Хроники разрушителя миров. Книга 1. Встреча

Девушку даже передернуло от воспоминаний. А этот юноша, он не пускал слюней, его не охватывала животная похоть, она ему действительно нравилась. Не только ее тело, а еще и она сама. Ведь он так обрадовался ее улыбке. Он был абсолютно искренним, когда называл ее ангелом. Жаль, конечно, что у нее с ним ничего быть не может. Слишком опасно числиться ее женихом, не говоря уже о замужестве. И она не желает, чтобы из-за нее был убит столь достойный, хоть и бедный, но настоящий мужчина. Благодаря ему она хотя бы поняла что именно такой мужчина должен быть рядом с ней. Других же она и близко к себе не подпустит. Остается надеяться, что среди дворян или даже королей найдется мужчина достойный ее.

Королевство Аория. Пустыня близ города Семерион.

Я шел за юной леди и периодически погладывал на ее идеальную фигурку и столь привлекательную попку обтянутую кожаными штанами. И настолько я был увлечен этим занятием, что вновь допустил ошибку и расслабился. Я снова перестал следить за окружающим пространством, и это чуть было не стоило жизни девушке. Я благодарю Создателя за то, что дал мне столько сил, возможностей и такую быструю реакцию. Только заслышав звук двигающегося на глубине песка, я моментально собрался и понял, что сейчас произойдет…

Крупная песчаная змея устроила засаду на тропе ведущей в город. И судя по тому, что юная красавица добралась к той скале живой, змея устроилась тут совсем недавно.

Медлить было нельзя. Если юная леди сделает еще несколько шагов, то ей не выжить. Песчаная змея жутко ядовита и молниеносна. Победить змею, скрыв мои способности, было не реально, но и допустить смерть этой девушки я просто не мог. Руководствуясь лишь одними инстинктами, я максимально сосредоточился на окружающем меня пространстве и на моем противнике.

Мое тело напряглось так, что еще немного, и мои мышцы и сухожилия затрещат, разрываясь. Но мой наставник хорошо меня тренировал, и я не допущу такой глупой ошибки. Следующее мгновение, и мое тело, распрямляясь, выстреливает в сторону движущейся к нам под песком ядовитой твари. Я передвигаю своими конечностями настолько быстро, что песок под моими ногами не держится и буквально вылетает из-под них, поднимая клубы пыли.

Змея тоже чувствует мое приближение и выныривает из песка прямо перед самым моим носом! Но куда ей до моих рефлексов? Я резко ухожу вправо, хватаюсь левой рукой за горло песчаной змеи и, отталкиваясь, запрыгиваю ей на шею, сдавливая ее горло ногами. Еще миг, и я вгоняю свой нож змее прямиком в правый глаз, пронзая ее мозг… Ядовитая тварь рухнула на песок уже мертвой.

Королевство Аория. Пустыня близ города Семерион.

Девушка шла и чувствовала, как взгляд парня нет-нет, да фокусировался на ее попке, и это ей доставляло удовольствие. Ей больше не хотелось разбить голову того, кто на нее смотрит. Она чувствовала себя женщиной.

Внезапно справа от нее поднялся столб пыли, обогнавший ее на какой-то непостижимой скорости. И шагах в двадцати впереди нее из песка выскочила огромная песчаная змея. (Примечание. Песчаная змея – змея длиной шагов тридцать и толщиной с тело взрослого человека. Цвет обычно схож с цветом песка той пустыни, в которой она обитает. Змея зарывается в песок на тропах, где ходит зверье или живые разумные. При их приближении выскакивает, хватает ближайшего и утаскивает в песок. Там убивает и проглатывает. Конец примечания.)

Девушка и понять ничего не успела. Как только пыль улеглась, пред ней предстала картина: на песке лежала змея, шагов на шесть торчащая из-под песка, остальное ее тело было скрыто. На шее у этой змеи сидел юноша, что был только, что у нее за спиной. Левой рукой парень держался за горло ядовитой твари, а правой за рукоять чего-то, что было воткнуто в глаз змее.

– Как ты так быстро перемещаешься? – удивилась юная дворянка, пытаясь унять дрожь в коленях от осознания едва минувшей ее гибели.

– Как все, – пожал я плечами.

– Все так не могут. Это какая-то магия?

