Испеки мне убийство

«Юлия- тонкий знаток и ценитель итальянской кухни и прочих итальянских тем».

(Джангуидо Бреддо, почетный консул Италии, член Академии истории итальянской кухни, автор книги «Настоящая итальянская паста».)

***

«Влюбленная в Тоскану, между своей работой и желанием писать книги, Юлия не забывает о земле Боккаччо. Борги и рецепты всегда были в центре всеобщего интереса, сегодня в ее исполнении они снова становятся бестселлерами и литературным приключением».

(Тосканская газета «Il Tirreno».)

***

«Аппетитные бестселлеры Юлии Евдокимовой: Италия, которую можно попробовать на вкус».

(Газета «Аргументы и факты».)

***

«На книжной полке- тайны и туманы».

(Журнал «Италия».)

«В жизни нет секретов, есть только скрытые истины, которые лежат прямо под поверхностью».

Сериал «Декстер», 1 сезон, 2 серия.

Все совпадения персонажей и событий случайны.

Закатав рукава, Алессия взяла в руки старинный медный дуршлаг, первую вещь, которую она бросила в чемодан, убегая из Рима. Достала из холодильника маленькие яблочки, купленные в лавке у Маринеллы, а уж какие в той лавке яблочки, давно знает вся деревня. Несмотря на летнюю жару, они пахнут осенью и немного детством.

Словно скульптор, она отсекла лишнее, превращая плоды в тончайшие дольки, прозрачные и нежные. Смахнула крошечные семечки, сбрызнула дольки каплей лимонного сока, чтобы не завяли, не потеряли свою восхитительную свежесть.

В глиняной миске Алессия растерла холодное масло с мукой; пальцы двигались быстро, словно танцуя. Добавила щепотку морской соли, щепотку корицы, совсем крохотную, чтобы не отбить вкус яблок. Теперь немного ванили и горсть обжаренных грецких орехов, хрустящих, словно первый ледок на луже.

Пока тесто отдыхало в холодильнике, она растопила в чугунной сковороде мед. В Риме о таких уже и не помнят, даже здесь она с трудом нашла нужную сковородку в лавке тетки Ванессы. Но разве можно приготовить что-то стоящее на тефлоне, разве сравнится аромат и вкус блюда? Яблочные дольки полетели к меду, зашипели, карамелизуясь, краешки обрели янтарный цвет.

– Ты должна услышать, как они поют,– говорила бабушка. – И не забудь добавить веточку розмарина, его аромат вплетется в сладость, словно нотка грусти в старую мелодию.

Синьора Пенелопа обязательно поладила бы с бабушкой, но еще неизвестно, кто испек бы такой пирог лучше! Ведь только в Тироле, где воздух в апреле наполняется незабываемым ароматом, становится тягучим, словно яблочный сок, знают настоящий толк в яблочных пирогах.

Раскатав пласт теста так, что он стал воздушным словно облака, которые вплывали в одно окно и выплывали в другое в тирольском домике ее детства, она выложила яблоки спиралью, от края к центру, как ребенок, рисующий солнце. Сверху – решетка из полосок теста, плетеная, как корзинка для пикника. Кисточкой из козьей шерсти она смазала поверхность желтком, смешанным со сливками, отправила пирог в разогретую духовку и уселась на табурет, подпирая подбородок ладонью. Пара минут- и воздух в кухне наполняется ванилью и ностальгией, от которой щемит под ребрами.

Алессия закрыла глаза, вспоминая, как бабушка в саду трясла яблони, а она, смеясь, ловила плоды фартуком. Кухня стала тем местом, где время замедлилось и остановилось. Каждый кусочек пирога стал большим, чем десерт. Это письмо, написанное мукой и специями: «Видишь, я помню. Видишь, я продолжаю то, что делала ты…».

Но сегодня ей предстоит испечь не только пирог, но и расследование, тщательно подбирая ингредиенты и не оставляя убийце ни малейшего шанса. Правду говорят: между кулинарией и расследованием так много общего!

Глава 1.

Солнце осторожно выглянуло из-за острого пика скалы, огляделось, попробовало наощупь шершавую поверхность горы, превратив ее в мягкий бархат, чудо, которое удается лишь игре света и тени.

