Ученик. Книга вторая

Глава первая.

Несколько часов наш караван стоял у городских стен. Около ворот образовалась огромная очередь. Гораздо больше той, которая была при моем первом прибытии в столицу. Причиной такого столпотворения стали беженцы. Большинство из них уходили дальше от западной границы, в основном это были крестьяне, ремесленники, простой рабочий люд, которые не могли долго проживать в городе, тем более таком дорогом. Если только в трущобах, но и там чем-то нужно было кормить свою семью.

В саму столицу хотели попасть люди, у которых была возможность оплатить свое проживание. Это были семьи зажиточных купцов и дворян, тут было заметно, что в рядах дворянских беженцев почти не было взрослых представителей мужского пола, только дряхлые старики и совсем молодые мальчики. Было очевидно, что все дворяне, способные держать оружие вступили в ряды армии, чтобы дать отпор агрессору. Из истории мне было известно, что такое случалось очень редко. Только в случае серьезной опасности для империи, когда аристократы забывали свою вражду и совместно отбивали нападение.

В библиотеке на глаза попался один рассказ, повествующий о подобном. Около ста лет назад два герцога не поделили серебряный рудник и сцепились друг с другом. Поначалу были стычки небольших отрядов, но вскоре они перешли в затяжную войну с взятием небольших городков, разграблением деревень и прочими неприятностями. Оба герцога стали спешно собирать войска, чтобы разгромить врага в одном бою. При сильном затягивании конфликта в дело мог вступить император, а этого никто не хотел, ведь он мог забрать рудник себе, чтобы не было повода к ссоре.

Армии собрали, только в это время снова зашевелились племена вадагов, которые сильно потрепали пограничные войска, а нескольким крупным отрядам даже удалось прорваться на имперские земли. В общем и целом, пришлось герцогам спешно вдвигаться к границе, благо, что все у них для похода было готово. Вадагов выбили со своей территории, и в течение длительного времени сдерживали натиск нелюдей, ожидая прихода имперской армии. Армия пришла, очередное нападение отбили, и герцоги спешно выдвинулись в свои земли. О войне уже никто не помышлял, было решено делить доходы с рудника пополам, перед этим женив своих детей. Это было наиболее верным решением возникшей проблемы. Пока отбивали нападение нелюдей, армии сильно ослабли, поэтому пощипать герцогов могли захотеть другие аристократы, а вдвоем всяко лучше отбиваться, чем по одному. Возможно, эту истории просто выдумали, чтобы показать как должны вести себя люди в тяжелое для страны время.

Пока стояли в очереди на въезд, услышали много новой информации о войне на западной границе. Недалеко от нас двигалась к воротам семья какого-то торговца. В его охране присутствовали наемники из той же гильдии, что и наши, вот они и поведали о ситуации на войне. И была она скверная, даже очень.

Пограничная имперская армия понесла очень тяжелые потери, причем и в людях и в магах. Если бы дворянские дружины не подоспели, то вадаги уже давно прорвались бы на людские земли. Сейчас оборону держат несколько герцогов, к которым постепенно стягиваются аристократы. Благодаря этому даже удалось немного отвести от границы потрепанную армию для отдыха и пополнения. Они сейчас занимались тем, что ловили прорвавшихся нелюдей, которые начали грабить обозы и деревни, пытаясь отвлечь от границы хоть часть сил.

Император отдал указ о мобилизации, и тут нужно отметить, что под этот указ попадали только дворяне со своими дружинами. Они обязаны были в кратчайшее время прибыть в оговоренное место, чтобы влиться в ряды армии. Крестьян никто не трогал, за исключением тех, кто не желал оставлять свой дом, таких тоже хватало. Особо непонятливых выгоняли из домов силой. Причем, если добровольные переселенцы могли взять с собой имущество, то упертых гнали без всего, чтобы другим был пример. В общем, западные земли империи полностью освобождали от людей, вдобавок, как оказалось, сейчас мы видим, только первую волну беженцев, от самых границ, а скоро будет вторая, гораздо более многочисленная. Что-то мне подсказывает, что вовремя мы в город приехали, очень скоро на дорогах станет совсем небезопасно, ведь чтобы прокормить свою семью, многие из беженцев тоже станут разбойничать, пополняя ряды «дорожных романтиков» и никакая стража не поможет.

