Ужин с Медичи. О власти, страсти и бисквите
- -
- 100%
- +
Когда умирает сладкий враг –
Надежда, питающая горечь жизни,
Она умирает, когда ясный и нежный
Свет покидает взор.
Но что остается сердцу?
Остается Вера, сестра и друг
Заплаканной дорогой Надежды.
Нежная Вера, которая так редка в этом мире.
Но когда и она умрет?
Любовь отвечает улыбкой:
– Сладка смерть, и сладка жизнь мученика:
Все умрет. Но вечно жива любовь.
(Лоренцо де Медичи)
Гроза пришла во Флоренцию. Последние дни постоянно лил дождь, порой потоки воды сносили все на своем пути, не оставляя ни малейшего шанса торговцам с Меркато Веккьо – старого рынка.
Меховщики с виа Пелличаи давно закрыли свои лавки, и не ливень здесь виной: все реже покупали меха флорентийцы, напуганные проповедями неистового монаха Савонаролы, все чаще горели на кострах прекрасные картины и старинные книги.
– Долой бесполезные книги! Долой фальшивое красноречие, фальшивую красоту, фальшивую науку, которая питается лишь гордостью! Долой Рим, долой церковь! Долой веселье, всех, кто живет в веселье! Прекратите игры, прекратите балы, закройте трактиры! Пришло время рыданий, а не праздников. Грядут великие потрясения! Сильные мира скоро умрут, в Италию вторгнутся иноземцы. Будет страшное смятение, война после неурожая, чума после войны, все народы будут раздавлены, все люди потеряют рассудок! – кричал маленький монах с козлиным профилем, и из Флоренции, еще недавно прекрасной и цветущей, ушла радость жизни.
Словно околдованные, люди признавались в реальных и несуществующих грехах, как под гипнозом несли к кострам то, что недавно украшало их жизнь. Никто не вспоминал о веселых джострах – красочных турнирах, для которых поэт Полициано писал свои оды, о танцах девушек с зелеными ветками в руках на площади Санта-Тринита в честь прихода весны.
Даже любимец флорентийцев Сандро Филипепи по прозвищу Боттичелли (бочонок), чьи картины заставляли трепетать душу в созерцании прекрасного и несли свет, поддался всеобщему безумию и не сказал ни слова, когда бросали в огонь его творения те, для кого он создавал прекрасное, а по ночам, как шептались в округе, рисовал на пергаменте сцены из Чистилища.
Поэтому непогода не удивляла, казалось, что солнце и весенние ветры навсегда покинули предавший их город.
* * *
Огромный Старый рынок раскинулся возле храма Сан-Лоренцо, семейной церкви рода Медичи в окружении высоких башен. Но сегодня солнце не играло лучами в блеске куполов.
Вслед за меховщиками закрылись лавки продавцов масла на пьяцца дель Ольо, Масляной площади, корзинщиков на виа делле Честе – улочке Плетенщиков, и мало у кого хватало денег на прогулку по лавкам мясников у Лоджии Тавернаи.
Совсем недавно веселые кумушки с плетеными корзинами, купленными, конечно же, на виа делле Честе, выбирали лук на пьяцца делла Чиполла – Луковой площади. Лук привозили из самого центра Тосканы, из Чертальдо, и какой прекрасный соус из него получался! В соус макали хлеб и горячие лепешки, окунали куски аппетитного мяса.
А всего-то надо было две головки красного лука, двести граммов сахара, сто миллилитров красного винного уксуса, щепотку острого перца и пол-литра воды. А потом все смешивали, мелко нарезав лук, и целый час томили в печи до густоты. Лучшего соуса для воскресного обеда не найдешь!
Сегодня забыт и соус. И не только непогода пугает флорентийцев.
Они стараются обходить стороной серый дворец из резного камня, хотя дворец пуст, это в холмах на вилле Кареджи умирал самый могущественный человек во Флоренции, забытый и проклинаемый напуганными Савонаролой горожанами.
А может, не зря проклинал того, кого еще вчера звали Великолепным, неистовый монах? Что прячут стены дворца на виа Ларга, если сейчас, в последние дни его жизни, по Флоренции мечутся странные тени, стонут в пустоте непонятные голоса, а с холмов – чего не помнили даже старики – раздается волчий вой?
