- -
- 100%
- +
Гномы организованно и довольно резво поднимались по склону отрога. Все их действия были точны и крайне организованы. Старейшина БенСур из деревни Дрокана, которого звали Йорк, шел впереди. Внезапно он остановился и поднял вверх правую руку, сжатую в кулак. Гномы остановились. Они пригнулись к земле и натянули тетиву луков. В лесу царила абсолютная тишина. Не было ни чириканий птиц, ни стрекотания насекомых. Тишина была настолько глубокой, что гномы слышали стук своих сердец. Нелана наблюдала за ними, сидя на ветке высокого кедра. Время пришло, и она напала на них. Первого гнома унесло в густую крону сосны лианой из дикого винограда. Его крик резко прервался, и на землю рухнуло его мертвое тело. Вскоре в кроне исчез второй БенСур, за ним третий. Йорк нервно осматривался, но ничего и никого не видел. Лес огласил издевательский смех Неланы, и вслед за ним на землю рухнуло последнее тело убитого ею гнома. Йорк-БенСур остался в лесу совсем один. Опять полная тишина поглотила тайгу. Гном слышал, как бешено, колотится его сердце. Он слышал хруст веток ломавшихся от его шагов. Но больше ничего он не слышал. Нелана бесшумно опустилась на землю за его спиной. Гном не почувствовал ни ее дыхания, ни запаха.
– Так значит, ты пришел за моей головой, гном? – Прошептала Нелана. – А потерял головы своих друзей.
Гном попытался повернуться, но понял, что не способен на это. Какая-то неведомая сила крепко держала его, и он не мог пошевелиться. Его взгляд привлекло почти неуловимое движение впереди. Из-за дерева вышел снежный барс. Он медленно шел к гному, пригнув голову к земле.
– Нужно было послушать человека, БенСур.
Это было последнее, что услышал Йорк. Барс, пригнувшись, резко прыгнул, и через мгновение голова гнома уже была зажата в острых зубах лесного хищника.
– Только прошу тебя, не ешь его. Это же фу. – Брезгливо прошептала Нелана, глядя на своего питомца. – Выплюнь. Он же невкусный.
Клык, держа голову гнома в зубах, недоуменно посмотрел на Нелану. Он вопрошающе поскулил, но Нелана зацокала языком и замотала головой. Обиженный барс разжал челюсти и выплюнул голову БенСура. Недовольный он повернулся к Нелане спиной и, задрав хвост, скрылся в тайге.
Дрокан слышал предсмертные крики гномов и смиренно готовился к своей участи. Он слышал, как царица лесов идет к нему. Он чувствовал ее запах, но глаза не открывал. Дрокан продолжал смиренно сидеть, заложив руки за спину. Когда он понял, что царица подошла к нему вплотную, наклонил голову, оголяя шею.
– Ты честный охотник, человек. – Донесся до него голос Неланы. – Я не убью тебя.
– Люди, которых я отослал. Прошу тебя, пощади их.
– Они не враги мне. – Нелана присела на корточки перед охотником. – Как тебя зовут?
– Дрокан, госпожа.
– Можешь открыть глаза, Дрокан.
Охотник поднял голову и обратил свой взор на Нелану. Перед ним сидела девочка. Ей было лет пятнадцать, может шестнадцать. Волосы были хорошо вымыты и заплетены в косички. В них цвели яркие полевые цветы. Платье было грубо сшито из неровных кусков кожи. На руках Неланы были браслеты из деревяшек, нанизанных на сплетенную из шерсти нить. Все кроме ее пронзительных глаз было обычным. Но таких зеленых глаз Дрокан не видел ни разу. Такие глаза могли быть только у царицы лесов.
– Я твой смиренный раб, госпожа. – Дрокан пал пред Неланой на колени. – Моя жизнь отныне принадлежит тебе, царица лесов.
– Мне не нужны рабы. Ты свободен. Можешь идти, Дрокан.
– Мне некуда идти, госпожа. Гномам я более не слуга. Разреши остаться с тобой.
Нелана встала и отошла от охотника. Тот продолжил сидеть на коленях. К девочке подошел Клык. Он немного поластился, а потом посмотрел на Дрокана.
