Man of Absolute Freedom

Глава 5. Another One Bites The Dust

But I’m ready, yes, I’m ready for you

I’m standing on my own two feet

Out of the doorway the bulletts rip

Reapeating to the beat! Oh yeah!

– 

Queen

– А я тебе говорю, что невозможно заставить пулю отскочить трижды от разных поверхностей и все равно попасть в голову, – Эндлунг отхлебнул прохладный напиток из бокала, наполненного льдом. Он без всякого смущения развалился на высоком стуле, усевшись в углу старой рюмочной. Это крошечное заведение, с уютным интерьером, вмещало не больше двадцати человек, но сейчас оно было битком набито. Мужчины и женщины толпились, смеялись и азартно мерились силами в армрестлинге, создавая шумный и беззаботный хаос. Воздух в баре была насыщен запахами пота и крепкого алкоголя, что лишь добавляло колорита этому месту, наполненному жизнью и энергией.

– А я говорю, что можно! – Эл никак не унимался.

– Да у пули просто инерции не хватит, чтобы сделать столько движений и сохранить пробивную мощь! Вот, смотри! – Рене достал из пояса патрон от револьвера и поставил на стол. – Это патрон Магнум 500. Был разработан компанией Smith & Wesson в далеком 2003 году специально для моего револьвера! Мощнейшего револьвера, доступного для массового покупателя! И все равно, даже при его пробивной мощи и скорости полета пули, снаряд не сделает три рикошета от стен.

– Просто ты не умеешь стрелять!

Рене взглянул в свое отражение на пули и резко повернулся к Бару.

– В корне не согласен. Среди клана я был один из лучших! Я клал 9 из 10 с 30 метров по стоячей мишени, а по движущейся 7!

– Что значит по движущейся? Ты про врага? – ирландец нахмурил брови и отхлебнул маргариты.

– Ну, нет, мы вешали на дронов мишени и стреляли по ним…

– Погоди, а во время перестрелки ты скольких кладешь?

– Да нисколько. Я никогда не стрелял в людей.

– ЧТО? – Эл вскочил с табурета и с грохотом уронил его, да так, что на парочку обернулись все в баре.

– Да сядь ты! – Рене насильно усадил громилу за стойку.

– Ты что, правда никого не убил еще? Ты же шутишь? – Бар наклонился к парню.

– Нет, никого.

– А братец?

– Тоже.

– Бааааа… – ирландец откинулся и залпом опрокинул хайбол. – «А откуда у него тогда шрам на виске?»

– Он сам пальнул, когда ружье чистил… – виновато ответил ковбой.

– Мда…

– Слушай, Эл, а когда ты? Ну. Ну типо… – Рене многозначительно поднял брови.

– Когда своего первого убил? Хм, лет 13 мне было, не больше.

– А как это произошло?

– Да как-как, по случайности, вот как.

– Мужик, я хочу услышать всю историю. С подробностями!

– Хм, ну слушай. Дай только выпить взять. Клаус! Налей еще маргариты, да не жалей текилы! – Эл махнул усатому бармену, и тот, незамедлительно среагировав на сигнал, начал готовить напиток. Ирландец, поглядывая на свое отражение в блестящих бутылках на стойке с алкоголем, осмотрел помещение. Не обнаружив ничего необычного, он вернулся в исходное положение, переведя взгляд на компанию вокруг. Это ощущение можно было бы назвать нервозностью, но, скорее всего, это была привычка наемника – инстинктивная реакция, выработанная годами жизни на грани. Спустя мгновение, в руке Эла оказался стакан с коктейлем, и, не медля, он начал свой рассказ. а Рене затаив дыхание принялся слушать.

