Донесители. Путешествие к Солнцу
- -
- 100%
- +
Дети подняли головы и от ужаса зажмурились – на них летел огромный камень, величиной с автомобиль.
В комнате раздался пронзительный свист. Стотысяч одним большим шагом прыгнул к стене. Там, у стены, появился большой пульт управления с кучей кнопочек, ручек, приборов. Стотысяч схватил большую ручку. Второй рукой стал нажимать кнопки, третья рука метнулась в самый верх к небольшим переключателям, четвертая рука…
Ваня, который первым поднял голову, увидел, что Стотысяч – не тот лысоватый дядя, с которым они беседовали только что. Теперь Стотысяч напоминал собой большого паука или осьминога с кучей щупалец, которые бегали по приборам. Рядом с чудовищем стоял Принеси-подай и тоже крутил какие-то ручки на пульте.
Ваня бросил взгляд на сестер. Алиса и Вика сидели под столом в испуге прижавшись друг к другу. Мальчик вскочил со стула и бросился к сестрам. Удар. Купол потолка затрещал. Межгалактический лайнер содрогнулся всей своей массой. Стулья разом упали. И тишина.
Глава 4
О том, как Вика, Ваня и Алиса постигли тайну скорости Принеси-подая
Стулья разом упали. И тишина. Полная тишина.
Донесители подняли головы. Они увидели, что купол над ними треснул. Принеси-подай расставлял опрокинутые стулья и разлетевшиеся по столу чашки и чайники. Стотысяч в старом облике человека, поправлял воротник и манжеты своей рубахи.
– Ты, – сказал Ваня, показывая на крамзанина пальцем, – ты не настоящий?
Девочки, успевшие выбраться из-под стола, с удивлением смотрели на брата.
– Нет, – ответил спокойно Стотысяч, – Я такой же настоящий, как и вы. Ваня, давай об этом позже. Мне надо организовать починку треснувшего купола, пока он не рассыпался полностью. В нас урумский камешек угодил. Расскажу вам со временем и об этом.
Стотысяч посмотрел на Принеси-подая и кивнул. Робот вытащил из мантии красную коробочку и нажал несколько кнопок. Дети увидели, что с разных сторон по внешней стороне купола потолка к трещине поднимаются шестеро таких же точно Принеси-подаев. Они отличались от уже знакомого робота только отсутствием одежды и обуви. Дети ясно видели, что ноги у Принеси-подаев снабжены шестью длинными пальцами с присосками, которые позволяли устойчиво держаться существам на выпуклой поверхности.
Принеси-подаи несли в руках какие-то неизвестные приспособления и уже знакомые красные коробочки.
– Все, – сказал детям Стотысяч, – Процесс починки купола начался. Через четыре земные минуты роботы заварят всю трещину и купол восстановит прочность. Ваня, что ты хотел мне сказать?
– Я видел, в кого ты превращался… – мальчик осекся.
– Да, друзья, – ответил Стотысяч, – Мне пришлось принять облик, который бы не пугал вас. Ведь на Крамзе – я красавец. А для вас – чудовище.
– Чудовище? – повторила Алиса.
– Для вас внешне я не красив, – уточнил Стотысяч. – А чего вы хотели? Наши планеты разделяют сотни миллиардов километров. Мы – совершенно другие. У нас с вами нет ничего общего. Даже притяжение на нашей планете в десятки раз превосходит ваше. Поэтому крамзанские тела значительно прочнее и сильнее тел человеческих.
– Притяжение другое, – задумчиво сказала Вика. – Вот почему вы не хотели показывать нам Крамзу? Нас там раздавит притяжение?
– Без специального костюма или прибора – раздавит. Но мы давно решили уже эту проблему технически, – пояснил Стотысяч, – Много наших крамзанских веков назад. У нас есть антивес – прибор, помогающий управлять притяжением.
– Как все сложно, – с разочарованием сказала Алиса.
– Давайте продолжим чаепитие и я приоткрою вам еще много тайн, – предложил Стотысяч. – Принеси-подай готов подать новые пирожные.
– Нет, – запротестовал Ваня, – Наелись. Покажись-ка, как ты есть, без обмана.
– Хорошо, – ответил Стотысяч, и перед детьми выросла большущая и страшная неваляшка с двадцатью конечностями – щупальцами. Морда существа казалась глупой. Большое рыло, будто свиное, было снабжено отростками, похожими на усики земных улиток. Такие же усики были и на голове. Три голубых глаза без век. Два больших – как у всех животных на земле, и один – очень большой – выше, на лбу. Но более всего поражали на этом космическом несуразном лице четыре рта. Они располагались на рыле один под другим.
