- -
- 100%
- +
Евгений Викторович покраснел, как рак, но всё же попытался сохранить лицо.
– Зря ты так, Алиса, – пробормотал он. – Нам ведь ещё вместе работать. Надеюсь, что долго.
Её взгляд не дрогнул.
– Надеюсь, вас не озарила мысль, повидав Рим, остаться здесь? – внезапно добавил он с мстительной ноткой в голосе. – Но не думайте, дорогуша, что это так просто. Принца здесь ты не найдёшь, тобой только попользуются.
Его слова были как пощёчина. Алиса почувствовала, как внутри всё кипит.
– А я могу дать тебе всё, – продолжал он, уже не скрывая своего рвения. – Рим, Париж… всё, что захочешь. Ты только скажи.
Она выдержала паузу, собрала все силы, чтобы не повысить голос, и спокойно произнесла:
– Евгений Викторович, вы бредите.
Её холодный тон словно обрушил на него ведро ледяной воды. Она встала из-за стола, медленно и уверенно.
– До свидания, Евгений Викторович, – сказала она, глядя ему прямо в глаза. – Увидимся на заключительной встрече, послезавтра.
Он молчал, лишь мстительно прищурив глаза, но она не позволила ему снова заговорить.
– Если я вам понадоблюсь по работе, вы знаете, как меня найти, – добавила Алиса. – Всё, что касается отношений вне работы, оставьте при себе. Меня это не касается. И, на всякий случай: я не давала вам ни одного повода думать обо мне как о вашей возможной любовнице.
Её голос звучал как удар грома. Шеф остался сидеть за столом, красный от злости и унижения, а Алиса уверенно вышла из ресторана.
На улице она остановилась на миг, глубоко вдохнула ночной воздух и, сдерживая накатившие эмоции, направилась к такси. Её ждал вечер, который она уже мысленно проводила с Георгиусом.
Алиса поймала такси, и поездка до гостиницы пролетела в тишине, нарушаемой лишь шумом уличного движения. Она смотрела в окно, стараясь не думать о происходящем, но мысли о Георгиусе не отпускали её. Его слова, его голос, его взгляд – всё это вертелось у неё в голове.
Когда она наконец добралась до номера, то села на диван, устало откинувшись назад. На столике лежал её телефон, рядом – визитная карточка Георгиуса. Алиса протянула к ней руку, но замерла, словно между пальцами и карточкой была невидимая преграда.
Она долго сидела, задумавшись, не решаясь позвонить. Всё как-то глупо вышло. Она хотела его, но тот звонок… Эта фраза – «Как ты, дорогая?» – всё ещё звучала в её голове, словно дразнила её.
Ревность жгла, как огонь. «Если у него есть другая, зачем я ему?» – думала она, но тут же отбросила эту мысль. «Будь как будет. Если я для него просто развлечение, пусть так.»
Собравшись с духом, она взяла телефон и медленно набрала номер, указанный на визитке.
Но в тот самый момент, когда она подняла телефон к уху, в дверь раздался стук. Алиса вздрогнула, раздражение вспыхнуло мгновенно.
– О Боже, опять этот назойливый шеф, – пробормотала она, нехотя вставая с дивана. – Что ему ещё нужно? Я же всё ему разъяснила…
С тяжёлым сердцем она поплелась к двери и открыла её, уже готовая к очередной порции нравоучений.
– Это ты? – вырвалось у неё, когда она увидела на пороге стоявшего Георгиуса.
Он широко улыбался, его взгляд был мягким, но уверенным.
– Как видишь, Алиса, – сказал он с той самой обезоруживающей улыбкой. – Я тебе не верю.
Она замерла, не зная, что ответить.
– Я решил сам тебя забрать, чтобы ты в очередной раз не сбежала от меня, – продолжил он. – Я кажется, догадался, почему ты это сделала. Это из-за звонка, да?
Алиса подняла голову, её взгляд был полон вопросов.
– Да, – добавил он, отвечая на её молчаливое недоумение. – Это была моя сестра. Она в больнице после тяжёлой аварии.
Слова Георгиуса прозвучали как объяснение и оправдание одновременно. Алиса стояла неподвижно, осознавая, насколько далеко завела её ревность и подозрения.
Георгиус не успел договорить. Алиса, сама того не ожидая, рванулась к нему, её эмоции взяли верх над разумом. Их губы слились в жарком, безумном поцелуе. Непослушные руки хватали, рвали одежду, словно они оба боялись, что это момент может исчезнуть, как сон. Головокружение, тепло, которое проносилось по телу, заставляли забыть обо всём на свете.
