Академия Гримкрафт. Часть 1. Некроманты

Глава 4. Полезные связи.

Какое-то время мы просто лежали на полу, стараясь перевести дыхание. Демиан, судорожно втягивая ртом воздух, попытался подняться, но получалось у него с трудом. Я помогла ему встать на ноги и огляделась. Гостиная не была пуста: кто-то сидел у камина, читая книгу; кто-то, удобно развалившись в кресле, дремал; пара девушек в дальнем углу что-то тихо обсуждала. Если они и заметили наше довольно необычное появление, то не придали ему никакого значения. Не желая каким-то образом привлечь их внимание, я, подхватив Демиана под руку, медленно повела его в сторону мужского крыла.

— Покажешь, какая из них — твоя?

Демиан не смог удержать хриплый смешок. Я сразу поняла, что, скорее всего, у него в голове возникла какая-то пошлая шутка. Но, видимо, говорить ему было сейчас очень сложно, поэтому он просто указал пальцем на ближайшую дверь в самом начале коридора. Подойдя ближе, я заметила красующуюся на ней золотую букву «Р» — копию той, что была вышита на его пиджаке. Могла бы и не спрашиватьДемиан одним прикосновением руки открыл дверь, и мы оказались в темной прохладной комнате. Она была рассчитана лишь на одного человека, но единственный комплект мебели выглядел более удобным и комфортабельным — кровать шире, стол больше, шкаф выше и так далее. Кровать даже имела балдахин! В углу стояло старинное зеркало на подставке, а шкаф из массивного дерева украшала тонкая резьба. Теперь, когда было с чем сравнивать, моя собственная комната казалась каморкой. И это при том, что я жила одна! Представлять, что будет, если ко мне подселят соседку, не хотелось.

Хотя, о чем это я? Вполне возможно, что завтра утром я уже буду в тюрьме по обвинению в нападении и использовании магии против студентов Академии. Возможно, прямо сейчас профессора допрашивают Кайла и его друзей.Отстранившись от меня, Демиан первым делом направился к письменному столу и начал один за другим выдвигать ящики. Громкое «дзинь», раздававшееся при каждом его движении, возвещало о том, что они заполнены большим количеством чего-то стеклянного. Несложно было догадаться, что там хранились зелья. Демиан гремел стеклом, нервно перебирая свои довольно большие запасы в поисках чего-то конкретного. Полагаю, что найти необходимое в темноте, которую слабо разгонял свет уличного фонаря, было сложно. Но свет Демиан отчего-то включать не спешил. Он попеременно открывал то один, то другой, то третий ящик, пока у него в руках не оказалось четыре маленьких бутылька. Он зубами вынимал из них пробки и опрокидывал в себя один за другим. После четвертого его сначала сильно передернуло, но потом он выпрямился, расправив плечи, и с наслаждением втянул носом воздух. Аккуратно ощупал пальцами переносицу.

— Слава Всевышнему и Кристоферу за то, что его зелья действительно работают.

— Судя по всему, он тогда не солгал о том, что ты его капитально обчистил.

Я подошла к столу и окинула взглядом содержимое ящиков — никакого свободного пространства среди огромного количества бутыльков. Демиан задвинул ящики, не дав мне рассмотреть как следует.

— Не факт, что этого хватит даже на первый семестр.

— Знаешь, я, конечно, совсем не специалист, да и на лекции по зельям побывала сегодня впервые, но мне кажется, что такое частое употребление расходующих ресурсы организма препаратов не сулит тебе в будущем ничего хорошего.

Демиан взглянул на меня исподлобья. В сочетании с мрачным окружением и запекшейся на губах кровью — это выглядело действительно устрашающе. Я сразу вспомнила те первые мгновения в гостиной, когда я впервые его увидела. Но потом он закрыл глаза и опустил голову, устало прислонившись к столу.

— Сказать, что действительно не сулит нам ничего хорошего? — тихо проговорил он, особенно выделив слово «нам». — Кайл, который откроет рот, как только профессор Беллини приведет его в чувство.

