Штурм Олимпа

Робот ещё раз посмотрел своими камерами на оставшиеся сцены, и повёл манипулятором вдоль экрана гораздо медленнее. В нужный момент Джони отчаянно заморгал глазами. На выбранной им черно-белой картинке маленький мышонок с ножовкой в руках выглядывал из дверки, выпиленной им в передних зубах огромного кота с невероятно выпученными глазами. Так и есть, людям может быть смешно от того, что другому больно, но сейчас было не до философствований на тему тёмной стороны человеческой души. Все остальные сюжеты не вызывали у Джони особых эмоций. Кентавр повернул голову к экрану и поднёс свою руку к другой картинке, на которой красный краб протягивал кольцо прекрасной принцессе. Джони что есть силы выпучил глаза и боялся даже пошевелить веками. Робот целую вечность, словно задумавшись, смотрел своими камерами в глаза Джони, а затем внезапно повернулся и надавил на выбранный человеком вариант с котом и мышонком. На экране мгновенно зажглась зеленая приветственная надпись. Зашипел гермошлюз. Джони физически не мог облегченно выдохнуть, но если бы у него сейчас было хоть какое-то послушное ему тело, то он непременно заплясал от счастья!

Оставалось невозможное: как-то убедить робота, что он должен деактивировать станцию… Джони вдруг поразила до боли неприятная мысль о том, что логин и пароль для выключения станции робот тоже не знает. Джони отчётливо помнил, как он сам выдернул из робота коммутационную панель с проводами, поэтому даже если бы кентавр и догадался подключиться к Джони кабелем и спросить у него данные для входа в систему, это было технически невозможно. Роботу оставался только один способ выведать у Джони информацию: нарисовать на стене таблицу из 256 символов клавиатуры, а затем они должны возобновить общение при помощи подмигивания глазами. Конечно, на это уйдет ни один час, но другого решения Джони не видел. Он чувствовал себя беспомощным как никогда раньше. Кентавр мог также попытаться разрушить или обесточить главный компьютер станции, но едва ли она пустит незнакомца к себе в святая святых, – надеяться на это было бы слишком наивно.

Когда открылись внутренние двери гермошлюза, Джони внутренне приготовился увидеть мёртвые тела людей, злых пришельцев или ещё что-то ужасное. Но, судя по всему, на станции кроме них и вправду никого больше не было. Майк опять оказался прав.

Кентавр быстро прошёлся со своим наездником по этажам станции и осмотрелся. Внешне всё выглядело в полном порядке. К счастью, один из внутренних терминалов оказался в незапертом отсеке и с виду казался вполне работоспособным. Можно было приступать к рисованию таблицы символов на стене, но кентавр предпочел спуститься на нижний уровень, и начал открывать все двери и контейнеры подряд.

Джони догадался, что робот пытается найти для него новое тело. И вскоре кентавру это удалось, – за одной из дверей оказался арсенал, который военные решили оставить на станции на всякий случай. Вершиной коллекции разнообразного оружия было шесть очень грозных на вид антропоморфных чудищ, находящихся в режиме гибернации и ожидающих приказа действовать.

Кентавр отсоединил одного из боевых монстров от зарядной док-станции и волоком вытащил неподвижный механизм в центр оружейной комнаты. Не успел Джони подумать, что робот всё-таки молодчина, как кентавр схватил какую-ту длинную железную дрыну и начал ею со всей дури дубасить неподвижно лежащего монстра. Джони опять оставалось лишь задумчиво наблюдать за происходящим. По всей видимости, розовый кентавр сильно не любил антропоморфных роботов, либо у него были к ним свои личные счёты, особенно после того, как Джони вырвал ему провода. Перевернув беззащитного монстра на другой бок, кентавр методично продолжил суровую экзекуцию. Через пару минут боевой робот казался очень сильно помятым и исцарапанным, но не поверженным.

Словно смилостивившись над побеждённым противником, кентавр внимательно осмотрел нанесённые монстру повреждения, и будто удовлетворившись результатом, извлёк из него модуль искусственного интеллекта, внешне один в один похожий на биомодуль с Джони внутри. Судя по всему, это антропоморфное тело вполне подходило для Джони.

Если сказать, что Джони давно перестал понимать логику поступков робота, то это слишком мягко сказано. Быстро осмотрев оружейную комнату, кентавр нашёл в ящике подходящий инструмент и быстро отсоединил биомодуль с Джони от своей спины. Роботу потребовалась ещё пара минут, чтобы привести биомодуль в порядок, – протереть сухой тряпкой и выдуть сжатым воздухом песок из всех щелей. Интересно, кто и зачем научил этому робота? Вряд ли это мог быть стандартный алгоритм поведения аварийно-спасательного кентавра.