– Нет, мой маленький. Его убивать не нужно. – Нелана почесала барса за ушком и обратилась к охотнику. – Рюнк. Приведи мне этого человека и я позволю тебе остаться, Дрокан.
Человек поднял глаза и вопросительно посмотрел на царицу.
– Ты же охотник. Вот и найди мне его.
Дрокан поклонился и Нелана, запрыгнув на барса, исчезла.
Целый месяц Дрокан путешествовал по таежным лесам, ища человека по имени Рюнк. Он не использовал дороги и вообще передвигался в основном по ночам. Он знал, что попадаться на глаза, как гномам, так и людям ему нельзя. Дрокан был искусным охотником и опытным следопытом. Он незаметно подкрадывался к деревням и внимательно вслушивался в разговоры ее обитателей. В пустом трёпе селян он выискивал заветное имя. Но его все не было. Возле каждой деревни он проводил по три четыре дня. За время своего путешествия охотник обошел четыре деревни, но так и ни разу не услышал имя Рюнка. Отчаявшись, он уже хотел было вернуться к царице лесов, но решил попытать счастье в последний раз. Ничем не приметная деревня лесорубов почему-то привлекла его внимание. Он долго бродил вокруг нее, высматривая, когда люди уходят на охоту, или валить лес. Он проследил за одной бригадой лесорубов. Рюнка в ней не оказалось. На следующий день он проследил за второй группой, и удача улыбнулась ему. В группе было семь человек и один простородный гном. Рано утром они вышли из деревни, направившись на северную зарубку. Гном как всегда шел налегке, покуривая трубку и распивая сидор. У него даже плети в руках не было. Люди же шли вооруженные топорами и пилами. Дрокан преследовал их, стараясь не попадать на глаза. Он всегда был чуть позади, но не сильно далеко, что бы слышать, о чем говорят лесорубы. На полпути бригада остановилась.
– Рюнк. – Крикнул гном, и лицо Дрокана невольно расплылось в улыбке. – Иди сюда прохвост ты эдакий.
Рюнк подбежал к гному и склонил голову.
– Я же тебе говорил расчистить этот ручей от завала. – Гном указал на запруду, из-за которой в реке начала подниматься вода. – Если ее прорвет, то она подтопит деревню.
– Прошу прощения, господин. – Попытался оправдаться Рюнк. – Мы расчищали ее только вчера. Запруда образовалась, скорее всего, этой ночью.
– А мне до этого, какое дело.
Гном завалился на поросшее мхом бревно и откупорил бочонок сидора. Рюнк же, еще раз поклонившись, махнул рукой, и люди принялись расчищать запруду. Трое смельчаков запрыгнули на нее и кошками зацепили канаты за самые нижние бревна. Когда все было готово, люди несколько раз сильно дернули веревку и вырвали бревно. Остальные, громко затрещав, поддались давлению реки и понеслись вниз по ее течению.
– Молодцы. – Гном был недоволен тем, что люди так быстро справились, не позволив ему поваляться на прохладной лужайке еще несколько минут. – Полчаса на отдых.
Люди покорно кивнули и уселись на траву.
– Господин. – Обратился к гному Рюнк. – Я отлучусь по малой нужде.
Гном, не посмотрев на Рюнка, согласно махнул рукой. Никто из людей не помышлял о побеге в этих дремучих местах, так что опасаться было нечего. Дрокан понял, что это его шанс. Рюнк отошел за деревья и, спустившись к ручью, начал справлять нужду. Охотник бесшумно спрыгнул с дерева за его спиной. Точный удар ребром ладони по шее и Рюнк рухнул в объятья Дрокана. На несколько секунд Дрокан припал к телу Рюнка, вслушиваясь в звуки леса. Никто ничего не заметил. Охотник вставил кляп в рот человеку и связал его. Перетащив его на другой берег и спрятав между камней, Дрокан опять затаился. До сих пор в лесу царила тишина. Никто не искал Рюнка и даже не звал его. Расслабленность лесорубов и гнома поражала Дрокана и давала ему больше времени. Не теряя ни минуты, он прикрыл Рюнка ветками. Затем, взяв большой камень, швырнул его в реку. Громкий всплеск переполошил людей, и они бросились к реке. Дрокан же спрятался вместе с Рюнком. Натянув тетиву лука, он внимательно следил за людьми. Они и гном прибежали к реке и начали звать Рюнка. Поиски продолжались несколько часов. Люди бегали по берегу реки, а гном стоял и, почесывая свою темно-зеленую бороду, о чем-то думал. Дрокан держал гнома под прицелом своего лука. Он был готов выстрелить в него мгновенно, но этого не потребовалось. Никого не найдя, люди вернулись к своему надсмотрщику.