Убедившись, что все в порядке, солнце уверенно выстрелило яркими лучами в беспорядочно разбросанные окна, пустило золотых зайчиков в комнаты, заиграло зеленью в листьях базилика и майорана в горшочках на подоконниках, ударило в замшелые камни мостовой и, наконец, вспыхнуло бриллиантами в каплях вчерашнего дождя на серебряных листьях розмарина. Его пряный аромат принес запах далекого моря, а на что еще нужна морская роза, если не пахнуть счастьем с ароматом соли, йода и ветра дальних странствий в души людей!

Нет, конечно, розмарин превращает обычную картошку в печи в кулинарный шедевр, а уж если натереть мясо солью, которую смешивает с розмарином и тимьяном старый Марьяно из траттории под вязом, то тут никаких слов не хватит, чтобы описать восторг. Но запах моря после дождя высоко в горах… Ох, этот запах моря!

От восторженных размышлений Алессию отвлекло бурчание бабки Пины. Вечно она все испортит! И не старая еще, а иначе, как бабкой, ее никто и не зовет. Вот и сегодня смотрит на долгожданное солнце, на синее небо и кликушествует. Гора, видите ли, гудела на рассвете! Не к добру, ой, не к добру.

Алессия поглубже нырнула в солнечные лучи, поплотнее окутала душу теплом, только бы не слышать вредную бабку.

Утром по радио сообщили, что проливные дожди в их районе расшатали скальный хребет, устроили камнепады, сломавшие защитные сетки и упавшие на дорогу. Больше всех волновался мэр, пострадают и так немногочисленные гостевые дома, ведь расчистка некоторых участков займет несколько недель и к тому времени от туристического сезона останутся лишь лохмотья.

«Ха!»– подумала Алессия. Понятно, что мэр рассчитывает на финансовую помощь государства, но туристического сезона в этих горах никогда не было и в помине, чего уж притворяться! Но может, оно и к лучшему.

Разглядывая причудливые узоры, которые солнце и тень рисуют на толстой шкуре горы, Алессия добралась до остановки автобуса. По радио сказали, что он продолжает курсировать, просто тратит гораздо больше времени на дорогу. На площадке как всегда припарковано несколько пустых машин. В горную деревню нелегко заехать, крутые улицы предназначены для осликов, не для современных авто, поэтому многие жители оставляли свои машины на стоянке у въезда в деревню.

Одна машина пристроилась чуть поодаль, почти скрытая буйной растительностью. Что-то смутило женщину, казалось, машина выглядит неестественно. Она подошла поближе и увидела, что та придавлена огромным упавшим камнем. Странно, что еще не эвакуировали.

Только оказавшись рядом с машиной, Алессия поняла, что она не пуста. Из окна свисала рука; ногти с ярким маникюром, тонкий золотой браслет на запястье. Кто-то оказался в ловушке в смятой валуном машине…

* * *

В ожидании службы спасения Алессия присела на бордюр.

Как странно, что однажды она оказалась в Пьетрапертозе… а вернее, какое счастье, что она здесь!

Она никогда не бывала в этих местах раньше. Никаких воспоминаний детства, семейных корней. Алессия попала в деревню в горах случайно, хотя мы с вами знаем, что случайностей не бывает, это Создатель скрывается за случаем там, где хочет что-то срочно изменить, не афишируя свое присутствие.

Пять лет назад девушка собрала вещи, убежала со съемной квартиры, села на ближайший поезд и так и ехала бы до самой конечной станции, но соседка…

– О, вы бы видели ее платье! Она похожа в нем на голливудскую актрису, и представляете, Сильвестро все оплатил!

«Боже, кого в наше время называют именем Сильвестро!»

– А дом! Он купил ей дом с видом на море, представляете?

Алессия пыталась изобразить, что поглощена чтением, но соседку это не останавливало.

– Он так влюблен в нее, так влюблен! Он сказал, что они поедут на медовый месяц туда, куда она захочет! Он сказал, что любое место, которое она выберет, будет идеальным!

Он, она, они… Алессия вспомнила свою еще вчера комфортную и упорядоченную жизнь. Вот только Дарио никогда не соглашался с ее выбором. Он морщился, как будто она сморозила глупость, мягко укорял: ну, что ты, tesoro, как тебе такое пришло в голову! И дальше все происходило так, как запланировал он.