— Нам, — он снова это сделал, — очень повезет, если они, ввиду их тяжелого состояния, решат продержать их в лечебном крыле хотя бы до утра и только потом устроят им допрос.

— Мне мерещится или я слышу негативную окраску по отношению к слову «нам»? Чем оно тебе так не угодило?

Демиан поднял голову, но глаза так и не открыл. Глубоко вздохнул. Он что, злится?..

— Тем, что оно подразумевает под собой двух людей с факультета Некромантии, тайком разгуливающих ночью вне кампуса. И это очень сильно усложняет дело. Тогда как простого «я» хватило бы, чтобы отвести подозрения, потому что отличника-старосту, у которого, к слову, есть привилегия ходить где угодно и когда угодно, никогда бы ни в чем не заподозрили. А вот Некромантов, которые оставляют после себя след от Петли на шее, — очень даже.

Я почувствовала, как начинаю краснеть. Это была и злость за его неблагодарность, и стыд за то, что он отчасти был прав, — из-за того, что мне не хватило умений или смекалки придумать что-то, кроме Петли, нас быстро найдут.

— Если бы я там не оказалась, вполне возможно, что выпутываться пришлось бы уже Стихийникам, а твой дух метался бы по Академии, мечтая о возмездии! И вообще, это не имеет никакого значения, потому что они нас видели! — Последнее слово я почти выкрикнула. К сожалению, мне не удалось скрыть злость и обиду в голосе.

Демиан же лишь мрачно усмехнулся.

— Не пойми меня неправильно, я был весьма тронут твоим небезразличием по отношению к моей судьбе, — в тишине можно было уловить все ироничные нотки в его голосе и мои щеки стали еще жарче от его поддразнивающего тона, — но и я в свою очередь несу ответственность за тебя. Даже если бы я пострадал или был отчислен, это была бы лишь моя личная участь. А теперь я виноват в том, что ты тоже оказалась в это втянута. И за это я прошу прощения.

Поднявшись, он подошел к зеркалу, чтобы по достоинству оценить свой жуткий внешний вид.

— Дай мне пять минут. Я приведу себя в порядок, и придумаю как вытащить нас из этой ситуации.

С этими словами он направился к неприметной двери в углу комнаты, на ходу снимая пиджак, — к личным покоям старосты факультета прилагалась личная ванная комната! Пожалуй, ради такого действительно можно было бы занять эту, без сомнения, почетную должность! Жаль, нынешний представитель вряд ли согласится освободить ее для меня

Верить в то, что мое обучение закончится, так и не начавшись, мне все еще не хотелось.Из-за двери послышался приятный звук льющейся из душа воды. Оставалось надеяться, что Демиан не из тех любителей часами греться под горячими струями. Я осознавала необходимость смыть с себя кровь, но тревожный мандраж от того, что нас могут разоблачить в любую секунду, требовал скорее что-то предпринять. Нервно расхаживая по комнате, я не могла найти себе места. Случайно краем глаза заметила в зеркале, мимо которого нарезала уже пятый круг, свои растрепанные волосы. Однако стоило мне только подойти к нему, чтобы поправить прическу, как в дверь в комнату Демиана кто-то громко постучал. Я подпрыгнула на месте и заметалась по комнате, не зная, куда себя деть.

— Демиан! — Из-за двери раздался властный голос профессора Флинт.

Не мисс Уэлш, не Данте и не кто-то из некромантов, а строгий декан другого факультета. Это напугало меня до чертиков!

Она постучала еще раз. Не менее настойчиво.

— Ты спишь, Демиан? Могу я войти?

Я могла поклясться, что слышала, как она положила руку на ручку двери.

Времени на раздумья не осталось никакого и я шмыгнула туда, куда легче и быстрее всего было попасть — в ванную комнату.

От страха я не думала ни о чем, кроме того, что может произойти, если профессор Флинт обнаружит меня ночью в комнате Демиана, да еще и принимающего душ. И это в первый же учебный день!

