Умбрия – зеленое сердце Италии. Тайна старого аббатства и печенье святого Франциска

Все совпадения персонажей и событий случайны

1

– Nel nome del Padre, del Figlio, e dello Spirito Santo… – голос священника, многократно усиленный репродуктором, установленным на высоком шесте, отскакивал от каменных стен, повторялся эхом в переулках, что разбегались от центральной улицы.

– Аmen! – выдыхала толпа. От этого вздоха пламя свечей вдоль улицы и факелов на старинных стенах металось по сторонам, выхватывая из темноты то увитый плющом балкон, то арку с уходящими в непроглядную темноту ступенями.

В другой раз Вероника рассмеялась бы при виде чудо-техники – громкоговорителя на длинной палке в руках священника. Но сейчас, в белой накидке и со свечой в руках, она стояла прямо перед носилками со святыми мощами, сдерживая слезы. От торжественности момента перехватывало дыхание. Вероника до сих пор не могла поверить, что все происходит наяву.

Когда дон Сильвано, настоятель маленькой церкви по соседству с их домом, помог набросить накидку, вручил уже зажженную длинную свечу и поставил Веронику в ряд с прочими женщинами в белом, это казалось игрой.

Сначала небольшой оркестрик наигрывал что-то фривольно-джазовое, и народ на площади притопывал в такт, чтобы не замерзнуть, – несмотря на конец весны, вечером внутри средневековых стен было прохладно. Но вот распахнулись двери собора, тут же подобрались музыканты, стих гомон на улице и грянул марш, пронзительный до боли. Вероника мечтала стать частью процессии ради престижа, она хотела почувствовать, что значит быть самой важной частью этого сообщества, элитой городка. Но сейчас, утирая слезы свободной рукой, она забыла обо всем, захваченная музыкой и эмоциями.

Из дверей торжественно выплыл огромный золотой крест, такой тяжелый, что его несли сразу несколько священников. За крестом выстроились женщины, среди которых была и Вероника, а за ними на украшенных золотом и драгоценными камнями носилках высился ларец с мощами святого покровителя города. Процессия колыхнулась и тронулась вперед, во главе выстроились уважаемые люди города, а следом потянулись все остальные. Народу собралось много, строй растянулся на полкилометра.

Добропорядочные итальянские матроны, в своей лучшей по случаю праздника одежде, истово крестились и подносили к губам пальцы. Немногочисленные туристы старались забежать вперед, ослепляя идущих в процессии вспышками камер.

Вероника оглянулась: за ее спиной величественно плыли носилки с ларцом, освещаемые факелами, блестели регалии маршала карабинеров и темнел толстый живот какого-то местного аристократа, она так и не запомнила его длинное и труднопроизносимое имя. В том же ряду, как обычно плотно сжав губы и глядя прямо перед собой, не замечая ни туристов, ни любопытствующих, должна была шествовать и графиня ди Розати, но инвалидное кресло, в котором графиня пребывала большую часть времени в последние годы, этого не позволило.

До сих пор Вероника видела такое лишь в фильмах. Узнав о приближающемся празднике, она замучила графиню вопросами и, наконец, умоляюще глядя на свою компаньонку, поклялась толкать ее кресло всю церемонию, лишь бы оказаться там. В конце концов графиня, устав от восторженных вздохов девушки, предложила ей самой присоединиться к процессии.

Конечно, Вероника легко могла уговорить графиню отпустить ее на этот вечер. Ведь не служанка она, не сиделка, а компаньонка, не чета всякой прислуге, но дело было в другом. Она не хотела быть ни зрителем в толпе, ни одной из десятков домохозяек, благочестиво крестящихся на святые мощи. Девушка хотела находиться там, рядом с носилками, в ряду степенно несущих себя «нобиле» маленького городка, рядом с мэром, увенчанным широкой лентой с регалиями, маршалом карабинеров в парадном мундире, толстым маркизом…

Конечно, без графини это было невозможно. Как ни намекала Вероника, что славный род графов ди Розати должен быть представлен в ежегодной процессии, старая дама заявила, что при ее состоянии здоровья это невозможно, а компаньонка не имела права представлять семью. Все же графиня пригласила падре Сильвано, пошепталась с ним, и Вероника оказалась на своем сегодняшнем месте, среди женщин в белом, медленно несущих свечи перед ларцом. Это было совсем не то, о чем мечталось, но зато на прочую толпу девушка могла смотреть свысока.

