Тайны Иудейской пустыни 3

– Ты так говоришь, Мирута, как будто я – это я, а мой мозг – отдельно.

Инструктор заулыбалась:

– Так оно и есть, землянка. Если бы это было не так, то ты никогда бы не пустила Экера в свой мозг. Скажи, ты знала, что Экер находится в твоей голове?

Я ничего не стала скрывать:

– Да. Али мой друг. Я всё знала. Мирута, где сейчас находится Али?

– Не волнуйся, он у психолога, в специальной ловушке. Мы бережно относимся к Экерам – любимой игрушке богов. Их осталось очень мало во вселенной. Нам удалось захватить ребёнка, это большая удача, ему всего несколько тысяч лет. К нам спешит корабль с его соплеменниками.

– Могу ли я с ним переговорить?

– Конечно, Ниа. Только после появления представителей его народа.

Глава 8

Поговорить мы не успели. Али улетел на свою Родину, в места, где живут Экеры. У нас добавился ещё один инструктор – по психологической подготовке, для плохо соображающих поясню: это – что нужно делать в том случае, если ты один, против всей вселенной. Этот инструктор научит нас не сдаваться в безвыходных положениях. Он так и начал свою первую лекцию:

– Безвыходных положений не бывает, они, просто, не существуют в природе. Если есть вход, обязательно должен быть выход. Я научу вас действовать по методу Экера. (Оп па на, у Али даже свой метод имеется!) Никто не знает, как входит Экер, и никто не знает, когда он покидает объект исследования. В своё время, боги применяли Экеров, как шпионов, заставляя их следить за своей паствой и узнавать планы своих конкурентов. (Блин! Не пойму – то игрушка, то шпионы. Слишком широкий профиль у этого долгоживущего народа. Мы никогда, раньше, ничего не слышали об Экерах. А, Али, даже не подозревал, кто он такой.) Чем дольше мы находились на Спиритусе, тем больше накапливалась усталость. Если честно, мне давно надоело всё, я хотела домой, хоть ненадолго, к отцу. Он у меня один. Ему скучно, тяжело. Душа давно просила отдыха, маленького перерыва от нахлынувшего океана знаний. Жалко, что не всё можно говорить, неокрепшая психика может не выдержать правды. Правда ведь тоже разная бывает.

***

– Хорошо. Я поставлю твою просьбу, Ниа, на педагогический совет.

Возражений не было.

– Ура! Я в отпуске! Обратным путём, по той же дороге. Сначала в Угомару, потом в Иудейскую пустыню. Инструкторы успели предусмотреть всё, из моих карманов был слышен успокаивающий шорох. Так может звучать только валюта. Ура! Я еду домой!

В пустыне я сориентировалась быстро и побежала в сторону монастыря преподобного Саввы Освященного. Я не знала сколько времени я отсутствовала, я не знала, кто меня встретит в центре наблюдения, под монастырём. Просто, мне необходимо было время, чтобы насладиться свободой, прийти в себя от перепада нахлынувших эмоций. Я хотела сразу всё, все наслаждения Земли: от мороженого и вершины Эвереста, до ласкового тёплого моря в Майями. И, чтобы я лежала на руке сильного, уверенного в себе, мужчины. Блин! Какая-то обезьяна крутится перед монастырём, похихикивает и выпячивает свой живот. Я узнала Бурга – ловчего из Угомары.

– Что он здесь делает?

Его жесты становились всё неприличнее. Он крутился передо мной, как бы представляя из себя товар, готовый на всё, ради поездки в Майями. Всё время, выпячивая свой необъемный живот и причмокивая губами. Блин! Я едва сдержалась, чтобы не прихлопнуть его на месте, как жирную муху, испортившую мне настроение. Этот урод, оказывается, мог ещё мысли читать. Он мгновенно исчез. Я для себя сделала вывод:

– Впредь необходимо быть предосудительнее.