Почему-то побитые в первый же день Стихийники отошли на второй план, но, конечно же, именно из-за них профессор Флинт и пришла к Демиану. Но где же все-таки наш декан? Почему не мисс Уэлш?

Захлопнув за собой дверь, я тут же прижалась к ней ухом, стараясь расслышать, вошла ли все-таки профессор в комнату Демиана или нет.

Вода за моей спиной тут же перестала течь.

— Что? — начал Демиан, но я тут же, не оборачиваясь, шикнула на него, заставляя замолчать.

Мгновением позже мы услышали из соседней комнаты приглушенные слова профессора Флинт:

— Демиан, ты тут? — теперь уже тихонечко она постучала в дверь ванной.

Я отпрянула от нее как ужаленная.

Позади раздались звуки шлепающих по мокрому камню босых ног и шуршание ткани, а затем Демиан твердой рукой отодвинул меня в сторону и слегка приоткрыл дверь, прикрывая меня ею.

— Добрый вечер, профессор, — сказал он невозможно спокойным, практически пренебрежительным, тоном, при этом одной рукой придерживая наброшенное на бедра полотенце, а другой зачесывая назад мокрые волосы, с которых тонкими змейками стекала вода. — Чем могу помочь?

Судя по возникшей продолжительной паузе, профессор Флинт опешила от такого приема. Я, честно говоря, тоже.

Картина перед нами предстала впечатляющая.

Мокрая загорелая кожа, сплошь покрытая веснушками, блестела в желтом свете лампы. Демиан был худой и высокий, но эта худоба ему удивительно шла. У него была фигура подвижного человека, проводящего много времени на свежем воздухе, и явно не брезгующего физической нагрузкой.

Но больше всего меня поразило его лицо. Пока он был отвлечен на неожиданную гостью, я без зазрения совести разглядывала его открывшийся резкий профиль. Буйные кудри больше не скрывали четко очерченные скулы и острые углы челюсти, а прямой нос, оказывается, имел небольшую горбинку. Сколько еще новых граней этого человека мне предстоит открыть?

Практически идеальная мужская бровь вдруг приподнялась, и я услышала, как профессор Флинт, кашлянув, отошла вглубь комнаты.

— Мне нужно кое-что узнать у Вас, Демиан. Жду в коридоре.

Затем хлопнула дверь и наступила тишина. Мы с Демианом уставились друг на друга. Я нахмурилась и потянула руку, чтобы стереть капельку крови, спрятавшуюся в уголке его губ. Он хотел было увернуться от моего движения, но за его спиной была стена, поэтому моя рука все-таки достигла своей цели. Стерев одним движением красное пятнышко, я улыбнулась от того, каким глупым и растерянным теперь выглядело это красивое лицо. Еще одна грань в мою копилку.

— Надеюсь, твое представление оказалось достаточно эффектным, и она не заметила эту маленькую детальку.

Нахмурившись, он провел запястьем по тому месту, где до этого была кровь, и молча вышел из ванной. Я же осталась ждать внутри, на случай если профессору вновь захочется зайти в спальню старосты, чтобы поговорить наедине.

Но этого не случилось. Спустя минут десять, Демиан вернулся один и выпустил меня из ванной комнаты.

— Если мы хотим что-то сделать, нам надо поторопиться. Она спрашивала, покидал ли кто-то общежитие после отбоя.

— И?

— Разумеется, я ответил, что нет. Но на самом деле у меня даже не было возможности проверить. Про Стихийников она ничего не сказала. Видимо, они хотят сначала получить информацию от самих пострадавших.

Мы стояли посреди темной комнаты и говорили шепотом. Теперь, когда профессор точно знала, что Демиан не спит, это было совсем необязательно, но нам обоим было так легче держать себя в руках. Одетый в черную рубашку и брюки, Демиан полностью сливался с темнотой, отчего я не могла разглядеть выражение его лица, но голос выдавал встревоженность.

— У меня не было возможности обдумать все достаточно тщательно, но это и не важно — первым делом надо проверить состояние этих троих. Если мы достаточно сильно их приложили, то профессора могут решить продержать их без сознания до самого утра, чтобы поддержать работу зелий, и их когнитивные способности полностью восстановились к тому времени. Если я прав — это будет нам на руку. Тогда я смогу сделать что-то до того, как за них возьмется Краун.

