Злополучный сувенирный шар

– Все возможно, но все это как-то странно. Сначала он настойчиво стучит в дверь, а потом убивает и скрывается. А скрывается куда? – Он подтолкнул к мысли напарника, да и себя тоже.

– В огород? Для чего? И откуда он пришел? – Подхватил напарник.

Напарник нервно крутил карандаш и после очередного пустого вопроса, карандаш улетел в сторону.

– Откуда? – Вот что он упустил. Калитка. Была ли открыта щеколда или нет? – Мне необходимо это выяснить. – Быстро сказал он, набирая номер телефона Розы. После минутного разговора он отключился. – Она была закрыта.

– Ага. Он не зашел во двор через калитку!

– Но это еще ничего не значит. – Опередил мысль напарника Борис. – С тем же расчетом он мог нас запутать. Открыть – зайти – закрыть щеколду, после убийства убежать в другом направлении. Ведь если бы он бы побежал вперед, он потерял бы время, пока откроет, затем закроет – она могла в это время побежать за ним. А так, умышленным действием, он свернул за угол дома, словно его ждал ковер-самолет, и скрылся в чужом огороде. Также он мог преднамеренно ждать на участке, и ему необязательно было убегать через соседей. Мы еще заглянем к Розе.

– О, зачет. Я об этом не подумал. – Почесал он затылок.

Именно поэтому ты просто мой напарник. Борис Леонтьевич дойдет до истины, но пока слишком мало улик, слишком мало информации. Что-то вырисовывается в голове, но пока это лишь наброски, ничем не связанные. Нити необходимо четко дорисовать – тогда будет результат. Ничего, он и не из таких дел выходил сухим из воды. Он найдет его и точка!

Тарелка вмиг опустела. Печенье, купленное для внука, исчезло в один присест у Ларисы. Из-за нервов она поглощала сладкое в немереных количествах, а потом неделю сидела на диете. Но ни капли не жалела съеденного, даже если оно предназначалось не ей. Тарелка с печеньем стояла посреди стола, значит, их можно брать. Роза не заметила пустой тарелки, она пребывала в раздумьях, еще соединяя ниточки, связывающие ее, мужа и незнакомца.

Зачем он явился к ним? Чего он хотел и почему убил мужа? Если бы она открыла дверь, тот убил бы ее? Или все равно направил бы пистолет на мужа? Она путалась в своих размышлениях, что-то постоянно ей мешало, отвлекало. Она посмотрела на довольную подругу, но отбросила этот вариант. Нет, она точно не мешала ей. Сзади появился внук, жалобно просящий еды. Теперь она все поняла: как только его заберут, мысли свяжутся воедино.

Лариса с ужасом посмотрела на мальчика, на его голодные глаза и то, что сладкого практически не осталось. Теперь Роза это заметила и злобно посмотрела на подругу.

– Не ожидала я от тебя такого. – Она выкрутится из любой ситуации и сейчас предложила внуку бутерброд с маслом и остатками конфет, что одиноко лежали на дне конфетницы.

Тот с удовольствием наблюдал за тем, как бабушка Роза нарезает толстыми ломтями хлеб, а потом щедро смазывает его сливочным маслом. Пока подруга собирала бутерброд, Лариса налила ребенку чай. Мальчишка радостно уплетал за обе щеки хлеб с маслом, а в придачу к нему конфеты, полностью измазавшись маслом.

– А ты можешь аккуратнее кушать? – Не сдержала эмоций Роза, ведь ей придется оттирать грязную мордашку. Поскорее бы приехала дочь.

Мальчишка кивнул, но не перестал пачкаться из-за толстого куска хлеба и щедрого слоя масла.

– Тебе нужно было порезать хлеб тоньше, тогда бы и ребенок кушал, и не пачкался. – Ругала подругу Лариса.

– Ой, – отмахнулась она от них и ушла в другую комнату.

Чтобы атмосфера не казалась напряженной, Лариса смачно зачерпнула сливочное масло пальцем, смазала вокруг рта, а остатки проглотила. Так она хотела показать ребенку, что в этом нет ничего страшного, и рассмеялась; он последовал ее примеру. Веселый смех наполнил комнату, что еще больше раздражало Розу.

