Информационное моделирование в России (проблемы, достижения и перспективы)

Информационная безопасность или дружба народов, или корпораций?

Мимо этой темы в наше время пройти просто невозможно. Старые фильмы про шпионов полны увлекательных сюжетов, приоткрывающих сложности работы различных спецслужб по внедрению, вербовке, легализации агентов влияния, шпионов или разведчиков. И это все ради чертежа, сфотографированного на микропленку, которую затем нужно положить в тайник и аккуратно и незаметно передать своим, после чего проявить и, с трудом разбирая термины, цифры и слова незнакомого языка, изучить. Сегодня все это – ненужный риск. OpenBIM, западное ПО (даже локальное), услужливые сервисы в чужих облаках и прочие удобные штуки, к которым быстро привыкаешь, очень сильно сэкономили бюджеты западных разведок. Более того, кроме всех чертежей и пояснительных записок, в качестве атрибутов прикрепляются фото и видео. Помимо этого – служебная переписка, критика и ответы на критику, плюс множество промежуточных данных для понимания, как пришли к такому результату, какие были ошибки и как они устранялись.

Рассказывают такой случай: в 1944 году три американских самолета произвели вынужденную посадку на территории СССР, после чего, по приказу Сталина, была изготовлена точная копия данного самолета. Вся эта история окутана массой легенд. Одна из них в том, что советские инженеры скопировали даже фотоаппарат «Лейка», висевший в кабине, забытый американским экипажем. На самом деле это, все же, просто легенда. Воровали секреты разведки всегда, но вот посчитать забытую в кабине Лейку частью оборудования самолета и заменить ее на ФЭД или Зоркий при копировании самолета – это намек опять же на карго-культ.

С разведками все понятно: они очень проиграли и наверняка предпринимают все возможные шаги к восстановлению прежнего положения. Думаю, что корпорации западных вендоров тоже не против вернуться, да и здесь некоторые их очень ждут. Различные голоса поговаривают о якобы скором официальном возврате, но вряд ли. Тот, организованный по всем странам пинок, который их отсюда выбросил, не получится отменить даже Трампу, который придя к власти якобы будет торговаться с Россией, и при возможной сделке отменит часть санкций. В мире все возможно, но только когда кто-то в обмен на нужное ему может дать то, что нужно другой стороне. А нужен ли России, например, тот же Autodesk? Сменить юрисдикцию и переехать в Урюпинск, т. е. стать российским разработчиком – может быть и да, а так нет. У нас самих есть все, что нам нужно. Да и зачем нам устаревающие на глазах технологии, тем более что при таком раскладе «урюпинскому Автодеску» будет запрещено торговать русским ПО во всем мире – санкции, понимаешь ли, против россиян. В общем – маловероятно, хотя, повторюсь, все бывает.

Вернемся к «дружбе народов». Это, конечно, недостижимый ориентир, а вот корпоративный раздел мировых рынков – вещь реальная и устойчивая. Гегемония Autodesk и прочего антуража держится на гегемонии стран их юрисдикции, и это не только налоги и рабочие места, а технологическая экспансия и цифровые рычаги управления миром. С учетом процессов, происходящих на планете, вполне вероятно, что политическая мировая карта предпочтений, гегемоний, а может, и идеологий изменится, а это – та самая препона для продвижения информационного цифрового оружия противной стороне.

Кстати, это большие перспективы и для нас. Кроме растущих потребностей по информационному моделированию в России, появятся зарубежные рынки сбыта на замену тому же Autodesk.

Чтобы закончить тему информационной опасности западного ПО для информационного моделирования, приведу еще несколько тезисов.

1. Безопасность локального пиратского ПО – заблуждение. Малейшая возможность подключения к сети и на материнский сервер вендора может привести к утечке информации и удаленным манипуляциям с вашим ПО. Его могут заблокировать, а могут сознательно внести ошибки в процессы расчетов. Условно говоря, ПО, складывая два плюс два будет получать три или пять. Вы сможете это проследить? Получается, что, используя нелицензионное ПО, вы закладываете будущие техногенные катастрофы.

2. Информационная модель будет использоваться при эксплуатации. Федеральный Минстрой, в названии которого есть аббревиатура «ЖКХ», скромно упоминает только этот тип эксплуатации (об эксплуатациях в ТИМах поговорим ниже). Однако и этого достаточно, чтобы оценить возможный уровень проблематики. Большинство населения нашей страны живет в городах. Что будет, если через возможность управления процессами обеспечения жилищно-коммунальными услугами – а мы к этому идем – вон сколько бездумных цифровых двойников появилось, – нам отключат, например, систему канализации? Не одному дому, а целому городу? Сделать это можно через управление канализационными насосными, а ручного управления, как сейчас, уже не будет: мы же все в цифру перевели и людей уволили. Как вам такая перспектива?

