- -
- 100%
- +
Жертва, была знакома. Учитывая свои и его внешние данные, относилась к нему, с высока.
Думаю стоит пояснить:
Она. Длинноногая, светловолосая с шестым размером груди. Стройная и без малейшего изъяна. В общем, к её виду подходит лишь одно значение, БОГИНЯ.
Он. Тщедушный ботаник. Не высокого роста (мягко говоря). Со своими фобиями. С вечно падающей, на глаза чёлкой. К нему не подходит, не один эпитет.
Самое интересное они хоть и учились в одном классе, но ни когда не общались и даже не всегда здоровались. Так почему она обвинила его выяснять, впрочем ни кто и не думал.
Когда то, мать Юры приняла, не будучи крещённой в православии, католическую версию христианства.
И в этом духе, воспитала своего сына.
Попав в застенки, Юра с первого же дня мечтал о смерти. Но каждый раз, отбрасывал эту мысль из за боязни попасть после смерти в более страшное место.
Сейчас, ежедневные издевательства и насилие (ну вы понимаете), он считал божьим испытанием. И терпел, в надежде на ИИСУСА.
Появление нового сокамерника, ему добавило и без того мучительных дум. Но к его счастью, Мирон, даже и не заметил маленького человечка.
Его остановили, на против железной двери окрашенной в тёмно коричневый цвет, при чём по красили её не так давно. Белой же краской не очень профессионально кто-то вывел номер камеры:
103
Помещение в которое Мирон вошёл, в точности повторяла, виденную им в сериале про батьку МАХНО. С той разницей что, обитатели её одеты в основном в спортивные костюмы. Ну прям девяностые.
По углам, её размещались, с права умывальник, с лева унитаз. Меж ним и стеной было что-то не ясного цвета.
Вдоль стен, нары. Они же были и под окошком с решёткой. И чтобы к ним пройти, пришлось обходить стол с сидящими по кругу «братками». Выбор Мирона, был не случаен. Просто как ему показалось, они были свободны.
В той же тишине, Мирон на своё удивление, забравшись на верх не услышав ни единого слова в свой адрес, улёгся. До следующего, эпизода, своего прибывания в СИЗО, он, смотрел в окно. И если бы не открывшаяся дверь, то скорее всего бы, уснул.
– Нам, новую игрушку прислали!
Услышал Мирон. Но сделал вид что, дремлит. Похоже такое отношение к себе, говоривший не терпел. Далее последовали приближающиеся не цензурные слова. Мирон, не хотя повернулся в сторону, беспристанно льющегося, отборного мата.
Приближающаяся скала, впечатлила его и объяснила, причину, такой реакции (не привык, громила к такому обращению, от людей ниже рангом).
– Что волосатик, будешь новой игрушкой? – последовал риторический вопрос.
Оценивая нависшую угрозу, Мирон ждал действий от врага. Первым ни когда не нападал. Ну разве что в годы юности, участвуя со скин хэдами в акциях, против комуняк и чурок.
С ближайших коек подобрались ещё двое.
Похоже «скала фрэглов», тоже первым не начинает, посылает в бой шавок.
Не высокий с пузом мужик, что первым спустился с нар, произвёл странный выпад. Но Миронова пятка осадила, первопроходца. Похожий на пугало из американских ужастиков, попытался ударить в челюсть. И тоже легко был наказан. Удар пришёлся в колено. Хруст услышали все, возможно, даже за дверью. В отличие от пузана он упал на бетонный пол. Очередь «скалы фрэглов».
Ему повезло больше, он смог, заставить Мирона, ощутить подобие боли. Здоровенный кулак пришёлся ему по почкам. Притворившись что больно, парень изобразил на лице что то на подобии и слегка пригнулся.
Первопроходец, посчитав это шансом, снова включился в события. Попытался сбить Мирона с ног. Везение, на этом кончилось. И на сей раз хруст точно был услышан за дверью. Скала, в очередной раз совершил попытку, теперь апперкот в челюсть Мирона.
Увернуться оказалось легко, и локоть нашего героя (ни кем незамеченный), принял форму кувалды и сломал, Скале рёбра. Вроде бы как все с правой стороны. Отступив на шаг, потерял ровновесие, споткнувшись о
поломанных шавок.
Головой, ударившись о стол, он в момент потерял сознание.
Приведя в порядок волосы (поправил резинку), Мирон в первые увидел Юру. Тот с широкой улыбкой наблюдал за происходящим.