Город вытянулся на склоне горы, снизу вверх, весь в крутых переулочках и лестницах, которые порой заканчивались обрывами. Вероника здесь уже год, а ноги так и болят по вечерам, побегай-ка по этим ступенькам вместо нормальных улиц!

Процессия, выдыхая «Амен», поднялась в самую высокую точку города, с трудом развернулась, перемешавшись и перепутавшись, снова организовалась, как положено, и отправилась вниз, к въездным воротам в город, чтобы оттуда вновь повторить свой путь наверх.

Ноги гудели, голова тоже. Отскакивающий от древних каменных стен громкий звук молитвы подхватывали колокола на каждой церкви, к которой приближались носилки с ларцом, а в центре грохотал мощный колокол собора. Вероника начала спотыкаться на крутых ступеньках, перед глазами стоял туман, в котором колыхались ларец, пламя свечей, белые одежды священников, давно забылась торжественность и осталась единственная мысль – не упасть, но тут, к счастью, все закончилось.

Двери собора закрылись, толпа в мгновение разошлась. Лишь свечи трепетали по краям соборной площади, напоминая о празднике. Вместе с ними трепетала тень рыцаря на тяжелом коне, она волной накрывала фасад собора и возвращалась на тротуар, казалась громадной и странной. Мраморный Франциск Ассизский молча взирал с постамента на опустевшую площадь…

С двумя незнакомыми женщинами из процессии Вероника отправилась в церковь на верхней площади – опять ступени, подъемы, переходы, но именно туда надо было вернуть накидку и погасшую свечу, и девушка мужественно побрела наверх. Церковь в двух шагах, но сначала надо подняться в самую высокую точку, а потом спуститься по другой дороге, это ужас просто! Правда, оттуда и до дома было два шага, на сей раз вниз.

Ларец с мощами в день святого покровителя Спелло

Спелло, женщины со свечами

У кладбища девушка чуть отстала и тихонько прошла за ворота: отсюда открывался потрясающий вид на черный силуэт горы над городом, разбросанные по долине огоньки и яркий свет из монастыря на склоне горы Суббазио.

Она вдохнула полной грудью свежий ночной воздух и обернулась на звук шагов.

– Ой, добрый вечер, вы меня напугали! Вы тоже были сегодня на празднике?

Вместо ответа взметнулась рука с чем-то тяжелым, вспыхнул перед глазами миллион искр, и Вероника с глухим ударом шлепнулась на гранитную дорожку… Последнее, что она увидела, была все та же рука, вновь занесенная для удара.

2

Саша с трудом распахнула тяжелые двери суда и буквально выпала на улицу. Она всегда удивлялась таким дверям – ну что стоит чуть-чуть ослабить пружину, и люди будут нормально выходить, а не выпадать растрепанными из серьезного заведения.

Как странно, иногда выиграешь дело с огромным гонораром – и остается лишь чувство опустошенности, а иногда и дело простенькое, и денег кот наплакал, а душа так и поет, вот как сейчас. Она включила звук мобильного телефона и увидела на дисплее пять пропущенных звонков. Номер был знаком, и, подув на замерзающие руки, – нормальной весны пока не обещали, – она перезвонила.

– Василий Петрович, это Саша, вы мне звонили? Я была в процессе. Вот только освободилась… Да, конечно, я свободна… могу, – она посмотрела на часы. – Да, могу через полчасика подъехать.