Так что же такое информационное моделирование и при чем тут «технологии»?

В последние годы процессы перехода на малолюдные или безлюдные технологии чрезвычайно ускорились. Вот и в строительстве появляются 3D-принтеры, различные роботы, экзоскелеты-помощники и электронные помощники для строительного контроля. Остался один шаг – объединить это все в единую управляющую систему и отойти в сторону. На роль такого объединителя долгое время претендовал и до сих пор не оставил таких попыток BIM. Но у его создателей был слишком узкий кругозор. BIM (как и концепция OpenBIM), как и маркетинговое название, исчерпал свои возможности к развитию уже лет пять-десять назад. Поэтому и пошли глубокомысленные придумки расшифровки буквы «М» – «модель», «моделирование», и даже «методология», сразу перескочив через «методику», хотя мы говорили выше, что для англоязычных это – одно и тоже. Но этого мало, были еще «магия», «волшебство» и прочее для широкой публики.

Для специалистов нужно было что-то другое. И тут новый маркетинговый ход: – у нас, кроме пространства 3D, оказывается есть еще «время» и «деньги». Получается, нужны временные изменения и сметные расчеты, или даже все вместе, но это уже совсем другое, более сложное ПО, в особенности сметное. Да и диаграммы Ганта стали формировать более насыщенно и специализированно, даже выделившись в самостоятельное бизнес-направление. Пошла новая линейка «ценностей» – 4D, 5D и вообще nD, у некоторых ретивых в ход пошли даже цифры через запятую и дроби. Малому кругу специалистов известна система «10D» от «Самолета», хотя так и хочется спросить: «ну как, есть надежда что полетит?»

О единой управляющей системе в 2018 году сказал в своем поручении № 1235 президент России – о внедрении технологий информационного моделирования. Это было поддержано правительством (ПП РФ № 1431 и затем № 614), которое выделило две большие группы таких технологий – формирующих и ведущих информационную модель. Сама ИМ также получила независимый статус и определение в Градостроительном кодексе, отделившем ее от процессов, выделив их в аутсорс ТИМ. Эти методологические и концептуальные шаги вызвали у некоторых дикое неприятие, граничащее с демагогией и прямыми нарушениями Градостроительного кодекса. Чего стоят только требования экспертиз к «ЦИМ», хотя экспертиза проводится по ИМ, а не по суррогату в виде ЦИМ. Где реакция регулятора?

По незнанию или наоборот, почуяв неладное для западных «супертехнологий», вернее, заработков на их перепродажах, сразу началась борьба с изменениями в законодательстве. Например, шельмование. Кто-то вбросил про «папочки с файлами», кто-то начал продвигать BIM через своды правил и ГОСТы, под видом расширения сказанного в Градостроительном кодексе и постановлениях правительства, а фактически противореча им. Почему это сразу не остановили и не пресекли – боялись или сами не знали, что правильно? Или и то, и другое? Но решиться противоречить напрямую федеральному закону – это поступок! Наверняка и преждевременная отставка ПП РФ № 1431 и сырое, еле принятое ПП РФ № 614 – все это было нужно по двум причинам, и одна из них – легализация ЦИМ. Как говорил незабвенный Черномырдин: «хотели, как лучше, а получилось, как всегда», а вернее, хуже. Экономия или просто игнорирование хороших советчиков привело к тому, что ЦИМ, как некоторым хотелось – практически русифицированная BIM, превратилась в 52 (именно столько допускает ПП РФ № 87) трехмерных графических приложения к частям проектной документации, без всякой надежды получить хоть немного значимые атрибуты и получить так называемую «сборную» ЦИМ, т. е. непредусмотренное ПП РФ № 87, единое графическое приложение. Магия закончилась, не начавшись. Подробности и анализ произошедшего лучше всего прочитать в обзоре журнала «Информационное моделирование» № 2 за 2024 год «Цифровая информационная модель – что это теперь?»[42]. Более того, через инсайдеров были вброшены проекты приказов Минстроя, в которых предпринимается попытка исправить положение с ЦИМ, что явно станет нарушением субординации «приказ против постановления правительства» и «полномочия ФОИВа и всего правительства, отраженные в Градостроительном кодексе». К моменту выхода этой книги обозначенные приказы наверняка будут подписаны. Остается надежда на суды, которые будут разбирать споры хозяйствующих субъектов и выносить частные определения, отражающие отношение закона к «нормативам». Варианты исправления, конечно же, есть, но повторю сказанное ранее: такое впечатление, что власти находятся в некоей «обороне», считая всех вокруг врагами, хотя иногда благодарят за критику, но делают все-таки по-своему.