И тут же заблокировала мозг, чтобы никто, ни один Экер, не влез в мою голову, хотя бы на время отпуска. В подземелье находилась одна Йоко. При моём виде она расплакалась. (Блин! Биороботы не плачут. Может Йоко испортилась? И ей требуется помощь специалиста?) Нет. Здесь было что-то другое, я попыталась просканировать её мозг. Печаль. Горе. Что-то ещё, вызывающее яркие эмоции. (Я не знала, что переливами разных цветов отражается любовь. Такая радуга эмоций!)

– Что с тобой подруга?

Я прижала расклеившуюся девушку к себе и дождалась пока она успокоится.

– Я боюсь Ниагара, он умер. Его больше никогда не будет рядом со мной!

– Йоко. Успокойся. Кто умер?

– Йог. Отец Дионис. С тех пор, как пропал Али, Йог был единственным, кто не давал мне сойти с ума в этом безмолвии пустыни. Перед смертью он признался мне в любви, Ниагара!

Йоко опять зарыдала.

– Я все свои сбережения потратила на операцию, теперь я могу выносить ребёнка. Я вернулась в пещеру, а он умер!

– Когда это случилось? Йоко, ответь мне, это важно, очень важно!

– Вчера вечером, после молитвы.

Она опять не смогла сдержать своих слёз.

– Ты знаешь! Я люблю его!

Это уже было за пределами моего разума. (Биороботам чужды человеческие чувства.)

– Ты знаешь где он находится? Женщинам запрещён вход в мужской монастырь.

– Он в часовне, недалеко от главного входа, после обеда там никого нет. Я проверяла.

Настало время применить полученные знания на практике. Я стала невидимой, и, чтобы не пугать излишне эмоциональную подругу, отправилась на поиски усопшего монаха сама. Я решила оживить его. Нас учили, что до трёх дней это возможно, а потом всё в воле богов. Не знаю, надо попытаться, может получиться? Лишь бы в часовне никого не было.

***

– Ну, вставай, вставай! Открой глаза. Ради меня, ради жизни, ради Йоко! Ты слышишь! Йоко любит тебя! Я едва успела выскочить из головы трупа. Для кого-то покажется это кощунством, но я использовала метод Экера и у меня получилось. Он вздохнул, прежде, чем забилось его сердце.

– Как это похоже на ритуал Вуду! – подумала я, но, в отличии от земных колдунов, мой воскрешённый не был Зомби.

Правда требовалось время для его оздоровления и очистки всего организма от ядовитых токсинов. Я это уже проходила, после спаррингов на Спиритусе. Я воспользовалась древними заклинаниями погибшего народа ацтеков, и, ночью, перенесла воскрешённого Йога в пещеру. Блин! Потом мне пришлось воскрешать Йоко, она при виде живого Йога, брыкнулась на землю без чувств. Наконец, я успокоилась сама, и постаралась успокоить подругу, объяснив ей, что Йог находился в нирване.

– Надеюсь, ты знаешь, что это такое?

О! Дай мне терпение. Йоко ничего не слышала, опять залилась слезами. Я, кое-как, смогла объяснить подруге, что им непременно, необходимо покинуть обитель. Оставила часть своих денег. Рассказала, что нужно предпринять для оздоровления Йога. Йоко счастливо улыбалась. Я уже собралась уходить из подземелья, я продумала свой дальнейший маршрут. Меня не смущало отсутствие паспорта. Я человек вселенной! Для меня не важны земные документы. Последний раз я оглядела пещеру.

– А, жаль, что скоро она останется совсем пустой!

Для меня и многих других она была гостеприимной обителью, в Иудейской пустыне. Я успела попрощаться с Йоко, пожала руку монаху и собиралась уже уходить по тайному выходу из пещеры, когда меня, на проходе, чуть не сшиб робот.

– Али, ты что здесь делаешь? Вернее, Экер, или, как тебя?

Али прикрыл мне рот.

– Я в бегах. Называй меня только Али. Это правильно, и я привык к этому имени. Ты, как, Ниагара? Тоже сбежала?