Через несколько часов приехала дочь Розы, Лариса по-прежнему оставалась у них дома.

– Мама, что случилось? Из телефонного разговора я ничего не поняла. – Влетела запыхавшаяся женщина и на ходу снимала босоножки.

Снова объяснения. Когда этот день уже закончится?

– Твоего отца убили, вот и все. Но скоро мы вычислим этого негодяя и прикончим.

Дочь сразу побледнела и села в кресло.

– Как убили? – Если Розу совершенно не тронуло убийство человека, с которым она прожила тридцать один год вместе, то на глазах дочери моментально выступили слезы.

– Только не смей лить слезы, сейчас утроишь потоп, а я только полы помыла!

Обстановка накалялась. Лариса чувствовала себя лишней и собралась уходить, но это заметила Роза и перегородила дорогу.

– Ты никуда не уйдешь. – Рявкнула она на нее.

– Как ты можешь так себя вести?.. Так бездушно… – Не смахивая слезы, а оставляя их на самовольном попечении, дочь ругала мать.

Разговор не сложился, но дочь Светлана знала характер матери, для которой всегда все были безразличны. Единственный человек, кто подарил для их семьи другую Розу, так это внук. С ним она вела себя по-другому, наверное, когда Света была еще ребенком, Роза не была так мила и заботлива, как сейчас. Света посмотрела грустными глазами на мать, взяла сына и вдвоем ушли, не оборачиваясь. Лишние слова здесь не нужны.

– Ты слишком груба с дочерью. – Высказалась подруга, она могла ей сказать все в лицо, чего не могла сказать Света. – Ты ранишь ее своими словами, а девчонка хочет лишь поддержки и ласки.

На это она только посмотрела и отвернулась, громко цокая языком. Сейчас ей точно не до нежностей с дочерью. У них важная миссия. Теперь она почувствовала окончательную легкость и сразу же взялась за дело. В комнате, где проживал внук, когда приезжал к ней в гости, имелась маркерная доска на ножках. Ей-то она и была нужна. На белом фоне внук нарисовал кривую, но отчетливо понятную собаку, с зажатой в пасти костью, среди футбольных мячей. Как бы ей ни хотелось, а пришлось стереть его старания. В следующий раз он приедет и нарисует лучшую картину.

Чистый холст готов – как новая глава жизни.

– Итак, что мы имеем? – Вооружившись маркером, начала она, приказывая сесть подруге на кресло-мешок. Та с шумом приземлилась на интересное творение, что даже издала смешок от неожиданности.

Если этот вопрос адресован был ей, то пока она удобнее устраивалась в кресле, из головы вылетели все факты, что они обсуждали ранее. Крутилось только одно: какое удобное кресло, нужно приобрести такое себе.

Роза не расстроилась, не разгневалась, а лишь махнула рукой на подругу и принялась за саморассуждение. Сначала она выписала всех соседей, находящихся рядом с ее домом, в частности красным маркером выписала мужчин, не брала в счет детей. Не исключала женщин, но тех, которые подходили под ночного гостя: высокий – метр семьдесят, среднего телосложения, не худой и не толстый. И бейсболка. Она напрягала память, чтобы вспомнить ту деталь, что была нарисована на вышивке. Но как бы это ни делала, вспомнить не удавалось. За это она себя ударила по ноге. Лариса тут же пришла в себя, оторвавшись от любования удобным креслом.

– Подожди минутку, – сорвалась она с места и направилась в коридор, где окончательно высохли полы.

Только сейчас всплыло в памяти Ларисы, что в том месте, где она заметила капельку крови, был спрятан крохотный предмет. Поэтому она быстро вскочила с места и побежала в прихожую, чтобы извлечь, может быть, улику. Подняв табурет, она увидела, что предмета, который яркой вспышкой появился перед глазами, не было. Она нахмурилась, осматривая комнату. Пришлось заглянуть под обувницу, которая стояла напротив двери – странное решение. Гибкость тела позволяла ей опуститься на колени и нагнуться; острым взглядом она все-таки нашла предмет, который при входе четко выделялся среди всего интерьера комнаты. Аккуратно протянув руку, она остановилась в сантиметре от него. Что если она оставит отпечатки пальцев на потенциально важном объекте? Нет, она не допустит этого. Тут ей на глаза попалась пара перчаток. И уже на бархатной перчатке лежал интересный предмет, который вполне мог подкинуть убийца, чтобы что? Чтобы его скорее обнаружили?

