Сознание и теория виртуального мира

Философская позиция косвенного реализма, или, в моей терминологии, теория виртуального мира, стала активно использоваться в XVII веке. Она стала органичной частью новой философской позиции, пришедшей на смену философии эпохи схоластики, которая, в свою очередь, отталкивалась от философии Аристотеля. Основные характеристики новой позиции выражены ниже [24]. В описании использовано выражение «душа», которое, однако, можно заменить на «сознание» или «субъект», кому как нравится.

• Разделение мира на две части: физический мир и душа.

• Человеческие качества приписаны душе и исключены из физического мира.

• Математизация физического мира.

• Введение законов физики, выраженных математическими уравнениями.

• Душа не имеет непосредственного доступа к миру.

При рассмотрении используется термины Джона Локка «первичные и вторичные качества». Первичные качества принадлежат физическому миру (протяженность, движение), вторичные (цвет, вкус, запах и т. д.) – человеку. Такое разделение осталось, по сути дела, до настоящего времени, только сами термины по дороге потерялись. Также произошло расширение категории первичных качеств: в настоящее время под ними понимаются физические величины. Таким образом, утверждение о субъективности цвета и объективности спектра длин волн электромагнитного поля является продолжением позиции XVII века.

Мы начнем с Рене Декарта и картезианцев. Предполагалось, что представление в душе соответствует происходящему в физическом мире, несмотря на отсутствие в реальном мире вторичных качеств. Считалось, что душа в конце концов получает правильное представление о протяженности в физическом мире. В моей терминологии виртуальный мир правильно передает пространственные отношения реального физического мира. Приведенные цитаты в разделе Теория виртуального мира в мягкой форме в первой главе показывают, что такое представление картезианцев дошло до наших дней.

После картезианцев сразу же рассмотрена позиция епископа Беркли, который заметил, что если вторичные свойства не существуют, то первичные и подавно не существуют. Локк пропущен, поскольку в моем рассмотрении его разногласия с картезианцами не играют большой роли. У Беркли, тем не менее, оставалось свое представление о реальности. Скептицизм Дэвида Юма расшатал позицию Беркли, и Иммануил Кант в конце концов перевел протяженность из первичных во вторичные качества.

Этот шаг имеет фатальные последствия для теории виртуального мира, поскольку после Канта нельзя говорить о сходстве между виртуальным и физическим миром с точки зрения пространственных отношений. Кант подчеркивал, что реальный мир существует, поскольку он хотел побороть скептицизм Юма. Тем не менее Кант пришел к заключению, что у человека нет средств для познания реального мира. Позиция Канта хорошо просматривается во взглядах известного физика и физиолога Германа Гельмгольца, поэтому в качестве примера кантианства представлена позиция Гельмгольца.

В заключительном разделе я кратко рассмотрю взгляды Готлоба Фреге, Бертрана Рассела и Ю. Н. Семёнова (выбор имен достаточно произволен). Это покажет, что теория виртуального мира является распространенной философской позицией. Разница между философами и нейрофизиологами – в том, что философы знают о выводах Канта и поэтому более осторожны. С другой стороны, нейрофизиологи обычно мыслят на уровне картезианцев и считают, что виртуальный мир неплохо передает информацию о внешнем мире, поскольку Бог (или Эволюция, кому как нравится) – не обманщик.

Декарт и картезианцы

Аспекты научной революции XVII века хорошо представлены в книге Эдвина Бёртта Метафизика основ современной физики [25]. Как уже говорилось, свойства объектов были разделены на первичные и вторичные качества. Картезианцы до Локка говорили о чувственных качествах, но суть была такой же. Первичные качества являлись характеристикой самого мира и выражались посредством математики. Вторичные (цвет, запах, вкус и т. д.) получались в ходе взаимодействия души с миром посредством органов чувств и исключались из внешнего мира. Рисунок ниже хорошо передает сказанное.