Алиса прижалась к Вике и заплакала. Ваня сжал кулаки и приготовился к самому худшему. Донесители молчали.
Существо поползло к дальней стене. Дети увидели, как плавно там становятся видимыми приборы управления кораблем.
Стотысяч остановился у стены и молча смотрел на детей. Его три голубых глаза не моргали.
– «Коротышки с любовью и лаской», – неожиданно затянул земную песню Ваня.
– «Называли меня Синеглазкой», – подхватили мелодию перепуганные девочки.
Стотысяч обернулся опять человеком.
– Простите, друзья, – сказал он, перебивая песню, – Я, правда, не хотел вас пугать. Но, ничего уже не поделаешь. Такие мы – крамзане. У нас восемь ног, двенадцать рук, три глаза. И на нашей планете – мы совершенны. Кстати, почему вы пели? Я думал, что в случае страха земляне выделяют из глаз жидкость – плачут. А вы пели…
– Кто это плачет? – с достоинством переспросил Ваня, – Это Донесители-то плачут?
– Песня укрепляет дух землян, – ответила на вопрос космического пришельца Вика.
– Укрепляет дух… – повторил Стотысяч. – Это вы меня Синеглазкой назвали? Смешно.
Принеси-подаи на куполе потолка закончили ремонт. Теперь на поверхности не было видно никаких изъянов. Роботы бесшумно разошлись в разные стороны к основанию купола и скрылись за непрозрачными стенами комнаты.
– Я хочу домой, – жалобно заявила Алиса. Ей, самой младшей, давно хотелось вернуться к маме и папе.
– Да, – спохватился Стотысяч, – Я не успел сказать, что приготовил для вас места для сна. Вы устали. Столько впечатлений свалилось на голову. Давайте я покажу вам ваши кровати.
– Я домой хочу, – повторила Алиса еще громче. Она была готова опять заплакать.
– Алиса, – Стотысяч постарался говорить мягко, – Мы уже очень далеко от Земли. Пути назад нет. Надо сделать то, что никто другой за вас сделать не может. Наберись сил, смелости. Не позволяй себе падать духом. Друзья, пойдемте в комнату отдыха.
Стотысяч подошел к стене, в которой образовалась полукруглая дверь и поманил Донесителей жестом за собой.
Уже знакомый детям коридор, десять, пятнадцать, двадцать пять шагов. Стотысяч остановился.
– Вот и комната отдыха, – сказал он, кивая на открывающуюся брешь в стене, – Здесь все условия для хорошего земного сна. И давление, и состав воздуха, и влажность…
Донесители увидели три земные кровати, стоявшие в ряд, застеленные голубым постельным бельем, небольшие тумбочки и стулья. Большое круглое окно в потолке открывало все тот же завораживающий космический вид. Комната была уютной, синие стены украшали золотые звезды, похожие на те, что были на мантии Принеси-подая.
Кстати, робот шел следом за детьми, и теперь стоял с тем же выражением своего однообразного лица за спинами Донесителей.
– Располагайтесь, – сказал Стотысяч, – Здесь вам следует отдыхать несколько земных суток, пока идет наш полет. Принеси-подай будет стоять вон там, в углу, и слушать ваши распоряжения. Как я уже говорил – этот робот предназначен именно для вас.
Дети робко выбрали себе кровати.
– Смелее, – подбодрил их Стотысяч, – Ложитесь прямо в одежде, если стесняетесь раздеваться.
– А вы много о нас знаете, – удивилась Вика, – интересно откуда?
– Про стеснительность? – Стотысяч засмеялся, – Да. Это описано даже в космической энциклопедии. Мы хорошо изучили все ваши повадки. Я сам провел на Земле несколько лет. Прежде всего – я искал Донесителей.
– Ого! – удивилась Алиса, которая немного смогла успокоиться и взять себя в руки.
– Так вот, друзья! – увидев, что дети удобно легли в свои кровати, начал рассказ Стотысяч, – Я хочу рассказать вам подробно о том, как обстоят дела в космосе. Кто мы такие.
– Да, – обрадовалась Вика, – Мы вас внимательно слушаем. Только бы мне блокнот и ручку. Я хочу вести донесительский дневник.
Принеси-подай протянул Вике неизвестно откуда взявшийся у него в руках блокнот на пружине и обычную шариковую ручку.
– Спасибо, – сказала девочка, принимая принадлежности.
– Откуда он это все так быстро берет? – удивился Ваня, – Принеси-подай, а можешь мне дать пистолет с настоящими патронами, чтобы я оборонялся от врагов?
Робот тут же протянул Ване земной пистолет Макарова.
– Настоящий? – усомнился ребенок, – Давай испробуем?
– Не надо, – остановил мальчика Стотысяч, – Большая вероятность, что пуля может поранить кого-то из вас, друзья. Здесь очень маленькая комната. А пистолет действительно настоящий. Принеси-подай может создавать любую вещь из частиц. У него в голове сотни миллионов схем и чертежей.
– А где он берет частицы? – уточнила с деловым видом Вика.
– Где только можно: в воздухе, в земле, космосе, – ответил Стотысяч, – Везде, где есть нужные составляющие для его изделия.
– Так быстро? – не поверила Вика.
– Нет, конечно, не быстро, – терпеливо начал объяснение Стотысяч, – Эти роботы легко умеют проваливаться во времени. Вы попросили что-то, робот растягивает для себя время, создает модель по своим чертежам, и вот – готово. А вам кажется, что он сделал все мгновенно.
– А мы тоже можем научиться проваливаться во времени? – с восторгом спросила Вика.
– Я не хочу вас огорчать, но это умение появиться у вас не должно. Растягивают время без разрешения только невоенные роботы, которые призваны сделать нашу жизнь проще – Стотысяч посмотрел на пистолет, – А эта игрушка может защитить только от земных созданий. Здесь она бесполезна.
– Порох не взорвется в пуле? – постаралась догадаться Вика.
– Взорвется, и пуля полетит. Только меня она ранить не сможет. Принеси-подая – тоже. У нас слишком прочная кожа.
– Ага, – сказал Ваня, – Сейчас проверим, как Принеси-подай растягивает время. Я выстрелю, а робот поймает пулю прежде, чем она кого-то из нас ранит.
– Хорошо, – засмеялся Стотысяч, – Опять убеждаюсь, у тебя, Донеситель – очень живой ум. Да и смелости тебе не занимать! Молодец! Давай проверим. Только разреши я помогу тебе взвести курок. Боюсь, у тебя у самого на это не хватит сил.
– Нет, я сам, – с упрямством ответил Ваня и с неимоверным усилием передернул затвор.
– Это не смелость – выстрелить, – заметила Вика, – Это – глупость.
– Да я знаю, – махнул рукой Ваня, – Так наш папа говорит: «Не путайте, дети, смелость и глупость».
– И правильно говорит, – согласился Стотысяч, – У землян смелостью считается риск во благо. А глупость, видимо, это риск не во благо.
В этот момент Ваня, никого не слушая, нажал пистолетный курок и раздался оглушительный залп. Комната тут же наполнилась дымом и запахом пороха.
Вторая глава без номера. О том, как крамзанин Гвара-рио-ган (Стотысяч) начал свой полет в сторону Земли
На планете Урум был еще достаточно ранний вечер. Горы не успели погрузиться в темноту, но их подошвы тонули уже в сумраке. Среди могучих скал затаилось странное существо – многоногая черепаха. Существо пристально вглядывалось в россыпи камней, которые лежали вокруг его убежища. Это был Цеп – житель Урума. Он выжидал какую-нибудь добычу на ужин. Резко похолодало. Вены на спине существа увеличились. Так всегда бывает вечером у взрослых Цепов. Кровь быстрее бежит по телу, согревая замерзающие спины. Цеп постарался поджать под себя все свои сорок ног, чтобы было еще теплее.
В небе неизвестно откуда появился металлический шар. Он двигался над горами, медленно поднимался и опускался, уходил то влево, то вправо. Цеп повел носом, пытаясь понять, что это такое. Но понять не мог. Любопытство заставило его выбраться из своего убежища и двинуться следом за необычным предметом в небе. Цеп крался тайком, стараясь не обнаружить себя. Подъем, спуск. И вот перед многоногим существом открылась пустынная долина. Теперь прятаться было уже негде. Цеп остановился у последней россыпи больших камней и задумался. К его удивлению шар в небе тоже остановился. Через мгновение раздался едва различимый щелчок. Низ шара отяжелел и каплей рухнул вниз.
Цеп еще ниже опустил тело, чтобы его не заметили. Он наблюдал, как из шара в каплю опустилась труба, затем поехала вниз прозрачная кабинка с каким-то существом внутри. Цеп смекнул, что охота может быть вполне удачной для него. Надо только дождаться, когда пришелец отойдет подальше от своей летающей лодки. Тогда можно наброситься и легко победить. Во рту Цепа стало тепло, будто добыча уже легла в его большие челюсти.
Пришелец действительно вышел из кабинки, но направился прямо в сторону Цепа. Существо несло средней рукой небольшой предмет, который громко шипел на цепском языке:
– Хи-хра! Ка укх! (Не бойся! Я свой!)
Цеп растерялся. Он никогда не видел еще роботов Принеси-подаев и не знал о крамзанах. Прятаться в камнях больше не имело смысла. Цеп понял, что существо знает, где он прячется. Цеп с опаской выбрался из камней и остановился, наблюдая за пришельцем. Тот продолжал приближаться.
За спиной Цепа раздался оглушительный свист. Многоногий вздрогнул, но было поздно. На его спину вскочил другой житель Урума – хищный Шраф. Шраф впился Цепу в спину своими тонкими пальцами. Многоногий упал набок, пытаясь столкнуть со спины врага. Цеп казался крайне неповоротливым и тяжелым. Шраф не сваливался. Он обвил длинной рукой шею Цепу и кусал врага большим ртом.
Принеси-подай замер, не зная, как поступить. Коробочка в его руках продолжала говорить одно и тоже приветствие на цепском языке. Вмешиваться в драку робот не имел никаких космических прав. Он вынужден был просто смотреть.
Цеп изловчился и обхватил тонкое тело Шрафа сразу десятью ногами. Оба существа выли, словно у них напрочь отсутствовал разум. Борьба продолжалась долго, но ни один не смог одолеть другого. Вот они оба выбились из сил. Тяжело дыша, они смотрели друг на друга. Побитые лица врагов отекли от злобы.
Цеп первым перевел взгляд на место, где недавно еще стоял пришелец с говорящим прибором в руке. Там было пусто.
– Укх хик! (свой ушел) – с досадой проговорил он.
– На-ан-а, (ужин остался) – отозвался Шраф на своем родном языке, пытаясь собрать последние силы для продолжения драки.
* * *
Главный Логик планеты Крамза был огорчен. Он только что получил известие о результатах полета на Урум.
– Как это могло случиться? – задал сам себе вопрос Логик. – Мы столько сил потратили, чтобы стать друзьями Цепам и Шрафам.
В зале для переговоров его космического дворца стоял тот самый Принеси-подай, который чудом не стал ужином Цепа. Рядом с роботом возвышался крамзанин Гвара-рио-ган. Стотысяч и робот молчали.
– Как нам посылать на Урум Донесителей? – продолжил сокрушаться Логик. – Мы обрекаем их на гибель.
– Прошу прощения, превосходный управитель Крамзы, – ответил Гвара-рио-ган, – Разрешите мне помогать Донесителям на Уруме.
– Я бы так и сделал, – упрямо замахал щупальцами Логик, – Но мы должны соблюдать пожелания Хозяина времени. Он говорит, ты помешаешь детям выполнить их задание. А я не вижу ни одного шанса, что Донесители справятся. Более чудовищной планеты, нежели Урум, нет во вселенной. Однако, в моих выводах может быть ошибка. Я не располагаю нужными данными для точного ответа. Ох уж эти Корцы! Рассказали бы все – мы бы смогли посчитать шансы Донесителей на успех.
Гвара-рио-ган тоже не понимал, зачем Донесителям рисковать своими жизнями. Стотысяч много дней изучал далекую планету Земля. Он усердно запомнил все сведения, которые хранила космическая энциклопедия. И чем больше узнавал Гвара-рио-ган о Земле, тем уважительнее о ней думал.
Космическая энциклопедия крамзан – это не книга. Это Знания космоса, которые давным-давно поймали в стеклянный шар предки современных крамзан.
– Превосходный управитель Крамзы, – обратился к Логику Гвара-рио-ган, – Давайте еще раз поговорим с Корцами.
– Нет, – с досадой отрезал Управитель, – В этом не будет никакого смысла. Продолжай подготовку к полету на Землю, Гвара-рио-ган. Только этим ты можешь сейчас помочь Донесителям – быть готовым рассказать им все так, чтобы они поняли тебя. И не забудь о главной науке во Вселенной – о математике!
– Да не погибнет во времени Крамза! – гордо подняв глаза к небу, произнес Гвара-рио-ган.
– Вечного тепла Крамзе, – ответил Логик.
* * *
Крамзане снарядили для путешествия на Землю свой лучший корабль – «Быстрый Эн». Десятки ученых проверяли работу двигателей и механизмов. Гвара-рио-ган продолжал повторять сведения, которые дал ему стеклянный шар. Он знал, сколько на земле людей, птиц, рыб и растений. Он мог перечислить все полезные ископаемые далекой планеты. Но понять мог не все.
Что такое дружба? Любовь? Ненависть? Крамзанин десятки раз открывал эти главы в энциклопедии. Он прислонял стеклянный шар к разным отросткам на его голове, надеясь отыскать потайной смысл в этих простых словах. Но шар выдавал всегда одну и ту же информацию.
«Дружба, – читал космическую энциклопедию Гвара-рио-ган, – это отношения между духовно близкими людьми с общими интересами». В голове Стотысяча укладывалось только то, что могло быть полезным. «Общие интересы» Гвара-рио-ган понимал. Это когда он, крамзанин, хочет спасти Землю, и кто-то еще – тоже хочет. «Следовательно, – думал Гвара-рио-ган, – Мы станем с Донесителями друзьями. Раз я и они – одинаково хотим не допустить катастрофы на Солнце. Но что такое духовная близость? Можем ли мы быть друзьями, если я совершенно другой, нежели они – человечки с далекой планеты».
«Быстрый Эн» был полностью готов к началу полета. После Реманго вся Крамза собралась в низине у Дворца Его Превосходного управителя, чтобы проводить Стотысяча. Гвара-рио-ган на потеху сородичам, принял облик человека. Крамзане обладали удивительным свойством управлять светом. Они могли крутить лучами так, что смотрящие видели нечто другое, чем то, что было в действительности. Гвара-рио-ган отразил от себя свет так, что вместо большой неваляшки с щупальцами, крамзане увидели немолодого лысоватого землянина.
– Здорово! – с восхищением прошелестела толпа.
– Это облик известного на Земле писателя Шекспира, – пояснил Гвара-рио-ган, обернувшись из человека крамзанином, – Его превосходный управитель Крамзы считает, что с этим обликом я не напугаю Донесителей.
– А разве они могут напугаться? – выкрикнул кто-то из толпы, – Они же герои!
– Посмотрим, – серьезно ответил Гвара-рио-ган, – Мы должны учесть все возможные варианты. Нельзя забывать, что Донесители – дети.
Несколько Крамзан в толпе стали повторять только что увиденного Шекспира. Один «писатель» получился с десятью ногами, другой – без головы.
– Хватит, – остановил эксперименты Логик, – Не забывайте, что Гвара-рио-ган летит на Землю с важным заданием, от которого зависит будущее Крамзы!
– Хороших результатов тебе, последыш Гвара-рио-ган! – Из толпы вышел родитель Стотысяча, – Ты наградил наш род собственным именем. Пусть Космос и дальше помогает тебе вниманием!
Гвара-рио-ган сел в прозрачную кабину космической лодки. Он приготовился улетать на «Большой Эн», когда из толпы раздался возглас:
– Гвара-рио-ган, возьми с собой Квадраты красок! – один из провожающих сунул в щупальца Стотысяча большой куб, металлического цвета.
– Я не против, – кивнул главный Логик Крамзы, – Цвета могут быть полезными. Бери!
Кабина уползла по трубе в шар. Лодка бесшумно ушла в небо к стоящему на орбите межгалактическому лайнеру «Большому Эну».
* * *
Стыковка прошла нормально и Гвара-рио-ган стоял в комнате очистки от бактерий, думая о предстоящем полете. Неожиданно в стене перед его глазами загорелся сигнал тревоги. «Чтобы это могло значить? – Подумал крамзанин, – Неужели существуют микробы, с которыми система не справилась?»
Комната очистки между тем запретила проносить на борт корабля Квадрат красок, который Стотысяч держал одной из щупалец.
– Хорошо! – заявил крамзанин, – Я оставлю квадраты здесь. Очищай их, сколько хочешь. А меня впускай! Пора стартовать в сторону земли.
Гвара-рио-ган поставил куб на пол, а сам выскользнул в светлый коридор лайнера. Дверь за крамзанином сомкнулась. В темной комнате раздался негромкий скрип – из квадрата красок выбрался, озираясь, эос. Существо боязливо потрогало ногой пол, пошарило вокруг руками.
– Юрг! (хорошо!) – прошептали его губы, – Юрг эос рач! (хорошо эос попал!).
В это время в рубке «Большого Эна» Гвара-рио-ган запустил двигатели и включал ускорители.
В темной комнате эос мучительно думал, как теперь сломать систему защиты корабля…
Глава 5. О том, как Вика, Ваня и Алиса узнали о народах Урума и поссорились с крамзанином
Ваня нажал пистолетный курок и раздался оглушительный залп. Комната тут же наполнилась дымом и запахом пороха.
– Ого! – восторженно заявил мальчик, – У меня пистолет из рук выбило. Как бабахнул! Это совсем не похоже на то, как стреляют игрушечные пистолеты. И тяжелый он какой-то, с таким не поиграешь.
Ваня с презрением отложил пистолет в сторону. Стотысяч пожал плечами.
– Да, не стреляй больше, – сказала Алиса, – У меня перепонные барабанки полопались.
– Перепонки, – поправила Вика, – Это называется барабанные перепонки. Все ты вечно путаешь, Алиса.
– Ну и что, ну и что? – ответила младшая дочь и скорчила гримасу. – Я специально так сказала, для смеха.
– Ага, Алиса, – настаивала Вика, – Всем так весело…
– Где пуля, Принеси-подай? – спросил Ваня.
Робот протянул желтый кусочек металла. Пуля была горячей и Ваня, отдернув руку, уронил пулю на пол.
Робот тут же вернул Донесителю упавшую пулю. Теперь она была холодной. Никто даже не успел заметить, как Принеси-подай отыскал ее и подобрал, а затем остудил.
– Ого, – с восторгом заявил Ваня, – Он опять время растягивал?
– Да, – сказал Стотысяч. – Кстати, если бы робот не обладал своими удивительными возможностями и не поймал пулю, ты бы, Ваня, попал себе в руку.
– Откуда ты знаешь? – спросил мальчик.
– Я посчитал направление полета пули, – спокойно ответил крамзанин, – Вот так она вылетела из ствола, ударилась об стену, пошла к потолку, и назад – к тебе в руку.
– Вот видишь, Ваня, – участливо вставила реплику Вика, – стрелять было глупо.
– Ничего страшного, – успокоил всех Стотысяч, – Я бы не допустил беды. И Ваня, прежде всего, показал своим поступком доверие к нам. За доверие – спасибо. Но больше так доверять не стоит. А вдруг я обманул тебя?
– Но ты же не обманул? – развеселился Донеситель.
– Будут и те, которые обманут. Думай, Ваня. Нельзя так легко подвергать себя опасности.
– Расскажите, что за камень свалился нам на крышу? – вспомнила Вика недавний ужас, который все испытали.
– Ах, – махнул рукой Стотысяч, – Это «подарки» с Урума. Бросают в космос камни. Я уже говорил вам – Урум – сложная и хищная планета.
– Кто бросает камни? Зачем бросает? – уточнила Вика.
– На Уруме идет война, – Стотысяч присел на край Викиной кровати, – Два совершенно разных народа вот уже несколько сотен лет не могут поделить власть над третьим народом. Первый воинственный народ – Шрафы. Они напоминают земных обезьян с головами лягушек. Очень нервные, раздражительные существа. С ними невозможно говорить спокойно. Они кричат, машут руками, стремятся ударить. Что не скажи – все их раздражает.
– А если молчать? – уточнила Вика, которая записывала слова Стотысяча в свой блокнот.
– Ну, вот, – развел руками пришелец, – Только молчать с ними и остается.
– Значит, – Вика кивнула головой, – Найти с ними общий язык можно.
– Да, – засмеялся Стотысяч, – Найти с ними полное отсутствие языка – можно. Они много лет назад уничтожили нашего посланника на Урум. Забрали у крамзанина антивес – тот прибор, о котором я говорил. И вот теперь используют чудо нашей научной мысли с удивительной глупостью. Шрафы бросают камни в своих врагов на том же Уруме, но чаще всего глыбы с неимоверной скоростью уносятся в космос. У Шрафов не хватает знаний даже для того, чтобы правильно предугадать, как полетит камень. Ставят антивес под глыбу, какая побольше, хватают камень и – бах!
– Какой ужас! – воскликнула Алиса.
– А второй народ Урума – Цепы. Не подарок, я вам скажу, – продолжил Стотысяч, – Круглые туловища, тонкие ноги – по сорок штук у каждого. Подлый народец.
– А третий народ, из-за которого все дерутся – добрый и хороший? – опять заголосила Алиса, которой тоже хотелось участвовать в беседе.