Стараясь не уронить найденную вещь, Лариса легонько сжала ладонь, когда шла к Розе, а после разжала и показала подруге. Порадуется ли она или нет?

– И это все? – Роза косо посмотрела на подругу, ничуть не удивляясь. Роза молниеносно смахнула шар с ладони, что тот одним ударом приземлился на кровать. – Этот шар мы привезли с моря в качестве талисмана. Но никакой это не талисман, а просто шар, сделанный под мрамор.

Что ж, пытка не пытка. Лариса слегка расстроилась, что напрасно полезла за шариком и так радостно его предъявила.

– Ладно, проехали, – вздохнула она. – Пока ты там копошилась, я выписала всех мужчин и некоторых женщин. – Она указала на доску.

– Ты думаешь, что к тебе могла прийти женщина? Зоя, что ли?

– А почему бы и нет? Она вечно косо на меня смотрит. Может это она решила меня убить, но попался мой муж. Или она заказала наемного убийцу, но опять же, попалась не та цель.

– Хм, не знаю, она ли это.

– А тебя никто не спрашивает. – Роза задумалась, еще раз осматривая доску. – Да, кажется, что Зоя не подходит только по одной причине: позавчера она уехала в город к сыну и приедет послезавтра. – Вычеркнула ее имя, но сверху поставила знак вопроса.

– Мне кажется, что меня тоже могут убить, – невпопад тихо сказала Лариса.

Подруга оторвалась от размышлений и посмотрела на Ларису, сведя брови к переносице, отчего стала похожа на злую ведьму.

– Что ты сказала?

– То и сказала. Ты ведь помнишь, что у меня с детства есть небольшие экстрасенсорные способности, и часто они сбываются – мои предчувствия.

– И ты думаешь, что «он» убьет тебя? – Брови вернулись в прежнее положение. Роза сложила руки на груди, но ничего говорить не стала.

– Мне так кажется, повторюсь. Скорее всего, он в курсе, что мы подруги и сейчас – она осмотрелась, наверное, в поисках камер или предметов, подходящих под подслушивающие устройства, – обсуждаем его, что не остановимся, пока не найдем. Или полиция первой раскроет дело. А пока, чтобы устранить лишних людей, он начнет с меня.

– Не думаю, – снова задумалась она. – Но вполне возможен такой вариант. Значит, будешь ночевать у меня, – быстро ответила она за подругу. – С сегодняшнего дня и начнем. Но пока займемся делом, опять.

Они еще долго рассуждали на это тему, пытаясь представить образ соседских мужчин под образ убийцы, а также вспоминали, кто из них носил кепки. Лишь двое всегда носили кепки. Не исключено, что убийца надел кепку только для отвода глаз, чтобы подставить кого-то. Или он вообще не из их квартала.

– Что-то я устала, – громко зевнула Лариса, кажется, что удобное место уютно в себя погрузило женщину.

– Я не удивлена, – грозно посмотрела на нее Роза. – До вечера.

Даже лучше для нее, больше времени уйдет на размышления, которые никто не прервет своими глупыми вопросами. Или находками. Как шар вообще мог оказаться в коридоре под обувницей? Он лежал на своем привычном месте, на полке, где имелись также другие сувенирные статуэтки, привезенные из разных городов, в основном с Черного моря. Розе не давал этот факт покоя, она подняла шар с кровати и внимательно повертела его в руках. Какого-то странного цвета этот шар: немного грязновато-оранжевый цвет вперемешку с молочно-белым оттенком, а посередине проходила полоска из блесток темного цвета. А у них? Роза покупала именно такой шар? Кажется, что в нем были другие цвета, пастельные оттенки розового цвета. Они покупали как талисман любви. Но любви в их семьи не прибавилось, все по-прежнему, до сегодняшней ночи, оставалось однообразным.