Теперь до Мирона дошло, что это было, между унитазом и стеной.
Радость покинула его лицо, как только он встретился глазами с новым «королём» камеры. Но печаль не успела его коснуться, на лице патлатого он увидел одобрение.
И снова скрип, открывающейся двери. Вероятно хруст, и в правду был услышан. На пороге стояли люди в военной форме.
Картина шокировала. На полу, тихо матерясь, лежали двое. Третий как упал пластом так и остался лежать. Ещё были, паренёк у параши и патлатый новичок, как было известно охране, обвиняемый в массовом убийстве. Ко всему прочему ещё двое, старик лежавший с газеткой в руках и перепуганный мужик, за сорок.
– Ну паря, держись! – произнёс старик на секунду отвлёкшись от газеты.
Мирон лишь пожал плечами, когда его скручивали.
Закинув руки за голову Мирон лежал на холодном полу карцера. Его взор был обращён на зарешёченное окно. Там в ночном небе, он смотрел на почти полную луну. В котором его живое воображение, рисовало лицо Катерины, то самое что он видел в момент её радостного «ДА».
За десять минут до того как, открылась дверь, Мирон открыл глаза. Во сне он снова был с Катей. И так, улыбаясь воспоминаниям, он поднялся и прошёл к окну.
Послышался звук отпираемой двери.
Сержант, вроде бы, со слабо шелестящем в голосе уважением и страхом, сообщил по своему о досрочном освобождении из карцера. Уже идя по коридору, охранник сообщил, что его приказано доставить в допросную.
Помещение в котором он оказался, слабо отличалось от его камеры. Разве что, отсутствовали сортир и раковина.
Его уже ждали. Не молодой человек, в дорогом костюме, и круглых очках с не дешёвой оправой.
– Здравствуйте Игорь Алексеевич! – не большая пауза.– Как вы понимаете я адвокат.
– Меня заинтересовало, ваше дело.
– Хм, ясно. Вот только боюсь я не потяну такие расходы.
– Что вы, я просто не верю в вашу виновность. От вас ни чего не потребуется.
– Интересно!
– Понимаете ваше дело, шито медицинскими нитками.
Во взгляде Мирона, появилось что то похожее на удивление.
– И достаточно капли правды, чтобы оно развалилось.
Присмотревшись к сидящему на против, он в друг осознал, что перед ним и не человек вовсе.
Мысль подтвердилась, лёгкой рябью.
– Кто ты?! – поднявшись и нанеся удар, произнёс Мирон. Рука, прошла сквозь оппонента. Очкарик в костюме переместился к двери.
Снова, рябь. И на месте адвоката, появился Филин.
– Увидел. Силён брат.
Исчезновение не когда друга, не удивило Мирона. А на столе, лежал листок в котором было написано:
Встретимся у рощи, в
САМАЙН
Прочитал Мирон, в слух. Так что как только затих последний звук, листок сам собой воспламенился и за долю секунды сгорел, не оставив и следа.
– Что ж будь по твоему! – сказал в пустоту Мирон.
И минуту спустя, в допросную вошли, полковник и человек чей облик ещё не давно носил Филин. Пропустив адвоката, полковник, остался у двери.
– Здравствуйте Игорь Алексеевич, – слова адвоката заставили Мирона улыбнуться.– Я Михаил Яковлевич Возянов, и буду вас представлять на суде.
– Адвокат, значит- продолжая ухмыляется, произнёс Мирон.
– Именно!
В отличие от того облика в котором появился Филин, настоящий еврейчик выглядел несколько бедней.
– Игорь Алексеевич, в вашем деле появились новые обстоятельства.
– Не удивлён! – предполагая козни Филина, произнёс Мирон.
– Я бы на твоём месте помолчал.– несколько грубо произнёс полковник.
В своих мыслях, Мирон упомянул казнь и наложенный на неё мораторий, а полкан (соответственно в Мироновых мыслях), намекнул что в его случае мораторий можно обойти.
– Что за обстоятельства? – за чем то поинтересовался Мирон.
– Вам знакома, Екатерина Смолякова? – вопрос от полкана.
– Конечно. Она моя, девушка.
– Так вот, её труп, был среди зверски изуродованных. И только вчера, его смогли опознать.– сообщил не былицу полкан.
«Ну, точно козни Филина» – подумал Мирон.
– Учитывая всё это, вам светит минимум четверть века. И возможно я смогу, сократить и этот минимум.– сказал еврейчик.
– Спасибо, а на сколько?