– Нет. Я в отпуске. Но ты же улетел к себе домой, воссоединился со своим народом.

– Не смог я там, скучно, совсем неинтересно. Они знают ответы на все вопросы, знают, что было, что есть и, как оно будет. Не выдержал я там, Ниагара. Я, быстро объяснила, что здесь произошло в его отсутствие, рассказала про воскрешение монаха, про болезнь Йоко, со странным названием – «Любовь», про её излишнею эмоциональность.

– Я всегда подозревал, что она не нормальная!

– Ладно. Мне некогда! Разберётесь без меня. А, я побежала!

Я убегала из этой пещеры, убегала от своих друзей, убегала от, грызущей меня зависти.

– Как бы я хотела быть такой ненормальной! Мне двадцать шесть лет, а я, даже не знаю, что такое «Любовь».

Я завидовала этой малышке. Может и правда, я морально устарела, и меня пора разобрать на части? (Люди не должны завидовать роботам, даже биологическим.)

***

Я не застала отца на любимой его лавочке. К сердцу подкатился неприятный холодок. Я открыла дверь в дом и услышала знакомый голос:

– Кто там?

Отец лежал на кушетке в окружении лекарств, на деревянной табуретке было блюдо с едой.

– Это я, Йоко.

Отец попытался встать, но я вовремя остановила его движение.

– Дождался. Я всё время ждал тебя. Пять лет прошло с тех пор, как ты пропала, Нигара. Я не знаю, куда ты делась, но всегда знал, что ты вернёшься. Спасибо твоей подруге Самико, проведывает старика. Это её «окаю», отец показал на тарелку.

На выходе скрипнули деревянные ступеньки, в комнату входила моя раздобревшая подруга, держа мальчика за руку и с девочкой в онбухимо. Я бросилась обнимать Самико с благодарностью за поддержку отца. Она смотрела на меня, как на привидение:

– Ниагара! Ты где была? Опять в Угомаре? Я думала, что ты никогда не вернёшься. Не знаю, как у тебя получилось сбежать?

Я не сбегала, Самико. Я в отпуске.

Подруга примостилась на край топчана:

В отпуске? Но, ведь так не бывает. Из Умогары нет выхода.

Я вспомнила тезисы своего учителя:

– Если есть вход, значит должен быть выход. Я в отпуске, Самико!

Глава 9

К отцу прилетела чайка во сне, она, наверное, и унесла его душу. Я не смогла спасти его. Он не отзывался на мои призывы. Без отца сразу стало пусто одиноко. Я не радовалась своему отпуску. Мне был противен мой родной город с его холодными тайфунами и ливневыми дождями. Я дождалась, когда восстановится погода и вернулась назад в Иудейскую пустыню. В пещере под монастырём никого не было. Я, только зря потеряла время, ожидая, что кто-нибудь появится. Мне знаком был секрет перехода, передвижение скал, можно было рассчитать по фазам луны. Я дождалась, когда откроется портал, и до вечера, была в Угомаре. На Спиритусе меня не ждали так рано, но всё равно, за мной пришли, это были Экеры. Я захлопнула все дыры в своей голове. Кто-то из Экеров засмеялся.

– Хватит, я вас знаю!

На Спиритус мы прибыли ночью. Блин! Время здесь, какое-то неправильное. В космосе всё совсем не так, как на земле. Я добралась до своей комнаты в десять часов утра.

– Выброси ты свои часы в мусор, – посоветовал дежурный по школе. На время каникул была отключена вся сигнализация. Я не знала, но завтра в школе должна была собраться вся управляющая верхушка нашей вселенной. Это был форс-мажор. Экстренно, в срочном порядке. Нам чудом удалось проскользнуть на планету, с десяти часов, по Токийскому времени она закрыта со всех сторон, межгалактическая служба безопасности заблокировала все порталы этой планеты. Город наполнился различными существами. Школа гудела, как улей. Про меня все забыли, никому не было никакого дела до землянки. Все выступали на своих языках, ретрансляторы добросовестно переводили на общегалактический. (Нам его преподавали с того момента, как наш отряд переступил черту этого города.) Блин! Тут такие вещи творятся! Кажется, во вселенной катастрофа назревает.