Василий Петрович был известным профессором права. Собственно, в Сашином городе он не преподавал, был столичной знаменитостью, и приглашали его в местный университет лишь по особым случаям. Тем ценнее была возможность общения. Саша никогда не была его студенткой, и познакомились они совершенно случайно. Пару лет назад девушке потребовалось заключение серьезного эксперта, другой возможности поддержать свою позицию и убедить судью она не видела. Вопрос был принципиальным и сугубо теоретическим, и Саше порекомендовали профессора Петровского – кто лучше специалиста с мировым именем мог убедить суд! Правда, ее предупредили: Петровский человек сложный, может вообще отказаться, и никакими гонорарами его не купишь. Человек пожилой, уже за восемьдесят, так что, сама понимаешь, сложная личность.

Саша отправилась в университет, куда в те дни как раз пригласили Петровского, и была очарована невысоким старым профессором, перепрыгивающим через две ступеньки лестницы быстрее студентов. Очарована взаимно. Петровский быстро разогнал всех, жаждущих общения с ним, выслушал Сашу и предложил:

– Я не буду портить вам процесс, юная леди, давайте договоримся так: если я соглашусь с вашей точкой зрения, то дам вам заключение, если нет – считайте, что мы не виделись и этого разговора не было!

Точки зрения совпали, но на решение судьи заключение не повлияло, и процесс адвокат Александра Емельянова проиграла. А вот знакомство с Петровским неожиданно переросло в дружбу.

Как только старый профессор появлялся в Сашином городе, он сразу ей звонил и приглашал на обед. Сначала девушка стеснялась появляться в ресторане с престарелым кавалером, но постепенно перестала обращать на это внимание, наслаждаясь общением. Петровский рассказывал интересные вещи из своего богатого прошлого, университетские байки, а Саша в ответ говорила о своих судебных делах, о приключениях в Европе. Профессор несколько раз намекал, что пора бы девушке задуматься о диссертации, уж он бы обеспечил ей удачную защиту. Но Саша никогда не собиралась заниматься наукой и заморачиваться соискательством и защитой не хотела, ей в работе бизнес-юриста кандидатская степень была ни к чему. Поэтому каждый раз она тут же переводила разговор на другую тему, и старый профессор вновь пускался в воспоминания о бурной молодости. А там было что вспомнить! Когда-то старичок процветал в должности следователя НКВД.

Но сегодняшнее приглашение в ресторан Сашу озадачило. Оно не было похоже на предыдущие, Петровский был взволнован и собирался обсудить что-то важное, это явно не имело отношения к диссертации.

3

Когда Саша вошла в ресторан, профессор уже был там, он поспешно, хотя и с трудом, поднялся ей навстречу. Старик выглядел постаревшим и осунувшимся, девушка вспомнила, что не видела его больше года. Сколько же ему сейчас? Ведь прилично за восемьдесят!

Петровский заказал кофе и бокал коньяка, а Саша, голодная после длинного заседания в суде, попросила полный обед – и первое, и второе, и салат. Но ложка так и осталась в тарелке, от новостей аппетит у Саши сразу пропал.

– Саша, я хотел попросить о помощи… Убили мою внучку…

– Как – убили? – Саша подумала, что ослышалась. – Когда? Как?

– Я же рассказывал про своего сына? С женой он давно разошелся, но внучка, Вероничка, выросла в нашем доме. Я тебе о ней тоже говорил, – голос профессора задрожал, он достал платок и вытер лицо. – Хотел с тобой посоветоваться… Она год прожила в Италии, работала у одной старой дамы компаньонкой.

– Господи, зачем? Внучка профессора! – невежливо удивилась Саша. – По-моему, она и так спокойно могла ездить за границу.