– Нууу, года на три.
Мирон посмеялся над этим. Полковник, тоже оценил слова адвоката, как шутку.
Мирон, отодвинулся со стулом от стола и скрестив на груди руки с кривой ухмылкой, сказал:
– Простите, вы действительно считаете, что я всё это совершил?
Полкан с евречиком переглянулись, но ни чего не сказали. Вероятно ожидали продолжение. И оно последовало:
– Ну господа, вы либо полные дукраки, либо вам, надо чтобы я сел. А вы не думали, что если бы я и убил их, то уж точно бы, так глупо вам не попался?
– Так кто ж вас маньяков знает?! – вырвалось у полковника.
Ночь. После допроса Мирона вернули в камеру. И теперь он спал на своей койке у окна.
И так как, сон был ещё хрупок, всхлипы на соседней койке, нарушили его. Мирон повернулся в том направлении. И пока глаза привыкали к тьме, он уже догадался кто собственно источник.
Он не хотя поднялся и свесив ноги, стал приглядываться к койке, на которой лежал Юра.
Тот забившись в дальний угол, тихо плакал. Мирон без звучно, словно кот, спрыгнул с нар и столь же тихо, сел рядом.
– Хорош реветь, как баба! – почти без злобы произнёс он.
Ответа не последовало. Зато Мирон, приблизился к нему. Парень, сжался ещё сильней.
– Ты чего? – не понял реакции Мирон.
Как ему показалось, парень посмотрел на него. А убедившись что, угрозы нет, слегка расслабился. Теперь он был готов к разговору:
– Жить, противно!
– Что так? – вопрос то, он задал но, тут же осознал. Как он помнил, по фильмам, место у «параши», для опущенных. Так что, ответа не ждал. Всхлипывая, парень после минутной задумчивости, сказал:
– Моя жизнь, была и так не сахар, так эта дрянь (вероятно имелась ввиду та девушка), засадила меня сюда. А здесь уже её в конец изуродовали.
– Что за дрянь, то?
– Да Вика, б…ь. Моя одноклассница. Как это она меня, ещё вспомнила. Ведь в школе и не замечала.
Мирон достал из кармана сигареты, предложил, Юре. А на отказ того, еле слышно пробурчал:
– Как хочешь?
– Я вообще из дома, в тот день не выходил.– схватившись за голову произнёс Юра. СУКА.
– Хм, приятель, дело твоё дрянь.– вздохнул Мирон.– А что адвокат?
– Адвокат, – парень почти в полный голос произнёс это- да я его видел то всего раз, в день ареста.
– Странно!
– Ни чего странного, он наверняка подкуплен.
– Это кем, же? – изобразил удивление на лице Мирон.
Что вряд ли мог видеть его оппонент.
– Хм, отцом её. Он в мэрии, не последний человек. -печально ухмыльнулся Юра.
Скорее по чувствовал, чем увидел Мирон.
Расслабленный Юра, вдруг снова зажался, причиной тому стала рука, лёгшая на его лоб.
– Не бойся. Так когда это случилось.
– Ты о чём?
– Ну девку изнасиловали.
– Хм, о восемнадцатого.
В камере снова образовалась тишина.
В закрытых глазах Мирона появлялись картинки минувшего. Он видел, тот день глазами Юры. И до времени сна, парнишка даже не встречался с жертвой.
Мирон проник глубже в память, сам не понимая, за чем. Юра старшеклассник. Сидит на первой парте. А перед ним, и соответственно всем классом, отвечает на вопросы учителя та самая девушка.
Выйдя из транса, Мирон сказал так:
Любишь Толкиена?
Который раз персонаж этого произведения удивился.
– Да. Откуда знаешь?
Вздохнув Мирон, поведал ему весь тот день включая некоторые, интимные мелочи.
И снова челюсть оппонента, почти коснулась кадыка.
– Ты, телепат? – единственное что мог сказать он, после услышанного.
– И это, в том числе.– ответил сдерживая смех Мирон.– Ладно утро вечера мудреней.
На этом он вернулся в свою койку и закрыв глаза, провалился в мир МОРФЕЯ. Туда же, но позже спустился и Юра. А за всей этой кутерьмой, наблюдал со своего «ложа», старик, разбуженный беседой сокамерников.
Бетонный квадрат, пять на пять. Крышу заменяла решётка. Через которую было видно серое небо и вертухаев.
