- -
- 100%
- +
И в один из таких дней, когда вечерняя сказка отзвучала и дом погрузился в сон, Эмили приснился удивительный, завораживающий сон.
Ей казалось, что она всё ещё лежит в своей кровати и смотрит на привычное панорамное окно, но вдруг стекло в нём ожило и преобразилось. Оно засияло тысячами переливающихся оттенков, заискрилось искрами и заиграло ярким, сказочным радужным светом, в точности так, как она всегда мечтала.
Прямо из рамы окна наружу, в ночной воздух сада, протянулась сияющая радужная тропка, манящая своими мягкими переливами. Затаив дыхание от восторга, Эмили во сне поднялась, подошла ближе и уверенно шагнула на эту мерцающую дорогу, которая вела прямо в проём распахнутого волшебного окна.
Жизнь
День Рена начинается задолго до того, как над футуристическими силуэтами Токио поднимается солнце. В тишине просторной квартиры на верхнем этаже высотки в престижном районе Минато нет резких будильников — вместо них в заданное время бесшумно раздвигаются шторы с электроприводом, впуская внутрь холодный, размытый свет мегаполиса. Рен аккуратно откидывает шёлковое одеяло, садится на край широкой кровати и несколько секунд смотрит на свои руки. Ему семь, но его утро расписано по минутам строже, чем у взрослого топ-менеджера. Рядом на тумбочке лежит самая последняя модель премиального японского сотового телефона в титановом корпусе и новейший тончайший планшет с электронным пером, на котором мальчик вечером перед сном просматривает интерактивные учебники и схемы робототехники.
В ванной комнате его ждёт идеальный порядок: махровый халат с вышитыми инициалами, тёплая вода, приготовленная умной системой, и паста с мягким мятным вкусом. После водных процедур мальчик надевает строгую школьную форму — безупречно отглаженную белую рубашку, тёмно-синий жилет с эмблемой элитной частной академии и аккуратные брюки.
Завтрак подаётся в столовой с панорамным видом на утренний город. На столе перед Реном стоит традиционный, но поданный с ресторанным изяществом сет: пиалы с варёным рисом, кусочек нежного омлета тамагояки, приготовленного личным поваром отца, миска горячего мисо-супа с тофу и свежий зелёный чай. Отец за стол не садится — он уезжает рано, поэтому Рен трапезничает в одиночестве, окружённый глухой тишиной огромных комнат, нарушаемой лишь тиканьем антикварных часов.
Ровно в семь тридцать к подъезду высотки подъезжает чёрный седан с водителем в белых перчатках. Машина плавно трогается с места, увозя мальчика по чистым, умытым поливальными машинами улицам Минато к воротам учебного заведения. Учебный день наполнен строгой дисциплиной, сложными уроками математики, информатики и английского языка, а также правилами поведения, которые вдалбливают с младших классов. На переменах Рен держится сдержанно: вокруг него шумят дети влиятельных родителей, но атмосфера соперничества чувствуется в каждом взгляде.
После школы его ждёт череда дополнительных занятий — репетитор по каллиграфии, шахматы и плавание. Вечером уставший Рен возвращается в пустую квартиру, где под гул системы кондиционирования садится за уроки, зная, что впереди его ждёт лишь отражение в тёмном стекле панорамного окна.
День Амины начинается с резкого крика петуха за тонкими железными стенами и запаха сырости, поднявшегося от ночного дождя. Её день не знает расписаний, кроме одного закона: выжить и уберечь младших. У неё нет абсолютно ничего — ни личных вещей, ни игрушек, ни современных гаджетов, ни даже надёжного угла. Из сокровищ у неё только поношенное платье да пара младших брата и сестры. Едва открыв глаза, девочка проверяет, на месте ли четырёхлетний Кофи и малышка Зара. Родители ушли на работу ещё до рассвета, растворившись в утренней серой мгле. Амина сразу берётся за тяжёлую работу. Она пытается зажечь крошечную керосиновую горелку, но та капризничает, а фитиль оказывается забит нагаром. Приходится брать старую иглу, палочку и, пачкая руки в чёрной маслянистой гари, самостоятельно чинить механизм, действуя так уверенно, будто она взрослая женщина, тащащая на себе весь дом. Когда пламя наконец послушно вспыхивает, она ставит потемневший чайник с мутной водой. На скудный завтрак детям достаётся лишь жидкая кукурузная кашица с щепоткой соли.