***

– Между вселенными нет чётко выраженных границ. К нашей вселенной мы относим все галактики, в пределах нашей видимости. Всю, что находится за пределами нашей визуальности – это чужие галактики и чужие миры. Высшие так не считают. Идёт постоянная борьба за влияние в этих пограничных мирах. В чужой вселенной есть свои руководители, они давно противостоят нашим высшим. Их технологии не уступают нашим, а зачастую, и превосходят. Сейчас наши интересы столкнулись на паре галактик. Там уже сто лет сражается наш военный космический флот. Война идёт с переменным успехом. У нас не хватает войск, чтобы проводить зачистку планет и спутников. У неприятеля есть свои секреты, их корабли, иногда, вылетают из чёрных дыр, и появляются за спиной нашего флота. Для нас это явная неожиданность. Мы боимся даже близко приближаться к чёрным дырам! А, для иронов, это раз плюнуть. Они вблизи чёрной дыры чувствуют себя, как дома.

Мы, с открытыми ртами, слушали лекцию нашего инструктора, боясь пропустить, хоть слово. Он нам ясно дал понять, что наша практика будет проходить в пограничных галактиках. Обстановка там менялась быстрее, чем хотелось бы. Поэтому инструктор оперировал приблизительными цифрами. Мы не знали численного состава нашего флота, сколько задействовано кораблей и где, из каких галактик. Мы даже не знали имени нашего главнокомандующего и где он находится. Это была государственная тайна, не доступная для курсантов-кудесников нашего выпуска. Блин! Всё так запутано, совсем не понятно, кто и где воюет. На следующий день, этот же инструктор принёс нам каталог разумных существ нашей вселенной. Чтобы мы научились отличать своих от чужих. Только противник часто пользовался имитаторами, это у них биороботы такие, в считанные секунды, превращающиеся в наших военных, и им без разницы было, какой галактике ты принадлежишь. Они становились так похожи на наших солдат, что многие отказывались стрелять в противника. Всё равно, мне было интересно посмотреть этот каталог, чтобы иметь представление о дружеских мирах. Блин! Кого здесь только не было: существа, похожие на улиток, земноводные, летающие, ползающие, прыгающие. Меня поразили существа, плавающие в вакууме. Они в войне принимали участие в качестве разведчиков и диверсантов. У них не было планеты, они жили в астероидах и пролетающих кометах. Надо отдать должное, они отличались от всех существ нашей вселенной. А ещё мне запомнились существа, прыгающие, как мячики. Название у них интересно – Булиты. Я пролистала каталог и передала соседке. Инструктор требовал, чтобы мы запомнили всех, с первого раза. Так оно и будет, после занятий психолог зафиксирует всё в наших мозгах.

Сейчас у вас начинаются очень ответственные занятия, на которых отсеивается больше половины состава. Ваша группа, на сегодняшний день состоит из семи особей, включая командира. Почему мы остановились на формировании группы из женской половины, входящей в составе нашей вселенной? Потому, что мужчины не способны пройти этот курс обучения. К сожалению, большая часть женщин тоже не имеет способностей к телепортации. Мы проверили, ваши организмы спокойно переносят переходы под внешним руководством. Мы смогли вас телепортировать в этот мир без потерь. Теперь остаётся решить, сможете ли вы сами перенестись в назначенное вам место, без посторонней помощи. Начнём наши занятия, господа!

***

– Перед вами Луна. Искусственная луна Спиритуса. Ваша задача, сосредоточиться, собраться в кулак, и силой мысли, перекинуть своё тело в объятия этой холодной бестии. Это так просто. Готовы?

– Блин! У меня голова раскалывалась от мыслей. Я пыталась, но оставалась на месте. Девочкам моим тоже не везло. Все смотрели на инструктора с недоумением.