Так выглядела площадка для прогулок, куда вывели обитателей камеры номер сто три. Ночная беседа приподняла дух Юрия. Он даже улыбнулся, когда ощутил на лице сентябрьские лучи всё ещё тёплого солнца. Они с Мироном, присели на свободной лавке в углу дворика.
Но радость пропала сей момент, как только он встретился взглядом с тем кто первым начал позорные действия по отношению к нему. Выглядел, этот п…р, совершенно обычно, чем то даже напоминал американского актёра из фильма «Побег из Шоушенка» (имеется ввиду тот который играл роль досаждавшего, главному герою).
Сейчас он жестами показал что планирует сделать с ним в душевой.
Мирон, это заметил. Положив руку на Юрино плечо сказал:
– Прорвёмся!
На другой стороне площадки, старик что являлся их с Мироном сокамерником о чём- то шептался с другим зэком. И частенько показывал пальцем в их с Мироном сторону. Слушатель по началу был внимателен, но скоро на лице его стала появляться улыбка, а завершилось всё откровенным хохотом, его и сидящих рядом.
Юра снова упомянул, ту что многие боятся и единицы вожделеют. Правда там за стенами СИЗО, имелись ещё люди которые как и Мирон, видели её прекрасной брюнеткой в плаще с капюшоном. Порой скрывающего её наготу.
– Я благодарен тебе -говорил Юра- с того момента как ты появился в нашей камере, моя жизнь вроде бы перестала быть мерзкой. Но всё ровно, жизнь для меня скорее обуза, чем дар. Может случится так, что я испытаю судьбу и возможно решусь на отчаянный шаг.
О каком именно шаге, говорил парень, до Мирона дошло сразу:
– Не бойся я с тобой. Доживём до суда, а там…
Договорить он не успел. Прогулка совершилась. И их развели по камерам. Больше об этом, речи не было.
Следующий день был, обманным днём. Душевая в которой они оказались, сильно отличалась от большенства помещений следственного изолятора. Большим, количеством света и отсутствием тени. Стены и пол выложены белой плиткой. В общем, при видя её, таких как Юра, посещал мистический ужас.
Первым в душевую ступил Мирон. На нём было лишь полотенце. Руки и спину его покрывали замысловатый орнамент. На том месте, где у многих свисал крест или полумесяц, талантливый мастер татуировки, изобрази руну «ЧАРА», внутри которой был такой же орнамент.
В след за ним не поднимая глаз от пола, вошёл Юра.
Душевая не была пустой здесь, о чём то болтали трое с купалами и прочей, местной символикой. Мирон приметил что один из «верующих», подмигнул охране и в след за последним обитателем камеры 103, как то уж быстро затворилась дверь.
Среди них, был тот кто первым, сломал Юру, он то и приветствовал прибывших:
– Смотрите кто пожаловал!
Мирон оказался в центре, двое сокамерников остались у входа. А Юра, ожидая худшее прижался к стене.
– Поверьте, вам лучше не делать что вы задумали- в попытке решить всё по хорошему сказал Мирон.
– А ты, в сторонку уйди, тобой я позже займусь.– считая себя кем то вроде правой руки бога, произнёс, стоявший от п… ра с права.
– Да нет, он наверно хочет заменить, Юрика – сказал левый «верующий».
Все трое, медленно подходили к Мирону.
Старик вероятно хотел что-то сказать, но взвесив все за, и против, решил промолчать.
– И давно, вы стали, ну в общем не мужиками.– подзадорил упырей, Мирон.
Жмущийся к стене Юра, не много взбодрился от слов нового друга и прошляпили момент, когда правый, оказался у него за спиной (вернее с боку).
– Ребятки, он нас п… ами, назвал.
Жаждущие «любви», во главе с (назовём его купол так как у него их было больше) Куполом, а их было двое, ринулись на Мирона. Но тщетно, тот ловко ускользал от них. Выжидая подходящего момента. От желания обладать Мироном (он не сразу понял), отказался Купол и его заменил, стоявший у стены сокамерник Мирона.
Планы Купола, он смог, лихо разобравшись с нападающими, отсрочить. К тому же Юра, оказался не полной тютей, до подмоги оборонялся как мог.
В детстве Мирон, несколько раз пересматривал отечественный фильм «Не бойся я с тобой.», вот и сейчас он красиво демонстрировал сцены рукопашного боя из того фильма.
Любуясь на деяния руки и ног своих, Мирон упустил момент, набравшийся смелости старик ударил Мирона чем то металлическим по голове (этим предметом оказался вырванный из стены, не ясно как и кем, кран), вырубив единственную защиту Юры.
