В мягких лапах юного оборотня

Птичка вылетела

— Итак, вы двое устроили дебош в канцелярии, — пожилой орк в круглых очках оторвал глаза от отчёта и взглянул на нас. — Зачем?

— Дяденька-магполицейский, мы не виноваты. Отпустите... — начал Ричард.

— Молчать! — рявкнул на него орк и перевёл взгляд на меня, в котором читалось: «Ну?».

Я лишь сложила руки на груди и уставилась в ответ.

— Чего молчим? — ласково протянул орк, глядя на меня.

— Вы же сами сначала задали вопрос, а потом сказали ему заткнуться, — огрызнулась я.

— Мальчишка пускай молчит. Слишком импульсивный. А ты говори.

Я взглянула на Ричарда. Тот сидел насупившись. Но когда встретился со мной взглядом, улыбнулся.

— Я прочёл твоё досье, — продолжал орк, глядя на меня. — Добрая горожанка, примерная жена. Торгуешь растениями из своего сада. Никаких приводов раньше не было. Что случилось-то? Зачем связалась с этим хулиганом? — он кивнул на Ричарда.

Ну вот как ему объяснить?

— Он ни при чём, — наконец произнесла я. — Это я не удержалась, поддалась эмоциям, подпалила пол. Отпустите парня.

— Эльвира не виновата! Это я её спровоцировал, — тут же начал защищать меня Ричард. — Отпустите её.

Он сделал паузу.

— Ну или на крайний случай поместите нас в одну камеру, пожалуйста.

Орк взялся за голову.

— Выгораживаете друг друга, подельники? Ладно, за решётку вас не за что сажать. Но протокол гражданке выпишем — оплатите восстановление покрытия и штраф за ненадлежащее поведение. Свободны.

Мы уже встали, но магполицейский опомнился и прервал:

— Стойте! Совсем забыл! — он ударил себя по лбу ладонью. — Сперва фото.

Фото?

— А это зачем? — уточнила я уже у другого служащего, молодого тролля, когда нас завели в фотокомнату.

— Ну как зачем? А вдруг вы снова на преступление пойдёте? А тут у нас фотокарточка ваша будет. Разместим на столбах и досках объявлений в разделе «Помогите найти рецидивистов».

— На рецидив мы не пойдём, — убедил его Ричард. — Но с фото идея неплохая. А можно вдвоём сфоткаться?

— Вдвоём? — тролль поднял на него глаза.

— Ну да. Мы же вдвоём нарушили. И на рецидив если что вместе пойдём.

Я метнула в него колючий взгляд.

— Ну хорошо, — тролль пожал плечами. — Становитесь вместе.

Я лишь посмотрела на них с сомнением, но спорить не стала. В конце концов, это просто юридическая необходимость. Сейчас щёлкнут — и сразу отпустят.

— Итак, вы готовы? — уточнил тролль.

Ричард встал рядом и приобнял меня за плечи.

— Что ты делаешь? — прошипела я на него. — Это не семейное фото.

Но он стоял с абсолютно невозмутимым лицом и не собирался отступать.

— Парень, отойди от неё. Руки по швам! — командовал тролль. — Сейчас вылетит птичка.

Я приготовилась. Каждый раз, когда из магаппарата вылетает волшебный дрозд, у меня замирает сердце: уж больно птичка красивая. А как поёт!

Отвлёкшись на эти мысли, я потеряла бдительность. И не заметила, как Ричард схватил меня и притянул к себе! Одной рукой он удерживал мою талию, второй — голову, чмокнув куда-то в волосы у виска. В этот миг волшебный дрозд вылетел из своего окошка и начал заливисто петь. Я застыла, забыв, как дышать.

— Эй, парень! Чего творишь? — ругался тролль. — Запорол мне кадр!

— А можно неудачный снимок мне отдать?

— Ты встань нормально! А там посмотрим.

Дрозд залетел обратно в своё окошко, готовясь к новому вылету.

Наконец, добившись от нас нормального кадра, тролль отпустил нас. Ричард всё-таки выторговал себе фото, где он схватил меня, и разглядывал его по дороге.

На выходе мне вручили протокол с суммой, от которой я едва не заплакала. Но тут же скрыла свои эмоции — не хочу показывать, что эта ноша для меня неподъёмна.

Когда нас отпустили из отделения, на улице уже стемнело. Я наконец выдохнула.

— Можешь не провожать. Эмоций мне на сегодня вполне хватило.

— Прости, что так вышло, — он протянул мне снимок. — Но ты только глянь.

Я ухмыльнулась — на фото Ричард прижимал меня к себе, а я смотрела на него расширившимися от изумления глазами и толкала в грудь.

— Забавно, согласись? Можем показывать его гостям на свадьбе — наше первое совместное фото.