– Нет, ты не поняла, не из-за денег. Года два назад Вероника отдыхала в Италии, где-то на озерах, я сейчас не вспомню, и там познакомилась с пожилой дамой. У меня все записано, я тебе потом скажу, как ее зовут. Они много общались, и дама – не простая дама, а дворянка, графиня – пригласила внучку пожить с ней в качестве компаньонки. Никаких обязанностей, живи и наслаждайся, при этом официальное разрешение на жительство и на работу в Италии, внучка числилась бы секретарем графини.

– А зачем ей именно Вероника?

– Как объяснила внучка, графиня сказала, что Вероника ей очень понравилась, воспитанная девушка их круга, не бедная. Графиня нуждалась в компании и предложила Веронике жизнь в палаццо без каких-либо трат, общение с интересным обществом, в которое она введет девушку, в общем, уговорив на два года совместного проживания, она собиралась обеспечить Веронике будущее. Заодно внучка и язык итальянский бы выучила, давно собиралась.

– А как же они общались без языка?

– На английском, они обе прекрасно говорили на английском. Но Вероника к этому времени уже была увлечена Италией, даже пошла на языковые курсы. Мы отговаривали, конечно, но внучка решилась почти сразу. Возможность пожить на равных с графиней выпадает раз в жизни, говорила она.

– И что же дальше?

– Она часто нам звонила, все ей нравилось. Были, конечно, и сложности, графиня оказалась не так проста в общении, как представлялось сначала, но в целом Вероника получила все, что она хотела. Там и знакомства какие-то уже появились, как и обещала графиня, в определенных кругах. Если бы я знал… я бы запомнил, записал все, что она рассказывала! А потом… ее убили… – голос профессора оборвался. Саша не знала, что сказать, и некоторое время они сидели молча.

– Нашли того, кто это сделал? – наконец нарушила молчание девушка. Чувство голода вернулось с новой силой, обед почти остыл, но хвататься за вилку и ложку было невежливо.

– Я в общем-то поэтому тебе и позвонил. Ты же часто бываешь в Италии. Говоришь на итальянском языке, у тебя ведь и связи есть в полиции…

– А что я могу сделать? – удивилась Саша.

– Я хотел… Подумал, что ты не откажешься поехать туда. Ненадолго, всего на пару недель. Или на месяц. Мы все оплатим! – поспешно добавил он. – Скоро год, а убийцу так и не нашли… Нам сказали, что даже подозреваемых нет… Ты бы поговорила там в полиции, с графиней познакомилась… Я решил, что, если поеду сам, какой от меня толк! Частного детектива там нанимать – тоже неизвестно, что из этого получится. А если ты поедешь, осмотришься, все нам подробно расскажешь, мы и решим, что делать, может, надежного частного детектива найдешь.

– Я должна подумать, – Саша помолчала. – Я в принципе готова поехать, но боюсь, что это будет просто трата ваших денег, я же ничего не смогу сделать!

– Ты хотя бы на месте побываешь, с людьми поговоришь, какое-то впечатление сложится, – Петровский умоляюще посмотрел на Сашу.

– Я подумаю, ладно? А завтра вам позвоню, – ответила та. – А где жила ваша внучка, в какой части Италии?

Профессор полез в карман, достал блокнот и перелистал несколько страниц:

– Вот, нашел, город называется Спелло. Это очень далеко, да? – виновато посмотрел он на Сашу.

– Как раз нет, это Умбрия, самый центр, не очень далеко от Рима, красивый старинный городок.

– Ну, слава богу, – вздохнул Петровский, – а то я волновался, что это глушь какая-нибудь, как я тебя туда отправлю…

4

Саша вполне могла освободить пару недель, а то и месяц для поездки в Италию. Заманчиво! Да еще за чужой счет. С другой стороны, путешествие может оказаться бесполезным, да и придется на всем экономить, а то скажут, что выбросили деньги на ветер. Хотя она же не будет ничего обещать, попробует сориентироваться на месте, узнать, что да как. Что там сказал профессор о связях в полиции? Сердце неожиданно подпрыгнуло.