К счастью, совсем быстро Джони оказался в своём новом антропоморфном теле. Как ни странно, инициализация изрядно покалеченного кентавром боевого монстра прошла без ошибок, и когда все системы успешно активировались, первым делом Джони воскликнул:

– Какого чёрта! Что происходит???

Кентавр медленно подошёл к стене и выцарапал на ней своею рукою короткую надпись, лаконичную как любое признание в любви:

Вика + Джони. 2167

И только после этого Джони наконец-то прозрел!

– Ты чего раньше молчала, дура? – заорал он на свою спасительницу. Но вся лирика на потом, сначала нужно было завершить миссию. Джони ринулся наверх к внутреннему терминалу.

Деактивация станции прошла без проблем. Затем Джони сразу зашёл в главное меню и включил режим противометеоритной защиты. Похоже, теперь всё позади. Он чувствовал колоссальное облегчение и усталость. Хотелось спокойно отдохнуть, но нет, настало время получить ответы…

Джони спустился обратно в арсенал. Розовый кентавр-носильщик, он же Вика, неподвижно стоял на прежнем месте. Джони молча вытащил в центр помещения ещё одного боевого антропоморфного робота и извлёк из него модуль искусственного интеллекта. Затем он двинулся к Вике с намерением пересадить её в новое говорящее тело, но кентавр отшатнулся от него и отрицательно замотал головой.

Джони вдруг понял, что сам он впервые взаимодействует с человеком, помещённым в механическое тело. Ему стало понятно, что когда люди общаются с ним, они испытывают точно такие же эмоции непонимания, неуверенности и страха. Кроме того, кентавр был немым, так как Джони сам варварски выдрал из него соответствующие модули.

Пока Джони замер в нерешительности, кентавр отошёл к столу, взял карандаш, что-то нарисовал на листке и протянул его Джони. На записке было написано:

Я не существую!!!

Внизу листка было нарисовано маленькое сердечко. Джони ещё раз прочитал записку, осознавая весь смысл написанного, немного подумал и сказал:

– Всё будет хорошо! Не волнуйся, мы всё уладим. Спасибо, Вика!

После этих слов Джони начал составлять депешу Майку, чтобы тот срочно прислал за ними транспорт и всё порешал в лучшем виде с учетом вновь возникших обстоятельств. Джони верил, что и на этот раз старина Майк точно не подкачает!

* * *

Когда с момента начала атаки Олимпа из космоса прошло пять часов, Майк мысленно похоронил своего лучшего друга. Ему стало плохо с сердцем и его госпитализировали с инфарктом. Находясь в реанимации под действием лекарств, Майк не смог понять тайный смысл полученного послания, в котором что-то говорилось про нового кентавра. Поэтому уже через час к станции прибыл автоматический ракетоплан с абсолютно новой серийной моделью аварийно-спасательного кентавра внутри.

Джони догадался, что Майк его недопонял. Поэтому с новым кентавром он поступил точно также, как и Вика с боевым монстром: изрядно его помял и поцарапал. Когда Вика обрела новое тело и способность общаться, они не сговариваясь пошли прочь от станции. Находящиеся внутри машин мужчина и женщина не знали, с чего им начать разговор. Внешний облик вооружённого и очень опасного робота явно отпугивал Вику, поэтому первым нарушить молчание решился Джони.

– Почему ты вытащила меня? Могла бы сама дойти до электростанции и попытаться перерезать кабели газовой горелкой! – без всяких церемоний спросил он.

– Я очень одинока и мне хотелось найти себе друга. Ты был очень добр ко мне: взял меня с собой, отдал мне все наши запасы и отважно побежал на лазер впереди меня! – сказала Вика покорным тоном.

Когда значение слов Вики дошло до Джони, он ошеломленно подумал, что ему лучше совсем ничего ей не отвечать. Ох уж эта женская логика! Как бы ему теперь не ранить ненароком её нежное сердечко. Джони очень не хотелось признаваться в истинных мотивах своих поступков. Да, некрасиво получилось… Но что-то здесь опять было не то, и он чувствовал подвох! Возникла неловкая пауза.