— Какой свадьбе? — я подавилась воздухом.

— На нашей. Какой же ещё.

— Рич... слушай! Если хочешь отношений со взрослой женщиной, так и веди себя по-взрослому — без этого вздора и ребячества! — вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык.

— Понял, — он посмотрел на меня очень серьёзно.

— Да что ты там понял... — я отвернулась, чувствуя, как щёки заливает краской.

— Позволишь мне оплатить твой штраф? — неожиданно предложил он.

— Нет уж! Свои проблемы я сама решу.

— А деньги где найдёшь?

— Ну... раньше у меня был сад. Я торговала растениями. Посмотрим, можно ли восстановить что-то из уцелевшего после пожара.

— Могу прийти помочь тебе?

— Ты же всё равно не отстанешь? — я возмутилась, но лишь показательно. На самом деле помощник бы мне не помешал.

— Совершенно верно!

— Ладно. Приходи, — я махнула рукой, соглашаясь.

— Тогда до завтра, Ви! Уже пришли.

Я оглянулась — и впрямь мы стояли у моего дома. Я и не заметила, пока препиралась с ним, как мы дошли.

— Пока, Ричард, — я поймала себя на том, что сама потянулась к нему.

Что это со мной? Обнять его захотела?

— Спокойной ночи и до завтра, — он не стал обнимать меня, а лишь подмигнул, развернулся и побрёл по тропинке прочь.

Когда он скрылся из виду, я взглянула на свою руку. В ней было наше фото.

Из материалов магполиции

Ну как вам наши красавчики? Напишите в комментариях)

***
Приглашаю вас в новинку нашего моба — "Бюро волшебных находок" от Лены Тулиновой:

https://litnet.com/shrt/OyuJ

Всё, что выращено непосильным трудом

— Прикольная фотка, — с порога заявил Финик, увидев снимок в моей руке.

— Ты лучше взгляни на это, — я протянула ему протокол, что был в другой руке.

— И что всё это значит? — пудель нахмурился. — Не разбираю эту тарабарщину на бюрократическом.

— Это штраф, который нас разорит. Фин, мы банкроты! — я упала в кресло, роняя листок на пол и закрыв лицо руками.

— Теперь за желание уйти от дракона штрафуют на неподъёмную сумму? Оригинально они, конечно, придумали! — он аж тявкнул от возмущения.

Я коротко пересказала ему события минувшего вечера.

— Да, дела, — Фин присвистнул. — Зря с тобой не пошёл — такое зрелище пропустил! И что будешь делать?

— Нужно завтра будет осмотреть сад. Отсортировать растения. Избавиться от погибших, отправить выжившие на продажу. Ну или хотя бы отобрать здоровые ростки и пересадить с выгоревшей земли на пригодную почву, — перечисляла я, загибая пальцы. А Фин смотрел на меня с кислой миной. — Ну чего ты? Не веришь, что что-то сохранилось?

— Не верю, что это поможет.

— И что же делать, по-твоему? Как решить проблему?

— Для этих целей есть муж.

— Чего? — в моём голосе проскользнули визгливые нотки.

— Сходи на Высокие Пики, попроси денег у Армана. Так понятнее?

— Ни за что! Никогда этого не будет, слышишь!

В ответ он лишь фыркнул. А я улеглась в постель, стараясь поскорей уснуть: день предстоит долгий, а меня и сегодняшний вымотал прилично.

Утро встретило меня серым небом и противным мелким дождём. Я постояла у окна, глядя, как капли барабанят по стёклам, и чувствовала, как внутри разрастается тоскливое «ничего не выйдет».

Но вместо того, чтобы опустить руки, решила действовать. Облачившись в рубашку и простые брюки для работы в саду, вышла на крыльцо с замиранием сердца. Давно пора было провести здесь ревизию. Но всё руки не доходили — всё боялась увидеть результат ярости Армана.

Я шагнула за порог. Зрелище меня не порадовало.

Пепелище, которое я видела вчера, сегодня, под дождём, выглядело ещё страшнее. Мокрая чёрная земля, обугленные скелетики кустов, которые я выхаживала годами. Гномьи розы, которые я вырастила из семечка, привезённого с Восточных гор, торчали мёртвыми палками. Лунный мох, который я собирала по крохам у торговцев, превратился в чёрную слизь.

Я опустилась на корточки, провела рукой по пеплу.

— Три года, — прошептала я. — Три года жизни.

Я почувствовала капли на лице и даже не поняла, что это — дождь или слёзы.

— Эльвира!

Я вздрогнула. Ричард стоял у калитки со взъерошенными промокшими волосами. Он махал мне рукой и лучезарно улыбался.

Сердце дрогнуло.

— Пришёл всё-таки? — крикнула я, стараясь, чтобы голос звучал сердито.