– Как я и сказал, мне было лет 13, наверное, и я тогда вступил в одну банду. Сейчас ее уже нет, распались спустя года 3 после моего вступления к ним. Мы звали себя «Ring of Fire»! Мне в том возрасте казалось это название очень крутым! Я с отцом тогда жил в Плато, он работал на заводе, а я прогуливал школу с этими панками. Помню, как проходил их посвящение! Это, короче, было так! Ты встаешь посреди поля, а 4 члена банды движутся по кругу приближаясь к тебе, а в руках у них по канистре с бензином. Ты стоишь и ждешь.И вот наступает момент: они поджигают топливо, а ты должен оставаться в этом кругу пламени целую минуту. Чтобы ты понимал, дышать почти нечем! Жар был невыносимым – как в самом Аду! Лицо жгло беспощадное прикосновение языков пламени, а внутри все металось от желания сбежать. Но сдвинуться нельзя, иначе можешь сгореть! Так вот, ты стоишь, мучительно стараешься не потерять сознание от удушья, считывая каждый миг, каждую долю секунды. И когда наконец огонь тушат, ты понимаешь, что преодолел это испытание и стал полноправным членом банды. В этот момент твоё сердце замирает от гордости, а воспоминания о той минуты навсегда остаются в памяти, как и ожоги на теле!

На этих словах Эл на мгновение закрыл глаза, вновь переживая тот далекий, но яркий момент из своего прошлого.

– Так вот, о чем это я? А, точно! Ну и вступил я к ним! Первое время ссался всего! От товарищей не отходил ни на шаг, да и меня не брали особо никуда, слишком малой был! Но в какой-то момент наш глава, как его звали-то, не помню, а, точно, Джонн Кэш! Джон приходит и говорит, мол, есть работенка. Мол, приехал какой-то стример из европы на яхте своей, там сейф, и яхта стоит в порту почти без охраны. Ну мы покумекали, да и решили, что надо это дело брать в свои руки! План мы не придумали, решили, что на месте разберемся. И, короче, приходим мы на эту яхту, а нас тогда было человек 10, почти треть банды! Крутим охрану, и пока пацаны пытались вскрыть сейф, меня поставили смотреть за входом, чтоб никто не пришел. Ну я стою. А мне страшно, весь трясусь, каждого шороха или волны, бьющей о корму, пугаюсь! Первое дело! Ну и, как некстати, приперся этот стример. Волосы зеленые, пружинистые такие, весь сам по себе худой, в пиджачке каком-то желтом. И как нас увидел, заорал, сука, как свинья! Я от этого вопля аж подпрыгнул, а в руках у меня тогда ружье было. Ну и я дернулся и случайно пальнул с него, и, прикинь, попал! Талант он и есть талант! Да как попал! Через живот пацана можно было насквозь смотреть. Я тогда сблевал сразу, от нервяков. Ну пацаны все побросали, меня в охапку и с яхты деру. Ну, а потом дело за делом, руки сами все делали, говорю ж – талант! – Эл гордо напряг бицепсы.

– Вау. А что потом? Ну, после того, как банда развалилась.

– Как что? Потом меня в армию забрали. На последнюю корпоративную. Я тогда был на стороне «Железных», они набирали добровольцев в пехоту. Там этих ребят я и получил! – Бар сунул руку под плащ и показал жетоны, что висели на шее. – А еще их! – и закатав рукав показал механические руки. Импланты в них были скрыты за счет искусственной кожи.

Рене сглотнул и зажег сигарету.

– А потом, еще пару лет спустя, познакомился с Мобой. Нас с ней нанял Ринго Старр, он был тогда главным фиксером в Вавилоне. Дело было плевым, но надо было сработать очень четко. Надо было вытащить девчонку из одной жопы. Я шел напролом с огнестрелом, а Моба меня с сети прикрывала. Так и сработались. Лет 5 назад это было… – Эл допил свою маргариту и принялся глушить текилу стопками. – Ты, кстати, прикинь, я когда Мобу впервые повстречал, втрескался в нее по уши! Как пацан! Клеился к ней и так, и этак!

– Да ты гонишь!

– Не-не, ты че, стал бы я врать!

– А почему не срослось?

– Да просто не вышло как-то и все. Она сказала тогда, что я слишком прямой или типо того, не помню уже. Мы ж с ней разные очень. Но работе все это не мешает!

– А что ты можешь про МоБи вообще рассказать?

– А что ты знать хочешь?

– Да что-угодно.