– Дурному рабу дурная смерть. – Гном брезгливо сплюнул. – Мотайте себе на ус рабы.
Люди замотали головами и направились за гномом. Все прошло, так как и хотел Дрокан. Лесорубы решили, что Рюнк утонул в реке и теперь его никто искать не будет. Дрокан вынул кляп и наполнил рот Рюнка сонной травой. Дождавшись ночи, он взвалил его себе на спину и направился к отрогу Неланы. Путь обратно занял несколько долгих дней. Рюнк был довольно увесистым, и тащить его по лесам было не самым легким делом. Но Дрокан не роптал. Он постоянно пичкал Рюнка сонной травой, не давая тому проснуться. Легче нести спящее тело, чем каждую секунду думать, не убежит ли добыча. Таково было кредо Дрокана. Однажды он притащил из леса живого медведя. Тогда это был глупый спор с главным охотником в его деревне. Дрокан поймал медведя и усыпил его. Мишка весил в несколько раз больше Рюнка и что бы притащить его в деревню, Дрокан смастерил носилки. Тогда ему было очень тяжело, но он справился, а значит, справится и сейчас. Днем Дрокан отсыпался, двигаясь только по ночам. На четвертый день пути он достиг подножия отрога Неланы. После побоища устроенного ею, к отрогу запретили приближаться до особого распоряжения верховного миссира. Тот был в отъезде. Он находился в столице империи по приглашению самого императора. Без него разбираться с царицей лесов ни один Ксай клана не решался. Дрокан остановился в том же месте, в котором Нелана приказала ему привести Рюнка. Он положил тело человека перед собой и смиренно встал на колени, ожидая царицу. Ждать пришлось не долго. Только появилась не царица, а Клык. Он узнал запах Дрокана и не напал на него. Барс деловито подошел к телу Рюнка и обнюхал его. Затем он посмотрел на Дрокана и тот поклонился барсу.
– Именно этого человека приказала привезти Нелана. Прошу тебя помоги мне доставить его наверх. – Не зная, понимает ли его барс или нет, произнес Дрокан.
Барс понимал его. Он присел, позволив Дрокану взвалить тело Рюнка на свою спину. Встав и рыкнув на Дрокана, Клык медленно побрел наверх. Дрокан шел рядом с ним. Он наконец-то мог немного отдохнуть. Уже через полчаса барс и охотник добрались до берлоги Нелана. Девочка сидела на скале рядом с пещерой и развлекала себя, играя на флейте. Она сама выстрогала ее. Играть на ней она также научилась сама. Она помнила, как на подобной флейте играли люди в деревне. Звук флейты всегда ей очень нравился. Он успокаивал молодую царицу и помогал думать.
– Госпожа. Ваше приказание выполнено. – Дрокан преклонил перед Неланой одно колено и показал на спину барса. – Этого человека называют Рюнк.
Нелана, посмотрев на Клыка, махнула рукой, и тело Рюнка свалилось на землю. Она чуть приподняла его и развязала веревки. Рюнк был без сознания, и Нелана вопросительно посмотрела на Дрокана.
– Я же приказала привести его живым.
– Он жив, повелительница. – Не смея смотреть на царицу, ответил Дрокан. – Он просто спит.
Нелана еще раз внимательно посмотрела на Рюнка, и тот открыл глаза. Она своей волей сняла с него чары сонной травы. Проснувшись, Рюнк внимательно осмотрелся. Он еще не понял, что висит в воздухе. Он увидел человека стоящего на одном колене справа от себя. Затем он увидел барса мирно лежащего возле скалы. И только потом он увидел ее. Рюнк никогда до этого не видел ее, но по глазам понял, что это Нелана. Он попытался убежать, но ноги безвольно рассекали воздух. Рюнк бежал на месте и удивленно смотрел вниз. Осознав, что сбежать, не получится, он вновь посмотрел на девочку.