– Показываю. Это просто. Представьте себе паровозик, которому надо проехать из пункта «А» в пункт «Б». И, исчез, инструктор растаял у нас на глазах. Потом пропала пара наших девочек. Я разозлилась на себя:

– Неужели я такая неумеха, не способная ни на что?

– Я представила, только не паровозик, а осла, симпатичного такого и глупого. Осёл – это я, и дел то всего, перенести осла на Луну. Это просто. Ура! Получилось. Это действительно просто. Мне понравилось. Через прозрачную крышу спутника я увидела Спиритус. Он был так далеко и такой большой, я испугалась. Инструктор положил руку на моё плечо:

– Больше всего, я переживал за тебя, Ниа. Земляне, никогда ещё не проходили этот этап обучения! Я поздравляю тебя, Ниа!

Из моей команды нас осталось четверо, трое отсеялось. Обучение для них закончилось. Они заслужили статус кудесников для внутренних планет галактики. Работы в «Млечном пути» им хватит. А нас переселили в другое место. Это был Куб. Кроме нас, всем другим вход в Куб, категорически запрещён. Непривычно как-то! Обучение без инструкторов!

Да, это так. Мы это поняли. Нас продолжали обучать высшие создания. Как? Это была загадка для нас, но каждый день, проведённый в Кубе, повышал наш уровень знаний многократно. Я знала даже то, о чём никогда не догадывалась. Вместе со знаниями у меня выросла сила, появились такие возможности, которые я даже представить не могла. Я вспомнила Али – как тяжело, когда всё знаешь: что есть, что было, и что будет. Становится неинтересно жить.

Я, как и мои подчинённые продолжала усваивать учебную программу. В моих силах уже было построить маленькую вселенную, я, тайком от других пыталась изменить этот мир, вокруг куба. Знаете, как у ребёнка зубки чешутся? Дёснам покоя не дают. Может и наоборот, не важно! Вот так и у меня, хотелось испытать то, чему меня научили. Я безобразничала, мечтала вырваться из этого куба. И такой день настал. Я не спала, я помню точно…просто, я очутилась на цветочном поле. Вокруг меня летали шмели, на мою ногу забралась ящерица, обыкновенная, маленькая, зелёная. За ней гнался Ёжик – злой, колючий. Мне показалось, что я попала в сказку: сейчас, из-за тучи вынырнет змей Горыныч, и сожжёт это поле, вместе со мной.

– Фантазируешь, Ниа?

Я не ожидала, этот голос звучал отовсюду, эхом уходя в глубину куба. Я поняла: это поле с цветами, эти животные и шмели – это иллюзия! А, я, по-прежнему, находилась в кубе. Где мои девочки, где курсантки?

– Ниа, они рядом, только ты их не видишь. У них другая задача. Попробуй догадаться, зачем я поместила тебя в это место?

И голос пропал. Это был, кто-то из высших. Он говорил со мной на японском языке. Я узнала голос своей матери.

***

Я попыталась разрушить эту иллюзию, возвратить на место куб. Это было правильно. Но, у меня ничего не получалось. Я была бессильна что-либо изменить. Меня это разозлило, я сама превратилась в змея Горыныча, и уже хотела разорвать, сжечь это поле, вместе со всем его содержимым. Но, запоздалая мысль догнала мой разум и остановила меня в самый последний момент.

«Зачем? Ещё недавно, я радовалась этому полю, и ящерице искавшей защиты от злого голодного ёжика на моей ноге. Я радовалась красоте, возникшей из ничего, в этом холодном центре знаний. Почему я должна разрушать то, что представляет жизнь! Я человек, а не ящер!»

Поле пропало. Передо мной стояла женщина. Она была огромна!

– Я Цестия, хозяйка этого куба. Ты разгадала мою загадку, Ниа?

– Да. Это символы моей Родины, вы показали их мне, чтобы я никогда не забывала, где родилась. Чтобы напомнить мне, всё, что мне дорого, и что я – человек!