Она уже несколько месяцев не созванивалась с Лукой Дини, тосканским комиссаром полиции, с которым познакомилась год назад, помогая в розыске убийцы русской девушки в средневековом городе Кастельмонте недалеко от Флоренции. Наверное, Лука сможет помочь. Тем более когда-то он работал в Перудже, столице Умбрии, а дело наверняка ведет полиция Перуджи, не маленький участок в Спелло! Так что Лука тут в самый раз, вот и повод возобновить знакомство, которое потихоньку стало сходить на нет.

А вот как подобраться к графине? Хотя среди итальянской аристократии все друг другу родственники и знакомые, через то или другое колено. Значит, нужно позвонить Роберто, владельцу замка в Кастельмонте. Тут сердце еще раз подпрыгнуло и даже екнуло[1].

Значит, решено. Еду! А там и Тоскана рядом, когда еще подвернется вариант всех увидеть, тем более что и причина ее приезда уважительная, она никому не навязывается. Саша представляла, как отреагируют на ее звонок и историю с убийством и Лука, и Роберто, ведь ее приключения в Кастельмонте запомнились им надолго.

– Ну, ничего, как-нибудь уговорю помочь! – успокоила себя девушка.

Дни до поездки пронеслись мгновенно.

Саша купила билеты на рейс в Рим, забронировала небольшую квартирку в самом центре Спелло и еле успела завершить все срочные дела. С визой проблем не возникло, она была открыта давно, ведь как адвокату девушке часто приходилось работать с итальянскими компаниями и летать в Италию по делам. Все устроилось как нельзя лучше, теперь можно провести пару недель в Италии без особого ущерба для работы.

А вот разговоры с итальянскими друзьями оказались делом весьма непростым.

Лука сначала обрадовался ее звонку, но, узнав о причине, как и подозревала девушка, отказался обсуждать возможность рекомендации Саши своим коллегам из Умбрии. В его памяти еще были свежи события тосканского лета, когда Саша едва не стала жертвой убийцы, причем по собственной глупости, в чем ее еще раз заверил Лука. Комиссар аж на крик перешел, запрещая девушке даже думать об очередном расследовании.

– Ты опять играешь с огнем! – кричал Лука. – Ты так ничему и не научилась! Это не игрушки, это убийство, ты опять хочешь влезть не в свое дело. Мало того что будешь мешать расследованию, путаться под ногами, ты еще и подвергаешь свою жизнь риску! Сама подумай, какой толк может быть в твоей поездке? Это же не giallo, глупая ты женщина!

Саша giallo, или «желтуху», как именовался в Италии детективный жанр, очень любила, но, чуть не погибнув в Тоскане год назад, не собиралась никуда влезать. Она попыталась объяснить, что хочет осмотреться, поговорить с людьми, что никакими детективами тут даже не пахнет. Не расследовать же убийство ее посылают, всего лишь надо рассказать профессору Петровскому, как продвигается расследование, увидеть своими глазами, где жила и с кем общалась его внучка.

– С тобой бесполезно разговаривать, ты опять уперлась, – Лука, не попрощавшись, бросил трубку.

Роберто Сашина поездка тоже не понравилась.

– Хочешь приехать в Италию – в чем проблема? – удивился владелец тосканского замка. – Ты же знаешь, двери замка для тебя открыты, в Кастельмонте тебя всегда ждут. Отсюда недалеко и до Умбрии, вполне можешь съездить и осмотреться. Нет смысла останавливаться в Умбрии, ты никого не знаешь, ты здесь-то, практически дома, чуть не погибла, а там будешь совсем одна!

– Роберто! Я как раз и прошу тебя устроить мне встречу с людьми, через которых я смогу познакомиться с графиней ди Розати.

– Хорошо, – неожиданно согласился граф. – Я перезвоню через пару дней.

За день до отъезда позвонил Лука.