– Ты узнал меня, раб?
– Да. – Дрожащим голосом прошептал Рюнк. – Но как такое возможно? Мы все считали тебя погибшей.
– А я вот живая.
Нелана спрыгнула со скалы и встала перед Рюнком.
– А моего отца ты помнишь?
Глаза Рюнка наполнились ужасом. Он никогда не забывал отца Неланы. Убив его, он получил место старшего лесоруба и хотел получить и его жену. Но мать Неланы наотрез отказывалась становиться женой Рюнка, поэтому и была сослана на ярмарку рабов.
– Поэтому ты виновен и в ее смерти тоже. – Прочитав мысли Рюнка, прошипела Нелана. – Я даю тебе выбор как умереть. Либо ты прыгаешь со скалы, либо вступаешь в схватку с одним из нас.
Нелана показала Рюнку на барса, Дрокана и себя.
– Так что ты выбираешь?
Рюнк нервно осмотрелся. Перспектива сражения с грозным барсом, или опытным охотником его не очень радовала. Прыгнуть со скалы он не сможет, ни при каких обстоятельствах. Биться с колдуньей было равносильно самоубийству. Рюнк взмолился о пощаде. Он, продолжая висеть в воздухе, начал судорожно дергаться и рыдать как маленький ребенок.
– Мать была права. Нет в тебе ни чести, ни достоинства.
Нелана посмотрела на Клыка, но тот не проявил никакого интереса. Затем она перевела взгляд на Дрокана, и тот сразу же обнажил кинжал.
– Нет, ты не достоин такой смерти.
Трусость и жалость Рюнка вызвали у Неланы отвращение. Она потеряла к нему интерес. Девочка отвернулась и махнула рукой. Рюнка тут же подхватил сильный поток воздуха и вознес высоко в небо.
– Ты исполнил мою волю и теперь можешь остаться с нами, Дрокан.
– Благодарю тебя, царица лесов.
– Называй меня просто Нелана. – Девочка подошла к Дрокану и протянула ему руку. – Твоя душа чиста. Ты достойный человек и станешь хорошим другом.
Дрокан пожал руку Нелане и поднялся. Он хотел ответить царице, но рухнувший с неба Рюнк перебил его. Тело человека вонзилось в землю, и та полностью поглотила его.
– И в правду дурному человеку дурная смерть. – Прошептал Дрокан.
– Хоть это и слова гнома, но они верны. – Нелана улыбнулась, заметив удивленный взгляд охотника. – Я следила за тобой все это время. Твоя воля поразила меня, охотник.
Дрокан смущенно улыбнулся. Он поселился вместе с Неланой и Клыком в пещере. Барс первое время ревновал Дрокана к Нелане и старался не оставлять их одних. Но вскоре они сдружились и Клык успокоился. Дрокан стал не только другом Неланы, он стал ее учителем. Живя в отшельничестве, девочка много чего не знала. Он построил для нее большой деревянный сруб. Бревна для избы рубила сама Нелана. Не топором, конечно, а магией. Дрокан лишь складывал их в стены опять же при помощи магии, но только уже своей. Он учил ее быту, а она его магии. В избе Дрокан сложил печь, и теперь им не приходилось мерзнуть по ночам. Дрокан вернул Нелане любовь к людям. Она простила всех своих обидчиков и ее душа успокоилась. Но благостное время не могло длиться долго.