– Мы с мужем начинали с двух крохотных комнаток, когда поженились. О, мы даже не были уверены, что хватит денег на аренду. Как же повезло Стеллине! Представляете, они поссорились лишь раз и Сильвестро прибежал к нам в слезах («Да что же это такое, он рыдает после ссоры? Невротик!»), умолял его простить, он посылал ей цветы, и в конце концов они помирились и больше никогда не ссорились.

«Лимон» Мне срочно нужен лимон! Иначе все внутри слипнется от патоки!»

– А однажды Стеллина увидела в ювелирном браслет… даже не спрашивайте, сколько он стоил! Представляете, на следующий день Сильвестро приехал с коробочкой, а там браслет!

Ясно, Вселенная решила побольнее ударить Алессию. Мало того, что Дарио ей изменил (а вернее, он несколько месяцев встречался с другой, хотя пара уже пять лет жила вместе), он еще и попросил съехать из съемной квартиры, которую девушка уже давно считала домом и старательно вила семейное гнездо, так еще и приходится выслушивать эту слащавую историю чьей-то сказочной любви! Да заткнется эта восторженная идиотка когда-нибудь?

Но тетка решила доконать Алессию и сунула ей под нос фотографию. Надежда увидеть страшного парня (должны же у Сильвестро быть хоть какие-то недостатки кроме имени!) тут же развеялась, пара выглядела просто очаровательно!

– Он так сильно в нее влюблен! Можете себе представить?

Алессия не выдержала. Она вскочила, схватила свой чемодан и выскочила из поезда на ближайшей станции, оставив попутчицу в полном недоумении. Станция оказалась совершенно невразумительной столицей Базиликаты под названием Потенца, но города она не увидела. Стремление бежать как можно дальше загнало ее в первый же попавшийся на глаза автобус. Примерно через час она вышла на конечной остановке, а автобус отправился в обратный путь. Тот самый небольшой старенький автобус, что приходит сюда лишь дважды в неделю.

А Алессия… даже в душевном раздрае она не могла отвести глаз от острых зубцов скал и маленькой деревни, расположившейся среди них, словно в лапе огромного древнего дракона.

С тех пор прошло пять лет. Вчерашняя жительница большого города так прикипела к новому дому, что теперь ее отсюда метлой не выгонишь. Ведьминой метлой, ведь всем известно, что главные итальянские ведьмы живут именно здесь, в соседних деревнях Пьетрапертоза и Кастельмедзано.

* * *

Она недолго предавалась воспоминаниям. Первыми прибыли работники дорожной службы, побледнели все разом, увидев руку в окне машины.

– Э… синьора, мы тут уже ничего не поделаем… лучше держаться подальше, а то другие камни упадут!

– А говорила утром бабка Пина, что гора гудит и вон оно как оказалось, точно не к добру.

Обсуждение местной сплетницы сразу успокоило Алессию, жизнь шла своим чередом.

– Бедная синьора! – Вздохнул один из рабочих. – Бедный муж! Это же машина синьоры Раваллино, когда он узнает… ох, беда какая! А ведь вчера я видел ее на вечерней мессе, вот уж поистине, думала – Пресвятая Дева защитит там, где не смогло государство, а оно вон как обернулось…

Прошло около получаса, прежде чем прибыла машина медиков, а за ней машина карабинеров. Главный, солидный мужчина в возрасте, снял фуражку, пригладил седые волосы, повернулся к Алессии.

– Это вы нашли разбитую машину и позвонили нам?

– Да, это я.

– Я maresciallo Брандолини. Вы в состоянии ответить на несколько вопросов? Скажите ваше имя и адрес.

– Алессия Альяно. – Она назвала адрес кондитерского магазинчика в центре города. Удобно жить прямо над работой, особенно, если работа- вся твоя жизнь.

– Когда вы нашли машину?

– Я позвонила карабинерам сразу после того, как нашла тело. Ну, через одну или две минуты.

– Во сколько вы приехали сюда? У вас есть машина?

– Нет, я пришла пешком. Собиралась поехать в Потенцу на автобусе.

– Так во сколько вы приехали?

– Я посмотрела на часы, проверить, что успеваю на автобус, было 9.30. Потом я увидела машину и… я поняла, что водитель наверняка мертв.

– Камень упал до вашего прихода?

– Конечно. Иначе я услышала бы грохот. Он же огромный!

– Вы знаете чья это машина?

– Дорожные строители сказали, что это машина синьоры Раваллино.

Рабочий закивал. – Боюсь, что внутри синьора Алфонсина.