А еще люди говорят, что видели падающую звезду, она оставила за собой хвост и пропала в холмах за Фьезоле.
Но такой страшной грозы, 8 апреля 1492 года, не помнил никто.
Раскаты грома проникали за толстые стены дворцов, их хозяева вздрагивали, а благочестивые моны, поклонницы Савонаролы, кутались в покрывала и не могли дождаться утра, чтобы бежать к своему кумиру, каяться, и рыдать, и молить Небеса о прощении.
К раскату грома добавился еще один звук, глухой и от того еще более страшный, словно лавина покатилась с горы…
Утром, когда гроза стихла и люди нерешительно вышли на улицы, их взорам предстал большой кусок камня, упавший с флорентийского собора в направлении палаццо Медичи. Кто-то уверял, что видел своими глазами, как молния ударила в купол Дуомо.
Но это было уже неважно. Хотя еще не прибыли новости из Кареджи, никаких сомнений не было: вместе с грозой из Флоренции ушел ее дух, в эту ночь не стало Лоренцо ди Пьеро де Медичи, прозванного Великолепным.
И что бы ни происходило дальше, Флоренция никогда не будет прежней.
Ее Золотой век окончен.
Все события, которые описаны в этой книге, произошли на самом деле, ни одно из них не придумано. Я лишь старалась изложить исторические факты так, чтобы читалось легко, без нагромождения лишних имен, дат и описаний.
Кармен Рускаледа, одна из лучших испанских поваров, сказала однажды гениальную фразу: «История кулинарии – это история мира».
Поэтому история великой семьи неразделима с историей кухни ее времени, и я позволю себе пригласить вас, уважаемые читатели, на ужин с Медичи: из года в год, из одного столетия в другое.
Юные мадонны с картин флорентийского живописца XV века фра Франческо Липпи удивительно современны, кажется, что переодень их в джинсы и футболки, и они смешаются с толпой на флорентийских улицах. Блюда эпохи Возрождения не менее современны, их до сих пор – конечно, с небольшими изменениями – подают в тосканских домах и тратториях, и даже мы с вами сможем без труда приготовить их у себя дома.
Однажды Катерина де Медичи привезла во Францию тосканские блюда, создав основу того, что мы сегодня называем французской кухней: Флоренция эпохи Возрождения изменила не только мир архитектуры и искусства, но и мир кулинарии.
В эпоху Ренессанса во Флоренцию со всего света стекались древние рукописи, среди которых были не только философские труды, но и рецепты.
Как и произведения искусства, многие рецепты были шедеврами и стали вечными, как некогда таинственный ликер «Алкермес», без которого до сих пор не обходятся лучшие итальянские десерты.
Все это происходило при дворе тех, кого не зря называют отцами эпохи Возрождения. И если верен лозунг «Мы то, что мы едим», то исторические события не могут быть рассказаны без истории современной им кухни.
В этой книге я хочу дать слово моим героям, позволить им самим рассказать о себе. Ведь они это уже сделали: в старых письмах, в дневниках, в стихах, которым более шестисот лет, но которые по-прежнему хранят мысли, чувства и секреты их владельцев. И никто лучше них самих не расскажет о давних временах.
Хотя почему давних?
Le Temps Revient – сверкали буквы личного девиза Лоренцо де Медичи, прозванного Великолепным, выходившего на турнир в тот день, когда закончилась его юность.
Le Temps Revient – время возвращается. И снова в окружении ярко разодетой стражи, в пурпурной мантии с белоснежным мехом на воротнике глава дома Медичи идет по древним плитам флорентийских тротуаров в палаццо Синьории. И это сегодняшняя реальность, а не кадр из исторического сериала.
Медичи вернулись. Потому что не может быть Флоренции без Медичи, как не может быть и Медичи без Флоренции…
Глава 1. Начало истории
Риск мессера Джованни
Новорожденного окунули в каменную чашу со святой водой, и каноник прочел полагающиеся молитвы.
«Главное, чтобы не пошел дождь», – думали собравшиеся в соборе, ведь его купол так и не построен и налетающие ливни тушили свечи и разливали огромные лужи на каменном полу. Но все обошлось, и гости предвкушали трапезу, устроенную отцом первенца в уважаемой флорентийской семье.
Ее герб все чаще встречался в городе: шесть выпуклых золотых шаров на щите. Их называли и шарами, и даже пренебрежительно пилюлями, хотя и эту версию семья обыгрывала весьма достойно.
Официально происхождение герба связывали с количеством убитых врагов рыцарем Аверардо, впервые получившим герб, хотя его потомок и тезка по прозвищу Биччи был всего лишь мелким флорентийским ремесленником. А вот его сын, Джованни ди Биччи де Медичи, сумел подняться гораздо выше, и даже версия «пилюль» теперь обрела новое звучание – якобы один из предков семьи был врачом, вылечившим самого Карла Великого, отсюда не только пилюли на гербе, но и фамилия Медичи, или «медики».
Джованни ди Биччи, чьего первенца, нареченного Козимо, крестили сегодня в соборе, обладал не только многочисленными талантами, но и прекрасным чутьем. Он весьма преуспел, работая в банке своего родственника Вьери де Медичи, научившись всему необходимому в римском филиале банка, который и возглавил, сменив стареющего дядю.
Женитьба лишь укрепила его позиции, Пиккара Буэри принесла с собой приданое в 1500 флоринов.
1 октября 1397 года стало днем основания будущей империи: Джованни с двумя партнерами открыл головную банковскую контору во Флоренции с уставным капиталом 10 000 флоринов, контрольный пакет принадлежал именно ему. Деловая хватка позволила Джованни удачно вложить деньги в суконную мануфактуру и венецианские торговые сделки с Востоком и расширить территории деятельности банка: в начале XIII века был открыт филиал в Венеции затем в основных портовых городах – Неаполе и Гаэте.
Флоренция издавна была городом банкиров, да и само слово «банк» родилось здесь, ведь «банко» – это скамейка, разделяющая помещение меняльной конторы на две части, на этой скамейке и раскладывали деньги. И банк Медичи стал бы одним из прочих весьма успешных итальянских банков, если бы не потрясающее чутье мессера Джованни.
Мало кто рискнул бы на его месте, когда с протянутой рукой в банк Медичи пришел настолько одиозный человек, что приличным людям просто негоже было иметь с ним дело.
Имя в истории: Бальдассаре Косса
В ранней молодости он сбежал в море и стал пиратом, на чем сколотил неплохие деньги.
Как вы думаете, куда он дел эти деньги? Он не покупал поместий и драгоценностей, он… оплатил учебу на юридическом факультете Болонского университета, что уже говорит о незаурядности вчерашнего пирата.
Получив образование, наш герой опять не растерялся, он купил себе средненькую должность в католической церкви. И тут судьба столкнула его с Джованни ди Биччи.
В 1401 году Бальдассаре Косса решил приобрести кардинальскую мантию, стоило это 10 000 дукатов, и таких денег у него не было. Конечно, он пришел за кредитом в банк, но флорентийские банкиры только посмеялись над такой идеей.
А мессер Джованни эти деньги дал. Неизвестно, что он разглядел в Коссе, но банкир умел рисковать, и с этого момента их судьбы тесно переплелись.
Протянутая в знак совершения сделки рука Медичи встретила не менее твердое ответное рукопожатие Коссы.
Риск мессера Джованни кажется странным: по свидетельствам хроник, репутация у Коссы была еще та! Достаточно того, что в доме «святого отца» проживала достаточно большая толпа: две сотни служанок, жены, вдовы, монахини, и не просто проживала, в общем, слыл Косса распутником.
Но Косса метил в римские папы, с его авантюризмом это могло получиться, и тогда Медичи превратились бы в основных финансистов церкви, выиграв главный приз в своей жизни.
Восемь долгих лет Медичи финансировал Коссу, покрывал его долги, порой опустошая свои сейфы. И дождался.
С момента избрания Коссы папой римским Иоанном XXIII в 1410 году финансовые дела римской курии вела семья Медичи. Суммы, которые оказались в их распоряжении, превышали сегодняшний доход международных корпораций!
Но папство Иоанна XXIII закончилось через четыре года в 1414 году на соборе в Констанце, где ему пришлось снять папскую тиару.
Вчерашнему папе был предъявлен большой список грехов: «убийства, изнасилования, кровосмешение, содомия, пиратский разбой». Косса вспомнил опыт молодости и сбежал, переодевшись лучником, правда, был вскоре пойман и заключен в замок Гейдельберга императором Сигизмундом. Бальдассаре Косса оказался в безвыходном положении впервые в своей бурной жизни.
Но мы с вами знаем, что безвыходных положений не бывает! К этому моменту Джованни ди Биччи уже отправил своего сына Козимо присматривать за ситуацией, к нему и обратился Косса с тайным посланием: попросил о выкупе и пообещал сделать своим наследником.
Отец и сын рискнули, денег дали, и не зря. Получивший свободу бывший папа в 1418 году вернулся во Флоренцию, и социальное положение семьи Медичи сразу возросло, все же у них гостит «правитель христианского мира в отставке». Снова потекли деньги в банк семьи. Медичи еще и продемонстрировали свою порядочность, верность слову и друзьям.
Существует сплетня тех времен, что на просьбу Коссы вернуть оставленное на хранение имущество Джованни ответил:
– Я получил все это на хранение от папы Иоанна XXIII и обязался вернуть по первому требованию, так я и отдам все папе Иоанну XXIII, когда он вернется!
Но это лишь сплетня, если бы это было действительно так, история их союза закончилась бы совсем по-другому.
В реальности банкир уговорил Бальдассаре помириться с новым папой Мартином V, что придало тому еще большую легитимность, и понтифик этого не забыл. В благодарность новый папа назначил Коссу кардиналом Тускуланским.
В 1419 году Косса умер. Он сдержал слово, сделав Медичи своими наследниками.
На надгробии (которое возводили Донателло и Микелоццо), согласно воле покойного, высечены слова – «Иоанн XXIII, бывший папой» (Ioannes Quondam Papa XXIII). Говорят, Мартина V это привело в бешенство, но деваться было некуда.
Рукопожатие, скрепившее сделку банкира и авантюриста, сделало Медичи первыми среди равных, обеспечив финансовое могущество и благосклонность церкви.
Наследник
Джованни де Медичи отказался от титула графа, который собирался пожаловать ему папа Мартин V, сообщив, что предпочел бы остаться рядовым гражданином. Через пару лет он был впервые избран в Синьорию Флоренции на высшую должность исполнительной власти. Занимая ее, Джованни практически единолично руководил политической и экономической жизнью Флорентийской республики.
В 1428 году Джованни ди Биччи тяжело заболел. Он знал, что семья в надежных руках, и не волновался о будущем. Единственное, о чем он попросил, так это похоронить его очень скромно, не вызывая большого внимания.
И это было единственным, с чем его наследник Козимо не согласился.
Он считал, что пришла пора показать всей Флоренции – в республике есть только одна семья, имеющая влияние: Медичи.
В то время было принято выносить умершего покойника по традиции, оставшейся от этрусков: в стене дворца пробивалось отверстие, через которое выносили тело на носилках, в гроб его клали уже перед погребальной процессией. А процессия собралась огромная.
За гробом Джованни ди Биччи де Медичи следовали по старшинству не только члены семьи, но и все иностранные послы во Флоренции, глава и прочие члены Синьории – правительства республики, представители флорентийских гильдий и все знатные семьи Флоренции.
И тогда впервые случилось то, что повторилось потом неоднократно во многих частях света, а мы помним эту сцену по фильму Копполы «Крестный отец»: когда тело было уложено в гробницу и старший сын почившего получал соболезнования, представитель старейшей флорентийской семьи, правившей городом не одно столетие, Альбицци, поцеловал перстень на руке нового главы дома Медичи – Козимо.
Король умер – да здравствует король!
Власть в республике окончательно перешла в руки Медичи.
Джованни ди Аверардо детто ди Биччи де Медичи был похоронен в семейной усыпальнице. Ему на смену пришел один из самых великих членов этой семьи.
