком я затолкала вещи в рюкзак. Айвери проснулась и сразу все поняла. Девушка принялась торопливо одеваться, и я заметила, что за ночь она не только успела добить несчастного старика, но еще и укоротить себе волосы.
– Спасибо, – проговорила я заботливой женщине, набрасывая на плечо рюкзак.
– Береги ее, Огай, – хозяйка одарила меня прощальной улыбкой – редкий для меня подарок от человека. – Джен проведет Вас через черный ход, а я пока займусь нежданными гостями, что внизу.
– Спасибо еще раз.
– Будьте осторожны. Да помогут вам Сияющие!
***
По-осеннему позднее солнце не торопилось вставать из-за домов. На голубоватом небе не было ни облачка. Мы стояли на улице, и я старательно прислушивалась в поисках стражников, не замечая пронизывающего холода и клубов пара, которые напоминали о тепле, уходившим из тела с каждым выдохом.