Один из карабинеров тут же подтвердил:– Мы только что получили подтверждение регистрационного номера, это машина синьоры Альфонсины Раваллино.

– Какой ужас! – Переговаривались рабочие.– Никогда такого не случалось. сколько камни не падали! Говорила бабка Пина, не к добру гора гудит!

– А вы осматривали это место?

Мужчины закивали. – На этой стороне дороги не было никакой опасности. Мы тут все проверили, каждый метр!

– Вам придется проехать с нами на станцию карабинеров. – Это предназначалось и бригадиру рабочих и Алессии.

Девушка почувствовала. что ноги ее не слушаются, а руки дрожат. Видимо шок случился с опозданием.

– Я знаю вашу кондитерскую, – сказал водитель, когда она с трудом доковыляла до машины карабинеров и упала на сиденье. – Отличное место! Ваши амаретти… О-о! – Он мечтательно прикрыл глаза.

Глава 2.

Нет лучше способа отвлечься от неприятных мыслей, чем заняться любимым делом.

Алессия остро нуждалась в утешении и поднятии настроения, а что лучше всего действует в такой ситуации? Конечно, шоколад и любимое дело. Она установила табличку «открыто» на дверях кондитерской и отправилась в рабочее помещение.

Прислушиваясь, не зазвенит ли колокольчик у входа, девушка растворяла грусть в ритме привычных движений. Темный какао-порошок, бархатистая мука, сахар, словно искрящийся на солнце песок на морском берегу, спелые вишни, которые она заранее замариновала в легком сиропе с каплей ликера… Ароматы обволакивают летним теплом и вот уже пальцы бережно перебирают ягоды, удаляя косточки, обваливают их в тонком слое муки, чтобы вишни не утонули в тесте.

Она растопила сливочное масло и золотистый поток, смешиваясь с ванильным экстрактом, наполнил кухню теплом. Взбивая яйца с сахаром до воздушной пены, девушка постепенно добавила сухие ингредиенты – какао, просеянную муку, разрыхлитель. Тесто становилось густым, как шелковый мусс, и она влила теплое молоко, наблюдая, как масса превращается в гладкую, блестящую реку.

Разливая тесто по формочкам, она наполнила их лишь до половины, а затем, будто пряча маленькое сокровище, положила в каждую серединку вишню, слегка придавливая. Сверху лег еще один слой теста и она аккуратно разровняла поверхность лопаткой, словно укутывая ягоды в шоколадное одеяло.

Через полчаса, когда корочка маффинов в духовке стала упругой, а зубочистка вышла почти чистой (почти, ведь внутри сочная вишня!), девушка достала крохотные кексы, украсила теплые верхушки блестками растопленного шоколада и щепоткой сахарной пудры.

Первый укус – хруст корочки, затем взрыв терпкой вишни, смешанной с нежным шоколадом… Она прикрыла глаза и уголки губ сами растянулись в улыбке. Грусть растаяла, как шоколад на языке. Сладость, создаваемая своими руками никогда не подводит!

Из состояния блаженства Алессию вывел шум в торговом зале. Она настолько погрузилась в шоколадное счастье, что пропустила звонок колокольчика!

В зале стояла женщина, держа за руку ребенка лет четырех.

– Нам нужно в туалет. – сердито сказала мать. – Он выпил слишком много газировки.

Значит это не покупатели… – Туда,– ткнула Алессия пальцем за спину. В кондитерских не предусмотрены туалеты для клиентов, это не кафе, но не откажешь такому малышу!

Женщина потянула ребенка за руку. Но он не двинулся с места, стоял, нахмурившись, сосредоточенно что-то обдумывал.

На лице женщины появилось странное выражение. Алессия опустила взгляд и поняла что случилось. Под ногами малыша расплывалась лужа, да таких размеров, что он должен был выпить ведро газировки, не меньше!

– Что ты наделал! – Заорала мать. Ребенок тоже заорал, неизвестно, кто истошнее.

Со вздохом Алессия вытащила из подсобки ведро и тряпку, налила воды, а мать и сын в зале все еще соревновались в громкости звука.

Хотя малыш и устроил туалет прямо посреди ее очаровательного магазинчика, девушке стало его жалко. Она улыбнулась, ребенок перестал плакать, задумался и тут же засунул палец в пирожное в открытой витрине. Вытащил, внимательно осмотрел и с блаженным выражением на мордочке засунул палец в рот. Ухмылка у него при этом вышла весьма ехидная.