– Твою ж мать! – успел произнести Мирон, прежде чем потерять сознание.
Медленно приходя в сознание, его глазам представилась, не лице приятная сцена. Купол, вытворял с Юрой без нравственное действо.
– А вот и волосатик очнулся, не прерывая своё занятие произнёс Купол.
Попытка подняться, успехом не увенчалась, он снова рухнул на запачканный кровью, не только его, пол.
К нему направился, один из насильников и старик. Мирон, по прежнему пытаясь встать, оказывался на кровавом полу.
«Похоже без магии не обойтись» – подумал он.
Приняв, относительно удобную позу, Мирон, движением одного пальца, отправил наступающих в нокаут. Резким движением кисти, Купол оказался в противоположной стене, да так что кафель осыпавшись, оставил его очертания.
Бедный Юра, расплылся по кафелю и замер, возможно потерял сознание.
Мирон стоял по центру побоища, и оглядывал врагов. Купал пришёл в себя и со страшным лицом направился к обидчику. Наверное если бы он остался лежать, то единственное чего бы он не смог, так это совершать греховное (по христианским догмами),действо. А так, плавным движением кисти, Мирон, свернул ему шею на сто восемьдесят градусов.
– Вот, а вы мне не верили! – потирая затылок сказал старик.
– Не уважают, на Руси, стариков.– криво улыбаясь произнёс Мирон.
Ещё не успев договорить слово «стариков», Мирон от неожиданности сделал два, может три шага назад. Сделать это, пришлось из за вломившихся в дверь душевой, охранников. А из-за их спин вышел, начальник данного управления (СИЗО). Шум, не подходящий для избиения одного, двоих людей, вероятно охране показался слишком подозрительным.
Начальник следственного изолятора, не побоялся запачкать туфли, в кроваво мыльной воде и вошёл.
Без единой травмы, среди калек и одного с вывернутой шеей, был лишь Мирон.
– Опять ты! – воскликнул начальник.
– А я виноват, что у вас здесь, подобное творится. Вон парню- Мирон указал на валяющегося без сознания Юру- жизнь изуродовали.
– Это тот что, обвиняется в изнасилование? – посмотрев на парня, в гематомах сказал начальник.– Ну и по делом!
– Как вы себе представляете ЕГО насилующего здоровую, пусть даже интелегентную, дочь, человека из правительства? Да она бы его щелбоном переломила.– закончил Мирон.
– А ты, значит защищал его! Странно, обвиняешься в серийных убийствах, а его пожалел? – начальник посмострел в глаза Мирному.
– А вы не допускаете, что я тоже не виновен.
– Ну это вы все, так говорите!
– Я, не все.
Начальник СИЗО, помотал головой. И отвернувшись, сказал своим людям:
– Этого в карцер, а остальных в лазарет.
Снова серые стены, маленького помещения. За решёткой окошка, серый день. Мирон не много поставлял, посмотрел в небо.«Хорошо хоть одеться дали» – подумалось ему. И протерев глаза, сел в один из углов.
Щелчок и между двух пальцев, дымящаяся сигарета. Глубоко затянувшись, он опрокинул голову на стену и любуясь похожим на утреннюю дымку, сине-серый табачный дым. Сигарета истлела до фильтра. Его Мирон подкинул к потолку, щелчок и его нет.
Скрежет открывающейся двери, случился спустя два дня. Посчитав, что срок карцера, данный ему в наказание истёк он решил что его ведут назад в камеру сто три. Ошибся. Они повернули, поворотом, раньше.
– Стой, к стене, заходи!
На сей раз, в комнате присутствовали двое. Человек, в чьих руках были судьбы заключённых и незнакомый Мирону. В сером (не из дешёвых) костюме и аккуратной бородой. На сей раз Мирон, не самовольно прошёл к столу. Его силой провели и усадили на против визитёров. Тот чью плохо скрываемую неприязнь ощутил Мирон, тоже остался в допросной. Он встал у окна, так чтобы приведённый им, не мог видеть. Сложившаяся ситуация показалась Мирону странной, поэтому в ожидании начала допроса он переводил взгляд то на начальника следственного изолятора, то на интеллигента. И в кокой-то момент его взгляд, был привлечён к столу, а верней к тому что на ней лежало. Левая бровь, медленно поползла наверх. На против бородача, лежала не уместная в постсоветское время книга. Бровь вернулась на место, а вот правый край губ, на оборот чуть приподнялся. А чуть погодя его ожидало новое открытие, на левой руке сидевшего напротив (человек в костюме), имелся перстень жёлтого металла. Что-то среднее между «звездой Давида» и символикой «каменщиков». В центре которой находилась латинская « I». Правда вполне это могла быть и римская единица.