Вернувшись в Лигос, верховный миссир клана Тюрам-Ксай заслушал донесения о царице лесов. Вся округа гудела слухами о вольной колдунье. И даже в землях соседних кланов знали о царице лесов. Но кто она такая не знал никто. Слухов было много, но никто не видел ее, а если и видел, то не выжил. Ради нее Тюрам даже собрал совет Ксаев. Все здания в Лигосе были деревянными. Все кроме большого дворца советов. Леса в землях клана было предостаточно. Гномы возводили из него высокие многоэтажные дворцы и храмы. Но для дворца советов они все же использовали камень, привезенный из каменоломней Высоких Гор Севера. Они располагались на западе на границе с Крайним Севером. Горы там были скалистыми и богатыми гранитом и базальтом. Дворец Ксаев был самым высоким строением в Лигосе. Его острые своды подобно скалам устремлялись высоко в небо. Украшенные искусными барельефами стены дворца чем-то напоминали изящные дворцы долины Уссури. Огромные витражи были застеклены цветными стеклами Аквамориуса, а крыша была покрыта черепицей привезенной из Ближних Пустошей. Клан Темно-зеленой Бороды не был богатым и многочисленным, но на главное здание города гномы не поскупились. Этот дворец называли жемчужиной таежных лесов. Ничем подобным соседние кланы похвастать не могли. На его фоне деревянные дворцы города казались деревенскими избами. Даже площадь перед ним была выложена мрамором и гранитом. Другие же улицы города покрывались досками. Пусть и из ценных пород дерева, но все же досками, а не плитами. В главном зале дворца было оживленно. На совет съехались не только Ксаи клана, но и все АкХаны. Их привел в столицу страх. Многие начинали верить в то, что царица лесов и есть избранница из древнего пророчества. Люди отказывались уходить далеко в леса к подножиям Высоких Гор Севера. От этого клан нес большие убытки. Ведь именно в тех местах водились самые ценные пушные звери. Даже БенСуры и те не спешили начинать охоту. Казна пустела, и Тюраму срочно что-то нужно было делать.
– Я прочитал ваши доклады, светлейшие Ксаи и АкХаны. – Начал совет Тюрам. – Я не вижу в них ничего кроме трусости ваших старейшин. Да, несколько гномов погибли на охоте, и я не понимаю, почему бросивших их людей не казнили?
– Я хотел казнить их, повелитель. – Ответил Верон-Ксай смотритель северных земель. – Но их глаза были наполнены таким страхом, что они с радостью клали свои головы на плаху, лишь бы не возвращаться в лес.
– И мои охотники тоже готовы умереть, лишь бы не злить эту ведьму. – Поддержал его один АкХан.
Далее зал наполнила какофония жалоб. Все Ксаи и АкХаны наперебой рассказывали слухи и легенды о царице лесов. Они просили отправить к отрогам гор гвардию и положить конец этим сплетням. Тюрам слушал их, но понять что-то в этом гуле было сложно. Одно он понимал точно, все его поданные сильно напуганы.
– Кто-нибудь из вас может сказать мне кто она такая? – Не выдержав пересудов, заревел Тюрам. – Гномья? Женщина? Или кто-то еще?
– Слухи разнятся мой, повелитель. – После небольшой паузы продолжил Верон. – Одни клянутся, что она гномья. Другие же утверждают что человек.
– В наших лесах каждый год пропадает много людей, светлейший Тюрам-Ксай. – Наконец взял слово великий владыка клана Аврон-Менди. – Но поверить в то, что маленькая девочка смогла выжить в тайге? Да еще устрашить собой всех местных БенСуров? Я не могу в это поверить.
– И что вы предлагаете, преподобный?
Аврон-Менди встал со своего резного трона и вышел в центр зала.
– Я могу предположить, что царица лесов это гномья. Пример Араны-Ксай создавшей собственный клан в долине Уссури и подчинившей себе многих гномов не мог пройти незамеченным. – Владыка почесывал бороду и смотрел себе под ноги, прохаживаясь по залу то туда, то обратно. – Мы знаем, что за последние годы несколько гномьий сбежали из своих отчих домов. Где они сейчас неизвестно. Царицей лесов может быть одна из них. Других вариантов быть не может.
– Тогда почему она так не любит гномов?
– А почему Арана-Ксай убила всех Ксаев в Аквамориусе самолично? – Ответил Аврон на возражение Верон-Ксая. – Только поймав ее, мы сможем узнать, что ведет ею.
– Тогда решено. – Оборвал спор двух благородных гномов Тюрам. – Слухи о царице лесов дошли даже до императора. Он отправил со мной своего темника. Завтра он отправится к отрогам. Только темник-Менди сможет узнать, кто такая царица лесов и выжить.
– Он отправится один? – Не унимался Верон-Ксай. – Я конечно наслышан о том, на что способны темники, но как мне кажется, этого будет не достаточно.