Нет, это не их шар. Она знала точно, и для проверки своей теории она вошла в спальню, подошла к той полке и замерла. Шар, размером с грецкий орех, чуть не выпал из рук, потому что точно такой же, но другого цвета стоял на подставке среди различных статуэток в виде животных. Значит, подруга была права? Но каким образом убийца смог так быстро подкинуть шар, если не прошло и нескольких секунд, как он нацелил пистолет на мужа, выстрелил и убежал? Она, кроме выстрела, не слышала никаких посторонних звуков, а упавший шар издал определенный звук. Так откуда он появился? Роза не имела ни малейшего понятия. Но решила сохранить его для полиции, может, там остались отпечатки. Она выронила его на пол, была мысль протереть шар, но она отказалась от нее.

– Черт, – выругалась она. – Я могла своими кривыми пальцами стереть отпечатки убийцы.

Она погрузилась в воспоминания, как тогда на рынке среди разнообразных прилавков с овощами и фруктами затерялась лавка сувениров с большой вывеской: «СУВЕНИРЫ ИЗ ИНДИИ». Вывеска ярко выделалась среди прочих, местами еще горели лампы, но некоторая часть выгорела, однако это не мешало заметить ее, среди постоянно снующих туристов. Глаза то дело разбегались от пестроты рыночного общества. Все-таки Роза сумела заметить лавку и, вырвавшись из толпы, достигла ее. Интерес подогревался неспроста, ей давно хотелось купить что-нибудь необычное, но в обычных магазинах не сыщешь подобного. А здесь то, что надо!

Теперь глаза перешли на товар и разбегались от его разнообразия, якобы из Индии, маловероятно, как ей казалось. Продавец тут же прилип к ней, мигом протиснувшись сквозь узкий проход, заваленный всякой всячиной. Он, словно говорун, начал быстро говорить, рассказывать о своем ассортименте, а потом замолчал. Роза не была готова к такому подходу, ей крайне редко нравилось, когда продавец сам предлагает помощь. А здесь он прилип, возможно, из-за отсутствия потока туристов. Или это у него такая тактика.

– Давайте угадаю: вы ищете что-нибудь необычное, – начал гипнотизировать он ее.

Запах благовоний, специй и другие ароматы смешались воедино, вызывая головокружение. Именно поэтому здесь не стояли очереди из нетерпеливых туристов. Она была первая, но не последней. Муж в это время ходил за людьми, думая, что его жена затерялась среди них, никак не ожидая, что она находится в другом конце рынка. Сквозь туман до Розы дошли его слова, и она, похоже, поддалась гипнозу, кивнула. Ей было наплевать на его навязчивость, она хотела скупить все. Руки сами тянулись к неизвестным предметам, пока продавец навязывал ей ненужные товары, сопровождая долгими и ненужными разговорами.

– Я вижу, что вы замужем, – Роза не способна была отвечать на его вопросы она, а просто кивала головой. – Мне кажется, что в вашем союзе не хватает той изюминки, той страсти, которая присутствует в других парах. Поэтому у меня есть волшебный талисман, который сбережет вашу любовь, наполнит ее новыми чувствами, и, кто знает, может, вы еще родите мужу малыша. – Усмехнулся про себя, но подсунул под нос обычный шар. – Вот, купите, не пожалеете.

Роза от наглости раздулась, как рыба, но ничего не посмела ему сказать. Он загипнотизировал ее так, что она не могла вымолвить ни слова, но предельно ясно ощущала каждую жилку кипящего гнева. Не поторговавшись с ним, Роза купила талисман – потом выяснилось, что это обычная безделушка, – а еще несколько пачек благовоний, разные штучки, использование которых до сих пор ей было неизвестно, и много всякой мелочи.

Продавец не замолкал, пока складывал покупки в пакет с тем же названием, что и вывеска, потом он получил свои деньги – все-таки он умел обращаться с покупателями, нередко подходившими к ларьку – и вручил пакет. Чтобы «гипноз» прошел, а человек не возвращался, мужчина с довольным лицом подтолкнул женщину, и ее тут же захватил поток жужжащих туристов. В этом потоке муж нашел Розу. Оглядевшись вокруг, она была уверена, что сможет вернуться к лавке и вернуть ненужное, однако лавка бесследно исчезла, словно растворившись вместе с огромной вывеской.