Грета, пока мы ехали, тоже решила приложить все свои силы, чтобы перевезти свою маму с приемной дочерью в город. Она надеялась, что сможет обеспечить свою семью, если на практику пускать будут. Я в этом сильно сомневался. Сейчас вся недвижимость в городе подскочит в цене из-за наплыва беженцев. Причем, это будет заметно в первую очередь в ремесленном квартале. Вряд ли купцы захотят жить в трущобах, а на богатый район денег хватит далеко не у всех, да и экономить люди начнут, так как неизвестно, сколько эта война длиться будет. Само собой купить дом девушка не сможет, а из-за сложившейся ситуации, и снять тоже.

Хорошо, что Грета меня не попросила приютить свою маму. Не знаю, смог бы я ей отказать в такой просьбе?.. С одной стороны много места в доме они не займут, да и сидеть на шее не будут, найдут работу. А с другой стороны, неизвестно как могут сложиться отношения между двумя красивыми женщинами. Не хотелось бы, чтобы начались ссоры и не дай Бог приступы ревности. Это со счетов тоже сбрасывать нельзя. Маму своего друга я не считал, она была подругой моей мамы, да и детей у нее целая куча, не до романов и интриг.

Пока приближались к воротам, я заметил, что в них проезжают не только «простые» смертные, но и дворянские семьи с прислугой, которые также добросовестно стояли в общей очереди. Я думал, что отдельным въездом могли пользоваться все аристократы, но, похоже, что отдельные ворота поставлены только для «небожителей».

Наконец-то подошла и наша очередь на проезд. Тут случилась небольшая заминка. Простых крестьян в город не пускали, и я похвалил себя, что захватил с собой в поездку все документы. И те, что подтверждают мое ученичество, и те, которые подтверждают, что у меня в ремесленном квартале имеется дом. В общем, все тщательно проверив, стража пропустила наш небольшой караван.

Трущобы за короткое время изменились. Конечно, они не стали выгладить чище или приличнее, просто увеличилось количество людей. Возможно, это все местные жители сбежались к дороге, в надежде, что удастся разжиться с помощью беженцев. На наших глазах у одной женщины из повозки уперли какой-то сверток, хорошо, что у нее мозгов хватило не бежать за вором, иначе вернуться она не смогла бы. Да и воришка далеко не ушел. Он совершил ошибку, слишком приблизившись к одному из стражников, чье количество тоже увеличилось. Тот и схватил наглеца. Сверток женщине вернули, а вора потащили в казарму. Судя по всему, так как идет война, ничего хорошего возмутителя спокойствия не ждало. Повезет, если просто плетью вразумят, а если он не первый раз попался, то и руки лишится, если не головы.

Около вторых ворот снова случилась заминка: стражники не хотели пускать в ремесленный квартал повозки из трущоб, причем, вместе с возничими. Уговоры длились долго, возничие не хотели отдавать свое имущество в наши руки, несмотря на все уверения, что вернем после разгрузки, причем, даже деньги их не убедили, а та сумма, которую просили возничие в залог, не понравилась мне. В результате в спор вмешался десятник наемников. Он о чем-то переговорил с неуступчивым стражником и нас пропустили. Оказалось, что наемник пообещал сопроводить телеги и повозки до выезда из ремесленного квартала и лично не допускать безобразий.

Когда караван подъехал к дому, из ворот высыпала вся прислуга. Рабами называть этих людей у меня пока язык не поворачивался. Встречающие нас люди склонились в низких поклонах передо мной. У мамы, которая увидела эту картину, как и большой дом, в котором нам предстоял теперь жить, чуть челюсть на пол не упала, а вот отец внешне остался абсолютно спокоен. Только при виде ошейников на людях, он приподнял одну бровь. Ну да, не успел сынок в город уехать, как стал рабовладельцем. Меня эта ситуация тоже немного смущала, но я понимал, что иначе пока никак. Если бы у меня была возможность постоянно оплачивать работу слуг, то я бы всем этим людям дал вольную, но не мог, так как кто-то должен за домом следить, а теперь ещё и помогать родителям освоиться на новом месте. Да и не знал я, как происходит процесс освобождения, а если честно признаться, то и не интересовался никогда. В общем, не я их рабами сделал, но относился к ним по-человечески, не как к скоту, и менять что-то не собираюсь.