На рисунке представлены воззрения в рамках атомизма, поскольку атомизм был распространенной позицией среди научных революционеров XVII века, но это не так важно для настоящей книги. Во внешнем физическом мире происходят физические взаимодействия между окружением и телом человека. Внешний мир и тело человека во внешнем мире бесцветны, поэтому показаны черно-белым.

Рис. 2.1. Первичные и вторичные качества

(душа как «пузырек сознания»).

Источник: David Gamez [26].

Глава 2. The Emergence of the Concept of Consciousness

Подчеркивается, что физический мир содержит только первичные качества, к которым причислялись размер, геометрическая форма и движение. Душа обозначена как «пузырек сознания» – этот нейтральный термин использован в книге [26], откуда взят рисунок. Душа получает информацию от органов чувств, и затем появляется репрезентация внешнего мира, представленная с использованием вторичных качеств: цвета, запаха, вкуса, тепла (цветная часть рисунка).

Репрезентация души пространственно отделена от физического мира, и в этом заключается отличие от рисунка 1.2. Это делает рисунок более нейтральным по отношению к вопросу «где находятся восприятия». В любом случае внешний мир невозможно совместить с репрезентацией, поскольку, например, во внешнем мире нет красного цвета – он появляется только в результате работы чувств. Этот рисунок близок к теории виртуального мира в сильной форме и обычно отвергался сторонниками теории виртуального мира в слабой форме.

Еще Галилей в книге Пробирных дел мастер писал:

Должна ли она [материя] быть белой или красной, горькой или сладкой, шумной или тихой, издавать приятный или отвратительный запах?

Не будь у нас органов чувств, наш разум или воображение сами по себе вряд ли пришли бы к таким качествам. По этой причине я думаю, что вкусы, запахи, цвета и другие качества – не более чем имена, принадлежащие тому объекту, который является их носителем, и обитают они только в нашем чувствилище [corpo sensitivo]. Если бы вдруг не стало живых существ, то все эти качества исчезли бы и обратились в ничто.

Не думаю, что для возбуждения у нас ощущений вкуса, запаха и звука от внешних тел требуется что-нибудь еще, кроме размеров, форм, числа и медленных или быстрых движений. Я полагаю, что если бы уши, языки и носы вдруг исчезли, то форма, число и движение остались бы, но не запахи, вкусы или звуки. Я глубоко уверен, что без живого существа последние представляют собой не более чем имена, подобно тому, как щекотание и зуд – не более чем имена, если нет подмышек и кожи вокруг носа.

Утверждение Галилея уже соответствует введению первичных и вторичных качеств. Обратите внимание: из высказывания Галилея следует, что, когда человек закрывает глаза, красное пропадает – ваза с цветами и движения в физическом мире остаются, но красный цвет не принадлежит физическому миру. Таким образом, у Галилея просматривается теория виртуального мира, а также проблема с пространственными отношениями.

В философской системе Рене Декарта эти идеи были проработаны более детально. Взгляды Декарта и картезианцев, тем не менее, допускают разные интерпретации в силу многозначности используемых терминов (идея, образ, ощущение, восприятие, душа, понимание, репрезентация и т. д.). В то же время можно выделить утверждения Декарта и картезианцев, в которых не приходится сомневаться [27]:

• в физическом мире есть только протяженность, геометрическая форма и движение;

• полная картина мира содержит душу и материю, которые представляют собой разные субстанции (дуализм);

• цвет, запах, вкус и т. д. воспринимаются душой и отсутствуют в физическом мире.

В этом смысле представленный рисунок выше дает адекватное представление о воззрениях Декарта и его сторонников. Рассмотрим информацию из диссертации Селии Вульф Отход от реализма: философские теории зрения от Декарта до Беркли [28], где описаны радикальные изменения Рене Декарта в теории зрения по сравнению с предыдущими взглядами. Рисунок ниже неплохо передает теорию зрения Декарта в основных чертах, рассмотрим его более внимательно:

Рис. 2.2. Теория зрения Рене Декарта.