Кожа словно покрылась инеем. Я почему-то совсем не подумала о том, что Краун будет вовлечен в эту ситуацию. А он, конечно, будет.

— Допустим, нам повезло. Что же ты собираешься делать? Запугивать? Шантажировать?

— Может и так.

— А есть чем?

— Слабые места есть у каждого.

— Что-то мне подсказывает, что Крауна они будут все-таки бояться больше.

— Наверняка. Но над этим я подумаю по пути в лечебницу.

Он открыл шкаф и вынул оттуда какой-то плащ с капюшоном.

— Иди в свою комнату и попробуй уснуть. Если все пройдет хорошо, я зайду к тебе утром.

Я прыснула.

— Ты серьезно? Я не собираюсь сидеть в комнате и ждать, когда решается моя судьба.

Я бесцеремонно залезла в его шкаф и начала перебирать вещи, ища нечто похожее на то, что надел Демиан.

— Извини, конечно, но в моем гардеробе нет плащей для анонимных ночных вылазок.

Наконец я почувствовала под пальцами какую-то бархатную длинную ткань и вытянула ее наружу, сразу же накинув на плечи. Она была длинновата и слегка тащилась за мной по полу. Приняв тишину со стороны Демиана за одобрение, я вышла в коридор.

— Вообще-то это моя выходная мантия.

Демиан был явно недоволен, но времени на разбирательства у нас не было.

Убедившись, что во дворе все стихло, мы подошли к выходу из общежития. Прежде чем открыть дверь, он обернулся ко мне.

— Надеюсь, ты понимаешь, что если нас поймают сейчас, то отвертеться уже не получится совершенно точно.

— Тогда постарайся сделать так, чтобы нас не поймали, Демиан.

Мы вышли в тихую ночную прохладу и как можно скорее направились к тени деревьев, обещавших нам спасение от посторонних глаз. Обогнув общежитие сзади, мы пошли в сторону Замка, держась как можно дальше от дорожек и тусклого света немногочисленных фонарей. В моменты, когда густая листва полностью отрезала нас от лунного света, Демиан выпускал крошечных огненных светлячков, тем самым защищая наши глаза от столкновения с острыми ветками.

Шли в тишине. Шли долго — окружной путь до Замка оказался в разы длиннее, чем напрямик через освещенные аллеи.

Факт того, что мы крадемся в темноте словно преступники (которыми мы, по сути, и были) в страхе, что нас обнаружат, невозможно нервировал. Поэтому, когда на подходе к правому флигелю Замка мы услышали чей-то тихий разговор, и без того испуганное сердце понеслось вскачь. Демиан резко остановился и своей спиной перекрыл мне единственный зазор между ветками, служившими нашим укрытием.

Но этот голос я бы узнала в любых обстоятельствах.

— Верни этих безмозглых идиотов обратно в Академию, Брик — шипел подобно рассерженной кобре Краун. — И как только ты это сделаешь, я жду от тебя объяснений, каким таким невероятным, волшебным образом целый, гуль его дери, факультет смог просочиться за ворота никем не замеченный.

— Так ведь это, мистер Краун каждый год — залепетавший что-то в свое оправдание Брик, судя по голосу, был уже мужчиной в летах. Легко было представить, что он работал в Гримкрафте кем-то вроде сторожа.

— Хорошо подумай о том, что скажешь, Брик, — перебил его Краун. — Потому что если твое объяснение мне не понравится — это не кончится для тебя ничем хорошим. Особенно в свете последних новостей.

Брик не рискнул больше открывать рот. Вместо этого он почти бегом отправился выполнять поручение заместителя ректора — краем глаза я увидела как вдалеке, в такт его тяжелым шагам, болтается из стороны в сторону ручной фонарь.