Едва только моя сестра узнала, что это теперь наш дом, как рванула на его изучение. Одна из рабынь пошла следом, чтобы присмотреть за ребенком, причем ей и говорить ничего не нужно было, молодец. Мы же принялись при активной помощи слуг и возничих разгружать имущество, привезенное из дома. Мама все-таки умудрилась забрать с собой кур, и теперь лично переносила их в небольшой сарайчик, стоящий рядом с конюшней. Вскоре опустевшие телеги и фургоны под конвоем наемников, с которыми мы попрощались, поехали к городским воротам.

Мы принялись решать, кого и куда поселим. Мой друг Лен все пытался всей своей большой семьей поселиться в домике прислуги, но я был против, спокойно расселимся в доме. Мама быстро определила, кто и где будет спать, все остались довольны, особенно я. Детей мужского пола поселили в одну комнату, девочек в другую. Конечно, возникла проблема с кроватями, но Ральф пообещал в ближайшее время заказать мебель, причем очень дешево. Мне выделили отдельную комнату, так как я постоянно должен учить заклинания, а при шуме, который издавала толпа детей, это делать было невозможно. Единственное, что пришлось сделать, это занести в комнату стол, что я и проделал с помощью Ральфа, своего слуги. Он-то мне и стал рассказывать последние новости. Особых изменений в городе не было, только количество стражников увеличилось, а вот в наш дом несколько раз приходили разные люди, которые спрашивали, не сдают ли его постояльцам. Некоторых устраивали и просто комнаты. Как я и говорил, сейчас беженцы будут активно искать жилье, чтобы с комфортом переждать лихие времена. Известием об увеличении численности стражников Ральф меня порадовал, это дает надежду, что новых людей набирают, неплохо было бы пристроить туда отца.

– Ральф, – обратился я к слуге. – Ты не знаешь, куда нужно обратиться, чтобы стражником стать?

– Нет, господин, – ответил он. – Сегодня схожу и все выясню. Вы хотите насчет своего батюшки спросить?

– Да, он все равно на месте не усидит, да и маме будет спокойно. Она боится, что он в ополчение уйдет.

Слуга, несмотря на приезд моих родителей, так и считал меня главным. Его о смене хозяина дома предупредили, причем назвали мое имя еще до моего первого появления в этом доме.

– Господин, – снова обратился слуга. – Я не рассчитывал, что столько много народу приедет, продуктов закупил мало. Мне нужны еще деньги, чтобы запасы сделать. Я думаю, что скоро все сильно подорожает, особенно продукты, поэтому лучше заранее об этом позаботиться.

– Хорошо, – произнес я, понимая все правоту его слов. – Вот, покупай продукты. Я маму попрошу с тобой поехать, да и отец с сестрой тоже захотят прокатиться по столице, вот и покажешь им все.

– Хорошо, господин, я все сделаю, – произнес Ральф, убирая деньги за пазуху. – Мне можно идти? Хочу узнать насчет вашего отца, пока не стемнело.

– Ступай.

Вскоре был накрыт стол. Кухарка расстаралась, да и мама с тетей Эдоной помогли. Эдона – имя мамы моего друга, Лена.

За столом у всех было праздничное настроение. Позади осталась тяжелая дорога с ее опасностями, которую все преодолели без потерь, да и не нужно больше идти на работу в лесную глушь, где за каждым кустом таилась опасность. Дети, быстро поев, разбежались по своим новым комнатам, а мы принялись обсуждать свои дела. Первым деловой разговор начала мама. Все деньги, которые у меня остались, я отдал ей.

– Нужно купить продуктов побольше, – произнесла она. – Семья увеличилась.

– Завтра Ральф этим займется, – произнес я. – Ты тоже с ним прокатись, заодно город узнаешь. Отец, – посмотрел я на главу семьи. – Слуга сказал, что людей в стражу набирают, ты как отдохнешь с дороги, сходи, узнай, что к чему. Тебя, я думаю, возьмут на службу.

– А чего мне отдыхать? – обрадовался отец. – Всю дорогу в фургоне ехал, завтра вопросом трудоустройства и займусь с утра. Нужно выяснить, где у стражи наем идет.

– Ральф сейчас это выясняет. Вот вы все вместе и съездите, решите все дела.