После бури страсти они лежали в сладкой истоме, их дыхание постепенно успокаивалось. Алиса чувствовала себя счастливой, такой лёгкой и свободной, как будто в этом мгновении исчезли все тревоги и сомнения.
– Я хочу узнать тебя ближе, Алиса, – произнёс Георгиус, глядя на неё с нежностью. – Когда я увидел тебя в ресторане, мне вдруг показалось, что ты та женщина, которую я так долго искал.
Алиса улыбнулась, вспоминая свой сон.
– Да уж, – сказала она, с легкой усмешкой. – Со мной тоже произошло что-то необычное. Незадолго до нашей встречи мне приснился сон… странный сон. И мужчина… он был очень похож на тебя. Всё было так похоже на нашу реальную встречу.
Георгиус взглянул на неё с любопытством и мягко спросил:
– И это, по-твоему, тоже сон?
Он нежно поцеловал её, и Алиса почувствовала, как её сердце растаяло в его объятиях. Она была счастлива. Лежа в руках мужчины, который казался ей таким близким, она знала: это не просто случайная встреча. Это он. Её мужчина. Её судьба.
Но тишину нарушил звук мобильного телефона. Георгиус нехотя потянулся за ним и ответил. Секунды тянулись бесконечно, пока его лицо постепенно мрачнело. Алиса заметила, как его рука нервно сжала телефон.
– Вылетаю… – бросил он в трубку.
Он сел на кровать, обхватив голову руками.
– Алиса, я должен идти. Прости… Моя сестра при смерти. Я должен вылететь немедленно в Грецию.
Его голос звучал срывающимся от боли. Он быстро начал одеваться, не поднимая глаз.
– Я позвоню тебе сразу же, как только прилечу в Грецию и вернусь к очередной конференции, – пообещал он, застёгивая рубашку.
Алиса пыталась сдержать нахлынувшие эмоции. Она села на кровати и мягко произнесла:
– Конечно, милый… Конечно.
Она проводила его взглядом, пока он уходил, чувствуя, как сердце сжимается от тяжести предстоящей разлуки. Но где-то внутри у неё горела уверенность: их история только начинается.
Георгиус ушёл, и Алиса снова осталась одна. Одна со своими мыслями, которые вихрем крутились в голове. ОН… муж… шеф… работа… Всё смешалось, и она не знала, на чём остановиться.
Она провалялась на кровати около двух часов, уставившись в потолок, словно там могли появиться ответы на её вопросы. Ей отчаянно хотелось с кем-то поговорить. Подруги всегда умели выслушать и дать совет, пусть и не всегда полезный, но хотя бы отвлекали.
Взяв телефон, Алиса решила позвонить, но в этот момент в дверь номера раздался стук. Она вздрогнула, удивлённая.
Подойдя к двери и открыв её, она увидела метрдотеля, державшего в руках огромный букет роз. Сердце Алисы замерло на мгновение.
– Это для вас, мадам, – произнёс он, сдержанно улыбаясь.
Она приняла букет, чувствуя, как её охватывает странное смешение эмоций – от волнения до лёгкого раздражения. Войдя в комнату, Алиса положила цветы на кровать и заметила, что среди них лежит записка.
Она прижала её к сердцу, на мгновение затаив дыхание. «Может, это от Георгиуса? Он успел что-то написать, прежде чем улетел?»
Но когда она развернула записку, её лицо изменилось.
– «Дорогая, я вас жду в холле. Е.В.»
– О боже, – пробормотала Алиса, швырнув букет на кресло. – Вот ведь чёрт! И послать его нельзя… Когда же это всё кончится?
С явной нехотя она начала собираться. Одевалась медленно, будто надеясь, что шеф передумает и уйдёт. В сумку она бросила телефон, мельком взглянула на себя в зеркало, но не задержалась. «Сейчас начнётся разбор полётов,» – подумала она, тяжело вздыхая.
Выйдя из номера, Алиса направилась в холл. С каждым шагом её раздражение только усиливалось.
Евгений Викторович стоял там, довольный, как ни в чём не бывало. Он улыбался, словно ничего странного и неприятного за последние дни не происходило. Алисе даже показалось, что в его осанке появилась какая-то особая уверенность, что только усилило её неприязнь.