Мы еще долго простояли так в тишине и темноте, пока напряженная спина Демиана передо мной не расслабилась и не сдвинулась чуть вперед. Только тут я заметила, что все это время стояла вцепившись в ткань его мантии, и с трудом разжала побелевшие пальцы.

Убедившись, что мистер Краун нас покинул (к слову, абсолютно бесшумно), мы вышли из укрытия.

Обменявшись встревоженными молчаливыми взглядами, как можно быстрее пересекли тускло освещенную дорожку, огибающую Замок, и оказались у незаметной деревянной двери правого флигеля.

Чуть дальше от нас, слева, находились окна столовой, где я, словно вечность назад, впервые обедала с Некромантами и гадала о том, какой же окажется моя жизнь в этих стенах. То количество сюрпризов, которыми за последние несколько месяцев моей жизни решила одарить меня судьба, пугало. Но еще будоражило.

Демиан зашуршал полами мантии, ища что-то в своих карманах. В свете вышедшей из-за туч луны я разглядела в его руках ржавый ключ, который он тут же вставил в такую же проржавевшую замочную скважину. Раздался глухой скрежет металла, а затем дверь отворилась. Демиан, снова создав маленьких огненных светлячков, начал спускаться вниз по рассохшейся деревянной лестнице. Преодолев часть ступенек, он обернулся и галантно подал мне руку. Закрыв за собой дверь, я приняла помощь, которая на ощупь оказалась теплой, но совсем не такой мягкой, как я ожидала — кожа была плотная, сухая, лишенная какого-либо аристократизма. И почему-то это ощущалось очень приятно.

Некоторые из огненных искорок, что стайкой вились вокруг наших ног, подсвечивая ступени, то и дело отбивались от своих собратьев и с легким покалыванием впивались мне в руки. Это напомнило мне о рождественских огненных фонтанах, что мы в детстве зажигали с бабушкой в сочельник. Я улыбнулась. Не знаю, делал ли он это специально, или же магия, как это обычно бывает у Стихийников, просто стала зеркалом его игривой сущности, но даже такой малости хватило, чтобы отвлечь меня и избавить от большой дозы тревожности. Достигнув пола, он обернулся, а я не успела спрятать глупую улыбку с лица. Однако Демиан не попытался ни поддеть меня, ни пошутить. Вместо этого он просто улыбнулся в ответ. Его глаза, слегка подсвеченные огоньками, снова скрылись за уже высохшими волосами, которые приобрели привычный, близкий к лохматому, вид.

Помещением, в которое вела старая деревянная лестница, оказалось погребом. Многочисленные полки были забиты всевозможными припасами, пухлые банки с консервами поблескивали своими стеклянными боками. Пройдя несколько рядов, заполненных корзинами с овощами и фруктами, мы оказались у еще одной двери. Спокойно открыв ее — так, будто бы делал это уже десятки раз — Демиан провел меня на кухню.

— Нам повезло, что тут еще никого нет, — сказал Демиан маневрируя в темноте между разделочными столами. — Хорошо, что у наших поварих все в порядке с бытовой магией, и они могут позволить себе вставать чуть попозже, не боясь, что тесто для булочек не подоспеет к завтраку. Однако советую нам поторопиться, мы должны успеть пересечь парадный вход пока темно.

— А мы не могли пройти к лекарскому флигелю с улицы?

— Могли, конечно. Собрали бы всю коллекцию профессоров, осматривающих улицы и кампусы. — Уверена, что он сказал это, закатив глаза. — А в Замке сейчас их меньше всего.

Я молча согласилась с его ответом.

После кухни мы пересекли столовую, благодаря большим окнам ярко освещенную луной. Еще стало заметно, что небо на горизонте уже начало светлеть, поэтому мы с Демианом дружно прибавили шаг и теперь уже почти бежали.

Стараясь сильно не топать, мы пробежали через несколько пустых коридоров, но на первой же площадке с нужной нам лестницей услышали какие-то голоса. Среди них был уже знакомый мне девичий голос, принадлежавший Катрине — той, что всего несколько часов назад показывала мне дорогу до нужного кабинета, а теперь обсуждала с каким-то молодым человеком события этой ночи.