Кухня и рецепты времен Джованни ди Биччи
Ландшафт Тосканы богат: и горы, и долины, и морское побережье, и знаменитые холмы, украшающие сотни фотографий.
Это оказало влияние на местные продукты и, соответственно, на кухню региона, который когда-то относился к Этрусским землям, лишь в Х веке появилось имя – Тоскана.
Во времена Джованни ди Биччи здесь предлагалась кухня без излишеств, рожденная этрусками и не знающая изысков. После крестовых походов и до XIV века главными блюдами были мясо на огне, соусы и травы, идеальные для голодных воинов и правителей.
«Кухней бедняков, достойной королевского стола» назовут ее позднее, описывая пламя в камине, на котором аппетитно потрескивают телятина или ягненок.
Не верьте тем, кто рассказывает об остроте соусов, предназначенных, чтобы скрыть несвежее мясо, – к XIV веку времена холодных замков и голодных рыцарей остались далеко в прошлом!
Овощи, каштаны, полба, бобы и дичь присутствуют в XIV веке во многих блюдах, но главным продуктом этой земли уже становится хлеб.
Ноздреватый, на первый взгляд безвкусный, потому что не содержит соли, он сочетается с ингредиентами самых разнообразных рецептов, от закусок до десертов. Когда-то в Тоскане хлеб даже заменил пасту, которая весьма редко здесь использовалась, за исключением сиенских «пичи» или «паппарделле» с зайчатиной из Ареццо. Несмотря на общепринятую версию об отсутствии соли из-за плохих отношений с Пизой – соль просто не могли доставить из порта из-за заблокированных дорог, – тосканцы предпочитают другую версию. Соусы настолько богаты и вкусны, что только бессолевой хлеб дает гармоничное сочетание и позволяет полностью насладиться вкусом.
Сыры пекорино, продукты на основе свинины и оливковое масло, каждый тосканский рецепт, даже из простых ингредиентов, дополняется чесноком и луком в сочетании с розмарином, шалфеем, базиликом, лавровым листом, петрушкой, мускатным орехом, кориандром, гвоздикой, корицей и перцем.
В XIV веке родились суп риболлита и салат панцанелла, куриные потроха – будущий паштет фегаттини и скоттилья – разнообразное мясо в соусе.
К этому времени уже сформировались кулинарные пристрастия тосканских областей. Если Флоренция наедалась хлебными супами, салатами и виноградными пирогами, то Пистойя варила супы из потрохов, Ливорно подарил кулинарному миру знаменитый суп качукко, ставший прообразом буйабеса, а Лукка наслаждалась сладкими печеньями буччеллати. На побережье Мареммы варили «суп из ничего» – aquacotta, или вареная вода.
В это время сформировались первые правила поведения за столом: если вы хотите пить, то сначала проглотите пищу, потом очистите рот и лишь потом пейте. Жадный пьющий, не прожевав еду, вызывает отвращение у тех, кто ест в его компании.
В средневековой кухне в кулинарных книгах указывались только те продукты, которые нужно было использовать, без указания количества и температуры, а время приготовления отмечалось молитвами. Теперь же, к XIV веку, появились даже медицинские правила: что нужно есть, чтобы оставаться здоровым. За этим следила медицинская школа Салерно на юге Италии, самое старое медицинское учреждение Европы.
В XIV веке появилась и первая тосканская – одна из первых итальянских – кулинарная книга, автор ее получил имя L’Anonimo Toscano – Неизвестный Тосканец. Некоторые историки считают, что эта книга – перевод с латинского с комментариями автора, впервые опубликована она была университетом Болоньи в 1863 году и перепечатана в 1968-м.
Это настоящая кулинарная книга! Она содержит 183 рецепта, классифицированных по разделам, – овощные и даже диетические рецепты, мясо в супе и соусе, жареное, блюда из моллюсков, постные блюда, рецепты из яиц и курицы и, наконец, паста, сыры и соусы и, конечно, сладости.
В книге «анонимного тосканца» приводятся рецепты блюд, которые подавали в то время гостям.
Давайте полистаем ее страницы!