После еды начинается уборка. Амина берёт пластиковую бутылку с дырочкой в крышке, брызгает водой на сухую утрамбованную землю пола, чтобы прибить пыль, и тщательно выметает сор коротким веником из прутьев, вынося мусор в уличную яму.
Затем наступает самое страшное время — часы затишья. Около полудня за хлипкими стенами хижины начинают раздаваться чужие, тяжёлые шаги и приглушённые голоса взрослых людей. В памяти всплывают суровые слова матери: в трущобах рыщут те, кто выискивает беззащитных детей, чтобы украсть их и продать в рабство или на чёрный рынок органов. Сердце Амины падает куда-то в желудок. Дыхание замирает. Не издав ни звука, она прижимает к себе плачущую Зару, закрывает ладошкой рот Кофи и замирает в самом тёмном углу комнаты, вслушиваясь в каждый шорох за дверной занавеской. Каждая секунда тянется вечностью, пока шаги не стихают вдалеке. Только тогда девочка с облегчением выдыхает и возвращается к своим бесконечным заботам.
День Эмили начинается в атмосфере безупречной роскоши. Просторный особняк в элитном зелёном районе Уэст-Пойнт-Грей наполнен мягким светом и ароматом свежесваренного кофе и выпечки. В её личной комнате на рабочем столе всегда лежит флагманский планшет в ярком чехле для творчества и новейший смартфон с детским контролем, но открытый для всех развивающих приложений, электронных книг и связи с родителями. Когда Эмили спускается по широкой дубовой лестнице, на мраморном столе её уже ждёт изысканный завтрак, приготовленный домашней помощницей: воздушные блинчики с кленовым сиропом, свежая голубика, хрустящие тосты с органическим маслом и стакан охлаждённого апельсинового сока. После завтрака к воротам особняка подъезжает белый служебный внедорожник частной школы. Водитель везёт девочку по живописным улицам Ванкувера мимо океанских причалов и парка Стэнли, где кроны гигантских хвойных деревьев уходят в прохладное утреннее небо.
В элитной частной школе день Эмили расписан поминутно, но наполнен радостью и общением. На ланч в школьной столовой подают запечённого тихоокеанского лосося с брокколи и мини-бургеры. У неё масса друзей, звонкий смех звучит на каждом перерыве. После занятий персональный автомобиль доставляет её на тренировку по конному спорту в клуб под руководством тренера мистера Дэвиса, а затем на занятия по плаванию и уроки игры на фортепиано к фрау Мюллер.
Вечером Эмили возвращается домой, где её встречает заботливая няня и домашняя помощница миссис Эванс. Между ними царят тёплые, доверительные отношения, наполненные шутками и добрыми разговорами. Но кульминацией дня становится вечерний ритуал после ужина. Эмили надевает смешную шляпу, берёт в руки воображаемый микрофон и устраивает для родителей, няни и прислуги фееричное шуточное представление. Комната наполняется звонким смехом, аплодисментами и абсолютным, искрящимся счастьем, завершая этот идеальный, изобильный день.
Матео просыпается на тонком матрасе, накинутой на плечи майке, и босиком выбегает на узкую смотровую площадку. Из ценностей у него есть только две вещи: старый, потёртый кнопочный мобильный телефон с разбитым экраном, на который иногда приходят короткие зашифрованные указания от старших, и спрятанный за поясом отличный, большой тяжёлый трофейный нож с потёртой рукоятью, который достался ему от уличного прошлого и служил единственной защитой в этих опасных закоулках. На смотровой площадке Матео замирает на секунду, исполняя свой утренний ритуал: смотрит вниз, где у подножья холма в утренней дымке кипит богатая, недоступная ему жизнь большого города, а затем вглядывается в лабиринты узких крутых тропинок под ногами.
Матео не ходит в школу. Его работа — быть «одеялом» и подсказчиком для местных наркокурьеров, предупреждая их о чужаках и полиции. Он знает каждый камень, каждый проход между ржавыми крышами. Его день — это сплошной адреналин и смертельный риск. С самого утра он срывается с места, прыгая с крыши на крышу, петляя между обрывами и узкими лестницами.
Сегодня удача отворачивается от него. Заслышав чужие тяжёлые шаги на нижнем ярусе, Матео срывается с крутого склона, пытаясь срезать путь через заброшенный дворик. Его нога соскальзывает с влажного от утренней росы шифера. Мальчик с криком падает на щебёнку, обдирая локти и колени до крови, а на боку расцветает огромный багровый синяк. Боль пронзает всё тело, но остановиться нельзя — секунды промедления могут стоить слишком дорого. Сквозь слёзы и жгучую боль Матео поднимается, стискивает зубы и продолжает бежать, прыгая через ограждения, пока не скрывается в безопасности бетонных лабиринтов.
