Грей. Оплот Прометея.

Минуты потянулись томительно долго. В полумраке цеха слышался только мерный, натужный хрип воздушного насоса: вжих-вжих, вжих-вжих. Лёха тяжело дышал, его широкий лоб покрылся каплями пота, но он не отпускал рукоять, помня, как под землей от исправности вентиляции зависели жизни всей бригады Савельича. Серый работал молча, налившись краской, его взгляд был прикован к пузырям, поднимающимся со дна.Сквозь толщу воды было видно, как тусклый луч пашкинского фонаря шарит по дну. Вот он добрался до распределительного щита. Послышался глухой, вибрирующий под водой стук — Пашка орудовал тяжелым зубилом и молотком, перерубая толстый медный жгут.Грей не шевелился. Он превратился в статую, слившись с корпусом лодки. Его правый глаз не отрывался от окуляра прицела. Он вел стволом по периметру затопленного зала, проверяя темные углы между полуразрушенными кирпичными колоннами. Где-то там, в глубине, вода была слишком черной, неподвижной.Вдруг пузыри у борта лодки пошли в сторону. Фонтан воздуха прервался. Грей заметил, как длинный резиновый шланг натянулся и резко дернулся вбок, уходя под массивную станину довоенного станка.— Грей! — не выдержав, крикнула Елена, но не бросила прожектор. — Шланг уходит!— Вижу. Качайте, мужики, не останавливаться, — процедил Грей.В желтом круге прицела, прямо под слоем воды, мелькнула длинная, широкая тень. Она двигалась без всплесков, абсолютно бесшумно, но скорость ее была пугающей. Это не было похоже на рыбу. Тень имела сегментированное, гибкое тело, напоминающее гигантскую многоножку или слепого подземного червя, который веками спал в ледяной капсуле, а теперь ожил в теплой воде оттаявшего Архипелага.Шланг дернулся один раз. Сильно. Лодка качнулась, зачерпнув бортом холодную воду.— Лёха, Серый, тяни его! — рявкнул Грей, сбрасывая предохранитель СВД.Лёха бросил насос и вцепился в армированный шланг, упираясь кирзовыми сапогами в деревянный настил лодки. Серый остался один на насосе, его руки дрожали от напряжения, маховик крутился с огромным трудом, издавая жалобный писк.Вода у борта вскипела. На поверхность показался медный шлем Пашки, но он не поднимался сам — его что-то тащило обратно, в глубину. Сквозь мутное стекло иллюминатора было видно бледное, искаженное ужасом лицо парня. Вокруг его резинового скафандра обвилось толстое, лоснящееся от слизи кольцо серо-зеленой плоти, покрытое короткими, жесткими шипами.— Держи его, Лёха! Не пускай на дно! — крикнул Грей.Снайпер поймал в прицел место, где серая туша твари сжимала резиновый бок скафандра. Расстояние — три метра. Вода искажает траекторию, пуля пойдет выше. Нужно брать поправку, ниже, прямо в темную воду.Хлысь! — СВД отозвалась хлестким, оглушительным выстрелом, который многократным эхом ударил по кирпичным стенам цеха. Пороховые газы обожгли лицо. Тяжелая семиграммовая пуля калибра 7,62 ушла под воду, оставив за собой белый след.Тварь под водой дернулась, выпустив струю густой, черной как деготь крови. Кольца разжались. Пашка, хрипя сквозь клапан шлема, вывалился на поверхность. Лёха с глухим рыком рванул шланг на себя, вытаскивая водолаза на планширь.Но тварь не ушла. Раненое чудовище развернулось в узком пространстве между станками. Вода вокруг лодки забурлила, поднимая со дна вековую ржавчину и гнилой мох. Из темноты показалась плоская, лишенная глаз голова, усаженная рядами шевелящихся ротовых присосок. Она шла прямо на лодку, собираясь перевернуть легкую жестянку.— Серый, стреляй! — крикнул Грей, плавно наводя ствол СВД на приближающуюся массу плоти.Серый бросил рукоять насоса, вскинул свой обрез и, зажмурившись от страха, бабахнул дуплетом прямо в набегающую волну. Грохот картечи разорвал полумрак цеха. Крупные свинцовые шарики пропахали воду, знатно посекши морду чудовища. Тварь взвизгнула — жуткий, свистящий звук вырвался из ее пасти.Бам! Бам! — Грей поддержал его полуавтоматом, посылая пулю за пулей в разинутые челюсти твари. Каждое попадание выбивало фонтаны грязной воды и ошметки серого мяса. Винтовка в его руках работала безупречно, затворная рама лязгала с сухим, механическим благородством, выбрасывая горячие дымящиеся гильзы прямо на мокрые доски настила.Пашка, у которого Лёха уже успел свинтить тяжелый шлем, сидел на дне лодки, жадно хватая ртом воздух. Его лицо было бледным, как штукатурка, а на шее отпечатались красные следы от шипов твари. Но в руках, прижатый к груди, он крепко держал тяжелый, грязный моток толстого медного кабеля в свинцовой оплетке.— Достал... — прохрипел Пашка, выдавив из себя слабую улыбку. — Достал, суку... Грей, вы с Серым чертовы стрелки. Еще бы секунда, и она бы из меня консервы сделала.Грей молча отсоединил пустой магазин, достал из подсумка нового жилета 6Б23 свежую обойму и с тихим щелчком загнал ее в приемник. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах горел недобрый огонь.— Пашка, заводи мотор, — приказал Грей. — Лёха, Серый, проверьте кабель. На этот шум сейчас со всего Архипелага мародеры сбегутся. Да и Кремень со своими псами не глухой. Двигай к Мертвой Сети. Нам нужны «Слухачи».Лодка, оставляя за собой широкий шлейф пены и масляных пятен, вылетела из полуразрушенной арки цеха, устремляясь на север, туда, где над туманными болотами вставали сухие, мертвые вершины хвойного леса высокогорного плато.