– Дай-ка подумать… Моба неплохой хакер, еще при нашем с ней знакомстве я это приметил. Но это не то чтобы талант, она просто упертая очень. В детстве фишку просекла, что башкой большего добиться можно, чем кулаками, и все силы в это, в программирование. Меня тоже пыталась научить, но я вообще с техникой не в ладах, разве что, вот, с имплантами кое-как разобрался.

– Я тоже в глубокую сеть не спускался, но я и в больших городах почти не задерживался, а в зоне фронтира очень сложно найти учителя нетраннерству.

– Фронтир? – здоровяк почесал голову, пытаясь вспомнить, что значит это слово.

– Бар, ты меня пугаешь, это ж каждый американец знает. Семьдесят лет назад Соединенные Штаты Америки перестали существовать, когда Техас, Луизиана, Нью-Мехико, Аризона, Юта и Невада с Калифорнией решили объявить о своей независимости. Два года ожесточенных боевых действий, и все, кроме Калифорнии вернулись в состав уже Новых Соединенных Штатов Америки. Калифорния, как бы тоже, но с оговорками и с, считай, новым штатом Парадизом. И именно линию бывших повстанцев я и назвал «фронтиром», ага?

– Слушай, я в школе не доучился, да и наплевать мне как-то!

– Я тоже, но я же в курсе! А если возвращаться к нетраннерам, то, как им вообще противостоять?

– В каком смысле?

– Ну вот, допустим, против меня сражается нетраннер, так?

– Ну.

– И у меня за спиной нет МоБи, как у тебя, угу?

– Ага.

– Что мне делать?

– Ну, для начала следи за тем, чтобы вокруг тебя не было никаких камер или следящих устройств. Нетраннеры без них, как без глаз! Ну и постарайся поскорее найти подонка и прикончить! И чем быстрее, тем лучше, потому что, если ты будешь у них в прямой видимости, или под камерой, или, не дай Боже, подключен к их местной сети, то тебе тупо отрубят оптику и поджарят мозг.

Рене тяжело сглотнул.

– Да, пацан, нетраннеры – крайне опасные ребята. Они чаще всего хилые, и в прямой схватке мало, что могут сделать, но если ты дал им время на взлом, будь готов сражаться со всем, что тебя окружает, начиная от погрузчиков, заканчивая турелями и даже твоими собственными имплантами.

Сказав это Бар замолчал, вспоминая весь свой многочисленный боевой опыт, а Рене притих, ожидая, быть может, еще пару-тройку советов, но Эл мотнул головой, отгоняя тяжелые мысли, и с добродушной улыбкой повернулся к ковбою.

– Ладно, ну их, эти разговоры про убийства и мордобой, у тебя еще будет возможность и самому все это пройти, ты – парень неглупый! Давай лучше вот что обсудим! То, что объединяет всех мужиков на планете помимо драк!

– Ты про что? – удивился Рене, но, увидев радостное лицо Эла, сразу понял о чем речь.

– Бабы! – громко заявил мужик.

– И что ты хочешь от меня? – смеялся в ответ Эндлунг.

– Как что?! Ты ж такой смазливый, у тебя небось от баб отбоя нет!

– И не только от баб!

– Фу! – скривил рожу Бар, на что Рене засмеялся еще громче.

– Че ты фукаешь? Я – человек свободный, со свободными взглядами! И могу спать с кем захочу!

– Ладно-ладно, пацан, твое дело, но ты мне вот что скажи – какой твой самый необычный опыт? Только давай с женщиной. Не хочу слушать, как ты мужика жахал!

– Мы что, дети малые? Будем хуями мериться? Стыдоба какая…

– А что стыдного? Не, все-таки, малой ты еще! ХАХА!

– Ладно! Боже… – Рене поежился, но потом решил, что история того стоит. И с улыбкой на лице начал: – Это было в 119 году, мы с Ю тогда в Монтане были, доставляли патроны и оружие одному браконьеру. Он в заповеднике отстреливал зверье для богатеев, чтобы мясо им или шкуры продавать. Ну и короче, мы ему все привезли, расплатились, но было уже поздно, и мы попросились на ночь остаться у него в шатре. Он согласился и пошел на ночную охоту. А помимо браконьера в шатре жила жена его, или типо того, ну и она прям глаз на меня положила. А она ну очень хороша собой! Ну и мы с ней, пока Ю дрых, переспали прямо на медвежьей шкуре на полу, прикинь!