– Ах ты…

Но ребенка уже утащила за руку мать, даже не подумавшая заплатить за испорченное пирожное или хотя бы извиниться. Дверь за собой они не закрыли.

Алессия так и осталась стоять посреди зала с ведром и шваброй, пытаясь осознать, что только что произошло.

И тут в открытую дверь вошла чайка.

В этом не было ничего странного, чайки изредка появлялись в горах, ведь если бы не скалы, море оказалось бы совсем близко. Вот только добираться до него приходилось часами по петляющим дорогам и тоннелям. Но эта чайка казалась слишком наглой и здоровенной, в глазах-бусинках плескалось что-то хулиганское и Алессия решила сказать «кыш».

Собственно, она и сказала, и даже взмахнула руками, уронив швабру, да и чайка тут же улетела. Вот только… успела схватить круассан с ближайшей стойки.

– Вернись! – завопила Алессия, бросилась к выходу, но белый силуэт уже таял в синем небе над черепичными крышами.

Итак, за сегодняшнее утро она нашла погибшую женщину, потом ее магазинчик нагло описали и испортили пирожное, а в довершении всего здоровенная чайка стащила круассан! Нет, список неприятностей на этом должен быть исчерпан, иначе…

Именно в этот момент дверь распахнулась, и в кондитерскую ворвался мужчина. У него были темные жирные волосы, висящие мягкими завитками над глазами навыкате.

Мужчина огляделся с таким выражением, что девушка поняла: неприятности еще не закончились…

– Могу я вам помочь?

– А ты кто такая?

– Я Алессия. Добро пожаловать в кондитерскую «Il forno delle delizie»!

– Что за глупое название? Пекарня вкусняшек?

Хорошо, она почти справилась с лужей посреди зала, нахальной чайкой, но что делать с этим грубияном? И ведь ни один покупатель не заходит, она еще вчера предупредила, что сегодня кондитерская будет закрыта.

Она собралась с духом. – Если вы ничего не собираетесь покупать, то вам лучше уйти.

– Уйти? – усмехнулся мужчина. – Если кто-то и должен уйти, так это ты. Ты воровка!

– Что? Простите?

– Этот магазин должен быть моим. Моим! – Он поднял указательный палец к потолку, словно призывая небеса в свидетели. Его обещали мне! Я собирался уволиться и взять его в аренду, но тут появилась ты!

– Простите, но прошло пять лет.

– И что? Уговор есть уговор!

– Уговор? – Алессия задохнулась. – Да вы… все претензии к хозяину здания. У вас был контракт?

– Зачем мне контракт! Он обещал! Но тут вмешался этот падре…

Падре действительно вмешался.

* * *

Пять лет назад она стояла, любуясь красотой деревни среди скал, не зная, куда идти и что делать, потом присела на скамейку, подкатив поближе огромный чемодан и спиной чувствуя непрошенные взгляды. Самое ужасное, что автобус уже уехал, а следующий, она же сверилась с расписанием, придет через три дня. Адреналин, гнавший ее из Рима, потом из вагона, уже иссяк, на смену ему пришла усталость и апатия. Не было сил двигаться.

– Ищешь квартиру? – раздался голос за спиной и в поле зрения появилась высокая статная женщина, в кудрявых волосах смешались цвет воронова крыла и седина и эта «соль с перцем» ей удивительно шла.

Алессия хотела сказать, что ищет комнату в пансионе, но неожиданно кивнула.

Женщина достала мобильный телефон, набрала номер. – Дон Пьерино, это Сирена. Si, si. Per favore…

За скоростью ее речи Алессия не поспевала, на каком языке она говорит? Никаких пауз между словами, непонятно, где начинается одна фраза и заканчивается другая.

Наконец поток иссяк, телефон вернулся в карман и женщина на нормальном итальянском языке сказала:

– Bene. Мы идем к дону Пьерино. Наш священник. Очень милый человек.

С этими словами она подхватила чемодан Алессии и девушке осталось лишь бежать следом, удивляясь, как легко женщина поднимается по крутым улицам. А чемодан… нет, такого просто не бывает! Чемодан словно сам по себе катился рядом с ней, даже не подпрыгивая на булыжниках.