– Я завтра тоже пойду на работу устраиваться пока каникулы, – произнесла Грета. – Когда на практике были, нам предлагали на каникулы у них остаться работать. Солдат раненных много, без дела никто из лекарок не останется. Да и платят неплохо.

С девушкой уже договорились, что она будет жить у меня. Ее работа находилась гораздо ближе к моему дому, чем к школе, что и неудивительно. Девушка поупиралась для приличия, но после согласилась.

Эдона тоже решила поискать себе работу, как и Лен, но тут я им не советчик, понятия не имею, чем они займутся. Хотя работы много, я уверен. Это же ремесленный квартал, разных мастерских полно, поэтому друзья тоже без дела не останутся. Только им нужно поспешить с трудоустройством, ведь если сюда прибудет толпа беженцев, а они уже имеются в большом количестве, то можно остаться без работы, или придется идти на самую черную и неблагодарную.

Посидев немного и обсудив будущие планы, я направился к себе в комнату. Очень много времени потерял в дороге, но учитель спросит с меня по полной. Поэтому нужно срочно наверстывать упущенное время. Вскоре ко мне присоединилась и Грета. В ее комнате невозможно было учиться, так как за стенкой дети шумели, поэтому она пришла ко мне. Вместе мы и углубились в изучение заклинаний.

Зря я вечером вспоминал про любимого наставника. Не знаю, откуда он узнал о моем возвращении, но уже утром от него пришел посыльный, чтобы забрать амулеты, которые я брал с собой в дорогу. К сожалению, зарядить удалось немного, больно опасным оказался путь, не как с солдатами. Посыльный, передал мне слова учителя, в которых убеждал меня не лениться, если в моей голове имеется хоть крупинка самосохранения. Намек я понял, да и лениться не собирался, поэтому эти слова были лишними. С утра до вечера я зубрил заклинания.

Папу на работу взяли, теперь он полноценный стражник, а в будущем, возможно, станет десятником. Сейчас много людей ушло на войну, причем бывалых воинов. В стражу набирают необученных молокососов, поэтому отец среди них был ветераном, одним из немногих, а вот преступность из-за наплыва беженцев понемногу увеличивалась и с этим должен был кто-то бороться.

Его на войну забрать не могли, так как он был единственным в семье кормильцем мужского пола. Женщин не считали, меня тоже, потому что я буду принадлежать школе ближайшие четыре года, точнее уже три, и не смогу помогать своей семье. Так все считали.

Грета без работы тоже не осталась, сейчас маги-лекари в городе являлись серьезным дефицитом, так как все более или менее сильные отправлялись на войну. Брали на работу всех, даже слабых, тем более им платить много не надо.

Лен себе тоже нашел работу довольно быстро помощником в какой-то лавке. В общем «принеси-подай», но он был доволен. Как и его мама, которая работала в той же лавке, только уборщицей. На самом деле, конечно, ей приходилось убираться в нескольких лавках одного торговца. Впрочем, с ее слов, работа была нетяжелая, да и купец оказался не жадным человеком, на жизнь семье должно было хватать, если, конечно, цены не поднимутся.

Мама тоже хотела пойти и устроится куда-нибудь швеей, но ей отец не позволил, заставил сидеть дома. Хотя, по-моему, дома с оравой детей совладать еще сложнее, хоть ей и слуги помогают.

Глава вторая.

Моя жизнь стала однообразна и скучна. Я уже две недели не выходил из своей комнаты. Только чтобы поесть или по другим весьма необходимым для каждого человека нуждам. В общем, я полностью погрузился в изучение заклинания магии воздуха. Это принесло свои плоды. Одно из них удалось выучить, очень полезное в походах, на мой взгляд.

Суть этого заклинания заключалась в том, что когда его произнесешь, вокруг мага образуется небольшой вихрь, очень слабый, почти не заметный, но он дает знать, что к магу кто-то приближается, причем делает это своеобразно. В момент проникновения в зону этого вихря, по всему телу чувствуется сильный холод, как будто ты только вышел из реки и подул ветер, только ощущение холода гораздо сильнее. Я его испытал, такое невозможно не заметить.

Но были и серьезные минусы в этом заклинании. Во-первых – радиус его действия около пятнадцати метров, так что арбалетчику или лучнику подкрасться ко мне на убойный выстрел не составит труда. Во-вторых – действует оно на любое живое существо, даже если птица пролетит, заклинание обязательно сработает. В-третьих – любой, самый слабый маг, может увидеть этот вихрь магическим зрением, причем с легкостью. Вокруг мага вихрь хорошо видно, а с помощью магического зрения можно будет обнаружить и примерное расположение мага. Если скрываешься от недоброжелателей, то лучше это заклинание не творить, вычислят быстро, где ты находишься.

Несмотря на все недостатки, мне такое заклинание очень даже понравилось. Если придется одному куда-то ехать, то можно этим себя обезопасить от тех же разбойников. Вполне возможно, что на следующих ступенях появится что-то более эффективное, которое уберет недостатки. Но боюсь, что после увеличения радиуса обнаружения, недостатков прибавится, потому что будешь всю ночь вскакивать от каждой мыши, которая пробежала неподалеку. В группе такое заклинание вообще использовать не получится. Нет, конечно, если все будут находиться внутри него, то ничего страшного, но ведь такого не бывает. Все равно кому-то приспичит отойти. В общем, можно его использовать, но в особых случаях.

Изучение нового заклинания немного взбодрило меня. Был какой-то упадок сил, надоело целый день заниматься зубрешкой. Благо, что вечером с работы приходила Грета, которая делилась последними новостями. Само собой, главной новостью была война на западе, причем со слов солдат, там опять начались проблемы. Войско тает как снег на жаре, а подмога подходит долго. Радовало, что всех вадагов, которые смогли прорваться удалось вырезать. Так что наши обозы никто не беспокоил, кроме разбойников, которых развелось изрядное количество. Впрочем, это было ожидаемо, поэтому приказ императора был прост: «всех разбойников развешивать по ветвям, никого не щадить», – но такой приказ мало помог в ситуации.

Вторым источником новостей стал папа. Похоже, что стражники знали обо всех делах, происходящих в городе и его окрестностях. Он подтвердил слова девушки о том, что на границе, действительно очень тяжелое положение. Часть армии, которая собралась у города, спешна ушла на подмогу. Сейчас собирают дворянские дружины по всей империи, которые стекаются к столице.

Впрочем, ситуация в городе тоже изменилась. К нам в дом уже несколько раз приходили с просьбой сдать жилье, само собой, мы себе этого позволить не могли, у нас не было свободных комнат, хоть и предлагали хорошую цену.

С приходом беженцев, даже в ремесленном квартале увеличилась преступность, ночью стало небезопасно. Теперь приходилось вечером встречать Грету, когда она шла с работы. В основном ходил я с Ральфом, но иногда и отец встречал, им было по пути. Конечно, не всегда у него получалось встретить девушку, она работала с утра до вечера, а отец, бывало, и ночью выходил патрулировать улицы города. С его слов, в основном грабежами занимались беженцы, которые устроились работать в ремесленном квартале. Рабочих стало много, поэтому цены на их услуги упали, вот и выходили некоторые личности грабить людей. Впрочем, пока это не приняло серьезный оборот, в ремесленный квартал попадали далеко не все.

На дорогах ситуация тоже усложнилась, поток беженцев увеличился. Многие шли налегке, почти без еды и имущества. Вдоль дорог власти организовывали пункты раздачи пищи, но такие меры слабо помогали, преступность росла как на дрожжах. К счастью, эти проблемы пока нас не коснулись, семья закупила еды в прок, да и деньги у нас имелись, все взрослые работали, я заряжал амулеты, которые забирал слуга наставника. Впрочем, скоро неприятности постучались и в наш дом, только они были не из-за войны с вадагами, а из-за моего дара.

Мы только успели позавтракать всем коллективом, кроме отца, он ночью был на службе и еще не вернулся, как я услышал шум во дворе. Большого значения этому не придал, мало ли кто пришел. Может опять комнату хотят снять, так как дня не проходило, чтобы кто-то не обратился с этой просьбой. Хоть объявление вешай, что комнаты не сдаются. Таких людей должен встретить Ральф, я уже устал объяснять людям, что нет у нас свободных комнат.