К вечеру, когда солнце валится за океан, окрашивая небо в кроваво-красные тона, Матео бредёт обратно на свой холм. Он смертельно устал, его мышцы ноют от напряжения, а свежие ссадины саднят от солёного пота. Забравшись к себе, он трясущимися руками проверяет карманы и понимает горькую правду: сегодня из-за падения и сорванной смены он не заработал ничего. Его ждёт абсолютно пустой, голодный вечер в тишине прохладной ночи, где вместо ужина есть только гудящая от усталости голова и тупая боль в свежих синяках. Лёжа в темноте, он на ощупь находит на стене знакомый контур угольного окна и, не в силах даже подняться, чтобы зажечь огарок свечи и разглядеть его, просто закрывает глаза, зная рисунок наизусть — по памяти дорисовывая горы там, где их скрывает темнота.
В конце июля, когда душный и серый асфальт Токио начинает плавиться под лучами летнего солнца, в жизни Рена наступает долгожданная пора — каникулы. Отец откладывает важные контракты, и семья поднимается на борту частного бизнес-джета, который уносит их далеко на юг, сквозь облака, к экваториальному теплу Индонезии.
После короткого перелёта они пересаживаются на вертолёт, доставляющий их прямиком на легендарный остров Бали. Там, в тихом и уединённом районе Убуда, среди изумрудных террасных рисовых полей и густых тропических джунглей, их ждёт роскошная закрытая вилла. Просторные павильоны из тёмного дерева с соломенными крышами открываются прямо к инфинити-бассейну, вода в котором сливается с зеркальной гладью водной глади пруда, полного цветущих лотосов.
Утро Рена на Бали начинается под пение экзотических птиц и мягкий шелест пальмовых листьев. Личный водитель на чёрном внедорожнике готов в любой момент отвезти его к живописным побережьям или древним храмам, утопающим в зелени. Дни проходят в размеренной роскоши: мальчик плавает в тёплом бассейне, изучает экзотические растения, а вечерами, сидя на плетёной террасе при свете бумажных фонариков, берёт в руки свой новейший тончайший планшет. Под стрекот цикад он листает интерактивные путеводители по всему миру и запускает схемы любимой робототехники, наслаждаясь идеальной, звенящей тишиной тропического рая. Даже здесь, среди этой продуманной до мелочей красоты, он иногда ловит себя на том, что рядом с ним снова только Кэн — вилла слишком велика, а родители слишком заняты собственным отдыхом, чтобы этот рай хоть чем-то отличался от токийской квартиры, разве что видом за окном.
В Ванкувере учебный год завершается в последние дни июня, открывая для Эмили двери в настоящее летнее волшебство. Родители заранее планируют грандиозное путешествие, которое превращает её каникулы в сюжет приключенческого фильма.
Сначала их семья поднимается на борт самолёта первого класса, направляющегося к солнечным Багамам. Там, на знаменитых пляжах с ослепительно белым и невероятно мягким песком, Эмили встречает рассветы, собирая причудливые ракушки у кромки бирюзовой воды. Лазурные волны Атлантического океана прозрачны настолько, что сквозь них видны разноцветные рыбки, снующие у коралловых рифов.
Но на этом приключение не заканчивается. Следующим этапом становится посадка на белоснежный океанский лайнер — настоящий плавучий город с многоэтажными атриумами, несколькими прозрачными бассейнами, панорамными ресторанами и театральными сценками на верхней палубе. Огромный корабль величаво рассекает лазурные просторы Карибского моря. Эмили в лёгких летящих сарафанах гуляет по просторным прогулочным палубам, наслаждается освежающими тропическими коктейлями в высоких бокалах и с восторгом наблюдает за закатами, окрашивающими небо в лиловые и золотые тона. На этом сказочном лайнере она чувствует себя настоящей принцессой из своих любимых детских сказок, для которой открыт весь огромный, сияющий мир. И всё же однажды вечером, стоя у поручней и глядя на бескрайнюю черноту океана, она вдруг вспоминает документальный фильм с жестяными крышами и детьми, тащившими вёдра, и на мгновение ей становится не по себе — так, будто где-то там, за горизонтом, за тем самым чёрным океаном, кто-то сейчас смотрит в свою темноту так же пристально, как она сейчас смотрит в свою.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.