Они подошли к зданию за углом от церкви на площади, странно выкрашенному. Только представьте себе сочетание грязного коричневого цвета и заплесневелого лимона! Женщина позвонила в домофон, их тут же впустили. Чемодан остался внизу и Алессия снова подумала, что он ведет себя, как собака, сказали «место», он и остался ждать хозяйку.

По крутой лестнице они поднялись в крошечный кабинет, забитый книгами, бумагами и религиозными книгами.

– Сирена сказала, ты хочешь жить в деревне.

Алессия кивнула.

– Надолго?

– Месяца три… может быть, четыре.

Откуда взялись эти слова?

Священник улыбнулся. – Какое место тебе нравится?

– О, на самом деле все что угодно. Только… с небольшой кухней. Я… кондитер. Но что-то очень простое.

Священник задумался, потом набрал номер и затараторил еще быстрее Сирены. Минута разговора, затем тишина.

– Bene. Я думаю, это то что надо. Пятьдесят евро в сутки, пока не встанешь на ноги.

– Спасибо, но… пятьдесят евро для меня слишком дорого…

– Я сказал пятнадцать.

– Что? Но таких цен не бывает!

– Пятнадцать. Пока не встанешь на ноги.

– А когда…

– Прямо сейчас. Сирена тебя проводит, а я догоню.

Алессия была уверена, что так повезти ей не может. Так не бывает! Надо приготовиться к чердаку или подвалу без окон и дневного света.

Полная пожилая дама, одетая в черное, вежливо поклонилась, открыла дверь и повела Алессию с Сиреной по крутым, выложенным плиткой ступеням, пока они не оказались на третьем этаже.

Дама открыла дверь и впустила женщин в квартиру, обставленную огромными шкафами с семейным фарфором и бокалами, телевизором, книгами и даже гитарой, большим камином и приятной, светлой маленькой кухней с газовой плитой, холодильником и двойной раковиной.

В квартире была ванная комната, отделанная сверкающей белой плиткой, и большая спальня с двуспальной кроватью, резной, деревянной, старинной, с портретом мадонны посередине и парочкой херувимов по бокам.

Алессия боялась услышать, что это ошибка и сейчас их поведут куда-то на чердак и…

Женщина открыла еще одну дверь, похожую на кладовку. И там… там была

огромная терраса, украшенная растениями, цветами, кустами тимьяна; небольшой стол для еды и даже гамак. И виды… Боже, какие виды открывались с террасы!

– У вас, конечно же, есть документы? – Спросила женщина. И вскоре вместе с подоспевшим священником они подписали договор аренды на полгода с преимущественным правом продления.

– На первом этаже была кондитерская… дон Пьерино сказал, что вы кондитер… возможно, однажды…

* * *

С тех пор прошло пять лет. Арендная плата повысилась, но в нее вошла и плата за кондитерскую, которую Алессия сразу начала приводить в порядок. Она сняла все деньги со своего банковского счета, даже потратила небольшое наследство от бабушки, и хотя о хорошей прибыли пока приходилось только мечтать, доходы уже слегка превышали расходы.

И вот в магазинчик приходит мужчина, назвавший ее вором. Алессия чувствовала себя ужасно. На самом деле он должен вымещать злость на ком угодно, но не на ней.

– Мне жаль, если…

– Если? Нет никаких если! Запомни мои слова! Я заберу это место! Оно мое!

Он так орал, что на улице начал собираться народ.

А мужчина вышел, крича:

– Не ходите сюда за покупками! Она воровка!

Люди еще немного пошумели и разошлись, никто не вошел в кондитерскую, не купил пирожное или круассан, не сказал доброго слова… Алессия опустилась на пол прямо посреди торгового зала и расплакалась.

* * *

До вечера она не выходила из дома, вновь повесив на дверь кондитерской табличку «закрыто». Когда стемнело, девушка почувствовала непреодолимое желание вдохнуть свежего воздуха. Стены начали давить, в груди встал ком.

Алессия вышла из дома и пошла вверх, туда, где высились на самом пике скалы руины древнего замка. С центральной площади внизу доносился смех и шум громких разговоров, но сейчас она не хотела никого видеть. Наверняка вся деревня уже знает о случившемся…

Она шла все выше и выше, старательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться на каменных ступенях. Справа остался старый фонтан, огромный резервуар, который питали подземные реки. Краем глаза она зацепила большой темный предмет, которого не должно быть в фонтане.