«Что ему ещё нужно? Зачем этот спектакль?» – думала она, стараясь держать лицо спокойным, но внутри едва сдерживая раздражение.
– Алиса, добрый вечер, – голос Евгения Викторовича прозвучал неожиданно мягко и серьёзно, когда он остановился напротив неё. – Мне нужна ваша помощь. Мы должны съездить в одно место, за пределы Рима, в одну провинцию, по моим личным делам и делам нашей компании. Мне потребуется помощь переводчика.
Алиса насторожилась, её взгляд стал внимательным. Но шеф выглядел совершенно искренним, и тон его был предельно деловым.
– Я вам покажу красивейшую панораму, – добавил он после небольшой паузы, а затем голос его слегка понизился, стал чуть более ироничным. – Заодно и поужинаем.
Его фраза повисла в воздухе, и Алиса попыталась понять, шутит он или говорит всерьёз.
– А розы я вам прислал в знак примирения. Не подумайте плохого, – продолжил Евгений Викторович, глядя на неё с лёгкой улыбкой. – Итак, вы готовы?
Алиса ощутила замешательство. Она не узнавала своего шефа. Его тон, поведение – всё казалось непривычно корректным.
«Что с ним? Не задумал ли он чего-то?» – мелькнуло у неё в голове.
Она внимательно изучила его выражение лица, пытаясь уловить скрытые намерения, но не нашла ничего подозрительного. Шеф казался предельно серьёзным, как будто на самом деле осознал свои ошибки и решил вести себя по-другому.
«Если так, то я только счастлива,» – подумала Алиса, позволяя себе облегчённо вздохнуть.
Она ответила кивком, стараясь выглядеть спокойно:
– Хорошо, Евгений Викторович. Если это касается работы, я готова.
Она всё ещё держала небольшую долю сомнения, но решила дать ему шанс. «Может, на этот раз всё действительно останется в рамках деловых отношений.»
Алиса заметно расслабилась. Шеф вел себя безупречно, держался так, как и положено начальнику с сотрудницей. Его слова были вежливыми, а жесты – учтивыми. Это помогло Алисе почувствовать себя спокойно, и она с лёгкостью согласилась на ужин в ресторане, пока они ждали завершения контракта и отложенной конференции.
Ресторан, в который они прибыли, был на возвышенности, с которой открывалась восхитительная панорама. Закатные краски нежно окутывали пейзаж, придавая ему почти сказочное очарование. Алиса сразу обратила внимание на заботу шефа о деталях: их ждал изысканный стол, покрытый белоснежной скатертью, и дорогое вино, разлитое по хрустальным бокалам.
Она мечтательно смотрела вдаль, любуясь видами и позволяя своим мыслям улететь далеко отсюда. Казалось, время замерло, и этот момент мог длиться вечно.
– Алиса, вы где? – голос шефа и его лёгкое прикосновение к плечу вырвали её из задумчивости.
Она вздрогнула и обернулась. Евгений Викторович сидел напротив с бокалом вина в руке, протягивая ей второй.
– Чин-чин, – произнёс он с улыбкой, его взгляд задержался на Алисе чуть дольше обычного.
Алиса слегка смутилась, но быстро взяла себя в руки.
– Чин-чин, – ответила она, слегка улыбнувшись и подняв бокал.
После нескольких бокалов вина и вкусного ужина она чувствовала себя удивительно спокойно. Вино приятно согревало её, а лёгкий шум разговоров в ресторане создавал уютную атмосферу.
Но, несмотря на всё это, её мысли постоянно возвращались к Георгиусу. «Когда я снова его увижу?» – этот вопрос звучал в её голове с настойчивой частотой, заставляя сердце биться быстрее.
На душе было так легко, что даже шеф, которого она обычно находила неприятным, сегодня казался совсем другим. Он был одет стильно, его образ был продуман до мелочей: аккуратно побрит, одеколон оставлял приятный, ненавязчивый шлейф. Алиса невольно подумала, что сегодня он выглядел вполне достойно.
– Чин-чин, – повторила она, протягивая бокал и улыбнувшись чуть теплее.
Шеф был на удивление весел, не умолкал, рассказывая одну историю за другой. Его слова проходили мимо сознания Алисы. Она слушала только отрывки, её мысли были далеко. Она снова и снова возвращалась к своим чувствам. Забытая нежность, о которой она давно не вспоминала, поглотила её целиком.
Она была влюблена.