– Хуууууу! И как она?

– Шкура или жена?

– Шкура! Ни разу не трогал, даже не представляю, какая она на ощупь!

– Да кошмар! Она мягкая, конечно, но у меня после этого ковра еще дня два зад чесался!

– ХАХАХА! А что, недурно!

– А у тебя? Тоже небось есть что-нибудь.

– Конечно, есть! Слушай! Было это лет так 7 назад, был заказ на угон фургона с заложником. Заложницей оказалось очень симпатичная девчонка, которая как-то сильно насолила кому-то из Жнецов…

– Из кого? – перебил Рене.

– А, точно, ты ж не в курсе. Банда такая в Марии, называют себя «Seqadores», или «Жнецы» с испанского. Это всякие испанцы или мексиканцы, не суть дела, латиносы. Так вот, попытался было угнать фургон по-тихому, да не вышло. Я тогда человек 8 там положил. А девочка, как спасена была, на радостях отдалась мне прямо в гараже, аккурат рядом с трупами! ХАХА! Что она вытворяла! – глаза Бара от удовольствия закатились наверх, а сам он аж облизнулся.

– Фу! Гадость какая! И что у тебя за заказы такие? Ты только и делаешь, что девушек спасаешь!

– Совпадения! Так уж выходило! Знаешь, что, а давай-ка мы…

Но тут у Эла глаза сверкнули синим и он, широко улыбнувшись, начал говорить на кельтском. Рене подождал пару минут, пока тот закончит, и вопросительно взглянул на иралндца.

– Так, пацан, мне пора!

– Как? Уже? Я думал, мы всю ночь будем пить, да байки травить!

– Ха! Да, успеем еще! Но у меня тут появились другие планы! Клаус! Дай-ка мне бутылку с собой! – бармен спокойно катнул бутыль текилы прямо в руку шотландцу. – Ну давай, малец, не проспи завтра! И пусть нам повезет!

Эл, лёгким движением руки попрощавшись, оставил Рене наедине с собственными мыслями. Некоторое время тот сидел, смакуя послевкусие от недавнего разговора. Внезапно его взгляд упал на симпатичную девушку, сидящую чуть поодаль. Она улыбалась, и в этот момент Рене ощутил, что сегодня не только Бару необходимо развеяться.

С воодушевлением он встал и направился к ней. Их разговор вскоре завязался на общие интересы и увлечения, и через 20 минут непринужденного общения, лёгкого флирта, и вот они уже садились в Мерс, направляясь в номер к Эндлунгу.

Глава 6. Crazy Train

Mental wounds still screaming

Driving me insaine

I’m goint off the rails on a crazy train!

I’m going off the rails on a crazy train!

I know that things are going wrong for me

You gotta listen to my words, yeah!

– 

Ozzy Osbourne

Проснулся Рене от того, что девушка из бара захлопнула дверь. На часах было 11:40 и Эндлунг лениво встал, выбрал наряд, неспеша оделся и набрал Юдая. Пока звонок шел, Рене рассматривал свое отражение. Помимо своих привычных ботинок и шляпы, Энд надел высокий жилет кремового цвета и бардовый галстук. Ковбой поправил шарф, стер пыль с ботинок, а брат так и не ответил. Так же как и во второй раз, и в третий, и даже на четвертый звонок ответа не было. На пятый вызов Рене все же наконец-то достучался до Ю, после чего, предупредив его, пошел на поиски фургона. Один такой он как раз вчера приметил по пути из бара.

Юдай с трудом мог стоять на ногах. Звонок брата помог прийти в сознание, но конечности слушались с трудом, а имплантаты, вместо ожидаемой помощи, приносили ужасные страдания. Фантомная боль, о которой предупреждал рипер, была разрушительной и превосходила все его предположения. Каждая его рука чувствовалась так, словно ее жгут огнем, а спина напоминала о себе треском, как будто хребет вот-вот сломается от пульсаций. Попытка диагностики лишь закончилась сбоями, оставив Юдая в недоумении и в ярости от своей беспомощности.