– Вы закончили обучение Ниагара Огаи. Вам присваивается статус исполнителя. Это наивысший статус для ваших племён, Ниа!

– Цестия? Когда нас отправят на войну?

– С чего ты взяла, Ниа. У нас совсем другие планы на ваш отряд.

– Как? Разве нас готовили не для военных действий?

– Нет конечно! У вас другое предназначение.

– Что же нам делать, госпожа?

– Ждать. Когда другие смогут пройти обучение и влиться в твой взвод, Ниа. Мы призовём вас, землянка.

– Где нам позволено ожидать?

– Где хотите, Ниа. Можете пока разогнать всю свою команду, мы известим вас.

Я поняла. От высших никуда не спрячешься, найдут где угодно, даже из-под земли достанут. Никто не знает, как долго нам придётся ожидать, и какой будет сигнал для сбора команды. Я поздравила курсантов с окончанием занятий, вместо диплома – были фантастические знания в голове и общепризнанный статус исполнителя. Мы были первыми исполнителями на всю нашу вселенную. Я отдала последний приказ о временном расформировании команды. И, мы отправились по домам, так, как нас учили.

Я, почему-то, вместо Токио, попала опять в Иудейскую пустыню. Честно, я не знала на сколько я выгляжу и какой сейчас год на Земле. Хотелось скорей добраться до какого-нибудь зеркала. Я сориентировалась на местности. И, переместилась в пещеру под монастырём преподобного Саввы Освящённого.

Блин! Али был на месте.

– Ниа! Поздравляю тебя с окончанием занятий и присвоением статуса вселенского исполнителя!

Блин! Эти Экеры всё давно знали! Для них не существует секрета.

Глава 10

– Ты не поверишь! У Йоко двое детей.

– Да, ну! Молодец! Добилась своего. (Биороботы не способны к репродуктивности.) Где они сейчас?

– Недалеко от нас в Иерусалиме. Можешь проведать, если делать нечего.

– Ты Али – неугомонный, я имею полное право на отдых! Всё, решено, поеду проведаю подругу. Адрес скинь.

Интересно покопаться в мозгах Экера, весь Иерусалим, как на ладони!

– Ты Ниагара, как мясник! Нет – как палач, тоже, кстати, исполнитель! Не можешь аккуратнее, все мысли, все планы мои раскидала. Теперь собирай всё опять до кучи.

Я рассмеялась.

– Это тебе за то, что квартировал в моём организме, целый месяц, без моего разрешения.

***

– Тебе видимо понравилось у нас, Ниагара?

– Конечно. Блин! Жить без этой пустыни не могу! У моей подруги, Самико, после поющих скал, отвращение к любой музыке, даже к классической! Йоко, признайся:

– Откуда у тебя дети?

– Странная ты, Ниагара! Столько лет прожила, а не знаешь, откуда берутся дети. Аист принес. В пустыне нашла, под мужским монастырём!

Два мальчика – близнецы, играли во дворе, совсем не подозревая, что две взрослые тётки наблюдают за ними из окна дома.

– Мир меняется, – подумала я.

Это никак не могло уложиться в моей голове. Йог – отец Дионис, работал преподавателем физического воспитания в колледже. Я не стала дожидаться его прибытия, всё у моих знакомых было хорошо, и они не нуждались в помощи. Я вернулась в пещеру, к Али, застукав робота за детским занятием – он, увлечённо собирал пазлы, хмурился, как ребёнок, когда, что-то не получалось, и радовался своей удаче, когда всё сходилось, как надо. На столе вырисовывалась картинка неизвестной мне вселенной. Я вспомнила:

– Моему другу, Экеру, было всего пять тысяч лет. Он был ещё ребёнком, в космическом измерении.

– Здравствуй, Ниа!

Али назвал меня Угомарским именем.

– Вот, закончу работу, я покажу тебе планету, на которой тебе придётся долго жить.

Поняв, что сболтнул лишнее, робот заткнулся на целый день, одним своим видом, подогревая мой интерес к будущему.