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату вбежал упомянутый слуга, на его лице была тревога. Сказать он ничего не успел. Следом за ним зашли несколько воинов в дорогих доспехах, это было сразу заметно, а за ними два мага, которые осмотрелись вокруг, видно магическим зрением. Я даже возмутиться не успел от такой наглости, как в зале появилась очередная личность. Это был дворянин. Парень лет двадцати пяти, худой, на руках имелись амулеты, причем не из дешевых. А на лице застыла маска равнодушия к окружающему. Он с презрением посмотрел на обстановку вокруг, потом уселся на стул и уставился на меня, замершего около стола, как и все присутствующие.

– Наконец-то мы свиделись, – произнес дворянин. – Ты меня очень сильно огорчил, и это было неразумно с твоей стороны. Я не люблю, когда меня расстраивают, очень не люблю.

– Не припомню, чтобы я как-то вас огорчал, – произнес я, включая вежливость. Такому человеку грубить не стоит, самовлюбленный козел, а не дворянин. – Даже вижу вас в первый раз.

– Я герцог Эбо. Ты недавно жил во владениях барона, который служит мне. Он же тебя и просил подождать моего приезда, а ты отказался, чем и огорчил меня.

– Мне не называли вашего имени, в противном случае я бы задержался.

– Ты себя кем возомнил, простолюдин? Тебе никто ничего не обязан был объяснять! Раз дворянин сказал – жди, ты должен ждать сколько потребуется.

Вот ведь… И что ему сказать? Этому великосветскому засранцу наплевать, что я ученик магической школы, его не пошлешь. Сейчас даст команду своим солдатам, они меня на куски порежут. Да еще и семью прихватят, а сделать я ничего не смогу, маги за каждым моим движением наблюдают. И солдаты наверняка с амулетами. Причем такими, которые я с одного удара пробить не смогу. А второй мне точно сделать не дадут. Да даже если произойдет чудо, то потом меня порвут на части, неспроста же этот герцог ведет себя так вызывающе.

– Я пошла в лечебницу, – произнесла Грета, до этого молча стоявшая в углу.

Своими словами она привлекла к себе всеобщее внимание. Герцог окинул девушку оценивающим взглядом и одобрительно хмыкнул, другие обитатели дома тоже спешно ушли из зала.

– Пропустите ее, – бросил он своей охране, когда они перегородили девушке дорогу. – Значит так, после окончания школы пойдешь служить ко мне. Ты, насколько я знаю, выше всего поднялся в магии огня. Это направление и изучай, больше ни на что не отвлекайся, все равно я тебя в бой посылать не собираюсь, ты рожден для зарядки амулетов. После школы тебя отвезут в мою столицу, где дальнейшим твоим развитием будут заниматься наши маги. Ты меня понял?

– Я вас понял, – ответил я, с трудом сдерживая ярость. – Но, боюсь, что вынужден вам отказать. У меня уже есть договор, и я его не собираюсь нарушать.

Но даже если бы и не было договора, тем более устного, не пошел бы я к этому козлу, если бы не заставили. Не будь у меня защиты, то уже бы на графа работал.

В комнате повисла напряженная тишина. Герцог покраснел, видно ему нечасто в чем-то отказывают, тем более простолюдины. Его охрана взялась за мечи. Неужели он такой идиот, что собрался меня тут убивать? Сомневаюсь, запугать хочет.

– Послушай меня, чернь. Я тебя не уговаривать пришел, а сказать, как все будет. Понятно? Я не тот человек, которому можно отказывать. Я хочу, чтобы ты стал моим слугой, и ты им станешь. Насчет денег можешь не переживать, у тебя будет все. Я самый богатый и влиятельный герцог империи, никто не предложит тебе больше, чем я. Может, ты за этот сарай держишься? – аристократ указал на пол, намекая на мой новый дом. – Так напрасно, я тебе куплю дом в пять раз больше и не придется ютиться в таких комнатушках.

– Я уже дал свое слово… – начал, было, я.

– Заткнись, – бросил аристократ. – Я не закончил говорить. Ты, похоже, совсем не понимаешь, кто перед тобой находится? Так я объясню. Я тот, кто может в этой империи почти все. Здесь нет таких людей, которые могут просто отмахнуться от моих приказов или проигнорировать мои просьбы. Сейчас я тебя тронуть не могу, закон есть закон, но ведь ты через три года покинешь школу, впрочем, как и твоя подружка. Кстати, красивая девушка, она мне понравилась. И солдатам моим понравится, если ты и дальше будешь упрямиться. Ты понимаешь, что я имею в виду?