Источник: Рене Декарт. Человек

Лучи света проходят через хрусталики глаза, и на дне глазного яблока формируется изображение. Декарт взял это от Кеплера, а также он ставил эксперименты с вырезанными глазами животных и наблюдал за тем, что получается с другой стороны глаза. Далее информация по нервам передается к шишковидной железе, которая, по мнению Декарта, служила связью между душой и телом.

Как уже говорилось, Декарт исключил цвет из физического мира. Он оставил там только протяженность и форму, поэтому цвет сводился к колебаниям некоторых частиц. Вплоть до шишковидного тела все изображенное на картинке выше представлялось как определенные механические движения. На следующем этапе в дело включалась душа, после чего у человека появилось видение цветного мира, то есть цвет принадлежал репрезентации в душе. В этом отношении рис. 2.1 согласуется с теорией зрения Декарта.

Если отбросить детали, возникшие в воображении Декарта (нельзя забывать, что его идеи возникли почти 400 лет назад), то картинка выше вполне совпадает с современными взглядами: в физическом мире нет цвета, а есть электромагнитное излучение; информация о длине волн с сетчатки передается в мозг, где после работы естественных нейронных сетей возникает цветное видение мира. В этом смысле предложенная Декартом исследовательская программа физиологии органов чувств оказалась успешной.

Однако в картинке Декарта есть и серьезная проблема: душа оказалась оторванной от мира. Есть реальный мир, а есть мир, наблюдаемой душой, и они не совпадают между собой. Мы приходим к теории виртуального мира. Душа схватывает, что цветы красные, но в физическом мире красное не существует. Что в этом случае означает утверждение «я вижу красные цветы перед собой»?

Во времена Декарта эта проблема была не так заметна. Некоторые современные авторы защищают Декарта: они указывают на определенные его утверждения, из которых следует, что человек все-таки видит реальный мир. Возможно, Декарт не до конца осознавал радикальность своих взглядов. Он был воспитан на теории зрения Аристотеля, где концы сходились с концами, и нельзя исключить, что по инерции Декарт считал, что у него также все сойдется. В конечном итоге первичные качества – протяженность и форма – принадлежали физическому миру, поэтому была надежда, что исключение цвета и других человеческих свойств из физического мира не помешает душе получить правильные представление о физическом мире.

В полной форме теорию виртуального мира представил картезианец Никола Мальбранш. Приведу цитаты из диссертации Кротова Мальбранш и картезианство [29], которые показывают, что, согласно Мальбраншу, нельзя полагаться на чувства:

В «Разъяснениях» Мальбранш уточняет и корректирует свою позицию по вопросу о доказательстве существования внешнего материального мира. Прежде всего, наличие внешнего мира проблематично обосновать с помощью чувств. Чувственные данные никогда не могут быть названы вполне достоверными. Хотя бы нам и казалось, что чувства нас полнее убеждают в наличии внешних тел, разум отнюдь не согласен с ними в этом вопросе. Большинство же людей более склонно прислушиваться к своим чувствам, чем к разуму: «Они думают, что достаточно только открыть глаза, чтобы убедиться в том, что имеются тела». По Мальбраншу, недостоверность подобной позиции ясна уже из того, что, с точки зрения чувств, цвета расположены на поверхности тел, а свет находится в воздухе или же на солнце. В действительности же все ощущаемые качества присутствуют в уме, но не во внешнем мире.

На первый взгляд может показаться, что легче всего с помощью чувств убедиться в существовании своего собственного тела. Но так ли это? Самые сильные ощущения, казалось бы с несомненностью свидетельствующие о нашем теле, связаны с болью. «Тем не менее часто случается, что те, кто потерял руку, чувствуют там очень сильные боли даже спустя длительное время после потери этой руки».

В области гносеологии одним из важнейших открытий Декарта Мальбранш объявляет его учение о субъективности «чувственных качеств» (цветов, вкусов, запахов). Приписывая названные качества самим объектам, прежние философы, по мнению автора работы «О разыскании истины», смешивали свойства телесной и духовной субстанций, результатом чего были «сбивчивые» и «неопределенные» объяснения различных явлений. Рассматривая запахи и т. п. как качества самих предметов, философы неизбежно впадали в иллюзию, будто с помощью ощущений познается истина.