– У меня нет способностей к магии. Так наставник сказал. Он водил меня к магу. А скорость моя – обычное дело. Сколько я себя помню, я всегда двигался чуть быстрее других.

– Чуть быстрее???!!! – повысила от удивления голос девушка. – Да, у тебя нечеловеческая скорость!!!

– Чуть быстрее, чем животные, – пояснил я. – Чуть быстрее дургАна, чуть быстрее песчаной змеи. Мои скорость и сила позволяют мне тут охотиться и не сдохнуть с голоду.

– Это невероятно! А, чем ты убил эту змеюку? Можно посмотреть?

Я вытащил свой нож из глаза змеи. Вытер его о чешую, затем для надежности прошелся песочком и, подойдя к девушке, протянул ей нож рукоятью вперед. Я не стал его брать платочком, а передал его из рук в руки. Не знаю почему, но я решил, что она не будет против. И оказался прав.

Девушка взяла мой обычный нож с деревянной ручкой. Повертела его, погнула в разные стороны, видимо проверяя на прочность. И отдала обратно мне.

– Ты убил змею обычным разделочным ножом? – не переставала удивляться она.

– Да, леди.

– Ты понимаешь, что только что спас мне жизнь?

– Да, леди.

– Я хочу достойно вознаградить тебя.

– Вы уже вознаградили.

– Когда?

– Когда разрешили смотреть на вашу…

Я покраснел, и мое лицо приобрело буквально пунцовый цвет. Но все же я набрался смелости и закончил фразу:

– На вашу Франжипань.

Юная леди залилась таким звонким, веселым и заразительным смехом, что я не удержался и потихоньку засмеялся вместе с ней.

Отсмеявшись, она сказала:

– Не Франжипань, а Франжипани. Ты хоть знаешь что, это?

– Да, это цветок такой. Красивый очень.

– Верно. Мне, конечно, очень приятно, что ты мою попку сравнил со столь красивым цветком. Но в этот раз, ты не отвертишься. Возможность смотреть на мою попку – это конечно великолепный подарок, но не достаточный, чтобы отблагодарить тебя за спасение этой самой Фражипани. – она опять улыбнулась той самой чистой и наполняющей все вокруг себя ослепительным теплым светом, улыбкой.

– Я не могу, принять от вас много денег, а брать мало, это оскорбить вас, обесценив вашу жизнь, – напомнил я.

– Я помню. У меня есть знакомый кузнец. Он работает на нашу семью. Я попрошу его выковать для тебя самый лучший нож.

– Это тоже не вариант. Никто не поверит в то, что я владею этим ножом по праву. Меня казнят за дорогой нож.

– Не перебивай.

– Простите, леди.

– В общем, нож этот будет выглядеть очень похожим на твой. Смотреться он будет как железка, никому не нужная. И только такой нищий, как ты, может его взять. Даже стража не позарится на него. Но на самом деле это будет очень хороший нож, один из лучших, просто кузнец замаскирует его под хлам и узнать в нем работу великого мастера, сможет только не менее искусный оружейник, – с довольной улыбкой, закончила девушка.

– А такое вообще возможно?

– Наш семейный кузнец, один из лучших мастеров королевства. Лучше только у короля. Так что сможет.

– Хорошо. Я согласен.

– Ну, тогда иди назад и продолжай любоваться видом Франжипани.

Уговаривать меня не пришлось, я тут же выполнил ее наказ и стал глядеть себе под ноги, периодически поднимая взгляд на столь прекрасную попку юной красавицы.

Так, периодически переговариваясь, мы добрались до ворот города. Я остановился шагах в трехстах от ворот, и с сожалением в голосе произнес:

– Дальше я не пойду, леди. Теперь вашу безопасность обеспечат те стражники, что скачут сюда. Прощайте, – я поклонился ей в пояс.

Девушка повернулась и ответила:

– До встречи, – затем развернулась и пошла к воротам, а я побежал к катакомбам.

Королевство Аория. Пустыня близ города Семерион.

Когда я был на полпути к дому, ко мне подбежал Лихт.

– Ну, брат, ты крут!!! Если бы мне такое рассказали ни за что бы не поверил, что это правда! – восхитился Лихт, похлопав меня по плечу. – Обалдеть просто, ты пялился на ее зад, а она была не против. А когда ты ей отдал кулон, я думал, что она тебя расцелует прямо там! Мне бы такое счастье. О чем договорились?