* * *
Вот советы, как готовить козлятину или, в другом варианте, рубленных на кусочки цыплят:
«Порубите на кусочки козленка или цыпленка, обжарьте со свежим салом и измельченным луком, нарезанными ароматными травами, добавив шафран и яичный желток, выложите все в сковороду над углями и часто переворачивайте, приправьте достаточно специй. Добавьте немного муки, все перемешайте, доварите и ешьте».
* * *
Немного сарацинового бульона:
«Обжарить каплунов и их печень со специями и поджарить хлеб. Хлеб растереть в ступке, переложить в горшок, влить хорошее белое вино и добавить немного кислого виноградного сока, теперь измельчить каплунов и прокипятить в горшке с хлебом и вином, положить греческий виноград, сушеные сливы, финики и давайте поесть.
Подобный путь и у приготовления морских рыб; а также семечки и груши можно добавлять в указанные бульоны».
* * *
«Чтобы понять, какое мясо заслуживает жарки, а какое тушения: мясо быка и полевой коровы лучше тушить, мясо телятины хорошо для тушения, жаркое из корейки и телятина во фрикадельках. Мерин хорош во всем, кроме лопатки, которую надо хорошо прожаривать, свинина никоим образом не полезна, хотя все рекомендуют ее жарить. Мясо козленка хорошо и в тушении, и в жарком, но задняя часть лучше прожаривается, аналогично баранина. Коза с чесноком – мясо января».
* * *
Суп из рубца – будущая «триппа по-флорентийски»:
«Рубцы должны быть очень чистыми и хорошо промытыми, белыми и хорошо прожаренными с костью из соленого мяса, чтобы придать им хороший вкус, и без соли, чтобы они были белее, и медленно, как бы сонно, приготовленные. Нарезать их на мелкие кусочки и положить немного мяты, шалфея и соли, и дать ему выпарится. И теперь делайте минестру (суп. – Прим. автора) и ставьте на огонь».
* * *
«Сахарная» курица появилась на всех больших празднествах, разложенная на подносы и более маленькие тарелки. Кисло-сладкий вкус, популярный в то время, создавался сочетанием сахара с «агресто» – кислым виноградным соком.
«Чтобы приготовить жареную курицу, нужно приготовить жаркое; и когда это будет приготовлено, удалите ее из горшка, смешайте хороший виноградный сок с розовой водой, сахаром и корицей и положите в эту смесь курицу и отправьте на стол».
* * *
Вот очень простой рецепт, который считался летним: «верзузо», приготовленное в супе.
«Верзузо» – это соус, загущенный сухим хлебом в постные дни с добавлением яиц в мясные дни, который превращался в питательный и нежный очень жидкий бульон, основанный на миндале, сахаре, апельсиновом соке, розовой воде и специях.
«Возьмите четыре свежих яичных желтка, половину унции корицы, четыре унции сахара, десять унций розовой воды и хорошо взбейте все это вместе и приготовьте их так, как будто бульон уже готов, и похлебка будет желтенькой. И такое меню на лето удобно».
Большинство рецептов актуальны и сейчас, и при желании мы легко можем приготовить блюда XIV–XV веков. Попробуем?
* * *
Вареная вода, или aquacotta
Ингредиенты на 2 персоны:
* 2 яйца
* 2 ломтика черствого белого хлеба по типу багета или чиабатты
* 2 стебля сельдерея
* 1 средняя морковка
* ½ белого стебля лука-порея
* ½ луковицы
* 1 очищенный помидор
* 2 ст. л. оливкового масла
* 1 стакан овощного бульона
* соль и перец по вкусу
Мелко нарезаем сельдерей, морковь, лук-порей и луковицу.
Разогреваем оливковое масло в сковороде с высокими бортами, добавляем нарезанные овощи.
Обжариваем несколько минут до золотистости лука и добавляем нарезанный кубиками помидор, очищенный от кожуры.
Даем пропитаться ароматами друг друга несколько минут на среднем огне, теперь вливаем бульон, солим и перчим, доводим до кипения на среднем огне и даем немного загустеть.
Разбиваем в овощной суп яйца, хорошенько размешивая при вливании яйца.