Казалось, что это была самое теплое воспоминание, при всем том, что ее обдурили, как наивную дурочку. Но надежда на сохранение любви была, однако все пошло прахом, когда они вернулись домой. Домашняя обстановка возобновила прежние отношения. И никакой талисман не способен сохранить идиллию, которой прежде не существовало.

Она присела на край кровати, зажав в ладони шар с моря. Перед глазами замелькали разные цвета: сначала она заметила фиолетовый, потом красный, оба слились в совершенно неразумный цвет – желтый, а после на этом фоне появились квадратики, медленно приближающиеся к глазам. Они становились все больше, пока не смогли поглотить желтый цвет, превратив его в темную массу. Роза погрузилась в глубокий сон сама того не ожидая, усталость отразилась в ней, несмотря на то, что внешне она казалась сильной личностью. Но ночное происшествие подкосило ее, и неизвестно, что будет дальше – как она примет то, что рядом с ней теперь не будет мужа, на которого она, как заведенный ритуал, ругалась каждый день.

– А еще необходимо объехать весь квартал и посетить те дома, где установлены камеры видеонаблюдения. – Сказал с зубочисткой во рту Борис Леонтьевич, не отрываясь от чтения своих записей. – И магазины тоже, может быть, он засветился на камерах.

– Будет сделано! – С веселым энтузиазмом отчеканил напарник Толя.

– Надеюсь, что предполагаемый убийца не совершит новых преступлений, – хотел выплюнуть зубочистку, но переложил ее в другую сторону.

Толя нахмурился.

– Почему вы так думаете?

Борис поднял на него глаза, окинул взглядом юное лицо и подумал, что этот юнец еще мало что знает об убийцах и о том, что у них творится в голове. Они еще и не такое устроят.

– Когда один раз кого-нибудь пристреливают или убивают, у них появляется желание совершить преступление снова. Это как ломка при отказе или нехватке запрещенных веществ – хочется еще, и, удовлетворив это, им становится легче, свободнее. А потом все заново, пока их не поймают. – Они наклонился вперед, показывая, что хочет поделиться чем-то тайным, и напарник подошел ближе. – Порой я не понимаю их логику: они живут достаточно хорошо, у большинства есть все, а они идут и совершают преступления, словно им чего-то не хватает.

Толя невесело кивнул.

– Буду еще указания? – Толя выпрямился, ожидая дальнейших приказаний. Ему не терпелось скорее покинуть участок и начать собственное расследование.

– Пока осмотри камеры. – Ответил Борис, уставившись в документы, желая поскорее избавиться от напарника и остаться в тишине. Как говорится: «В тишине рождается истина»

Толя вооружился всем необходимым, перед уходом проверив документы в нагрудном кармане. Чаще всего он по растерянности оставлял их на столе, а бывало и дома, но ощутив под тонкой материей твердый прямоугольник, улыбнулся и вышел. Все было при нем, поэтому он решительно направился к выходу. Это был первый раз, когда он оправлялся на задание без Бориса Леонтьевича. Такое ответственное дело требовало безупречного выполнения, надо постараться не облажаться.

Последняя мысль оказала внешне отрицательное воздействие показать из себя лучшего работника. Толя шел так уверенно с высоко поднятой головой, что не заметил мусорное ведро у выхода. Раздался яркий звук удара, эхом пронесшийся по всему отделению, когда он врезался в ведро. Весь мусор разлетелся по полу, и мужчине пришлось собирать неприятные остатки еды и бумаги. Миссия провалилась, еще не успев начаться. Означает ли это, что в дальнейшем его ждет провал, или все-таки он сможет взять себя в руки и показать, как на самом деле можно добиваться результатов?

А пока напарник ехал до пункта назначения, Борису Леонтьевичу поступил звонок, не особо желанный, но важный для дела. Он еще не знал, какая опасность подстерегает его в будущем.

– Алло. – Медленно проговорил он.