– Ты что, поверил в эту чушь? – весело спросила Вика и объяснила, – Мой отец Гарвард Декстор, главный директор корпорации SafeMechanic, производящей кентавров. Последние годы дела фирмы шли плохо, было мало заказов, плюс отец направлял слишком много средств на поддержание моей жизни. Поэтому наша семья влезла в большие долги. Во время нашествия инопланетян мы поставили на подпольных тотализаторах все деньги на тебя, ведь меня же в природе просто не существует! Твои шансы на успех тотализаторы оценивали как один к девяти. С моей помощью ты победил и выглядишь как настоящий герой. Судя по твоему помятому внешнему виду, ты отважно сражался с агрессорами, и теперь никто на Земле не сможет усомниться в твоей победе!

– Ты делала это только из-за денег? – удивился Джони, и на душе у него стало немного грустно. – Что если бы у нас ничего не вышло?

– Тогда бы мы оба умерли. – спокойно ответила Вика. – Ты же не хуже меня знаешь, что поддержание жизни мозга вне биологического тела обходится безумно дорого. Фирма отца и так сейчас на грани разорения, и наша семья уже распродала всё имущество. Месяцем раньше или позже деньги закончились бы. Когда именно, уже не имело большого значения.

Это всё объясняло. Теперь Джони знал правильные ответы на все вопросы. На душе его стало хорошо и спокойно. Можно было расслабиться и немного отдохнуть.

Как водится, лишь после того как всё закончилось, прилетели военные и начальство. Джони ничуть не удивился, когда люди в скафандрах начали выгружать из ракетопланов и затаскивать внутрь станции муляжи трупов жутких инопланетных агрессоров… По всей видимости, скоро должно было прибыть телевидение.

* * *

Сильно помятые и исцарапанные, антропоморфный боевой робот и его верный кентавр сидели бок о бок на вершине Олимпа и молча смотрели на суету людей вокруг станции.

Теперь в жизни Джони появилась новая большая проблема: как убедить самого себя в том, что Вика и есть та самая прекрасная незнакомка из его снов. Он долго решался и наконец процитировал наизусть героя одного из своих любимых кинофильмов:

– Вика, открой личико! Ты не думай, я не какой-нибудь, если что, я и по серьезному! Это ничего, что ты там чьей-то женой была, ты мне по характеру подходишь, – я шустрых люблю!

Вика по всей видимости тоже хорошо помнила эту киноленту, и в полном соответствии со сценарием кентавр застенчиво отвернул свою голову в сторону. Девушка точно знала, что никогда и ни за что на свете не покажет Джони своё лицо, так как оправдать чужие ожидания бывает ох как нелегко!

* * *

Прилетевшая на Марс комиссия за каких-то полчаса выявила все причины и обстоятельства произошедшего, но результаты её работы тут же строго засекретили.

Чтобы не потерять лицо и портфели, правительственные и военные чиновники предпочли умолчать об истинном виновнике инцидента, и про мальчика Джимми попросту раз и навсегда забыли. Первое время он, как и все остальные, очень плохо ел и спал, но если другие дети и взрослые боялись услышать за дверью поступь злых пришельцев, то Джимми опасался, что за ним придут суровые дяди в погонах. Своим родителям он так ни в чем и не признался, да и кто бы ему поверил. Знаменитое русское авось пронесёт сработало на базе Спутник ни в первый и ни в последний раз.

Пылевая буря вблизи Олимпа начала утихать лишь на пятидесятые сутки. Чтобы уберечь взрослых колонистов от тщетного поиска следов неземных пришельцев на вершине горы, весь персонал марсианских баз в добровольно-принудительном порядке отправили в хорошие реабилитационные центры. Кроме того, всем юным марсианам правительство выделило по новейшему мощному компьютеру, для зарядки которого им приходилось значительно больше заниматься на тренажёрах-генераторах. В итоге, Джимми не только получил заветный подарок, но и съездил как следует отдохнуть в Марсопарк!

Находясь в вынужденной тридцатипятидневной изоляции, школьная биологичка с голодухи постройнела, вышла замуж и придумала новый способ промышленного выращивания тараканов в замкнутых экосистемах с присутствием человека. За это она получила прозвище тараканиха и крупный правительственный грант на дальнейшие разработки. Впоследствии её исследования легли в основу знаменитой марсианской диеты.