А ведь вся проблема – в отсутствии концепции и понимания «куда идем». Даже элементарная терминология вызывает споры и баталии. Поэтому предлагаю включать логику и идти по пути федеральных нормативно-правовых актов, понемногу распутывая клубок понятий.

Мы имеем определение информационной модели в Градостроительном кодексе, поручение президента России и ряд постановлений правительства, а также реальную ситуацию, в которой остальные нормативные акты играют пока фоновую роль.

Из Градостроительного кодекса (№ ФЗ-190, пункт дополнительно включен ФЗ от 27 июня 2019 года № 151-ФЗ): «…информационная модель объекта капитального строительства (далее – информационная модель) – совокупность взаимосвязанных сведений, документов и материалов об объекте капитального строительства, формируемых в электронном виде на этапах выполнения инженерных изысканий, осуществления архитектурно-строительного проектирования, строительства, реконструкции, капитального ремонта, эксплуатации и (или) сноса объекта капитального строительства…».

Из поручения Президента России от 19.07.2018 года № 1235:

• «переход к системе управления жизненным циклом объектов капитального строительства путем внедрения технологий информационного моделирования;

• принятие стандартов информационного моделирования, а также гармонизацию ранее принятых нормативно-технических документов с международным и российским законодательством;

• формирование библиотек типовой проектной документации для информационного моделирования;

• подготовку специалистов в сфере информационного моделирования в строительстве;

• стимулирование разработки и использования отечественного программного обеспечения для информационного моделирования».

Из ПП РФ от 17.05.2024 № 614:

• «правила формирования и ведения информационной модели объекта капитального строительства устанавливают порядок формирования и ведения информационной модели объекта капитального строительства:

где «ведение» – процесс включения в информационную модель… а также актуализации путем изменения сведений, документов и материалов и (или) их перевода в режим архивного хранения…;

где «формирование» – процесс сбора, обработки, систематизации, учета и хранения в электронной форме взаимосвязанных сведений, документов и материалов …;

• при формировании и ведении информационной модели объекта капитального строительства … с использованием технологий информационного моделирования…».

Давайте рассуждать. Первое, что хочется заметить, – в ПП РФ № 614 в определениях «ведения» и «формирования», а также в слове «процесс» в начале каждого определения, более уместна множественная форма, так как процессы включения, актуализации и перевод в режим архивного хранения, а тем более процессы сбора, обработки, систематизации, учета и хранения – это очень разные процессы. Эти процессы проще назвать отдельными технологиями информационного моделирования по двум причинам:

1. Так сказано в самом ПП РФ № 614.

2. Перечисленные процессы (включения, актуализации, сбора, обработки, систематизации, учета и хранения) есть то, что президент России лаконично назвал «системой управления жизненным циклом объектов капитального строительства».

Что и требовалось доказать! Осталось только сделать четкую классификацию и градацию технологий информационного моделирования, определить границы: начало и конец каждой для стандартизации обмена данными. Вот и готов примерный план работы для российских производителей ПО, исключающий дублирование и размазанную «платформенность», под которую каждый собирает и потом навязывает потребителю иногда не очень удачные решения. Хочешь заменить решение другим, более простым и лучшим, иди кланяйся формату IFC и получай комплекс проблем, а будет стандартизация ТИМ – бери и меняй. Конкуренция – штука хорошая, когда понимаешь, что конкретно нужно рынку, да и инфоцыган-однодневок резко поубавится: делом займутся.

Можно сказать: «Ну подумаешь – выкрутил автор из нормативно-правовых актов некие подтверждения своим теориям, а в BIM этого нет и вроде справляется». Уже существует несколько реестров строительного ПО. Подробно эта тема рассмотрена в обзоре журнала «Информационное моделирование» № 1 за 2025 год под названием «Технология информационного моделирования: камень преткновения или этап развития?»[43]. Приведу короткий отрывок:

«…Чтобы понять, о чем конкретно идет речь, необходимо обратиться к многочисленным перечням и реестрам ПО в области информационного моделирования, где уже наметились некоторые группы ТИМ. Отдельно можно сказать, что этих перечней/реестров такое количество, и качество подбора ПО в них настолько субъективно, что особого доверия к ним у потребителя нет, но обо всем по порядку. Начнем с главного перечня – от Минстроя России[44], который рассмотрим поподробнее (рисунок 6).

Рисунок 6. «Перечень российского программного обеспечения для субъектов градостроительной деятельности» от Минстроя России

Структура Перечня:

а) задачи;

б) столбцы с зарубежным и российским ПО;

в) номер записи в реестре Минцифры;

г) ссылка на официальный сайт;

д) функциональность.