Обратите внимание на сходство аргументов Мальбранша с обоснованием косвенного реализма в настоящее время. Это еще раз подчеркивает, что основы теории виртуального мира были заложены в те времена. Также можно уверенно утверждать, что Мальбранш был сторонником теории виртуального мира в сильной форме, поскольку он отрицал возможность познания физического мира в виде, показанном на рисунке 2.1. Мальбранш считал невозможным познание внешнего мира посредством маленьких кружочков между «пузырьком сознания» и физическом миром в независимости от того, что они означают. Например, связь между мирами через шишковидную железу по Декарту, согласно Мальбраншу, была невозможной [29]:

Они [материальные объекты] адекватно постигаются только через их идеи. Причем это познание через идеи является «видением всех вещей в Боге». Почему же именно в Боге? Непосредственного взаимодействия между разнородными субстанциями, как уже говорилось, быть не может (а следовательно, нет и непосредственного познания одной субстанцией другой). «Мы не видим предметов, которые находятся вне нас, непосредственно. Мы видим солнце, звезды и бесчисленное множество предметов вне нас, но невероятно, чтобы душа выходила из тела и странствовала, так сказать, по небесам, чтобы созерцать все эти предметы. Следовательно, она их не видит непосредственно, а непосредственный объект нашего разума, когда он воспринимает, например, солнце, есть не солнце, но нечто тесно присущее нашей душе, и это и есть то, что я называю идеей». Итак, идеи позволяют человеку раскрыть природу материальных вещей. Идеи же эти, согласно Мальбраншу, могут созерцаться людьми лишь благодаря содействию божественной воли – и не иначе. В ситуации, когда естественное взаимодействие субстанций невозможно, только высшая сущность может помочь человеческой душе стать обладательницей знаний о предметах, субстанциально от нее отличных.

Рисунок ниже иллюстрирует сказанное визуально.

У человека есть чувственное восприятие объекта, которое напрямую не может быть связано с самим объектом. Но у человека есть особые отношения с Богом, потому что Бог сотворил внешний физический мир и, как никто, осведомлен о происходящем в тварном мире. Как следствие, человек находит информацию о вещах во внешнем мире через Бога. Другими словами, согласно Мальбраншу, виртуальный и физический миры соединяются между собой через Бога.

Рис. 2.3. Видение вещей в Боге по Мальбраншу

Далеко не все картезианцы разделяли радикальную позицию Мальбранша. Другие картезианцы размышляли в духе Декарта: несмотря на субъективность вторичных качеств, душа получает правильную информацию именно через чувства.

При этом обсуждались разные темы: как душа раскрашивает бесцветные формы объектов; каким образом протяженный мир может стать цветным для души, поскольку душа без наличия цвета не может видеть формы объектов; что означает утверждение «я вижу зеленый предмет» в случае, когда во внешнем мире отсутствуют цвета, и т. д. – типичные вопросы теории виртуального мира рассматривались уже в XVII веке.

От Беркли до Гельмгольца

Джордж Беркли выдвинул аргумент против теории виртуального мира, который можно выразить в виде слогана: если вторичные качества не существуют, то первичные тем более не существуют [30]. Идея в том, что если душа получает информацию исключительно посредством вторичных качеств, то размышления о первичных качествах связаны лишь с абстрактными понятиями. Для борьбы с последними Беркли занял позицию номинализма – когда абстрактные понятия являются творениями разума и без разума не могут существовать.

Беркли хотел защитить религию от скептицизма и атеизма. С одной стороны, утверждение о невозможности непосредственного доступа человека к физической реальности ведет к сомнениям в ее существовании. С другой стороны, закрепление реальности исключительно за физическом миром приводит к выводу, что процессы в физическом мире полностью определяют процессы в душе. Во времена Беркли атеизм находился в зачаточной стадии, но Беркли верно почувствовал угрозу для религии во взглядах Декарта и Локка (перефразируя Маркса, добропорядочные христиане XVII века сами готовили себе могильщика).