– Она предлагала сто золотых, но я отказался.

– Это ты правильно сделал. Эти сто золотых нам такие проблемы создадут, что проще их выбросить. Нельзя нам сейчас внимание к себе привлекать. Кстати, а как ее зовут?

– Не знаю, – пожал я плечами. Я не спрашивал у нее имени, а она мне его не называла.

– И это правильно, а то соблазнов ее найти будет многовато. А так ты получил больше, чем хотел и последствий никаких. Вот только чего ты так со змеей замешкался? Хотя, ясно почему. Я бы тоже не смог оторвать взгляда от такой попки.

– Да, брат, прости. Ты прав, замешкался я. Хорошо, что все же успел.

– Ну, вот и славно, что успел. Ладно. Воспоминаний о ней у тебя никто отнять не сможет. Может, еще увидишь ее когда-нибудь. Она же сюда приходит иногда.

– Увижу. Она обещала, что подарит мне нож за спасение ее жизни.

– Сэм, ты никак не хочешь понять, что много денег и богатые вещи нам сейчас никак нельзя иметь. Если их кто-нибудь увидит, то у нас обязательно будут проблемы. А они нам сейчас ни к чему. Ты ведь помнишь, что нам нужно от многого отказываться, чтобы все же достичь нашей цели?

– Я знаю. Я отказался от дорогого оружия, но она пообещала, что нож будет выглядеть очень бедно. Так бедно, что даже стража на него не польстится. И понять, что это очень дорогой нож, сможет только мастер-кузнец.

– Видать, и ты ей запал в душу, раз она так щедра с тобой. Ну, что ж, глянем на этот чудо-нож. Если она его принесет. Ладно, Сэм, пошли домой.

– Пойдем, брат.

По дороге домой мы больше не разговаривали, и мне почему-то вспомнилось мое прошлое. Я – сирота. Мужчина, которого я считал своим отцом, умер от болезни, когда мне было восемь циклов. Хотя, он не был моим биологическим отцом, я его любил и уважал, как родного. Он говорил, что нашел меня возле своего дома. Я подкидыш. Жены у мой отец лишился уже очень давно, поэтому материнской ласки я не знал вовсе. А вот моему родителю, похоже отсутствие пассии проблем не особо доставляло. По деревенским девкам мой отец был еще тот ходок. Может поэтому и не женился второй раз, одной ему явно было мало.

Как-то мы возвращались в свою деревню с очередной ярмарки, отцу на глазах становилось все хуже. До деревни он не дотянул. Умер в дороге. Телегу с нашим имуществом я самостоятельно пригнал. Лошадка у нас была, хоть и старая, но все же сильная.

Дорогу домой я помнил хорошо. Поэтому доехал без проблем. Разбойники по дороге не встретились. Мне повезло. У ворот в деревню меня встретили. Я рассказал, что в дороге отцу стало плохо, что он лег и больше не встает. Тогда-то мне и объяснили, что мой отец умер. Так, в восемь циклов я остался сиротой. Я не плакал, но на душе было невероятно тяжело. Как сейчас помню то состояние, когда мне сказали, что мой отец больше не поднимется, не станет со мной говорить и никогда меня больше не обнимет. Не знаю, почему я тогда не заплакал. Наверное, тогда может, мне было бы легче пережить эту утрату. В тот день мир для меня просто рухнул. Ведь я остался совсем один. Я навсегда запомнил ту боль, что тогда ощутил и с тех пор очень боюсь терять близких.

Но меня все же не бросили и приютили. Семья из местных. Дом оставили, как он есть, а землю использовали под посев.

Через пару недель, в деревню приехал мужчина, очень похожий на военного или наемника. Сказал, что желает поселиться у нас в деревне, купить дом и заниматься хозяйством.

Староста деревни сказал ему, что есть один дом, который мужчина может забрать себе со всеми вещами и хозяйством бесплатно, но при условии, что возьмет меня к себе и будет заботиться обо мне, как о родном сыне.

Не знаю, что подкупило этого человека, дом с хозяйством, то, что у него не было детей или то, что он безошибочно увидел во мне волевого мальчишку, а не сломленного маленького мальчика, но мужчина согласился растить меня и воспитывать.