— Обещал помочь! — он не стал дожидаться приглашения, открыл калитку и вошёл.

В этот миг с неба перестало лить, а солнце вышло из-за туч. Я выпрямилась, смахнула капли с лица и постаралась придать ему невозмутимое выражение.

— Фронт работ, как видишь, большой, — сказала я, разводя руками. — Хочешь помочь? Приступаем!

Ричард кивнул, стянул промокшую куртку, оставшись в одной рубашке, и подошёл ближе. Я почувствовала исходящий от него запах дождя и леса.

Мы оба опустились на колени перед клумбами. И я начала выкапывать уцелевшие розы.

— Они прихотливые и капризные, — я достала цветок с корнем и показала Ричарду. — Корневая система очень чувствительная. Поэтому будь осторожен.

Он кивнул. Кажется, всё это время оборотень смотрел не на цветок, а на меня. Ричард коснулся моих волос, убирая выбившуюся прядь за ухо. Пальцами он провёл сверху вниз по остроконечной верхушке уха.

— Какое у тебя ушко хорошее, — вдруг сказал он.

— Прекрати, — я отшатнулась. — Мы тут работать собрались.

Он убрал руку, но улыбка с его лица не исчезла.

— Хорошо-хорошо, — он поднял ладони в примирительном жесте, а затем закатал рукава. — За дело!

Я показывала, что нужно выкопать и пересадить, что можно попробовать спасти черенкованием, а что безвозвратно потеряно. Ричард слушал внимательно.

— А русалочью лилию можно спасти? — спросил он, осторожно выкапывая корневище.

— Если корни не подгорели, то можно. Но ей нужна особая вода. Русалочья, естественно. А где её взять...

— Найдём, — уверенно сказал он. — Ты главное скажи, что нужно. А мы её выходим.

— Хорошо бы! Ох, помню, с каким трудом она мне досталась.

— Расскажи.

— Я пошла на рынок, увидела рассаду. Но её уже собиралась купить гномка. И мы буквально сцепились, — я улыбнулась, а Ричард рассмеялся.

— Ты дралась за лилии?

— Ну не прямо дралась. Я одолела её хитростью. Сказала, что в соседнем переулке продают русалочьи слёзы, а без них лилии всё равно не вырастить.

— А она?

— А она побежала за ними, пока я спокойно купила рассаду.

— Хитрюга! — Ричард рассмеялся сильнее, а я немного смутилась и отвела взгляд. — На деле русалочьи слёзы — это растение, а не удобрение. Я запомнил, это ты в прошлый раз рассказывала.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь против воли. Он запомнил, а не просто пропускал мимо ушей мою болтовню.

— Эльфийский клевер, — я опустилась на колени рядом с крошечным зелёным ростком, который чудом уцелел под камнем. — Смотри, он выжил.

— Это тот самый, из которого варенье? — Ричард присел рядом.

— Тот самый, — я осторожно провела пальцами по нежным листочкам. — Я думала, всё пропало. А он...

— Упрямый, — закончил за меня Ричард. — Как его хозяйка.

Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Он смотрел на меня серьёзно и чуть насмешливо, и в глазах его было что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание.

— Давай его выкопаем. А я обойдусь без сравнения с цветами.

Он усмехнулся, но послушно взялся за лопату.

Мы работали до вечера. Дождь то прекращался, то начинался снова, но мы оба промокли насквозь и уже не обращали на это внимания. Ричард копал, перетаскивал горшки, таскал мешки с землёй. Я сортировала растения, решала, что оставить, что выбросить, что попробовать продать.

И чем больше мы работали, тем меньше я думала о штрафе, о банкротстве, об Армане.

Я рассказывала Ричарду про русалочьи слёзы, которые цветут только раз в году и только под полной луной. Про гномьи розы, которые требуют особого полива. Про то, как правильно черенковать эльфийский клевер, чтобы он дал новые побеги.

Он слушал. Кивал. Задавал вопросы.

И я не заметила, как солнце закатилось за горизонт, освещая наши лица розовым золотом.

— Всё, — сказала я, выпрямляясь и ощущая, как ноет спина. — На сегодня хватит.

Ричард тоже выпрямился, отряхнул колени.

— Пить хочется, — сказал он.

— Иди в дом, я сейчас, — я собрала инструменты и направилась к крыльцу.

В доме было тепло и сухо. Я вымыла руки и поставила чайник, достала стаканы. Ричард уже устроился за столом, о чём-то беседуя с Фином. Странно, Арман никогда не мог найти с ним общего языка, я думала, мой фамильяр вообще неуживчивый.

Когда я отвернулась, чтобы засыпать чай в заварник, Ричард подошёл сзади. Я почувствовала его присутствие спиной так остро, что каждый волосок на затылке встал дыбом.