– Раз так, то тогда с ним отправишься ты, мой друг. – Тюрам грозно посмотрел на смотрителя севера. – Возьми с собой отряд гвардейцев. Но уверяю тебя, темник все сделает сам.
Верон был недоволен тем, что назначили его, а не кого-нибудь из АкХанов. Все же не дело Ксаев охотиться на ведьм. Но спорить с верховным миссиром было бесполезно. Ничего не ответив, он слегка преклонил голову и быстрым шагом вышел из зала. На следующее утро из столицы на север выдвинулся небольшой отряд гвардейцев во главе с Верон-Ксаем. Смотритель севера взял с собой личную охрану. Двадцать облаченных в латы всадников. Эти БенСуры служили ему верой и правдой уже несколько десятилетий. И если и идти на битву, то только с ними. Еще вместе с ним была сотня пеших гвардейцев. Все они тоже были БенСурами. Все гномы владели магией, и Верон приказал им, не стесняясь использовать ее. Он объявил им, что это не охота, а настоящая война. Верон был очень напуган царицей лесов и не хотел стать очередной ее жертвой. Он лично видел головы старейшин осмелившихся поохотиться на нее в ее же лесу. Хоть Верон и был Ксаем, но все же был довольно трусоват. Даже наличие в отряде темника, которого, кстати, так никто и не видел, не позволяло ему успокоиться. Только одна мысль заставляла идти его вперед на бой с Неланой. Он мечтал стать верховным миссиром клана Темно-зеленой Бороды. Победа над царицей лесов подарит ему трон. По крайней мере, он так думал. Дорога до отрогов Высоких Гор Севера заняла у отряда Верона три дня. Когда дорога закончилась, и лес стал непроходим для лошадей, Верон разбил первый лагерь. В нем он оставил лишь пару гвардейцев присматривать за лошадьми и провизией. С остальными он вошел в лес. Не догадываясь о том, что за ними уже довольно долго следят, гномы двигались навстречу своей погибели. Нелану очень заинтересовало то, что на ее поимку отправили, целую гвардию. Как Дрокан не отговаривал ее, она не согласилась уйти на время еще дальше в горы. Нелана верила в свои неограниченные силы и не боялась гномов.
Свой второй лагерь Верон-Ксай разбил уже непосредственно у подножия отрога Неланы. В течение целого дня гномы строили укрепления и возводили шатры. В лагере были поставлено около десяти палаток для гвардейцев и еще три шатра для Ксая и его телохранителей. Со всех сторон гномы окружили лагерь частоколом и выставили дозоры. Только вечером в лагере появился темник-Менди.
– Где тебя носило? – Закричал на него Верон. Из-за постоянного чувства страха он много пил. Сидор делал свое дело. Верон был изрядно пьян. – Я уже решил, что ты струсил и сбежал обратно в Гадес.
– Страх и трусость неведомы темникам, господин. – Спокойно ответил гном. – Вы ходите одними дорогами, а мы другими.
Спокойный ответ темника еще больше разозлил Ксая. Но Верон хорошо знал, на что способны эти убийцы и не решился продолжать спор с ним.
– Мы выдвигаемся на отрог завтра. Ты присоединишься к нам?
– Да, господин. Я буду с вами, но видеть меня вы не сможете.