Такого медленного голоса Роза еще не слышала, но, видимо, эффект был, потому как она начала тараторить с неимоверной скоростью, с которой опытный сотрудник, привыкший и сам порой говорить быстро, не уловил всей сути. Проскакивали некоторые слова, но связать их воедино у него не получалось. В итоге он дождался, пока Роза выговорится, а после попросил ее повторить все сначала.

– …так вы приедете, чтобы взять отпечатки пальцев, хотя здесь и мои, и Ларисы. – Призналась она, ничего не скрывая.

– Э-э… наверное. – Возник важный момент, в котором важно не перегнуть палку, а спокойно попросить ее повторить все слово в слово. Кое-что он понял: раз она хочет снять отпечатки, значит, имеется весомый повод.

– Я буду ждать.

– Роза… – Борис запнулся, банально от незнания ее отчества. Он был настолько поглощен делом, что банально не придавал значения запоминанию ее фамилии и отчества. Пропустив этот момент, он продолжил: – Не могли бы вы повторить все заново, чтобы я смог все задокументировать? – Как можно спокойнее, но в то же время профессионально сказал он, а Роза ничего не заподозрила и повторила свой рассказ заново.

Бинго! Борис Леонтьевич не солгал, говоря, что хотел бы записать ее слова – каждое слово было зафиксировано на бумаге. Какой-то шар, по ее словам был найден под обувницей, хотя в их доме имелся собственный шар. Что ж, интересно. Борис попрощался с ней, однако она сама, закончив небольшой допрос, моментально отключилась, поэтому его «до свидания» повисло в пустом кабинете. Он выпрямился и подошел к окну.

На подоконнике с улицы завис голубь, увидев мужское лицо. Голубь неподвижно стоял и смотрел прямо в глаза Борису, ожидая порции еды. Другие голуби, расхаживающие туда-сюда по земле в поисках крошек от утреннего кормления или, если повезет, насекомых, пробежавших не вовремя мимо них, услышав воркование другого голубя, уставились на него. Некоторые, особенно самые наглые, поднялись на подоконник. Они ждали от мужчины угощения. Тот оторопел от их наглости, но увидел, что на тарелке с прошлого вечера остался лежать уже засохший кусок хлеба – Толя принципиально доел колбасу, будучи сыт до предела. Сначала Борис разломал хлеб на крошки, затем слегка открыл форточку и высунул руку с крошками наружу. При виде руки, все голуби почувствовали предстоящую еду и образовали круг, тогда он полностью открыл окно и высыпал остатки. Один из голубей, отличавшийся белыми круглыми пятнами на сером оперении – Толя придумал для него кличку: Горох – не обрадовался обычным крошкам, а будучи лидером стаи, уставился на Бориса, как бы требуя от него лучшей порции лакомства.

– Что, не нравится? Заелись птицы, – недовольно фыркнул Борис и закрыл форточку.

Немного отвлечения от дел не помешало Борису. Он позвонил своему коллеге, и тот отправился к утреннему дому для изъятия важной улики.

Толя решил припарковать машину недалеко от магазина. Не то чтобы он боялся оставить машину около магазина, хотя она вовсе не выглядела как полицейская, скорее, действовал по своим соображениям. В любом случае он решил остаться гражданским, не привлекая на себя внимание, если вдруг поблизости или внутри магазина находился потенциальный убийца.

Пока Толя шел к магазину, он внимательно всматривался в лица прохожих, пытаясь представить, кто из них мог бы придумать такую схему. И кто способен совершить данное преступление снова. Может ли оно повторится? Убийца может скрываться за любым лицом, часто за дружелюбным, не привлекающим особого внимания.

– Здравствуйте, сможете ли вы позвать директора? – Обратился Толя к первому попавшемуся сотруднику и, стараясь не вводить его в заблуждение, представился.

Продавец не растерялся, а сразу сообщил, что директора нет на месте. Все потому, что в выходные он не работает.

– Могу позвать администратора. Если он вас устроит, конечно. – Возвращая консервную банку обратно в коробку, продавец неспешно направился в сторону служебного помещения.

Минуту-другую и администратор уже стоял перед Анатолием.