Претензий к такому расположению много: даже с первого взгляда виден странноватый подход и субъективизм при составлении Перечня. Не готовы сказать о ПО других отечественных вендоров, только про продукты компании «СиСофт Девелопмент»: то, как они расположены в Перечне, лишает потребителя понимания одного из главных преимуществ этих продуктов, а именно комплексности применения и бесшовной интероперабельности всего жизненного цикла. То, что потребитель не видит этого – значительный недостаток для Перечня такого уровня. Аналогом является сравнение автомобилей по параметрам «сколько колес», «сколько дверей», «сколько пассажиров», «какова масса перевозимого груза» и пр., несомненно важным, но не дающим понимания, как отличить мерседес от запорожца или автобус от грузовика. Как разобраться потребителю?

Следующая градация Перечня – горизонтальная разбивка по областям градостроительной деятельности: «Территориальное планирование», «Экспертиза», «Проектирование», «Строительство», «Оплата и закупка», «Эксплуатация» и «Общие для всех этапов жизненного цикла программные комплексы». Каждая из горизонтальных частей содержит подобласти с отдельными направлениями в столбце «Задачи» и соответствующее заполнение остальных столбцов.

Необходимо отметить следующую особенность Перечня: в столбце «Зарубежное ПО» есть опция «Отсутствует зарубежный аналог на территории РФ» – и это не случай санкций, а тот самый запрос на амбициозный рывок в цифровизации стройки, который для западных вендоров недоступен. Сторонникам западного BIM на заметку: такая запись встречается по 13 задачам информационного моделирования из 28. И что теперь, так и будете утверждать о преимуществах западных технологий для отечественной цифровизации?

Именно эти (пока) 28 групп, собранные в 7 частей – областей градостроительной деятельности и являются первым приближением групп ТИМ по направлениям, которые, несомненно, будут продолжать делиться на подгруппы и отдельные ТИМ, с развитием этих технологий и специализации ПО. Столь же несомненным будет платформенный путь развития комплексов ТИМ, закрывающих целые разделы и направления жизненного цикла». Конец цитаты.

Как рынок, так и здравый смысл уже давно требуют классификации, президент и правительство РФ не против, а ее почему-то все нет. Почему?

Для ответа приведу пример с родственной ИТ-отраслью – искусственным интеллектом. Начнем с указа президента России от 10 октября 2019 года № 490 «О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации»[45], в котором появился термин «технологии искусственного интеллекта» (ТИИ) – и тоже, как и ТИМ, во множественном числе. Более того, прямо в утвержденной этим указом национальной стратегии были даны некоторые группы таких технологий: компьютерное зрение, обработка естественного языка, распознавание и синтез речи, поддержка решений и даже группа «перспективные методы». В редакции Указа Президента РФ от 15 февраля 2024 года № 124[46] появилось уточнение, что ТИИ – это совокупность технологий с таким же перечислением. При этом, к техническим градациям группирования ТИИ добавились высокоуровневые градации, такие как «доверенные ТИИ». Жаль, что этого не написали по отношению к ТИМ: насколько бы сейчас было меньше проблем!

В 2020 году утвердили ГОСТ Р 59277–2020 «Классификация систем искусственного интеллекта»[47], который предложил целую систему классификаций, обозначая ТИИ как комплекс технологических решений (рисунок 7).

Рисунок 7. Схема классификации ТИИ (ГОСТ Р 59277–2020).

Часто ли в 2020 году вы слышали про искусственный интеллект? Не очень, а классификацию уже сделали! Опять вопрос – почему этого не сделали для ТИМ? Вариант ответа – не было отдельного технического комитета Росстандарта по информационному моделированию, а по ИИ был (ТК 164 «Искусственный интеллект»). Однако, скорее всего, ответ другой: в 2020 году был паритет в развитии ТИИ, как в России, так и на коллективном Западе, но не по ТИМ. Вернее, в то время однозначно в приоритете был только западный BIM. При этом рынок России был полностью захвачен ведущими западными вендорами. Мы попали в зависимость отсталых технологий.

Вот вам и ответ на вопрос «кто тормозит развитие»! Нужно выбираться из этого прокрустова ложа.

Классификация ТИМ ведения и формирования – это первый этап. Есть и второй. Читаем еще раз послания от президента и от правительства: процессы (включения, актуализации, сбора, обработки, систематизации, учета и хранения) – есть то, что лаконично названо «системой управления жизненным циклом объектов капитального строительства».

Давайте вместе расшифруем сказанное. Есть технологии информационного моделирования (формирования и ведения) самой информационной модели, и есть технологии информационного моделирования, являющиеся неотъемлемой частью систем управления жизненным циклом самих объектов капитального строительства.