Алиса сидела за столиком, откинувшись на спинку стула, и уже едва слушала шефа. Его нелепые ухаживания, бесконечные рассказы о том, как круто изменится её жизнь, если она будет с ним, звучали где-то на заднем фоне, словно шум далёкой толпы.
«Он ведь сам забыл, что вызвал меня сюда по работе,» – подумала она, сдерживая улыбку.
Ей даже стало его немного жаль. Он старался выглядеть уверенным, но с каждым бокалом вина его речь становилась всё более затуманенной. Евгений Викторович наливал себе ещё и ещё, пытаясь поддерживать разговор, но вместо этого ещё больше демонстрировал своё замешательство.
Алиса решила, что пора прекращать этот спектакль. Она быстро приняла решение: «Нужно заказывать такси и спасать его – и себя – от дальнейшего позора.»
Она вызвала машину и, когда такси подъехало, помогла шефу встать из-за стола. В машине Евгений Викторович пытался вести себя как герой-любовник. Он отпускал фразы, которые, видимо, должны были звучать романтично, но выглядели нелепо, а порой даже пытался распускать руки.
Алиса сохранила хладнокровие. Она довела его до гостиницы, помогла ему дойти до его номера и, проигнорировав его пьяные приставания, открыла дверь.
– Всё, Евгений Викторович, вы дома, – холодно сказала она, удерживая его на ногах.
Он что-то пробормотал, но Алиса не слушала. Она просто помогла ему зайти в номер, усадила на стул и быстро вышла, закрыв за собой дверь.
Вернувшись в свой номер, она почувствовала огромное облегчение. Наконец-то она была одна, в тишине. Алиса сняла туфли, опустилась на кровать и закрыла глаза.
Эта командировка, эти дни в Риме, так сильно изменили её жизнь. Её мысли возвращались к Георгиусу. Его взгляд, его слова, его прикосновения – всё это оживало в её памяти, как сцены из фильма.
Она положила голову на подушку, обняв её руками, и устремила взгляд в окно. Небо было ясным, звёзды мерцали, будто подмигивали ей.
«Как изменится моя жизнь дальше?» – думала она, пока её глаза постепенно закрывались.
Утро выдалось солнечным, но для Алисы это был лишь фон для её мысленной суеты. Она встала рано, быстро привела себя в порядок, надела строгий деловой костюм и взяла сумочку. Спустившись в холл, она увидела, что шеф уже ждал её. Он открыл ей дверь на улицу, но она нарочно избегала встречи с его глазами, сохраняя дистанцию.
Шеф выглядел недовольным, но Алиса предпочла не обращать на это внимания. Они сели в такси и направились в компанию.
Машина остановилась у центрального входа здания. Алиса поправила волосы и быстрым шагом направилась к дверям фирмы. Однако что-то сразу показалось ей странным: у входа собралась большая толпа. Люди говорили взволнованно, перебивая друг друга. Их лица были напряжёнными, голоса – наполненными тревогой.
– Что случилось? – тихо спросила себя Алиса, пытаясь разобраться в происходящем.
Она подошла ближе, прислушиваясь к разговорам, и уловила отрывки фраз:
– Самолёт… крушение…
Евгений Викторович, который шёл следом, дернул её за руку.
– Что происходит? О чём они говорят?
– Говорят об авиакатастрофе, – пробормотала Алиса, невольно ускоряя шаг, чтобы быстрее узнать, что произошло.
Но вдруг она услышала фразу, которая заставила её замереть:
– Наш президент… погиб.
Слова прозвучали громко и чётко. Алиса остановилась, словно вкопанная, её сердце забилось так сильно, что, казалось, сейчас выпрыгнет из груди.
Она повернула голову к говорящей женщине. Это была секретарша Георгиуса, её глаза были полны слёз, лицо – бледное и растерянное.
– Наш президент Георгиус… был на этом самолёте, – повторила она громче, её голос дрожал.
Алиса почувствовала, как холод пронзил её тело. Её ноги подкосились, она едва удержалась на месте.
«Это не может быть правдой. Это невозможно,» – думала она, пытаясь осознать услышанное.
Её взгляд встретился с глазами секретарши, полными боли и горя. Секундное оцепенение сменилось потоком эмоций: шок, страх, отчаяние.
Мир вокруг будто померк. Алиса не слышала больше ни единого звука, кроме эха этих ужасных слов: «Георгиус… погиб.»
Алису подкосило, и она упала прямо в руки Евгения Викторовича, который стоял рядом.
– О боже! – воскликнул он, пытаясь удержать её. – Алиса, что с вами?
Люди вокруг мгновенно подбежали, чтобы оказать помощь. Её уложили на ближайший диван, кто-то принёс воды. Алиса медленно открыла глаза, глядя на встревоженные лица вокруг.
– Всё хорошо, Алиса? – шептал шеф, явно обеспокоенный.
Но она ничего не отвечала. Осознание случившегося обрушилось на неё, как лавина. Глаза наполнились слезами, и она зарыдала, прикрыв лицо руками.
– Это невозможно, – шептала она. – Я потеряла его… Я потеряла то, что искала всю свою жизнь.
Боль, пронзающая её сердце, была почти невыносима. Она чувствовала себя так, словно внутри всё опустело. Страшный сон – вот чем это казалось, но, к сожалению, это была реальность.
Алиса сидела в приёмной, почти неподвижная, её взгляд бессмысленно блуждал по комнате. На столе лежала газета. Неосознанно она потянулась к ней, надеясь найти хоть крупицу информации.
Она начала читать статью о катастрофе, но текст плыл перед глазами, затуманенными слезами. Её пальцы дрожали, когда она переворачивала страницу.
И вдруг её взгляд остановился на строчке:
– Осталось в живых 10 человек, двое пропали без вести…
Её сердце замерло. Вдруг из глубины души вспыхнула искра надежды.
– Он жив! – неожиданно для себя воскликнула Алиса, выпрямляясь на диване.
Все вокруг обернулись, удивлённые её внезапным возгласом. Евгений Викторович посмотрел на неё с тревогой.
– Алиса, о чём вы?
Она прижала газету к груди, её голос дрожал от волнения:
– Там написано… Двое пропали без вести. Значит, он может быть жив!
Слёзы катились по её щекам, но теперь это были слёзы надежды. Она крепко сжала газету, как будто это был её единственный якорь в этом море отчаяния.
В голове Алисы кружилась только одна мысль: «Он жив! Он не мог меня вот так оставить одну! Не мог!!!»
Каждая клеточка её тела отказывалась верить в то, что Георгиус мог исчезнуть из её жизни.
«Он смысл моей жизни. Господи, почему? Почему, когда я наконец была счастлива, ты хочешь забрать у меня это счастье? Почему?»
Эти вопросы пульсировали в её сознании, затмевая всё вокруг. Но вместе с отчаянием в душе Алисы зажглась искра веры.
«Есть такие слова,» – подумала она, пытаясь успокоить свои мысли. – «Чтобы познать лето, мы должны знать, что такое зима. Чтобы познать счастье, нужно познать и несчастье.»
Эти слова стали для неё утешением, пусть и временным. Она стиснула газету в руках, её сердце билось в такт надежде: «Двое пропали без вести. Значит, он может быть одним из них. Он жив!»
По возвращению в отель Алиса не произнесла ни слова. Её взгляд был пустым, мысли – далеко.
Евгений Викторович не мог сдержать своего гнева. Его лицо покраснело, а голос срывался на повышенные тона. Контракт сорвался, переговоры прошли не так, как он рассчитывал. Все его усилия оказались напрасны, и причины этого, как он считал, его не волновали.
– Это провал, Алиса! – кипел он, глядя на неё. – Всё пошло наперекосяк!
Алиса лишь молча слушала его, но не могла и не хотела отвечать. Его слова, его раздражение – всё это казалось таким мелким и ничтожным в сравнении с тем, что сейчас творилось у неё внутри.
Она поднялась в свой номер, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Тишина в комнате казалась оглушающей. Алиса села на кровать, сжимая в руках ту самую газету, и позволила слезам снова пролиться.
«Он не мог меня оставить. Я знаю, он жив. Я должна верить,» – шептала она себе, глядя в окно, где звёзды снова тихо мерцали на ночном небе.
Алиса знала, что ей нужно делать. Решение пришло к ней мгновенно, как только они вернулись в Россию. Не теряя времени, она заказала билет в Афины.
В новостях продолжали говорить о катастрофе. И хотя среди живых имени Георгиуса не значилось, Алиса не теряла веры. «Среди погибших его тоже нет,» – думала она, цепляясь за эту маленькую надежду. Она чувствовала: он жив.
– «Я найду тебя!» – твёрдо сказала она себе, глядя на билет, который теперь был её пропуском к правде.