Мне он тоже как-то сразу пришелся по душе. Поэтому, когда староста спросил меня, хочу ли я жить с этим мужчиной в своем доме и почитать его, как родителя, я согласился.

Мужчину звали Джон Брайни. Одет он был в потертые кожаные штаны, потертую кожаную куртку, из-под которой виднелась мятая рубаха. На поясе у него висели нож и клинок. Роста он был среднего, мускулистый, уверенный в себе, но было в нем, что-то опасное. Взглянув на него, сразу понимаешь, что перед тобой хищник, с которым лучше не сталкиваться. Держался он уверенно, никого не боялся, и создавалось впечатление, что этот мужчина один в состоянии справиться с целым десятком элитной стражи. Его хищная походка, контроль над окружающей обстановкой и выверенные движения буквально кричали об этом. Однако почему-то старейшина не придал этому значения или не смог в нем распознать все это. Но вот сам Джон Брайни как-то сразу догадался, что я смог оценить его правильно.

Он сразу предупредил, чтобы я не называл его отцом. Для меня он – наставник. Хорошо, что он это сказал. У меня, как-то язык не поворачивался называть кого-то отцом, кроме того, кто заботился обо мне все это время. Наверное, появись сейчас мой биологический отец, я бы и его не смог так назвать.

Первое время наставник ко мне приглядывался. Я часто замечал на себе его взгляд. Я делал все, чему учил меня отец, который вырастил меня до восьми циклов и делал это вовремя. Я никогда не плакал и не жаловался на усталость. Иногда, конечно, у меня все же было время поиграть с деревенскими мальчишками, но каждый раз я отпрашивался у наставника. Он никогда мне не этого запрещал. Каждый раз отпускал и никогда не ругал, даже если я задерживался.

Через пару месяцев наставник все же сделал для себя какие-то выводы и решился поговорить со мной на тему моего будущего.

– Скажи, Сэм, кем ты хочешь стать, когда вырастешь? Чем ты хочешь заниматься? Может, хочешь освоить какое-нибудь ремесло?

Я задумался ридок на десять (Примечание. Ридка – единица измерения времени. Одна ридка равна одной минуте. Конец примечания.) После чего, ответил:

– Я хочу стать дворянином.

Джон рассмеялся. А потом спросил:

– А почему?

– Мне не нравится, что дворяне могут позволить себе все, даже убить простолюдина. Я хочу стать дворянином, купить себе деревню, может даже несколько, и я буду с уважением относиться к их жителям.

– Это все причины?

– Нет… – я немного помялся, но потом все же ответил:

– Еще я выделю в каждую деревню по целителю. Я не хочу, чтобы люди умирали, как мой отец. Нужно чтобы он всегда следил за здоровьем жителей. А приказать целителю простолюдин не может. Это может сделать только дворянин.

Я тогда подумал, что наставник будет смеяться над моей мечтой, но он немного помолчав, вполне серьезно ответил:

– Есть такая возможность у простолюдина – стать дворянином. За особые заслуги перед королевством или святой инквизицией. Скорее всего, титул будет всего лишь баронет. Но дворянство есть дворянство. А со временем можно обзавестись землей. Может, даже удастся на ней небольшую деревушку построить, вроде этой. Я сам хотел получить дворянство и уже почти достиг своей цели, но старые грешки не позволили.

– А что с грехами в дворянство не примут? – вполне серьезно спросил я.

Джон расхохотался… Отсмеявшись, он ответил:

– Это не те грехи, что мы совершаем перед Создателем. Назовем это проступками. Есть проступки, совершив которые простолюдину никогда не дадут дворянство. Запомни их очень хорошо.

Первое – это воровство денег или любого другого имущества, предназначенного для казны королевства, или денег из самой казны. Второе – это покушение на королевскую кровь. Ни в коем случае нельзя связываться с тем, кто замышляет покушение на короля или его родственников. Это не просто лишит тебя возможности стать дворянином, но и лишит жизни. Не стоит покушаться и на патриарха святой инквизиции или его семью. Результат будет таким же, как и в случае покушения на королевскую кровь.

И третье – это пособничество темным. Никогда не связывайся с темным ковеном и теми, кто им служит. Их можно только уничтожать. По мнению святой инквизиции, все, кто против учения нашего Создателя, должны быть уничтожены.