Якобы проведённый военными анализ ДНК мнимых пришельцев показал, что это никакие не инопланетяне, а жуткие химеры, сбежавшие из сверхсекретной марсианской лаборатории. Несуществующая контора была полностью расформирована и официально закрыта, а все вымышленные виновные найдены, осуждены и жестоко наказаны военным трибуналом. В фейковой истории с инопланетянами было множество нестыковок, поэтому повсюду как грибы росли теории заговора. Некоторые даже утверждали, что на самом деле Джони и его кентавр сами являются пришельцами.

Учитель информатики тоже увлёкся конспирологией и всё свободное время посвящал поиску обломков корабля пришельцев. Однажды на склоне Олимпа ему действительно удалось найти останки какого-то очень странного артефакта неизвестного происхождения. К сожалению, вскоре обладатель конского хвоста на голове сорвался на вездеходе в расщелину и погиб под оползнем. С тех пор посещение вершины Олимпа гражданскими лицами было запрещено.

Практичная девушка Алиса поначалу так и не простила своего никчёмного принца, а когда всё закончилось и по телевизору показали трупы инопланетян, она и вовсе отказалась разговаривать с этим наглым лгуном и обманщиком. Впоследствии она сильно сожалела, что отвергла ухаживания Джимми, но уже совершенно по другому поводу.

Джимми почти полгода сильно страдал, полностью потерял интерес к компьютеру и начал сочинять очень трогательные лирические стихотворения, насквозь пронизанные безответными чувствами и неразделенной любовью. На пятнадцатилетие родители купили юноше акустическую гитару, сделанную из настоящего канадского клёна, – именно о такой его отец мечтал всю свою жизнь. И уже через год Джимми стал самым известным на Земле марсианским поэтом-песенником. Все молоденькие девчонки были от дебютного альбома Джимми просто без ума!

Отцу Джимми пришлось уволиться со станции, так как её передали в ведение военных. По какой-то непонятной причине его очень долго не брали ни в одну серьёзную компанию, и в конце концов он стал личным импресарио своего сына. Родители были очень рады, что смогли вырастить столь талантливого отпрыска, который, к тому же, всегда очень щедро помогал им деньгами. Через пару лет, из-за частых концертных туров Джимми, вся семья с удовольствием переехала жить на Землю, где мать с отцом постарались и родили очаровательную девочку.

Дела фирмы SafeMechanic резко пошли в гору благодаря тому, что серийные аварийно-спасательные кентавры с литиевыми батареями доказали на практике свою высочайшую эффективность и надёжность.

Джони решительно отвергал все положенные ему почести и награды, и неожиданно для всех стал основателем модного направления науки – роботопсихологии. Маэстро уверял, что всё дело в правильном воспитании роботов непосредственно с момента их выхода с конвейера. Свои теоретические изыскания Джони подтверждал на собственном кентавре, с которым никогда и нигде не расставался. Их всегда видели вместе, как будто человек был неразлучен со своей любимой собакой. Давясь от смеха, Вика демонстрировала поразительные результаты прогрессивных методов воспитания искусственного интеллекта, и уже через год психику кентавра никто не мог отличить от человеческой. Тем не менее, сколько другие адепты роботопсихологии не бились над своими механическими детищами, у них ничего не получалось. На вопрос, мол как же так, Джони всегда отвечал, что робота нужно любить и лелеять искренне, как своего родного ребёнка, а вы как хотели?

Старина Майк вышел на пенсию по состоянию здоровья и часто приезжал в гости к Джону и Вике в их удалённый домик в Альпах. Они подолгу сидели вместе, строя большие планы на совместное будущее. Дело в том, что Джони и Вика хотели завести робота-ребёнка, и Майк как никто другой подходил им на эту роль.

Фильм Штурм Олимпа получился правильный, к тому же, в нём очень тонко подчёркивалась направляющая роль Объединённого правительства Земли. В конце кинокартины титры завершались документальными кадрами со станции, на которых были показаны сильно изуродованные трупы монстров и основательно помятый, но полностью работоспособный антропоморфный боевой робот, в котором отважный человек победил грозных супостатов. Голос Джони за кадром пояснял, что он никак не смог бы одолеть коварных химер без поддержки своего верного робота-кентавра. Во всех интервью Джони утверждал, что ему нечего добавить к гениальному шедевру великого режиссера-провидца, так как в боевике практически достоверно описываются реальные события на Олимпе. К сожалению, досмотреть этот фильм до конца Джони так ни разу и не довелось, потому что на самых героических сценах Вика начинала ехидно хихикать, и ещё ей почему-то решительно не нравилось смазливое личико Эммы Римбет.

Константин ЕвченкоМосква, 2020evchenko@gmail.com* * *

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.