– Ты же все равно поедешь, – сухо сказал он сразу после приветствия. – Записывай номер телефона. Расследование ведут карабинеры, не полиция, твой контакт – лейтенант карабинеров Серджио Гаэтани. Мы с ним давно знакомы, я переговорил, он будет ждать твоего звонка.

5

Весь полет до Рима Саша занималась итальянским, купив в аэропорту маленькую книжечку из серии «Итальянский за 30 дней», которую намеревалась одолеть за три часа. Она не была в Италии больше года, и правила грамматики вылетели из головы, она забыла все местоимения сразу и, разговаривая с Лукой и Роберто, запиналась, подыскивая правильные слова чаще, чем обычно.

В аэропорту девушка взяла такси до центра города. Удобнее было переночевать в Риме, где она заказала номер в маленьком пансионе в самом центре, напротив парламента. Пансион занимал два этажа старого палаццо, комнаты здесь бронировали только по электронной почте, а цену за номер, судя по всему, выставляли каждому исключительно из личных симпатий, возникших или не возникших в ходе переписки.

Таксист хмуро смотрел в окно, пока Саша молчала, но как только она спросила по-итальянски, какая погода в Риме, тут же оживился и повеселел. С этого момента он не закрывал рот – мыслимое ли дело, везти иностранку и молчать все полчаса дороги до Рима! А раз иностранка говорит по-итальянски, совсем другое дело, жизнь налаживается! Смешнее всего было слушать объяснения водителя, когда машина проезжала церкви или парки, он обстоятельно рассказывал Саше, какую достопримечательность они миновали в данный момент. Хотя девушка, часто бывавшая в Риме, про многие места могла рассказать не хуже таксиста, она только кивала и ахала: «Да что вы говорите!» – доставляя водителю удовольствие.

Бросив вещи в номере, который оказался куда лучше, чем она представляла, Саша отправилась на торговую улицу Корсо, не зря же выбирала пансион прямо за углом. Владелец пансиона и двое его взрослых сыновей наперебой предлагали красивой девушке чашку кофе и даже прогулку по городу. К их разочарованию, она вежливо отказалась.

Пройдясь бесцельно по магазинам и ничего не купив, Саша поужинала в знакомом кафе самообслуживания. Идти в хороший ресторан, обстоятельно выбирать блюда и ждать заказа не было настроения, а здесь все на виду, быстро. И, насколько помнила она с прошлых приездов, съедобно. Понравившееся ранее блюдо – утопающая в томате жареная курица – как раз оказалось в меню.

Она пристроила поднос на свободный столик у окна и огляделась.

По соседству сидели три римские старушки весьма элегантного вида, все трое в светлых палантинах с идеально уложенными волосами. Саша хихикнула про себя, настолько не вписывались старушки в атмосферу кафе-столовой, да еще и с тремя бокальчиками граппы, стоявшими перед ними на столе безо всякой закуски. Из разговора она поняла, что дамы – таких и старушками не назовешь! – собирались на выставку модного художника и зашли на аперитив. Непонятно лишь, почему вместо традиционного просекко или белого вина они решили выпить крепкого виноградного самогона. Хотя в их возрасте дамы вполне могли отказаться от условностей.

Саша обошлась без граппы, выпив небольшую, на полтора бокала, бутылочку красного вина, доела курицу, потом еще немного прогулялась по вечерним улицам и отправилась спать, в очередной раз отказавшись от чашки кофе в компании хозяев пансиона. Основательные прогулки по Риму можно оставить на отпуск, а пока надо было отдыхать и набираться сил. Тем более что стоит сейчас свернуть на любимые улочки и площади Вечного города, как остановиться будет невозможно, в этом она уже не раз убеждалась.

6

Прямой поезд из Рима до Спелло ходил лишь раз в день, и Саша решила ехать до Фолиньо, одного из главных железнодорожных узлов Центральной Италии, всего-то полтора часа пути. С хозяйкой квартиры она уже не раз обменялась посланиями по электронной почте и даже созванивалась, и синьора сама предложила: