Удивительные ситуации

ТРЕВОГА В СКВОРЕЧНИКЕ

Я занимался своими делами — их было много этой весной, они были разными, но все надо было рано или поздно их переделать. После долгой суровой уральской зимы огород представлял жалкое зрелище: повсюду был беспорядок, привычного в нем зеленого цвета не было и в помине — в нем преобладали оттенки серого и бурого цвета: пыльные бурые кустики клубники и пожухлая трава между грядок. Даже сорняки только собирались с силами, что бы потом устроить мне нескончаемые хлопоты. На маленьком хозяйственном дворике под яблонями, где я зимой пилил и колол дрова, была масса опилок и везде валялись сухие щепки, которые постепенно вытаивали из почвы.

Мне предстояло там несколько раз подмести, чтобы потом заняться приготовлением к лету двух ванн для дождевой воды. Их тоже надо было помыть, покрасить, убедиться, что они не протекают. Кроме того, надо было еще собрать весь мусор, отпилить сухие ветки у яблонь и груши, пройтись по многочисленным грядкам клубники с граблями — так я боролся с многочисленными усами, которыми она размножалась все лето.

Осенью, когда я изо всех сил боролся с урожаем, на это не хватало времени. Садить редиску, морковь, лук, укроп и петрушку было еще рано — сначала надо было вскопать и подготовить грядки, а земля была еще сырой, и топтать землю было неразумным — копать потом утоптанную собой землю было трудно.

Окинув будущий фронт весенних работ, я посмотрел на голубые небеса с кучками белых облаков и на воробьиную шайку, которая только и ждала, когда я покину огород, чтобы без помех заняться любимым делом — клевать крупу, которая падала в сухие прошлогодние листья клубники с зимних воробьиных кормушек. Воробьев набивалось на этот обеденный стол зимой очень много, все они были голодными и устраивали драки за обедом. В результате обед падал в клубнику, и часть воробьев обедала в кормушке, а те, кому не хватал место, искали крошки внизу, в высохнувших кустиках.

Некоторые воробьи уже женились и обживали скворечники — таскали туда всякие травинки и перья. Это были будущие мои помощники — они уничтожали в огороде гусениц, жуков и червяков. В результате их деятельности на яблонях и груше стало мало червивых плодов, и меня это устраивало. Один скворечник заняла шустрая синица, которая зимой питалась салом, которое я прибивал гвоздями к окну мастерской, или привязывал железной проволокой на ветку яблони, чтобы его не стащили сороки.

Любителем сала оказался и дятел, который прилетал на обед в огород всю зиму. Вместо того чтобы искать червяков в стволах сосен и осин, он старательно долбил замерзшее сало и улетал лишь тогда, когда наедался. Кроме воробьев, синиц, дятла и снегирей зимой несколько раз прилетал из леса на охоту какой-то небольшой пернатый хищник. Ему были нужны спокойные, ничего не замечающие за обедом воробьи, и охота всегда у этого пернатого убийцы была успешной — после нее я утром сметал метелкой пух и перья беспечного воробья.

Оставив пока огородный скучный пейзаж, я отправился в мастерскую — там тоже надо было навести порядок, сложить на место молотки, гвозди и подобную мелочь. Взяв в руки метлу, я решил разогреться и подмести сначала двор. Работа была в полном разгаре, когда из огорода раздался возмущенный, испуганный треск. Такого звука я раньше не слышал, и, сгорая от любопытства, немного приоткрыл дверь и высунул в огород свою голову.

На одном скворечнике сидела сорока, прямо на жердочке, перед входом, и заглядывала внутрь деревянного домика. Синица, которая там жила, звала кого-нибудь изо всех сил на помощь, и именно она так громко трещала, на всю округу. Сорока на это совсем не обращала внимания, и разглядывала синицу в круглое отверстие, служившее для маленьких птиц входом. Внутрь сорока попасть не могла — она была чересчур крупной, и даже не могла просунуть туда свою голову. Это был откровенный терроризм с ее стороны, и надо было его срочно прекратить.

Я приоткрыл дверь и громко шикнул на сороку. Она замахала крыльями и кубарем слетела с маленького птичьего домика. В огороде воцарилась тишина и покой.

ТРУДНОЕ ЗАДАНИЕ

В нашей геологоразведочной партии появился новый геолог. Ее звали Наташа — красивая и симпатичная, а главное, незамужняя девушка. В то время мы работали по заказу администрации города, искали мрамор для облицовки метро. Наташа тоже выезжала на эти поиски, с бригадой буровиков. Но мрамор она найти не могла. Перед тем, чтобы поставить большой крест на этом участке, начальник поручил мне съездить на этот участок. Если я тоже не найду там мрамор, значит, его там действительно нет.

Нас было трое — я и двое буровиков с небольшой буровой установкой. Сергей был водителем и помощник помбура, а с Виктором я прежде не работал и не знал его совсем. Его мы забрали прямо из его дома, когда уже поехали на участок. Это был громадный и сильный мужчина в годах, но с золотым характером, и очень хозяйственный. Он взял с собой печку для палатки, которой у нас не было, и она нам здорово потом пригодилась.

Мы доехали по автостраде до лесной дороге, свернули на нее, и через час доехали до небольшой беседки со скамейками и небольшим столом в центре. Уже стояла поздняя осень, стемнело рано, и мы в ней решили переночевать. Все уже проголодались, и начали готовиться к вечернему чаепитию: достали пару банок тушенки, хлеб, развели костер, вскипятили воду для чая, и достали пару бутылок водки, чтобы согреться и привести свои мысли в рабочий порядок. Когда хлеб был порезан, банки открыты и чай был готов, мы открыли первую бутылку, и принялись за дело.

Ужин затянулся до середины ночи. Когда все было съедено и выпито, осталось несколько часов для сна. Мы отдались во власть морфея, утром проснулись отдохнувшие, и жаждали работы.

На моей карте было отмечены устья скважин, которые уже были пробурены, и я стал анализировать геологическую карту, надеясь все-таки найти линзу мраморов среди сланцев. Этой линзы на геологической карте не было, но в условных знаках было написано, что наряду со сланцами встречаются мрамора. Я верил геологической сьемке, и найти эту линзу было делом реальным, но трудным. Все зависело от везения, и случая.

Я поставил буровиков на устье первой скважины профиля, и стал смотреть на материал, который появлялся из устья скважины, которую они бурили шнеком. Когда через метра два появился шлам зеленого цвета, это были разрушенные сланцы, я закрыл скважину, и буровики перетащили станок на следующую скважину. Во всех скважинах оказались сланцы. Мы проехали вперед по дороге на другой буровой профиль. Там все оказалось так же, как и на предыдущих скважинах, те же сланцы. Мы пробурили в этот день несколько профилей, и день закончился. Начало темнеть, и надо было натянуть палатку, затопить печку, поужинать. Место для палатки устроили прямо на будущем буровом профиле, рядом с ручьем.

Сергей устроился на ночлег прямо в кабине, в гамаке. А мы с Виктором затопили печурку, и в теплой палатке мигом заснули в наших ватных геологических спальных мешках. Ночью выпал первый снег. Нас с Виктором разбудило звяканье посуды. Оказалось, что Серега в своей машине замерз под утро, и решил встать первым, чтобы развести костер и приготовить нам завтрак в постель, и поесть самому. Мы с Виктором сразу проснулись, чтобы составить ему компанию. После завтрака выкурили по сигарете и принялись за работу.

На всех скважинах опять лезли все те же сланцы. Надо было менять тактику и стратегию поисков. Я решил поискать мрамор в северной части участка. Загрузили все наше полевое имущество и поехали. По дороге нам встретилась широкая линия электропередач, нам надо было ее пересечь, и снова найти нашу дорогу. На моей топографической карте была указана одна дорога, но на местности их оказалось целых три. Я прошел по всем трем с компасом и выбрал среди них одну, по которой и поехали дальше.

Дорога оказалась давно заброшенной и заросшей кустами. Сергей постоянно ругался, у него не было никакого желания вытаскивать машину из болот, по краям которых мы ехали вглубь лесного массива. Скоро дорога стала подниматься в гору, и перед нами открылась старая вырубка, заросшая молодым березняком, среди которого то тут, то там виднелись закопушки и шурфы с отвалами. Это было знакомое многим любителям камня проявление пушкинита «Кацна Яма». Сергей погнал меня узнать, что за полезные минералы в этих закопушках и шурфах можно найти. Но я оказался, ссылаясь на отсутствие времени, и мы поехали дальше.

Наконец, выехали к небольшому пруду, и, судя по моей топокарте, где-то здесь должен быть дом, в котором я хотел остановиться на время нашей работы. Дома не оказалось. Но рядом был виден вагончик синего цвета. Он нам тоже подходил. Наш Газ-66 остановился рядом, и мы отправились посмотреть, кто там живет.

Вагончик был пуст. Горы мусора лежали на полу и на нарах, которые занимали половину этого вагончика. Для нашей полевой и спартанской жизни он подходил по всем статьям. В нем была и труба для нашей печки. Мы сразу взялись за уборку. Выкинули весь мусор, подмели, почистили все, что посчитали нужным, и присев на нары, пришли к выводу, что нам крупно повезло. Он был лучше палатки, а печка устроит нам и тепло, и накормит завтраком, обедом и ужином.

Пока они таскали все наше имущество в вагончик, я взял полевую сумку и отправился на разведку. Впереди была дорога, по которой недавно проехал бульдозер, и решил пройти по ней, поглядеть, что на ней есть, кроме глины. Меня интересовали обломки горных пород. Прошел метров сто по дороге, и обнаружил среди обломков сланцев мрамор. В одном месте был даже коренной выход мраморов белого цвета. Обломки и глыбы мраморов попадалась мне метров сто по дороге, а потом они кончились, и сменились диоритами. Это была подходящая линза, как для заказчика, так и для буровиков. У них появился необъятный фронт работ.

Я вернулся в балок, оставив на следующий день свою разведку и геологические маршруты. В балке уже было тепло от печки, и я порадовал всех присутствующих своей находкой. У нас было сейчас все для того, чтобы поработать на славу — и жилище, и фронт работ, и вода для бурения. Буровики сразу отправились взглянуть на манну небесную, а я решил отдохнуть в тепле.

Через час дверь вагончика отворилась, и появился Виктор. С порога он позвал меня выйти и сказал, что появились проблемы. На дороге стоял уазик, рядом с ним прогуливался невысокий мужчина. Он оказался лесником, и объезжая свои владения, наткнулся на буровиков, которые только что установили буровой станок и собирались бурить около колышка, который я для них воткнул.

Мы поздоровались, и он попросил у меня разрешение на проведение буровых работ. Я не знал о нем, зашел в вагончик, и вынес ему нашу проектно- сметную документацию, в тексте которой была карта района с нашим участком. Разрешения в проекте не было, но он посмотрел на карту и сказал, что как только его увидит, то проблема исчезнет и для него, и для нас. А пока он разрешения не видит, то нам надо собрать буровую установку, и закопать зумпф для воды.

Ну, ладно. Я не сомневался, что скоро сюда вернусь вместе с буровиками. Но сказал Сергею, чтобы начал закапывать зумпф. Сереге это не понравилось, и он стал ныть. Ему было жалко закапывать только что им отрытую яму для воды. Но я пресек его недовольство одним словом приказ, и он начал закапывать свою яму.

Лесник после того, как я с ним переговорил, уехал. Перед этим он спросил, на каком основании мы поселились в вагончике. Я достал свою топокарту и показал ему дом, который там был нарисован. Он кивнул в знак согласия, и мое объяснение принял.

Пока буровики собирали станок и грузили вещи в машину, я прошел по дороге. Набрал целый рюкзак образцов мрамора и загрузил его в машину. Нам было жалко покидать столь удобное место, и мы рассчитывали скоро на него вернуться.

В город мы поехали другой дорогой. Я рассчитывал выехать на Саровский тракт и въехать в город по нему. Дом, в котором тогда жил, был как раз недалеко от этого тракта. И когда машина остановилась около моего дома, вылез из кабины, забрал свой спальный мешок и рюкзак. Сергей должен был отвести Виктора домой, после чего оставить машину на нашей базе, отправиться домой налегке на общественном транспорте.

Утром я приехал в контору, обрадовал начальника своей находкой, показал ему образец мрамора, и попросил у него разрешение, которое запросил лесник. В свою очередь он поздравил меня с находкой, поблагодарил за службу, и огорчил меня тем, что разрешения у него нет. Пока.

Этот документ надо было найти в городской администрации, которая являлась нашим заказчиком. Поиски этой разрешительной бумаги заняло большее время, чем я думал.

Начался очередной снегопад, зима вступала в свои права, и нам нельзя было заниматься бурением на станке, которым располагали. Мрамор, который мне удалось найти, распилили на плитки, потом еще отполировали — для заказчика и для меня. И я стал надеяться, что скоро моя фотография появиться на стенде первооткрывателей, рядом с шефом и другими геологами нашей экспедиции.

ТУЧА

Под Свердловском, на окраине поселка Шувакиш, городские власти устроили барахолку — подальше от города. Она занимала несколько гектаров, на ней были многочисленные торговые ряды со столами и прилавками, на которых торговцы и спекулянты выкладывали свой товар. Одинаковые виды товаров располагались в определённых местах: если надо было купить или продать шубу, посетители шли к прилавкам, которые были рядом с входом. Джинсы покупали и продавали в рядах справа от входа, подальше от шуб, в центральной части продали обувь и текстиль. Виниловые пластинки находились около проходов между рядами на этой большой территории рынка, а за ними обычно продавали всякую электронику. Многочисленным посетителям было это удобно и каждое воскресенье на барахолке было не протолкнуться, а в электрички, которые туда ездили по утрам, было трудно залезть.

Шел 1985 год, я учился на втором курсе института, и мои приятели — студенты каждое воскресенье туда ездили — купить фирменные джинсы, обменять зарубежные виниловые пластинки, пошататься в толпе спекулянтов и развеяться после шести дней учебы. Я иногда ездил вместе с ними — разглядывал импортные товары, пластинки и джинсы. В нашей группе было несколько человек меломанов, которые меняли постоянно на этой барахолке виниловые пластинки, и я этим пользовался — отдавал им бобины с чистой магнитофонной лентой, и они записывали на ней концерты зарубежных рок- групп. Со своей стороны я им зашивал протертые импортные джинсы, и нам всем было хорошо.

Мне надо было купить джинсы, но они стоили дорого — хорошие фирменные стоили минимум двести восемьдесят рублей. Моя стипендия в институте была пятьдесят пять рублей — пятнадцать рублей кроме обычной стипендии нам доплачивало министерство обороны, а у остальных студентов она была сорок рублей. Инженеры получали тоже мало — оклад рядового инженера составляла сто двадцать рублей. Чтобы одеваться модно и хорошо выглядеть, надо было крутиться и иметь какой-то дополнительный заработок. Поэтому я учился и работал одновременно, обычно ночным сторожем: охранял таксопарки, заводы и магазины.

Когда таким образом заработал на свои первые джинсы, я поехал со своим приятелями на тучу — так все по-простому называли барахолку, из-за что там, действительно, была туча народа. Друзья обменяли свои пластинки, и мы отправились покупать мне джинсы. У меня, в отличие от них, не было никакого опыта в таких покупках, и мы пошли по ряду, вдоль которого стояли продавцы с джинсами в руках. Наконец, мой приятель Наиль остановился около одного мужика, осмотрел со всех сторон заграничные штаны у него в руках, и сказал мне — меряй. Когда в них залез, он сказал, чтобы я присел, и когда выполнил его просьбу, он сказал, что мне они подходят. Я заплатил за них двести восемьдесят рублей, и мы пошли к выходу.

Дома я их внимательно рассмотрел. Это были настоящие американские джинсы, супер райлф, хорошо сшитые и немного зауженные внизу. В них стал ходить в институт каждый день, и все шло у меня нормально, пока я их разнашивал. Через два месяца носки я почувствовал, что мне в них неудобно ходить, решил их продать и купить другие. Продавец из меня оказался плохой, и за два раза посещения барахолки у меня никто даже и не просил их показать — всем сразу было видно, что они уже не новые. Но продать мне их надо было, а как, на какие деньги я должен был покупать другие?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.