– Скажи, бесчувственная железка, скажи, когда мне придёт вызов?

– Скоро! Не торопи события.

– Скажи. Ты знаешь, что мне предстоит делать, какое задание дадут высшие?

Но робот молчал, не открывая секретов будущего. Я догадывалась, оракул это делал специально, без боязни нарушить законы мироздания, из-за глупого детского каприза:

– Когда всё будешь знать, станет неинтересно.

Чтобы узнать большее, что меня ожидает в будущем, я пошла на женскую коварную хитрость, сделав вид, что я очень обиделась на малолетнего оракула:

– Я задам тебе последний вопрос, только пообещай мне, что ты ответишь на него!

– Задавай!

– Скажи, Али. Я выйду, когда-нибудь замуж? Или мне всю жизнь придётся сидеть за партой в ожидании очередного задания?

Робот рассмеялся. (Роботы не умеют смеяться.)

– Хитрая! Выйдешь, Ниагара, выйдешь, даже успеешь родить много ниагарят.

Больше робот не сказал ни слова. А завтра мне пришёл вызов. Хотя бы об этом он мог меня предупредить! Я заснула в пещере, а проснулась в кубе. Рядом находились ошарашенные курсанты из моего взвода, и несколько незнакомых мне сущностей, что они были не из Угомары, это было ясно, без предъявления паспорта. Я поняла, закончилось формирование взвода исполнителей, осталось дождаться появления высших.

***

На фоне вселенского траура мы ускорили выпуск исполнителей. Погибло трое наших из высших, вместе с кубом, который они должны были занять. Этот куб, всё это пространство в пограничных мирах превратилось в звезду. В новую звезду, выплюнутую чёрной дырой. Это был самый понятный язык, из всех языков воюющих вселенных. Это был язык силы. Неприятель предупредил нас, что, если мы дальше будем упорствовать, и не признавать их полномочий на приграничные галактики, то они с нами поступят таким же образом, превратив нашу вселенную в звездный ХАОС. Пример был, уж очень нагляден. Мы спешили, догоняли вчерашний день, всю надежду за судьбу нашего сообщества, вложив в руки исполнителей. Их было мало. Очень мало. Всего лишь один взвод из десяти сущностей. Это даже не рота, и не армия! Мы совсем ничего не знали о своих соперниках. Раньше не пересекались наши интересы. Мы, даже не знали, кто нам противостоит. Всё дело было в пограничных галактиках, которые они считали своими, а мы – своими. Сто лет идут войны на всех планетах и в Космосе, в границах этих галактик, но мы не продвинулись ни на шаг, и, если быть честными – мы проигрывали в этой войне. Когда-то надо было начинать – искать точки соприкосновения, между нашими галактиками. И этот маленький отряд исполнителей был нашей надеждой в том, что он поможет в заключении мира, поможет закрыть вопрос о спорных территориях. Мы искали пути взаимопонимания. Для этого нужно было знать, что из себя представляет воюющая сторона, за пределами этих галактик. Мы решили отправить исполнителей в этот – чужой мир, туда, где никто не был из нашей вселенной. Исполнители – это, наиболее подготовленное подразделение нашей армии. Мы решили перестраховаться и вживить биологические чипы в их мозг, это делало их более управляемыми, помогало им в нахождении друг друга, в общении, и давало много преимуществ, вместе, с уже освоенными возможностями организма. Это был автоматический сверхсовременный «супер» -переводчик, который исполнителям давал возможность общения с любыми существами, встреченными на их пути, а нам – возможность прослеживать их движение. Операцию по внедрению этого устройства, пришлось провести тайно. Исполнителям не обязательно знать, каким образом их применяют. Они оружие – наше секретное универсальное оружие. Завтра они получат своё задание – внедрение в чуждый мир, с разведывательными функциями. Не знаем, смогут, ли они, или время нашего обучения, для них пройдёт даром? И неприятель превратит их в ничто, в ХАОС, как обещал?