Такое же кольцо, краем глаза Мирон заметил и у сержанта, стоявшего всё там же, но теперь лицом к не давно рождённому колдуну. Стало быть, единицей она быть не могла. Тому подтверждением стал перстень на руке здешнего хозяина (хотя….).
Путаясь в догадках, Мирон не сразу сообразил что к нему обращаются: сержант не сильно ударил его по плечу дубинкой.
– Сержант.– воскликнул начальник.
– А что, сами видите, он грубит.– как бы извиняясь произнёс сержант.
Мирон, с явной презрительностью посмотрел на младшего сотрудника СИЗО. Не ожидая этого, парень, отскочил к стене.
– Я бы попросил – обращаясь к Мирону произнёс начальник. – Не пугать моих сотрудников.
– Хм, я ж не виноват, что у вас работают …..– он не договорил, но все поняли, что он хотел этим сказать.
Хоть и не сразу, но и сержант сообразил, поэтому он занёс дубинку в очередной раз над головой арестанта, но опустить её не успел :
– Сержант. Умерь свой пыл!
Не ясно пробурчав что-то он вернулся к стене.
«Вот так-то лучше» – подумал Мирон. Вспомнилось, по случаю, мысли мозгоправов, о том что ненависть и страх отделяет тончайшая грань. В этом Мирон был не совсем согласен с ними.
– И так, пожалуй стоит начать! – произнёс начальник.– Прошу, Яков Петрович.
В сознании Мирона, утвердилась мысль, что передним « инквизиторы», способствовало тому (почему-то) имя человека в костюме.
– Считаете ли вы себя, пособником Дьявола – на лице нашего героя отразилось, удивление смешанное с весёлостью.
– Вы это серьёзно!? – спросил Мирон. – Пособник Дьявола?
– Отвечай на вопрос! – гаркнул сержант.
– Ещё слово и выйдешь за дверь.– произнёс Яков Петрович.
Парень сделав вид что ему всё ясно понурив голову, отступил, вот только Мирон так не считал.
– Так, каков ваш ответ?
– Ах да, спрашиваете не пособник ли я Дьявола?!
Сержанта эти слова окончательно вывели из себя. И он снова набросился. Теперь Мирону не повезло, два относительно сильных удара он ощутил на своей спине.
– Всё, выйди, по говорю с тобой позже.– мрачно произнёс начальник.
Уходя, он взглянул на потирающего спину, и что —то еле слышно пробурчал.
– Он у вас всегда такой? – произнёс Мирон, когда дверь за сержантом закрылась.
– Его сестру, изнасиловали, а после много часовых издёвок, жестоко убили. Как выяснилось, подобные вам.
Уже с серьёзным лицом, Мирон ответил :
– Это вы, намекаете на то что я имею какое-то отношение к сатанистам? Если да, то огорчу вас. Я не пособник Дьявола.
Владельцы перстней переглянулись.
– И с чего вы вообще, взяли, что я имею хоть какое-то отношение к силам тьмы. – облокотившись на спинку стула и взяв из лежащей на столе пачки, сигарету ещё не прикурив произнёс Мирон.
– Хотите сказать, что мы ошиблись? – повторив все движения оппонента, сказал Яков Петрович и снова посмотрел на подполковника.
Вместо слов подпол поднялся, проследовал в сторону двери, и когда после одного стука в ней открылось окошко, что-то сказал.
Вернувшись на место, он улыбнулся Якову Петровичу, шепнул ему что-то на ухо и принял на стуле, общее положение.
Тишину в допросной нарушил скрип открывающейся двери. взгляды сидящих устремились к ней, но в них не было живого интереса. По крайней мере, Мирон не выказал ни каких эмоций, увидев вошедшего сокамерника.
Но вот реакция старика, дала повод усомнится словам Мирона. Владельцы перстней, заметили что при взгляде на него, старик, прибавил к своему возрасту, ещё пару десятков лет.
Как поздней выяснилось, за несколько минут до того как он вошёл в допросную, бедолагу Юру, погрузили в автозак. И вскоре он очутился в суде. Который по какой-то нелепой случайности произошёл на два дня раньше.