Хоть лицо темника и скрывала черная вуаль, Верон готов был поклясться, что тот снисходительно улыбался. Темник поклонился и исчез так же быстро, как и появился. На следующее утро Верон разбил гвардейцев на отряды и раздал приказы. Его план был прост. Он распределил своих воинов вдоль всего отрога. Они должны были бы подняться по нему и одновременно напасть на дом царицы. Вот только где этот самый дом ни Ксай, ни кто бы то ни было другой, не знали. У командира каждого отряда с собой был тревожный рог. Верон приказал дать сигнал сразу же, как только царица будет обнаружена. Сам Верон и его телохранители остались в лагере. Он так и не смог побороть свой страх перед ней. Нелана все видела, скрываясь в густой кроне могучего кедра. Верона она решила оставить напоследок. Когда отряды гномов разбрелись по подножию отрога, она приступила к казни. Именно к казни. Нелана не рассматривала бой с гномами как сражение. Они вторглись в ее пределы, и она приговорила их к смерти. Чем страшнее будет их смерть, тем скорее ее оставят в покое. Гномы не знали, что попали в западню и хоть и осторожно, но уверенно начали подъем. Первый отряд был убит лианами дикого винограда. Точно так же, как ранее от них погибли охотники-старейшины. Никто из них не успел подать сигнал остальным и те, пребывая в полном неведении, продолжали ползти на вершину. Второй отряд был уничтожен камнепадом. Нелана подождала, пока они приблизятся к скальным обрывам, и обрушила их на головы гномов. Огромные валуны, снося деревья, устремились вниз по склону. У гномов не было ни единого шанса. От падения глыб задрожала земля. Треск деревьев был слышен по всей округе. Соседний отряд находился от места падения скал в нескольких сотнях метров, но гномы ничего не увидели, не услышали и не почувствовали. Нелана наложила на все отряды свои заклятья. Они не могли связаться друг с другом. Они видели и слышали лишь то, что Нелана позволяла им. С третьим отрядом разобрались Дрокан и барс. Когда шею командира отряда пробила стрела, гномы остановились. Они присели, оглядываясь и пытаясь понять, где находится стрелок. Пока их глаза смотрели в упор на Дрокана и не видели его, он выпустил вторую стрелу. И снова она попала точно в шею. Гномы были закованы в латы, и единственное уязвимое место у них была шея. Только когда от неведомого стрелка пал третий гвардеец, гномы поддались панике и бросились бежать. Но сбежать им не удалось. Охоту на них устроил Клык. Пока Дрокан отстреливал отставших, барс раздирал на куски бегущих впереди. Оставалось всего два отряда, и один из них уже почти поднялся на вершину. Гномы взобрались на гребень отрога и увидели дом Неланы. Командир тут же задул в рог. Но тот не издал ни звука. Это удивило гнома, и он подул в него еще раз. И опять ни звука. Гвардеец понял, что рог молчит неспроста и приказал своим гномам занять круговую оборону. Прикрывшись щитами и ощетинившись копьями, они медленно побрели к дому. Когда отряд оказался на середине поляны гномы увидели девочку, стоящую возле одинокого дуба. Через мгновение возле дуба было уже две девочки. Еще пару секунд и вокруг отряда стояли не менее двадцати цариц леса. Командир понял, что это иллюзия, но где настоящая царица, а где иллюзорная разобрать было невозможно. Достав луки и арбалеты, гномы начали беспорядочно стрелять по девочкам, но те громко смеясь, не обращали на обстрел никакого внимания. Они начали приближаться к гномам. Стелы рассекали воздух, и иллюзии чем приводили гвардейцев в дикий первобытный страх. Они еще никогда до этого не видели женщину-ведьму. Дрожащие руки не позволяли целиться. Гномы роняли свои арбалеты, а девочки все продолжали приближаться. Один из гвардейцев не выдержал и с истошным криком кинулся на Нелану. Его копье вонзилось в иллюзию и проткнуло ее насквозь. Провалившись в пустоту, гном дотронулся до Неланы и тут же загорелся ярким магическим огнем. Увидев это, остальные в панике бросились бежать. Они бежали, не разбирая дороги именно туда, куда хотела Нелана. Весь отряд сбросился со скал и погиб. Нелане оставалось казнить последний отряд, но она помнила, что главный враг не покинул лагерь и ожидает ее там. Она спокойно дождалась, пока последний отряд взберется на вершину отрога. Нелана просто сдалась им. Гномы решили, что застали девочку врасплох. Они набросили ей на голову мешок и связали. Довольные своей добычей они направились в лагерь к своему Ксаю. Гномы не подозревали, что выполняют волю царицы и что их судьба уже решена. Нелана разделила свое тело и дух. Теперь она пребывала в теле своего барса и медленно подкрадывалась к лагерю врага. Верон был настолько пьян, что даже заснул. Телохранителям пришлось сильно постараться, что бы разбудить своего повелителя. Но открыв глаза и услышав, что царица лесов поймана, он быстро пришел в себя. Ксай выскочил из шатра. Перед ним положили связанную девочку. Она была без сознания и еле дышала. Вокруг нее стояли радостные гвардейцы, даже не заметившие, что больше никто в лагерь так и не вернулся.