Прежде чем отправиться в аэропорт, она написала заявление на отпуск за свой счёт. Ей было всё равно, как это воспримут на работе. Внутри неё горело одно желание – найти Георгиуса, узнать, что с ним.
Поднявшись в кабинет шефа, Алиса постучала в дверь.
– Евгений Викторович, можно?
– Да, пожалуйста, Алиса, – раздражённо бросил он, даже не поднимая головы от бумаг. – Что-то хотели?
Она подошла к столу и молча протянула ему заявление.
– Это что? – спросил он, подняв брови.
– Заявление на отпуск за свой счёт. Мне нужно лететь в Афины, – уверенно произнесла Алиса, её голос не дрожал ни на мгновение.
Шеф поднял на неё ошарашенный взгляд.
– Алиса! Вы в своём уме? Какие Афины? Вы вообще о чём?
Но Алиса лишь посмотрела на него, и её взгляд был таким твёрдым и решительным, что шеф почувствовал, как по лбу прокатилась капля пота.
– Да… конечно, – пробормотал он, пытаясь сохранить остатки своего достоинства. – Я вас понимаю. Вам нужен отдых… Хорошо.
Алиса кивнула и развернулась к выходу. Она не хотела терять ни минуты. Её сердце подсказывало: она должна действовать, и как можно быстрее.
«Так! Первый шаг сделан», про себя подумала Алиса, – теперь надо обязательно поговорить с мужем не могу же я, вот- так взять и без причины улететь в Грецию, не предупредив его. Что же я должна придумывать для мужа? он уже давно стал для меня чужим человеком, я должна поставить точку, не хочу больше врать, мы должны расстаться, но с чего начать? не хочу ему рассказывать всё, это не к чему, просто поеду сейчас домой и скажу ему, что мы расстаемся» Но Алису тяготило одна мысль, что она должна признаться мужу, что больше его не любит. Она добралась до дома, открыв дверь, замерла на мгновение…«боже, что сейчас будет» Прошла в зал, стояла тишина, никого не было дома. Алиса прошла на кухню, присела на стул и вдруг увидела на столе лист бумаги. Взяла в руки, это было письмо от мужа. Алиса начала читать внимательно письмо
Алиса читала письмо, и её сердце сжималось от противоречивых эмоций. Слова были простыми, но каждое из них било точно в цель.
«Алиса, я ухожу от тебя,» – так начиналось письмо, и уже эта первая фраза оставила след в её душе.
Она продолжала читать:
«Думаю, ты не будешь переживать по этому поводу. Уже давно мы с тобой как чужие. Жили, как брат и сестра. Ты ко мне хорошо относилась, согласен, но мне этого мало. Ты была со мной из жалости.»
Эти слова ранили, хотя Алиса и понимала, что в них была правда.
«В сущности, я неудачник. Занимался всю жизнь наукой, но никто меня не замечал… Я занимался этим для себя. Сейчас я хочу изменить что-то в своей жизни, и я думаю, ты меня поймёшь.»
Она ощутила лёгкое облегчение в этой части письма. Ему хватило смелости признать свои чувства и шагнуть вперёд, возможно, к чему-то большему, чем их безжизненный союз.
«Ты была для меня самым близким человеком… и я это ценю… но я не хочу больше, чтобы ты меня жалела. Будь счастлива, иди своей дорогой… я всегда буду помнить о тебе.»
Когда она дочитала, то почувствовала, как внутри неё возникла пустота, смешанная с лёгкой горечью. Они действительно были чужими последние годы. Их отношения давно утратили искру, превратившись в привычку.
Она медленно опустила письмо, взгляд остановился где-то в пустоте.
«Это конец?» – думала Алиса, но вместо грусти в ней возникло странное чувство свободы.
Он сделал первый шаг. Теперь она могла двигаться дальше, не чувствуя за собой груза вины. «Будь счастлив,» – тихо прошептала она в пустоту комнаты, чувствуя, как маленькая глава её жизни закрывается.
Такого поворота событий Алиса никак не ожидала. Всё произошло само по себе, без её вмешательства. Ещё недавно она планировала серьёзный разговор с мужем, а теперь его письмо поставило точку в их отношениях.
Но вместе с этим пришло странное ощущение пустоты. Ей стало грустно, словно уходила не только глава её жизни, но и часть её самой.
Она присела на диван, ещё раз перечитывая каждую строчку письма. Слова мужа были простыми, но искренними, и каждое из них отзывалось болью. По щекам потекли слёзы.