Таким образом, Беркли хотел одновременно победить скептицизм и атеизм – Беркли не делал из этого секрета и прямо говорил о своих намерениях [30]. Его идея заключалась в отрезании черно-белой части рис. 2.1 в рамках эмпиризма и номинализма. Опыт человека ограничен цветной частью рисунка, а черно-белая возникает исключительно в результате склонности человека к абстрактным идеям. Опора на опыт и рассмотрение абстрактных идей как свойства души приводят к тому, что необходимость введения в рассмотрение черно-белой части рисунка 2.1 отпадает.

В рассуждениях ученых нередко упоминается «бритва Оккама». В этом духе можно сказать, что Беркли отрезал «бритвой Оккама» черно-белую часть рисунка 2.1. Беркли отказался от идеи, что сознание является репрезентацией реальности, вместо этого у него реальность презентируется в сознании [30]. Бог в построениях Беркли играл исключительную роль, как и у Мальбранша, но в определенном смысле человек у Беркли получает непосредственный доступ к реальности. В любом случае картина мира Беркли существенно проще, чем у Мальбранша: человек в конечном итоге видит вазу цветов красного цвета, которая находится перед ним, и это есть реальная ваза цветов.

Следует отметить необоснованность обвинений Беркли в субъективном идеализме: его идеализм был вполне объективным. Тем не менее критика абстрактных идей Беркли была не совсем последовательной. Дэвид Юм довел ее до конца, включив идею Бога в абстрактные идеи. Таким образом, скептицизм вернулся обратно, и потребовались новые решения. Иммануил Кант вернул внешний мир в рассмотрение, но как «вещь в себе». Кант согласился с тем, что пространство следует отнести ко вторичным признакам, хотя указывал на особую роль пространства.

Рисунок ниже передает базовую идею Канта в рамках современных взглядов.

Пространство принадлежит восприятию человека, и при этом другие вторичные качества (цвета, запахи и т. д.) организованы в пространстве – пространственные отношения в душе сохраняются. Несмотря на то что пространство относится ко вторичным качествам, оно играет особую роль в упорядочении других восприятий. В то же время пространство исчезло из внешнего мира – там остались «вещи в себе». На рисунке внешний мир изображен в виде отношений между объектами и процессами, когда информация от вазы цветов передается через разные органы чувств в мозг, что ведет к появлению «пузырька сознания».

Рис. 2.4. Теория виртуального мира с внешним миром

как «вещь в себе». Источник: David Gamez [26].

Глава 2. The Emergence of the Concept of Consciousness

Обсудим рис. 2.4 на примере взглядов известного немецкого ученого Германа фон Гельмгольца (1821 – 1894). Он занимался физикой (закон сохранения энергии, энергия Гельмгольца), физиологией и психологией. Помимо прочего, широкое признание получили его работы по изучению зрения. В речи 1878 года, произнесенной в годовщину основания Берлинского университета [31], Гельмгольц суммирует свои взгляды на процессы зрительного восприятия и также разбирает пространственное восприятие человека. Ниже будут использованы цитаты из этой речи. Кстати, теория зрения Гельмгольца работает в духе рис. 2.2 из книги Рене Декарта, что лишний раз подчеркивает прозорливость французского мыслителя. В деталях Декарт, конечно, ошибался, но в целом современная физиология восприятия близка к его идеям.

Гельмгольц начинает с утверждения, что пространственное восприятие не является врожденным. Оно формируется в ходе двигательной активности и тактильных ощущений, когда сопоставление мышечной активности, тактильных ощущений и изменения зрительного поля постепенно приводит к появлению восприятия трехмерного пространства.

В силу этого и пространство будет нам чувственно представляться снабженным качествами наших ощущений движения, как среда, в которой мы двигаемся и через которую мы смотрим.