Облокотившись на кровать, а затем на стену, он с трудом дополз до дозы обезболивающего. Первый укол не дал ничего. Второй же укол, частично сняв напряжение, освежил его мысли и отодвинул на потом тот жгучий дискомфорт, который он терпел. С момента звонка Рене до того момента, как его голова прояснилась, прошло более часа, который он неудачно потратил на борьбу с болью. Учитывая, что ограбление начиналось всего через полтора часа, времени на раздумья не оставалось.

Юдай, собрав все силы, поспешил на место встречи с Элом. Вокзал в квартале Сеул, который отправила ему МоБи ранее утром, служил ориентиром, и его нельзя было пропустить. Станция, названная «Blue Monday», возникла перед его глазами как величественный монумент современности. Окруженный множеством людей, он был словно живой организм, где на каждом уровне бурлили сотни горожан, спешащих по своим делам, между киосками, где продавались различные товары, и полицейскими, уверенно патрулирующими территории. Как один из самых крупных вокзалов Сеула, он мог соперничать разве что с Центральным Вокзалом по размерам и значимости, будучи важнейшей отправной точкой для поездок по стране.

Однако, несмотря на насыщенность места людьми, Юдай не мог найти ни МоБи, ни Бара. Он бы так и стоял в растерянности, если бы его глаза не сверкнули синим, и он не услышал голос Эла в своей голове.

– Привет, малец! Не стой столбом, это выглядит странно!

– Где вы, Бар?

– Да на тебя смотрю. Что это за штуки у тебя?

– Вчера поставил!

– Что ты там поставил? – вступил Рене.

– Я имплантировал руки! Это Голиафы! Мне их вчера Дэвид помог найти!

– Хорош! А теперь давай, дуй на платформу 17, это на третьем этаже, оттуда отправляется наш поезд.

– Вы уже видите цель?

– Нет. Я войду в первый вагон, ты в последний. Я вставлю щепку и дам доступ к поезду Мобе.

– И не задерживайся. – резко подключилась к разговору МоБи.

– Добрый день, МоБи! Давно вы здесь? – смущенно спросил Исаму.

– С самого начала. Звонок же групповой… – немного удивленно ответила девушка.

Юдай быстро отыскал нужную платформу и подошел к поезду на магнитной подушке. Рельс, на который крепился поезд находился сверху, а не снизу, поэтому экспресс как бы свисал на железяке. Ю двинул в конец толпы, по пути пытаясь глазами отыскать дипломата. Бар в это время находился в самом начале сборища ожидавших отправки. Оба они пытались выявить мужчину среднего роста, в строгих очках, блондина зализанного назад, в дорогом костюме. А главное, вокруг него должны были быть несколько охранников. Но нужный господин никак не хотел находится. Игнорируя давление в висках, Юдай скользил взглядом по курящим, по пьющим кофе, по целующимся парочкам, по говорящим по телефону и по лица полицейских. Мимо пробежал мальчишка, а за ним еще двое. Рядом встал приятного вида старик. Одним за другим вокруг Ю образовалась небольшая толпа. Все ждали отправления поезда у линии на полу платформы.

Подойдя к хвосту поезда оставалась всего минута до отбытия. Ю пропустил всех, кто хотел войти в вагон, чтобы дипломат точно не проскользнул незамеченным. Однако, его тут не оказалось. Войдя в поезд Ю медленно двинулся по направлению к центру скоростного поезда. Внимательно вглядываясь в лица каждому пассажиру Ю прошел 4 вагона из 16.

–Я внутри. Но есть проблема. – нарушила тишину МоБи.

–В чем дело? – спросил Эл.

– Я не могу разобраться с ИИ поезда. Он какой-то слишком жесткий, мне придется потратить больше времени, чем я думала.

– Насколько больше? – уже поинтересовался Энд, который курил, лежа лицом на руле. – Я, знаете ли, на позиции, если мне придется ее менять, вы мне скажите заранее. Эта труповозка не очень маневренная.

– Я делаю, что могу, Рене, жди. А пока я отключусь.

– Есть, м’эм!

– Я его вижу, – прошептал Эл. – Шестой вагон. Иди аккуратно. Я вижу четверых охранников.

Юдай ускорился и вскоре встал перед раздвижными дверьми. Сквозь небольшое стекло в дверях Ю принялся искать дипломата, и вот же он. Сидит себе спокойно в четвертом ряду слева, лицом против направления движения. А вот прямо у противоположного входа стоит ирландец, смотрит в окно, изредка поглядывая на амбалов, сидящих напротив дипломата. А еще двое здоровых мужиков сидели в третьем и пятом рядах и смотрели в противоположные стороны. Незамеченным приблизится к цели было невозможно.

– Готов? – спросил Эл.

– К чему?

– Я разбираюсь с двумя напротив цели, ты бери тех, что сидят ближе к портфелю.

– А что мне с ними делать? – нервно спрашивал Ю.

– Да мне все равно! Пошли!

– Секунду! – остановил того Ю и вытер рукой кровь из носа. – Готов!

Юдая трясло. То ли от волнения, то ли от возвращающейся мигрени. В импланты отдавало пульсирующей болью, а в глазах немного двоилось.

Ирландец же закатал рукава и, тихо подойдя к одному из охранников, со всей дури врезал тому по затылку. Раздался металлический звон и охранник обернулся. Это был огромный черный лысый тип с татуировкой на правой стороне лица. Он жутко улыбнулся и достал из под одежды нож. К моменту, когда тот достал нож из-под одежды, пассажиры уже вскочили со своих мест, бросившись к выходу в панике. Юдаю пришлось задержаться, пока все убегут. Лысый амбал резво вскочил и принялся кромсать воздух перед собой. Один удар за другим, но все мимо. Заметив окно между атаками бодигарда, ираландец перехватил нож за лезвие, ударил лысого в нос, выхватил орудие и воткнул его тому в колено. Охранник заорал от боли, а Бар ребром ладони двинул тому по кадыку. Первый охранник упал без сознания. Второй телохранитель после поражения товарища взревел и достал из-за пазухи строительную кувалду. Эл менял позицию, стараясь уйти из под удара молотом. Здоровяк же очередным ударом разнес лавочку, а другим поставил вмятину в стене поезда. Заблокировав очередной удар, Эл перехватил киянку и, вывернув противнику руку, сломал ему кость. Тогда безоружный боец попытался схватить ирландца, но тот пригнувшись нанес удар по яйцам бодигарда. Скорчившись от боли, он посмотрел на киборга в плаще, а тот, подобрав кувалду, вмазал ею мужику промеж глаз.

Тем временем Юдай вступил в схватку с ближайшим к нему телохранителем. Это был рослый мужчина с конским хвостом, с огромными руками и прямоугольными плечами. Ю приложил невероятное усилие, противясь нарастающей боли, и сделал выпад. Противник ловко увернулся, а затем сорвал с куртки рукава, обнажив металл. У врага тоже были Голиафы, хоть и промышленного типа. Юдай сделал еще несколько выпадов из бокса, но бодигард все их заблокировал, и атаковал в ответ. Тело Ю сотряслось от мощи ударов, заставив того слегка отступить. Мощь удара была такой, что азиату показалось, что его сбила машина. Однако, руки парня никак не отозвались на удары, и даже царапины не осталось на Палачах. Удар за ударом, и Юдай, и телохранитель, оба уже были порядком вымотаны. Однако, чем дольше велся бой, тем сильнее Ю чувствовал исходящее от своих рук тепло. В очередной левый хук из сопла на руке Исаму вырвалось пламя, многократно увеличив мощь удара. Охранник, в попытке заблокировать эту атаку, был вынужден использовать обе руки, как щит. Но и это не помогло, потому как мощности удара было достаточно, чтобы оставить на имплантах длинноволосого вмятину и послать его в полет.